Дело № 2-911/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с.Шаркан УР 16 мая 2017 года

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Макаровой Т.П.,

при секретаре Волковой И.Н.,

с участием:

истца ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

его представителя – адвоката Сафоновой С.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее – истец) обратился в суд с иском к ФИО2 (далее - ответчик) о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., указав в обоснование следующее. 

Постановлением мирового судьи судебного участка №*** 

<

*****> от 

<

дата> прекращено за отсутствием в деянии состава преступления уголовное дело, возбужденное на основании заявления ответчика, по обвинению истца в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ.

Своими действиями по привлечению истца к уголовной ответственности ответчик причинил истцу моральные и нравственные страдания: данные действия ответчика, высказывания ответчика в адрес ФИО1 о том, что последний совершил преступление, являются оскорбительными, несут негативный смысл и отрицательно характеризуют личность, моральный облик истца, унижают его честь и достоинство.

Указанными действиями ответчик нарушил конституционное право истца на доброе имя, унизил его честь и достоинство, т.е. нарушил его личные неимущественные права и причинил ему моральный вред в виде нравственных страданий. Сведения, порочащие его честное и доброе имя, репутацию в глазах муниципальной власти, районной полиции, его деловых партнеров, близких родственников, семьи, соседей, собственников земельных долей, имеют тем более существенное значение, поскольку истец является главой крестьянского (фермерского) хозяйства, полномочным представителем указанных выше собственников земельных долей, выбранным ими на общем собрании.

Статья 151 ГК РФ предусматривает возможность денежной компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий, причиненных действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина или посягающими на другие принадлежащие ему нематериальные блага). К числу нематериальных благ, состав которых определен в ст.150 ГК РФ, относятся достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация. При определении размера компенсации морального вреда принимаются во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства, в частности степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В постановлении от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» Пленум Верховного Суда Российской Федерации отметил, что субъективное мнение, высказанное ответчиком в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, является основанием для возложения на ответчика компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (…статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 9).

Принимая во внимание требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства, при которых ответчиком истцу был причинен моральный вред, его индивидуальные особенности, истец оценивает причиненный ему моральный вред в 100 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, в обоснование привел изложенные выше доводы, дополнительно пояснил, что между ним и ответчиком, как главами хозяйствующих субъектов – крестьянских (фермерских) хозяйств, имеется спор относительно земельного участка. Данный земельный участок был выделен им (истцом) за счет земельных долей дольщиков, которые в 2012 году на общем собрании выбрали его своим полномочным представителем и заключили с ним договоры аренды. Ответчик на тот момент отказался от заключения с дольщиками договоров аренды, но впоследствии стал претендовать на выделенный им земельный участок: пытался провести новое собрание дольщиков, осуществлял на данном участке, без его ведома, силами своих работников, заготовку сена. Полагает, что в суд с заявлением о привлечении его к уголовной ответственности, ФИО2 обратился только для того, чтобы опорочить его честь, доброе имя и деловую репутацию, и тем самым вызвать недоверие собственников земельных долей, заключивших с ним договоры аренды, вынудить их расторгнуть данные договоры. Побои ФИО2 он не наносил. Уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, т.е. по реабилитирующему основанию, вследствие чего он, как реабилитированный, имеет право на возмещении морального вреда, причиненного ему ответчиком в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. В результате возбуждения указанного уголовного дела по заявлению ответчика пострадала его деловая репутация, что подтверждает тот факт, что часть людей после этого отказались продолжать с ним работать. После возбуждения уголовного дела к нему домой приезжали сотрудники полицейские, что со стороны соседей и родственников, естественно, вызывало вопросы, ему приходилось объясняться, из-за всего этого он испытывал неудобства и нравственные страдания. 

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, пояснил, что действительно в 2014 году обращался к мировому судье судебного участка Шарканского района УР с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности по ч.1 ст.116 УК РФ, поскольку в июле 2014 года ФИО1, находясь в поле около 

<

*****>, брызнул ему в глаза слезоточивым газом, из-за чего он испытал сильную физическую боль и на какое-то время потерял возможность видеть. На основании его заявления мировым судьей было возбуждено уголовное дело, которое впоследствии было прекращено ввиду его неявки в суд. В суд он тогда фактически явился, но с опозданием на 20 минут, задержавшись по работе. Требования истца полагает необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку обращался к мировому судье лишь с одной целью – защитить свои права.

Представитель ответчика – адвокат Сафонова С.В., в удовлетворении исковых требований истцу просила отказать в полном объеме, указав, что ФИО2, обратившись в суд с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности по ч.1 ст.116 УК РФ, воспользовался своим конституционным правом на защиту своих прав. Доказательств того, что ФИО2, обращаясь с указанным заявлением, действовал исключительно из намерения причинить вред истцу, ФИО1 не представлено. Отказ от обвинения, о чем свидетельствует неявка частного обвинителя в суд, предусмотрен действующим уголовно-процессуальным законодательством. Таким образом, никаких противоправных действий ФИО2 в отношении истца не совершил. Кроме того, истец не представил доказательств тому, что в результате обращения ответчика с указанным заявлением в суд для истца наступили какие-либо негативные последствия. 

