Дело № 2-779/2020

14RS0014-01-2020-000967-50

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Ленск 02 ноября 2020 года

Ленский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего судьи Петуховой О.Е.,

при секретаре Старыгиной А.О.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, 

помощника прокурора Ленского района Перевозкина С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что приговором мирового судьи от 14 сентября 2017 года был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год с отбыванием наказания в колонии-поселении, при этом мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, он взят под стражу в зале судебного заседания. Апелляционным определением Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 20 октября 2017 года указанный приговор изменен, мера пресечения в виде заключения под стражу отменена, он освобожден из под стражи в зале судебного заседания. Считает, что мера пресечения в виде заключения под стражу при оглашении приговора избрана судом незаконно, так как в колонию-поселение осужденный следует самостоятельно, а нахождением в СИЗО до освобождения ему причинен моральный вред, который он оценивает в 150000 руб. Также указывает, что 26 апреля 2018 года апелляционным определением Верховного суда Республики Саха (Якутия) ему изменен вид исправительного учреждения с колонии-поселения на исправительную колонию общего режима. Постановлением Иркутского районного суда Иркутской области от 19 сентября 2018 года время содержания под стражей зачтено ему в срок лишения свободы в расчете один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима. С учетом такого зачета подлежал освобождению 21 сентября 2018 года, однако был освобожден только 05 октября 2018 года. Считает, что незаконным содержанием в колонии общего режима в течение 14 дней ему причинен моральный вред, который он оценивает в 150000 руб. В связи с причинением ему нравственных страданий, просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 300000 руб. с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации. 

В ходе судебного заседания истец ФИО1, его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объеме, настаивая на доводах изложенных в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ФИО3 с иском не согласна, просит в его удовлетворении отказать. 

Помощник прокурора Ленского района Перевозкин С.В. дал суду заключение о том, что иск в части компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием в СИЗО, подлежит удовлетворению, поскольку, действительно, нарушены права истца, при этом считает необходимым уменьшить заявленный размер компенсации до 10000 руб. В удовлетворении второй части иска считает необходимым отказать, так как смягчение наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, производится в заявительном порядке, поэтому удовлетворение ходатайства о зачете срока содержания под стражей в срок лишения свободы связано только с реализацией права истца на подачу такого ходатайства. 

Каких-либо ходатайств сторонами не заявлено. 

Изучив материалы дела, заслушав объяснения участников процесса, заключение помощника прокурора, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с положениями п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Физические страдания могут иметь место не только в момент причинения вреда, но и впоследствии. Степень физических страданий, как и нравственных, нужно оценивать с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных и переживаемых страданий.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Таким образом, действующее законодательство исходит из обязанности государства возместить лицу причиненный моральный вред в случае незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, причем самим фактом незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу презюмируется причинение морального вреда.

Приговором мирового судьи судебного участка № 54 Ленского района от 14 сентября 2017 года ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 8 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении, при этом отменено условное осуждение по приговору мирового судебного участка № 54 Ленского района от 15 мая 2017 года, по совокупности приговоров назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год с отбыванием наказания в колонии-поселении. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, ФИО1 взят под стражу в зале судебного заседания. 

Устанавливая меру пресечения в виде заключения ФИО1 под стражу, мировой судья исходил из необходимости обеспечения исполнения приговора по его вступлению в законную силу.

Апелляционным определением Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 20 октября 2017 года указанный приговор изменен, резолютивная часть приговора дополнена указанием на то, что осужденный по получению соответствующего предписания обязан следовать в колонию-поселение, мера пресечения в виде заключения под стражу отменена, ФИО1 освобожден из под стражи в зале судебного заседания. 

Действительно, к самостоятельному основанию для избрания меры пресечения, согласно положениям ч. 2 ст. 97 УПК РФ, отнесена необходимость обеспечения исполнения приговора. 

Однако, как неоднократно указал Конституционный Суд РФ в Определении от 18 июля 2017 года N 1541-О, ч. 2 ст. 97 УПК РФ, допуская в системе уголовно-процессуального регулирования избрание в целях обеспечения исполнения наказания меры пресечения до вступления приговора в законную силу, действует с учетом установленных в ч. 4 ст. 75.1 УИК РФ ограничений на применение меры пресечения в виде заключения под стражу. Такая правовая позиция основана на том, что указанная статья определяет особый порядок направления осужденных в колонию-поселение, который обусловлен самостоятельным следованием осужденного в колонию-поселение за счет государства, и конкретизирует, что по решению суда осужденный может быть заключен под стражу и направлен в колонию-поселение под конвоем в порядке, предусмотренном ст. 75 и 76 УИК РФ, в случаях уклонения его от следствия или суда, нарушения им меры пресечения или отсутствия у него постоянного места жительства на территории Российской Федерации. Также указано, что необходимость исполнения приговора не может служить единственным основанием избрания меры пресечения или продления ее срока до постановления приговора.

