Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Абаза 11 июля 2018 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Пановой Н.А.,

при секретаре Мойкиной А.А.,

с участием представителя истца ФИО5, представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-139/2018 по исковому заявлению ФИО7 к ООО «Север» о признании увольнения незаконным, об изменении формулировки основания увольнения, признании приказов о дисциплинарном наказании незаконными и их отмене, взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО7 через представителя по доверенности ФИО5 обратилась в суд с заявлением и указала, что работала в ООО «Север» в должности продавца с 02.01.2018 года по 21.03.2018 года. 19 марта 2018 года она обратилась к директору ООО «Север» с заявлением об увольнении по собственному желанию, однако на следующий день получила уведомление об увольнении по ст. 71 ТК РФ, как не прошедшей испытание, предусмотренное трудовым договором, со ссылкой на неоднократные нарушения трудовой дисциплины.

С увольнением не согласна, считает его причины надуманными и необоснованными, нарушений, изложенных в уведомлении от 20.03.2018 года, не совершала.

Запись в трудовой книжке об увольнении по указанным основаниям является порочащей ее честь, достоинство и деловую репутацию. В связи с нарушением прав работника денежную компенсацию морального вреда оценивает в 30 000 рублей.

Просит признать увольнение ФИО7 по ст. 71 ТК РФ незаконным, изменить формулировку увольнения ФИО7 с должности продавец ООО «Север» на увольнение по собственному желанию, взыскать с ООО «Север» в пользу ФИО7 денежную компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, судебные расходы за оказание юридических услуг 9000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО7 не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель истца по доверенности ФИО5 исковые требования дополнила, указав, что в ходе рассмотрения гражданского дела 17 мая 2018 года узнала о наличии приказов о дисциплинарных взысканиях. Так, приказами № 3 от 07.02.2018 года, № 4 от 15.03.2018 года ей объявлены замечания за допуск постороннего лица в торговый зал магазина, а актами от 07 февраля и 15 марта 2018 года зафиксирован ее отказ от подписи в приказах. С приказами она не согласна, нарушений не допускала, наличие посторонних лиц в магазине предполагается, с приказами не ознакомлена, подписать их ей не предлагали, объяснения дать по данным фактам также не предлагалось. Полагает, что срок обжалования приказов пропущен ею по уважительным причинам, поскольку узнала о них 17 мая 2018 года, в связи с чем также просит признать приказы № 3 от 07.02.2018 года, № 4 от 15.03.2018 года «О дисциплинарном взыскании» незаконными, отменить их, восстановить ей срок для их обжалования.

В обоснование заявленных требований представитель истца пояснила, что инициатором увольнения была ФИО7, однако она желала уволиться по собственному желанию, однако поскольку в связи с желанием уволиться между работником и работодателем возник конфликт, то работодатель без наличия к тому оснований расторгла трудовой договор по ст. 71 ТК РФ, нарушив 3 –х дневный срок предупреждения работника. Приказы о дисциплинарных взысканиях составлены задним числом, а акты об отказе ФИО7 от ознакомления с ними подписаны родственниками генерального директора, что ставит эти документы под сомнение. Фактов нарушения трудовой дисциплины не имелось, посторонние лица могли находиться в торговом зале, так как ФИО7 работала в магазине. Кроме того, нарушена процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности, поскольку с ФИО7 не затребованы объяснительные. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО6 исковые требования не признал, указав, что у работодателя не было намерения расторгнуть трудовой договор до момента, пока истец сама не пожелала уволиться по собственному желанию. Так как Светлогорск небольшой город, найти работника не просто, а ФИО7 в целом обладала соответствующим уровнем образования, инвентаризаций за период ее работы не проводилось, руководитель лояльно относилась к нарушениям ФИО7 трудовой дисциплины. Однако, истец, подав заявление перед самым отъездом ответчика, лишила ее возможности найти другого работника и заменить ее, заявляя, что в случае отказа, уйдет на больничный. Данная ситуация и спровоцировала такое основание увольнения со стороны работодателя. При наличии инициативы работника на расторжение трудового договора соблюдение 3-х дневного срока предупреждения работника при увольнении по ст. 71 Трудового кодекса РФ являлось правом работодателя, а не обязанностью. Факты нарушения п.п. 9, 10 должностной инструкции работником установлены и подтверждаются объяснительной ФИО7, которая разговаривала по телефону в рабочее время и допустила на своем рабочем месте нахождение постороннего лица – своего супруга, что недопустимо с точки зрения обеспечения сохранности вверенных материальных ценностей. Приказы о дисциплинарных наказаниях имеют второстепенное значение для увольнения работника, не выдержавшего испытательный срок, так как не требуется доказывать систематическое нарушение должностных обязанностей. Истцом не предоставлены доказательства причинения ей морального вреда, поскольку она сама была инициатором увольнения и потеря работы какие-либо страдания повлечь не может, запись в трудовой книжке работника произведена в соответствии с трудовым законодательством и не может порочить честь и достоинство истца.

Заслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основным принципом правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности (абзацы первый и второй статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения в силу положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены данным кодексом, иными федеральными законами.

Частью 4 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

При заключении трудового договора в нем по соглашению сторон может быть предусмотрено условие об испытании работника в целях проверки его соответствия поручаемой работе (часть 1 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

В период испытания на работника распространяются положения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов (часть 3 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

Срок испытания не может превышать трех месяцев, а для руководителей организаций и их заместителей, главных бухгалтеров и их заместителей, руководителей филиалов, представительств или иных обособленных структурных подразделений организаций - шести месяцев, если иное не установлено федеральным законом (часть 5 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при неудовлетворительном результате испытания работодатель имеет право до истечения срока испытания расторгнуть трудовой договор с работником, предупредив его об этом в письменной форме не позднее чем за три дня с указанием причин, послуживших основанием для признания этого работника не выдержавшим испытание. Решение работодателя работник имеет право обжаловать в суд.

При неудовлетворительном результате испытания расторжение трудового договора производится без учета мнения соответствующего профсоюзного органа и без выплаты выходного пособия (часть 2 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в период испытания работник придет к выводу, что предложенная ему работа не является для него подходящей, то он имеет право расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, предупредив об этом работодателя в письменной форме за три дня (часть 4 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных выше нормативных положений следует, что по соглашению сторон в трудовой договор может быть включено дополнительное условие об испытании работника, целью которого является проверка соответствия работника поручаемой работе. 

Право оценки результатов испытания работника принадлежит исключительно работодателю, который в период испытательного срока должен выяснить профессиональные и деловые качества работника и принять решение о возможности или невозможности продолжения трудовых отношений с данным работником. При этом трудовой договор с работником может быть расторгнут в любое время в течение испытательного срока, как только работодателем будут обнаружены факты неисполнения или ненадлежащего исполнения работником своих трудовых обязанностей. Увольнению работника в таком случае предшествует обязательная процедура признания его не выдержавшим испытание, работник уведомляется работодателем о неудовлетворительном результате испытания с указанием причин, послуживших основанием для подобного вывода. 

Как установлено в судебном заседании, на основании приказа директора общества ФИО1 № 1 от 02.01.2018 года ФИО7 принята на работу в ООО «Север» продавцом магазина, с ней заключен срочный трудовой договор на период с 02.01.2018 года по 31.12.2018 года, как с лицом, поступающим на работу к работодателю – субъекту малого предпринимательства, установлен испытательный срок продолжительностью 6 месяцев. 

20 марта 2018 года ФИО7 обратилась к работодателю с просьбой уволить ее по собственному желанию от 20.03.2018 года, что не оспаривается ответчиком.

20.03.2018 года директором ООО «Север» ФИО1 вручено ФИО7 уведомление о расторжении с ней трудового договора по ст. 71 ТК РФ в связи с неудовлетворительным результатом испытания в должности продавца магазина «Север» через три дня со дня получения уведомления. В уведомлении указано, что ФИО7 не соответствует занимаемой должности, неоднократно нарушала трудовую дисциплину и правила внутреннего распорядка ООО «Север», о чем свидетельствует систематическое присутствие в её рабочее время в помещении магазина «Север» супруга, без верхней одежды, свободно перемещающегося по всей площади магазина, включая ее рабочее место обслуживания покупателей (п. 9 должностной инструкции продавца), а также систематическое общение в рабочее время по мобильному телефону на отвлеченные темы с родственниками и друзьями (п. 10 должностной инструкции продавца).