Выслушав стороны, свидетеля П.Н.А. , показавшего, что летом 2014 года был в поле и видел как ФИО2, подходя к находившемуся там же в поле ФИО1, закрыл руками лицо, после чего ФИО1 сразу же уехал, а ФИО2, сообщив, что ФИО1 брызнул ему в лицо газом, вызвал сотрудников полиции, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела №*** по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, сопоставив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно материалам уголовного дела №*** по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, исследованным в судебном заседании, 

<

дата> ФИО2 обратился к мировому судье судебного участка 

<

*****> УР с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, указав, что 

<

дата> между 14 и 15 час., находясь в поле в районе д.

<

*****> УР, ФИО1, на почве личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения заявителю физической боли, несколько раз брызнул заявителю в глаза слезоточивым газом, чем причинил сильную физическую боль (л.д.2 уголовного дела №***).

<

дата> мировым судьей судебного участка №*** 

<

*****> УР, действующим в порядке замещения мирового судьи судебного участка 

<

*****> УР, заявление ФИО2 принято к производству и в отношении ФИО1 в порядке частного обвинения возбуждено уголовное дело по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ (л.д.1 уголовного дела №***).

Судебное заседание по указанному уголовному делу, назначенное на 

<

дата>, было отложено на 

<

дата> ввиду несвоевременного извещения о времени, дате и месте судебного заседания подсудимого ФИО1 (л.д.38 уголовного дела №***).

<

дата> в судебное заседание к назначенному времени не явился потерпевший (частный обвинитель) ФИО2 (л.д.44 уголовного дела №***).

Ввиду неявки в судебное заседание потерпевшего (частного обвинителя) без уважительных причин, что в силу п.2 ст.254 УПК РФ, ч.3 ст.249 УПК РФ по уголовным делам частного обвинения расценивается как отказ от обвинения и влечет за собой прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления), постановлением мирового судьи судебного участка №*** 

<

*****> УР, действующего в порядке замещения мирового судьи судебного участка 

<

*****> УР, от 

<

дата> (л.д.45 уголовного дела №***), уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, было прекращено за отсутствием в деянии состава преступления, на основании ч.3 ст.249, п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Ссылка на право ФИО1 на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении морального вреда в постановлении отсутствует. Постановление обжаловано не было, вступило в законную силу.

В ходе производства по уголовному делу меры процессуального принуждения в отношении ФИО1 не применялись. 

Данные обстоятельства объективно установлены материалами дела и сторонами не оспариваются.

ФИО1 , мотивируя тем, что уголовное дело прекращено по реабилитирующему его основанию, 

<

дата> обратился в суд с настоящим иском о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного ему ответчиком в результате, по его мнению, незаконного уголовного преследования. 

В силу ч.1 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Частью 2 статьи 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 

1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;

2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1 (отсутствие события преступления), 2 (отсутствие в деянии состава преступления), 5 (отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса) и 6 (отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части первой статьи 448 настоящего Кодекса, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пунктах 1 и 3 - 5 части первой статьи 448 настоящего Кодекса) части первой статьи 24 и пунктами 1 (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления) и 4 - 6 (наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению; наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела; отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица) части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Согласно ч.3 названной выше нормы право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

В силу части 2.1 статьи 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (пункт 8) разъяснено, что право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения. Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются. Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Таким образом, действующее законодательство не предусматривает право на реабилитацию лиц по делам частного обвинения, в отношении которых вынесен оправдательный приговор или уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, судом первой инстанции.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, действующее законодательство о реабилитации в части взыскания причиненного имущественного и морального вреда за счет казны государства на уголовные дела частного обвинения не распространяется.

Вместе с тем, защита таких лиц и их права на возмещение материального и морального вреда в случае постановления по делу частного обвинения оправдательного приговора или прекращения уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотрена законом, но в порядке гражданского судопроизводства.

Так, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года №22-П «По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Т.Т.В., Т.Т.И. и С.И.Н. », необходимость обеспечения требования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть вторая статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу

В силу абз.3 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Однако, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 28 мая 2009 года №643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Для правильного применения абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»: если при рассмотрении дела суд установит, что обращение лица с заявлением в государственные органы и органы местного самоуправления не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, т.е. имело место злоупотребление правом, то компенсация морального вреда возможна.

Как разъяснено Конституционным Судом РФ в Определении от 02 июля 2013 года №1058-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки М.Л.В. на нарушение ее конституционных прав абзацем третьим статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу вытекающего из Конституции Российской Федерации требования правовой определенности использующаяся в абзаце третьем статьи 1100 ГК Российской Федерации характеристика осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ как незаконных может пониматься и применяться только с учетом положений уголовно-процессуального законодательства, поскольку иное означало бы, что в гражданском законодательстве могут считаться незаконными уголовно-процессуальные действия, разрешенные уголовно-процессуальным законом.

