копия 

Дело № 2-2770/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Кунгур Пермского края 30 июля 2019 года 

Кунгурский городской суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Колеговой Н.А., 

при секретаре Самариной Е.А., 

с участием прокурора Нориной Н.П.,

представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ.,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Кунгуре Пермского края гражданское дело по иску ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «Буровая компания «Евразия» о компенсации морального вреда в размере по 200 000 рублей, взыскании судебных расходов.

В обоснование иска указал, что с ДД.ММ.ГГГГ. состоял в трудовых отношениях с ответчиком, занимал должности помощника бурильщика, бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ.

ДД.ММ.ГГГГ. медико-социальной экспертной комиссией установлена степень утраты истцом профессиональной трудоспособности на №% по профзаболеванию: 

<

данные изъяты> 2013года; 

<

данные изъяты> 2015года; 

<

данные изъяты> 2011 года в результате трудовых отношений с ответчиком.

В результате полученного заболевания истцу причинен моральный вред, который он оценивает в размере 200 000 рублей.

В судебное заседание истец не явился, просил рассмотреть дело без его участия, на иске настаивает (л.д.162).

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивала по доводам, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ФИО2 с исковыми требованиями не согласна, представила возражения на исковое заявление, полагает, что истцом чрезмерно завышена сумма компенсации морального вреда.

Третье лицо Государственное учреждение – Пермское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации извещено надлежащим образом, просило рассмотреть дело без участия представителя, представило письменные пояснения к исковому заявлению (л.д.92-93,135-160).

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, прокурора, исследовав документы дела, медицинские документы в отношении ФИО3, считает исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению в части.

Судом установлено: 

ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ответчиком, занимал должность помощника бурильщика, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ. Трудовой договор с истцом расторгнут в связи с сокращением численности штата работников (л.д.33-52, 95-96).

Из документов дела следует, что ООО «Буровая компания «Евразия» зарегистрирована ДД.ММ.ГГГГ., Полазненская экспедиция ЗАО «Лукойл-Бурение-Пермь» ДД.ММ.ГГГГ. переименована в Полазненскую экспедицию глубокого эксплуатационного и разведочного бурения и ремонта скважин ООО «Буровая компания «Евразия», ДД.ММ.ГГГГ. создан Пермский филиал ООО «Буровая компания «Евразия-Пермь» (л.д.6, 10, 13, 64-75, 115).

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и положений Конституции Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

В статье 209 Трудового кодекса Российской Федерации содержится определение понятия безопасных условий труда, под которыми понимаются условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов, а вредный производственный фактор - это такой производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию. 

В соответствии со ст.3 Федерального Закона от ДД.ММ.ГГГГ №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. 

Указанный закон и Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденное постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, связывают возникновение как острого, так и хронического профессионального заболевания у работника (застрахованного) с условиями труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника (застрахованного). Иных правил и условий признания заболевания профессиональным законом не установлено.

Согласно документов дела ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО3 составлен акт о случае профессионального заболевания. Из медицинского заключения Краевого центра профпатологии Пермской краевой клинической больницы следует, что ФИО3 установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Данным заключением установлено, что заболевание является профессиональным, приобретенное в период работы истца в ООО «Буровая компания «Евразия» (л.д.12-15).

ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО3 ФИО4 центром профпатологии Пермской краевой клинической больницы составлен акт о случае профессионального заболевания, согласно которому у ФИО3 выявлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>), приобретенное в период работы в ООО «Буровая компания «Евразия».

Согласно п. 30, 32 постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний » документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является акт о случае профессионального заболевания. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах).

Из пояснений на исковое заявление Государственного учреждения - Пермского регионального отделения фонда социального страхования Российской Федерации следует, что заключением отделения Фонда № от ДД.ММ.ГГГГ. факт повреждения здоровья ФИО3 вследствие профессионального заболевания был квалифицирован в качестве страхового случая по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. Бюро № филиала ФКУ «ГБ МСЭ» по 

<

адрес> Минтруда России впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности № в связи с 

<

данные изъяты> от физических перегрузок 

<

данные изъяты> на период с ДД.ММ.ГГГГ., разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (л.д.135-137). 