Приказом № 1 от 21 марта 2018 года трудовой договор от 02.01.2018 года прекращен, ФИО7 уволена 21 марта 2018 года в связи с неудовлетворительным результатом испытания по ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса РФ. В качестве основания для увольнения указаны: трудовой договор от 02.01.2018 года, должностная инструкция от 02.01.2018 года, заключение о результатах испытания от 19.03.2018 года, объяснительная записка ФИО7 от 20 марта 2018 года.

Из объяснительной ФИО7 в адрес работодателя от 20 марта 2018 года следует, что она разговаривала по телефону в рабочее время, когда не было покупателей, а в их присутствии трубку убирала. Муж встречал ее и ждал после работы с 21-00 часа до 22-00 часов, когда она работала в вечернюю смену и 11- часовую смену. Ждал в тамбуре, когда она мыла пол, они уходили домой. Один раз присутствовал на рабочем месте, сидел на стуле (мужа провел самовольно). ФИО1 была в курсе и разрешила встречать ее вечером, в зал муж прошел без согласия, но затем пришла ФИО1 и разрешила. С должностными инструкциями ознакомлена, п. 9 и 10 нарушила.

Необходимость издания приказа об увольнении с 21 марта 2018 года без соблюдения 3-х дневного срока представитель ответчика мотивировал тем, что 20.03.2018 года ФИО1 вылетала в г. Красноярск для участия в конкурсе на право заключения договора о предоставлении участка для промышленного рыболовства на водных объектах Красноярского края. 

Из должностной инструкции продавца магазина «Север» следует, что в торговом зале и подсобном помещении у продавца не должны находиться посторонние люди (п. 9), в течение рабочего дня продавцу запрещается общение по мобильному телефону с друзьями, особенно в присутствии покупателей.

Приказом № 3 от 07.02.2018 года ФИО7 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания по факту того, что 02.02.2018 года около 20 часов допустила длительное нахождение в торговом зале магазина постороннего лица ФИО2, с которым разговаривала на темы, не связанные с приобретением товара, в результате чего отвлекалась от выполнения своих должностных обязанностей, на замечания коммерческого директора ФИО3 освободить рабочее место от присутствия постороннего лица отказалась, нарушила п. 3 должностной инструкции, письменных объяснений не предоставлено.

07.02.2018 года составлен акт об отказе ФИО7 от подписания приказа № 3 от 07.02.2018 года, подписанный директором ФИО1, коммерческим директором ФИО3, менеджером торгового зала ФИО4

Также представителем истца предоставлена докладная записка коммерческого директора ФИО3, установившего факт присутствия супруга истицы – ФИО2 в 20 часов 02.02.2018 года в помещении магазина, в торговом зале, который отвлекал ФИО7 от работы разговорами. На замечание и просьбу покинуть магазин постороннему лицу не отреагировала.

Исследованными документами подтверждается, что ФИО3 занимает в ООО «Север» должность коммерческого директора, к его должностным обязанностям относится, в том числе, обеспечение исполнительской и трудовой дисциплины сотрудников ООО «Север».

Приказом № 4 от 15.03.2018 года ФИО7 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания по факту того, что 09.03.2018 года около 20 часов 30 минут допустила нахождение на рабочем месте постороннего лица, на замечания менеджера торгового зала ФИО4 отреагировала неправильно, освободить рабочее место от присутствия постороннего лица отказалась, покинуть свое рабочее место не потребовала, чем нарушила п. 9, 10 должностной инструкции, письменных объяснений не предоставлено.

15.03.2018 года составлен акт об отказе ФИО7 от подписания приказа № 4 от 15.03.2018 года, подписанный директором ФИО1, коммерческим директором ФИО3, менеджером торгового зала ФИО4

Судом исследована докладная записка менеджера торгового зала ФИО4, указавшей, что 09 марта 2018 года в 20 часов 30 минут в смену ФИО7 она установила факт присутствия супруга истицы, сидевшем на стуле без верхней одежды, на замечание ФИО7 пояснила, что супруг против ее нахождения одной на рабочем месте и «ничего такого» в данном факте она не видит. Полагала, что ФИО7 нарушена трудовая дисциплина.

