№

РЕШЕНИЕ

ФИО9

16 июля 2020 года 

<

адрес>

Заринский городской суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего Грудинина С.В.,

при секретаре Задригун Г.В.,

с участием прокурора ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Грисяк ФИО10 к акционерному обществу «Алтай-Кокс» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Алтай-Кокс» о возмещении морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В обоснование исковых требований указано, что истец состоял в трудовых отношениях с АО «Алтай-Кокс» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности 

<

данные изъяты>. Работа истца была связана с 

<

данные изъяты>, что явилось причиной возникновения у него профессиональных заболеваний 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> вынужден постоянно принимать лекарственные средства.

В настоящее время испытывает дискомфорт от того, что задыхается при любой физической нагрузке, ему приходится повторять сказанное, переспрашивает то, что ему сказали, ощущает себя неполноценным человеком.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме, пояснив, что в свсязи с ухудшением здоровья ушел на досрочную пенсию. В настоящее время у него постоянные 

<

данные изъяты> вынужден принимать лекарства: таблетки, аэрозоли. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика – ФИО3 в судебном заседании, не оспаривая факт работы 

<

данные изъяты>, возражала относительно удовлетворения исковых требований в полном объеме, пояснив, что работодатель 

<

данные изъяты> произвел выплату компенсации морального вреда в установленном размере. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 пояснил, что 

<

данные изъяты> 

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ)).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 ТК РФ определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 работал в АО «Алтай-Кокс», а также организациях, правопреемниками которого является общество, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> 

ДД.ММ.ГГГГ главным государственным санитарным врачом по 

<

адрес> была утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника 

<

данные изъяты> 

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного главным государственным санитарным врачом по 

<

адрес> следует, что заболевание ФИО1 

<

данные изъяты> возникло в результате несовершенства технологии производственного процесса, механизмов и оборудования, непосредственной причиной заболевания послужило работа в контакте с запыленностью в контакте с запыленностью, превышающей ПДК. 

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного главным государственным санитарным врачом по 

<

адрес> следует, что заболевание ФИО1 

<

данные изъяты> является профессиональным, и возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов (эквивалентный уровень звука 97 дБА, при норме 80 дБА, превышение на 17дБА). Заболевание является профессиональным, возникло в результате несовершенства технологии производственного процесса, механизмов и оборудования, непосредственной причиной заболевания послужило работа в контакте шумом, превышающем ПДУ. 

С ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

адрес>» установило ФИО1 утрату профессиональной трудоспособности в размере 10% в связи с профессиональным заболеванием по коду МКБ-10 – J63, а так же утрату профессиональной трудоспособности в размере 10% в связи с профессиональным заболеванием по коду МКБ-10 – H90. С ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% по вышеуказанным заболеваниям была установлена бессрочно.

Согласно выписок из истории болезни 

<

данные изъяты> ФИО1 в период с 2012 по 2020 год ежегодно проходил лечение в отделении – 

<

данные изъяты>

Данные факты подтверждаются материалами дела, а также материалами дела освидетельствовании в Бюро МСЭ. 

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». 

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Проанализировав представленные суду доказательства и доводы сторон, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований, ввиду того, что заболевания истца являются профессиональными и получены в период его работы в АО «Алтай-Кокс» и организациях, правопреемниками которых является последнее. 

Не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований довод ответчика об обеспечении работника средствами индивидуальной защиты, поскольку из акта о случае профессионального заболевания следует, что оно возникло в условиях связанных с длительным контактом (27 лет) с запыленностью, превышающей ПДК и с шумом, превышающим ПДУ, в связи с несовершенством технологии производственного процесса, механизмов, оборудования.

Факт работы истца в АО «Алтай-Кокс», а также получение в период работы профессиональных заболеваний ответчиком не оспаривалось. 

Из представленных суду доказательств следует, что заболевания возникли у истца, по вине работодателя, ввиду несоблюдения безопасных условий труда. Вины работника в возникновении профессиональных заболеваний не установлено.

Доказательств обратного суду не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что имелись основания для освобождения ответчика от обязанности по возмещению морального вреда. 

Разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Из содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред. Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 №, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с разъяснениями в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

Принимая во внимание характер причиненного истцу вреда, характер профессиональных заболеваний, степень утраты профессиональной трудоспособности (10% по каждому заболеванию), физические и нравственные страдания истца, которые носят длительный и постоянный характер, требования разумности и справедливости, суд приходит в выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере № руб.

Кроме того в силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета полежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования Грисяк ФИО12 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в пользу Грисяк ФИО13 денежную компенсацию морального вреда в размере №. 

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в бюджет муниципального образования 

<

адрес> края государственную пошлину в размере № руб.

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес> суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Заринский городской суд.

Судья Заринского городского суда

<

адрес> Грудинин С.В.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года