Исходя из отсутствия оснований для применения в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, государственный обвинитель внес апелляционное представление, а суд апелляционной инстанции изменил приговор, отменив меру пресечения и освободив ФИО1 в зале суда. 

Из сообщения ИВС ОМВД России по Ленскому району следует, что ФИО1 содержался в ИВС с 14 сентября 2017 года по 19 сентября 2017 года, то есть 6 дней. 

Из справки по личному делу следует, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Саха (Якутия) 31 день.

Всего под стражей ФИО1 находился 37 дней.

Таким образом, суд считает доказанным факт причинения ФИО1 нравственных страданий, выразившихся в его заключении под стражу без необходимых на то оснований, поэтому иск в части компенсации морального вреда по данному основанию подлежит удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, тот факт, что в результате заключения истца под стражу были нарушены его конституционные права на свободу до прибытия в колонию-поселение, исходя из срока нахождения под стражей, суд считает, что требованиям разумности и справедливости отвечает сумма в размере 75000 руб. Данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Довод ответчика о том, что фактически права истца не нарушены, поскольку время содержания под стражей зачтено в срок лишения свободы, является необоснованным, поскольку данные требования ФИО1 основаны не на нарушении права на зачет срока, а незаконным помещением в СИЗО в отсутствие на то законных оснований. 

Согласно положениям ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно которым уголовный закон, иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание.

Федеральным законом от 3 июля 2018 года N 186-ФЗ внесены изменения в ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, в частности, ст. 72 дополнена ч. 3.1, согласно которой время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев, предусмотренных ч.ч.3.2, 3.3 указанной статьи, из расчета один день за: один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима; полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима; два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Постановлением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 14 марта 2018 года отказано в переводе ФИО1, отбывающего наказание в колонии-поселении, в колонию общего режима.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Саха от 26 апреля 2018 года указанное выше постановление отменено, изменен вид исправительного учреждения ФИО1 с колонии-поселения на колонию общего режима. Постановлением Иркутского районного суда Иркутской области от 19 сентября 2018 года, вынесенному по ходатайству ФИО1 о смягчении наказания вследствие издания закона, имеющего обратную силу, в соответствии со ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, срок содержания ФИО1 под стражей зачтен в срок лишения свободы в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в редакции от 03 июля 2018 года.

Данное постановление вступило в силу 05 октября 2018 года. 

Учитывая, что время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима, ФИО1 зачитывался в срок лишения свободы в количестве 55 дней (37 дней нахождения под стражей * 1,5 = 55 дней).

Начало срока приходится на 14 ноября 2017 года, при сроке лишения свободы 1 года, его окончание приходится 14 ноября 2018 года. За вычетом зачтенного срока, окончание срока лишения свободы приходится на 20 сентября 2018 года. 

ФИО1 был освобожден 05 октября 2018 года, по факту поступления в колонию постановления Иркутского районного суда Иркутской области от 19 сентября 2018 года и вступления его в законную силу.

Согласно ч. 1 ст. 391 УПК РФ постановление суда первой инстанции вступает в законную силу и обращается к исполнению по истечении срока его обжалования в апелляционном порядке либо в день вынесения судом апелляционной инстанции определения или постановления.

Сам факт содержания истца в местах лишения свободы с 21 сентября 2018 года по 05 октября 2018 года при наличии постановления суда о зачете срока содержания под стражей в срок лишения свободы, вступившего в законную силу 05 октября 2018 года, не свидетельствует о незаконности такого содержания.

Суд учитывает, что обращение к исполнению решения лишь после вступления его в законную силу не может расцениваться как несоразмерное ограничение конституционного права на свободу и личную неприкосновенность лица, отбывающего уголовное наказание в виде лишения свободы на основании приговора суда. Снижение наказания в виде уменьшения срока произошло не вследствие допущенной судом ошибки, а в связи с изданием закона, имеющего обратную силу, который не мог быть применен при постановлении приговора.

При таких обстоятельствах, иск в данной части не подлежит удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.197-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 75000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) через Ленский районный суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме. 

Решение суда изготовлено 10 ноября 2020 года.

Судья п/п Петухова О.Е.

Копия верна.