ФИО4 (до брака ФИО4) принята в ООО «Север» на должность менеджера торгового зала магазина «Север», к её должностным обязанностям относится, в том числе, контроль процесса торговли, трудовой дисциплины и качество работы персонала торговой точки.

Доводы представителя истца о наличии факта родственных отношений между ФИО1 и ФИО3, а также между ФИО1 и ФИО4, как между супругами и между матерью и дочерью нашли свое подтверждение на основании истребованных судом актовых записей о рождении, о заключении брака, о расторжении брака, составленных Игарским территориальным отделом агентства записи актов гражданского состояния, а также формы 1П о замене паспорта на ФИО1, предоставленных МП ОП дислокация г. Игарка ОМВД России по Туруханскому району.

Истцом предоставлена аудиозапись разговора между ФИО7 и ФИО1, подлинность содержания которой стороны не оспаривали, из которой следует, что 20 марта 2018 года при написании заявления об увольнении по собственному желанию ФИО7, директор пояснила: «…У тебя есть три дня, поэтому можешь отработать, но я не желаю тебя здесь видеть…», кроме того между сторонами обсуждался вопрос содержания объяснительной ФИО7, которую она писала работодателю 20 марта 2018 года, в частности директор указывала: «Я за тобой наблюдала, покупатели то были, я не приму у тебя такое объяснение. Ты разговаривала, когда покупатели были», «У тебя в должностной инструкции написано, что ты не имеешь права общаться, ты же читала». ФИО7 возражала: «Когда покупатели заходили, я убирала телефон сразу», «Да, я нарушила, не отрицаю», «Я разговаривала и продолжала работать, я пельмени фасовала».

Кроме того, в указанной аудиозаписи зафиксировано обсуждение присутствия постороннего лица в помещении магазина - супруга ФИО7, в частности ФИО1 поясняла: «Пиши и не жалуйся, он находился в местах заключения, и ты сдавала кассу в рабочее время. И пиши, что мне известно, что в должностной инструкции прописаны такие положения, что я не имею право водить родственников в торговый зал и разговаривать по телефону», ФИО7 возражала: «Я так и напишу, что с вашего разрешения… Он не приходил каждый день. Только вечером… Он час стоял, меня ждал. Что-то унесли?», отражены также пояснения ФИО1: «А где письменное подтверждение (в ответ на реплику «с вашего разрешения»)? Я просто хотела по- человечески, не хотела ссориться».

Стороны в судебном заседании указали, что конфликт между работником и работодателем стал развиваться в связи с направлением ФИО7 в адрес ФИО1 сообщения на телефон следующего содержания: «Здравствуйте, мне нужна копия трудовой книжки. Я написала заявление, чтобы вы мне выдали копию трудовой. Если сегодня копии трудовой книжки не будет, я ухожу на больничный на две недели с последующим увольнением».

Также представитель ответчика в подтверждение позиции о нарушении ответчиком должностной инструкции в части допущения нахождения посторонних лиц в магазине и разговорах по телефону, предоставил фрагмент разговора между ФИО7 и предположительно ее супругом, в котором она подтвердила эти факты, обсуждала обстоятельства увольнения за нарушение должностной инструкции: «В рабочее время, когда я работала, ну помнишь, она пришла – ты сидел? Что ты постоянно находился в магазине, в зале расхаживал, что я постоянно по телефону разговариваю».

Как закреплено в статье 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

На основании статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

На основании статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Совокупность исследованных доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что работодателем нарушена процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности, поскольку доводы представителя истца о том, что ФИО7 не было известно о наличии приказов о дисциплинарном взыскании, заслуживают внимания.

Так, работнику не было предложено дать объяснения по фактам, изложенным в докладных записках коммерческого директора и менеджера торгового зала, с ними ФИО7 не ознакомлена, акты о не предоставлении работником объяснений суду не предоставлены, подписи в приказах, подтверждающие факт ознакомления с ними, отсутствуют.