Факт случая профессионального заболевания, наступившего у ФИО3 подтверждается документами дела: актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ., которым ФИО3 установлен диагноз: 

<

данные изъяты> вследствие работы бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ в ООО «Буровая компания «Евразия» Пермский филиал (л.д.5-8); выписками из истории болезни в отношении ФИО3 (л.д.16-29); копией справки об инвалидности, из которой следует, что ФИО3 установлена инвалидность в связи с №% степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.32); медицинскими документами: дело № Бюро № филиала ФКУ «ГБ МСЭ» в отношении ФИО3, медицинской амбулаторной картой. 

Согласно представленных доказательств причиной профессионального заболевания ФИО3 послужило длительное, многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: физические перегрузки, переохлаждение, производственный шум (л.д.6, 6 об., 10, 10об.,14).

Из материалов дела следует, что Государственным учреждением - Пермским региональным отделением фонда социального страхования Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 была назначена единовременная страховая выплата в размере 33 247,12 рублей; с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 назначена ежемесячная страховая выплата в размере 29 139,12 рублей на период с ДД.ММ.ГГГГ. В дальнейшем производился перерасчет ежемесячных страховых выплат в связи с индексацией, в 2018-2019г.г. ФИО3 выделялись санаторно-курортные путевки, рекомендованные ему в программе реабилитации, производилась оплата дополнительных расходов: на проезд к месту лечения и обратно; приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода (л.д.135-137,84-88,95-113).

Суд, проанализировав доказательства, предоставленные в судебное заседание, приходит к выводу, что причиной возникновения у истца профессионального заболевания явилось воздействие на его организм вредных производственных факторов в период его работы у ответчика, в связи с не обеспечением работодателем безопасных условий труда. Доказательств, подтверждающих отсутствие своей вины в возникновении у истца профессионального заболевания, ответчик суду не представил.

Обязанность работодателя возмещать причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, моральный вред предусмотрена ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязанность компенсировать моральный вред, причиненный работнику в связи с трудовым увечьем, возлагается на причинителя вреда. 

В соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", и в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». 

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащее гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием для возмещения вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда его здоровью вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела, и в силу прямого указания закона не имеется правовых оснований для отказа работнику в иске к работодателю о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания (ст. 237 ТК РФ).

Сторонами трудовых отношений ранее не был разрешен вопрос о порядке компенсации вреда, причиненного работнику при исполнении трудовых обязанностей, поэтому суд, руководствуясь положениями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание обстоятельства дела, считает, что размер компенсации морального вреда указанный истцом в 200 000 рублей является чрезмерным, и полагает возможным с учетом требований разумности и справедливости взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 80 000 рублей, полагая, что указанная сумма соответствует требованиям разумности, поскольку в судебном заседании установлено, что истец не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе, процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере №% установлен истцу не бессрочно, на срок с ДД.ММ.ГГГГ., что свидетельствует о возможности улучшения состояния здоровья истца, группа инвалидности истцу не установлена.

В соответствии со статьей 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходами (ст.94 ГПК РФ). 

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Пунктом 12 указанного Пленума разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Материалами дела подтверждено, что интересы ФИО3 представляла ФИО1 на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. В обоснование несения расходов на услуги представителя истцом представлены: договор на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ. и квитанция, чек к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ. на сумму 30 000 рублей (л.д.54-56, 58-59).

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер проведенной представителем работы и затраченного времени, участие в двух судебных заседаниях, сложность рассмотрения дела, суд считает возможным взыскать с ООО «Буровая компания «Евразия» в пользу ФИО3 расходы на услуги представителя в размере 20 000 рублей, что, по мнению суда, соответствует требованиям разумности. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 80 000 (Восемьдесят тысяч) рублей, расходы на услуги представителя в размере 20 000 (Двадцать тысяч) рублей. 

В удовлетворении остальных исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» в доход муниципального образования «

<

адрес>» государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

<

адрес>вой суд через Кунгурский городской суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья (подпись) 

Копия верна. Судья: Н.А.Колегова 

Подлинное решение подшито в дело №, 59RS0№-54. Дело находится в Кунгурском городском суде 

<

адрес>.