Суд ставит под сомнение акты от 07 февраля и 15 марта 2018 года, поскольку в них не указаны основания отказа ФИО7 от подписи, кроме того установлены близкие родственные отношения между лицами, подписавшими акт, в интересах работодателя. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о незаконности приказов «О дисциплинарном взыскании» № 3 от 07.02.2018 года и № 4 от 15.03.2018 года в связи с нарушением процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Как следует из абз. 1 ст. 392 Трудового Кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

При этом, суд полагает, что ФИО7 не пропущен срок обращения в суд установленный ст. 392 ТК РФ, поскольку о наличии этих приказов истцу стало известно после их приобщения к материалам гражданского дела в судебном заседании 04 июня 2018 года, иного ответчиком не доказано, следовательно, оснований для разрешения ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд не имеется.

Определяя законность оснований для увольнения работника по ст. 71 ТК РФ, суд учитывает следующее.

Определяя в трудовом договоре испытательный срок продолжительностью 6 месяцев, ответчик не учел положения ст. 70 ТК РФ о том, что устанавливать испытание продолжительностью более трех месяцев по должности продавца нельзя, однако увольнение за неудовлетворительный результат испытания состоялось не за пределами этого срока, истекавшего 02 апреля 2018 года.

Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Определении от 24 марта 2015 года N 433-О указывает на то, что испытание при приеме на работу устанавливается соглашением сторон трудового договора в целях проверки соответствия работника поручаемой работе (часть первая статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации), позволяя работодателю оценить профессиональные и деловые качества работника, а работнику - оценить, является ли данная работа для него подходящей, чем обеспечивается соблюдение баланса интересов работника и работодателя. При этом статьей 71 Трудового кодекса Российской Федерации установлен специальный порядок расторжения трудового договора. Часть первая данной статьи, предоставляющая работодателю право расторгнуть трудовой договор с работником в связи с неудовлетворительным результатом испытания, предполагает указание причин, послуживших основанием для признания этого работника не выдержавшим испытание, а также устанавливает срок предупреждения работника о расторжении трудового договора и право обжаловать решение работодателя в суд, что обеспечивает защиту работника от произвольного увольнения.

Исходя из буквального толкования положений ч. 1 ст. 71 ТК РФ работодатель обязан предупредить работника в письменной форме о расторжении с ним трудового договора при неудовлетворительном результате испытания, а также указать причины, послужившие основанием для признания работника не выдержавшим испытание. Вместе с тем при увольнении работника как не выдержавшего испытание обязанность доказать факт его неудовлетворительной работы возлагается на работодателя.

Как указывалось выше, не выдержавшей испытание ФИО7 признана в связи с тем, что она не соответствует занимаемой должности, неоднократно нарушала трудовую дисциплину и внутренний трудовой распорядок, что выразилось в систематическом нахождении ее супруга в помещении магазина «Север» и общении по мобильному телефону в нарушение должностной инструкции.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако, в судебном заседании представителем истца не предоставлено никаких сведений, по которым работодатель пришел к выводу о том, что ФИО7 не соответствует занимаемой должности (по уровню образования, профессиональным навыкам, деловым качествам и т.п.), к дисциплинарной ответственности с соблюдением требований трудового законодательства ФИО7 не привлекалась, ссылка на приказы о дисциплинарной ответственности в уведомлении отсутствует, доказательств того, что нахождение в помещении магазина супруга истца препятствовало ей исполнять её должностные обязанности, предусмотренные трудовым договором, повлекло какие-либо негативные для работодателя последствия, не установлено, факты нарушения п. 10 должностной инструкции (общение по мобильному телефону с друзьями, особенно в присутствии покупателей) чем-либо не зафиксированы, характер этих общений, их необходимость не выяснялась.

Признание данных фактов самой ФИО7 в объяснительной от 20 марта 2018 года не освобождает ответчика от их доказывания, не может быть принято во внимание, с учетом исследованной аудиозаписи переговоров между ФИО8 и ФИО1, поскольку на содержании такого текста объяснительной настаивал работодатель, работник отрицала, что излагаемые ею факты препятствовали исполнению должностных обязанностей.

Как пояснил представитель ответчика, намерение у работодателя расторгнуть с ФИО7 трудовой договор возникло по ст. 71 ТК РФ в результате ее обращения с заявлением об увольнении по собственному желанию.

Таким образом, суд не находит оснований квалифицировать действия ФИО7, указанные в уведомлении, как нарушение служебной дисциплины, которое является достаточным и безусловным основанием для принятия решения о расторжении трудового договора с ней в связи с неудовлетворительным результатом испытания.

Кроме того, суд не соглашается с толкованием представителем ответчика обязанности работодателя соблюдать 3-х дневный срок с момента уведомления работника о неудовлетворительном результате испытания в должности продавца магазина до момента увольнения, а полагает, что данная обязанность не зависит от подачи работником заявления об увольнении по собственному желанию.

При увольнении по собственному желанию работник и работодатель вправе согласовать дату увольнения, ранее истечения трехдневного срока предупреждения работником работодателя об увольнении. Директор ООО «Север» не возражала уволить ФИО7 по собственному желанию 21.03.2018 г., о чем свидетельствует ее заявление, подтвержденное аудиозаписью, а также последующие действия. Вместе с тем, намерение истца уволиться по собственному желанию не может лишить работодателя права расторгнуть с работником трудовой договор по иным основаниям, предусмотренным ТК РФ, при этом работодатель, реализуя это право, сократить 3-х дневный срок, предоставленный работнику для защиты его прав, не может. Таким образом, приняв решение о наличии оснований для увольнения истца по своей инициативе, работодатель, вручив уведомление о неудовлетворительном результате испытания 20 марта 2018 года, а уволив ФИО7 21 марта 2018 года, нарушил требования ст. 71 ТК РФ, а, следовательно, и процедуру увольнения.

Как следует из материалов дела, в ходе судебного разбирательства работодателем не представлено доказательств, объективно и достоверно свидетельствующих о неудовлетворительном результате испытания ФИО7, вследствие чего у работодателя не имелось достаточных оснований для прекращения с истцом трудовых отношений по ст. 71 Трудового кодекса РФ, вместе с тем возникла обязанность уволить работника по собственному желанию в соответствии с его волеизъявлением.

В соответствии со ст. 394 Трудового Кодекса РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Также обязанность работодателя возместить работнику материальный ущерб, причиненный в результате незаконного лишения его возможности трудиться, предусмотрена ст. 234 ТК РФ в случае, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Поскольку суд пришел к выводу о незаконности увольнения истца по ст. 71 ТК РФ и привлечении к дисциплинарной ответственности, имеются основания для удовлетворения требования истца об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В разъяснениях, данных в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», указано, что поскольку Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Определяя размер денежной компенсации морального вреда в размере 5000 руб., исходя из обстоятельств нарушения трудовых прав истца, длительности и существенности нарушения, позиции работодателя, суд принимает во внимание требования разумности и справедливости, учитывает, что нарушено конституционное право истца на труд, степень нравственных страданий истца.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из квитанции от 12.04.2018 года, ФИО7 оплачено ФИО5 за составление искового заявления 2000 рублей, за представление ее интересов в суде 1 инстанции 7000 рублей. 

Суд полагает данный размер расходов на оплату услуг представителя соответствует характеру спора, значимости и объему права, получившего защиту, требованиям разумности, количеству затраченного времени и объему выполненной работы. Возражений от ответчика о чрезмерности судебных расходов не заявлено.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 103 ГК РФ). 

На основании изложенного, учитывая, что истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает, что в соответствии с п. 3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика следует взыскать в доход соответствующего бюджета госпошлину в сумме 300 рублей в связи удовлетворением неимущественного требования.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО7 удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО7 с должности продавца ООО «Север» по ст. 71 Трудового Кодекса РФ незаконным.

Изменить формулировку основания увольнения ФИО7 на увольнение по собственному желанию.

Признать приказы «О дисциплинарном взыскании» № 3 от 07.02.2018 года и № 4 от 15.03.2018 года незаконными и отменить.

Взыскать с ООО «Север» в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 9000 рублей.

Взыскать с ООО «Север» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

В остальной части заявленных исковых требований ФИО7 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Верховный Суд Республики Хакасия путем подачи апелляционной жалобы, представления через Абазинский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 16.07.2018 года.

Председательствующий судья подпись Н.А. Панова