Поскольку уголовно-процессуальное законодательство различает понятия "незаконного" и "необоснованного" уголовного преследования, постольку нет оснований считать, что компенсация морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, должна осуществляться независимо от вины частного обвинителя. Не вытекает указанное требование и из части первой статьи 133 УПК Российской Федерации, регламентирующей, что при реабилитации вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда, но не предусматривающей аналогичного правила для случаев частного обвинения.

В данном случае уголовное дело, возбужденное в отношении истца, являлось делом частного обвинения, уголовное преследование осуществлялось частным обвинителем, поэтому с учетом вышеизложенного при определении оснований для компенсации морального вреда необходимо исходить не из требований ст.1100 УК РФ, а из положений п.1 ст.1099 ГК РФ.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из приведенных выше правовых норм, с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, Пленума Верховного Суда РФ, следует, что вынесение в отношении подсудимого по делу частного обвинения постановления о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления само по себе не является безусловным основанием для возмещения ему морального вреда, такие требования могут быть удовлетворены лишь при условии установления судом противоправности действий частного обвинителя, обратившегося к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения исключительно с целью причинить вред обвиняемому.

В соответствии с ч.1 ст.45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

Таким образом, возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом.

Использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным.

Такой подход согласуется с правовой позицией Конституционного Суда РФ, содержащейся в п.4, 5 Постановления от 17 октября 2011 года №22-П, согласно которой, дела частного обвинения возбуждаются только по заявлению потерпевшего, по которым сам потерпевший осуществляет уголовное преследование – обращается за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывает факт совершения преступления, виновность в нем конкретного лица. При этом выдвижение обвинения и поддержание его в суде являются не обязанностью, а правом потерпевшего (частного обвинителя).

Таким образом, лицо, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела частного обвинения в связи с отсутствием в деянии состава преступления, вправе требовать компенсации морального вреда в случае необоснованного возбуждения в отношении него уголовного преследования со стороны частного обвинителя, в соответствии со ст.151 ГК РФ при установлении вины частного обвинителя и противоправности его действий. 

В соответствии со ст.ст.12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая из которых должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом на истца была возложена обязанность по представлению доказательств, подтверждающих, в том числе, злоупотребление со стороны ответчика правом на обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истца (обращение ответчика в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истца в отсутствие на то каких-либо оснований и цели защитить свои права и охраняемые законом интересы, с намерением причинить вред истцу) (л.д.17, 18).

Истцом отвечающих требованиям относимости и допустимости доказательств злоупотребления ответчиком своим правом на обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истца суду не представлено. Представленные истцом трудовая книжка истца (л.д.21-25), свидетельство о государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства истца (л.д.26), договор аренды земельного участка от 

<

дата> (л.д.27), акт об оказании услуг по изготовлению межевого платан (л.д.28), кадастровый паспорт земельного участка (л.д.29-31), договоры купли-продажи (л.д.32, 33), накладная №*** от 

<

дата> (л.д.34), ведомости на оплату за использование арендованных земельных участков (л.д.35-42), жалоба истца в адрес прокурора на действия Главы МО «Сюрсовайское» (л.д.43), ответ прокурора (л.д.44-45), постановление о передаче сообщения о преступлении по подследственности от 

<

дата> (л.д.46), по становление об отказе в возбуждении уголовного дела №*** от 

<

дата> (л.д.48), постановление об отказе в возбуждении уголовного дела №*** от 

<

дата> (л.д.49), исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда (л.д.50-52), решение Первомайского районного суда 

<

*****> от 

<

дата> по делу по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда (л.д.53-57), акт судебно-медицинского освидетельствования №*** от 

<

дата> (л.д.58) ни коим образом не указывают на то, что ответчик обратился к мировому судье с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истца в отсутствие на то каких-либо оснований, исключительно лишь с намерением причинить вред истцу, их связь с указанным фактом не усматривается.

В материалах уголовного дела №*** данные, свидетельствующие о злоупотреблении ФИО2 предусмотренным ст.22 УПК РФ правом на обращение к мировому судье в порядке частного обвинения, указывающие, что обращение ФИО2 имело целью не защиту своего нарушенного права, а исключительно лишь причинение вреда истцу ФИО1 , так же отсутствуют. 

Доводы ответчика о том, что ответчик обратился в суд с заявлением о привлечении его к уголовной ответственности с целью опорочить его честь, доброе имя и деловую репутацию в глазах собственников земельных долей, заключивших с истцом договоры аренды, вынудить их расторгнуть данные договоры, не обоснованы и достоверными доказательствами не подтверждены. Из содержания заявления ФИО2 от 

<

дата> не следует, что он ставил под сомнение какие-либо деловые качества истца, равно как и качество работы его КФХ в целом. 

Само по себе обращение ФИО2 в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности в порядке частного обвинения не может быть признано необоснованным только лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения, в том числе в связи с отказом частного обвинителя от дальнейшего преследования. В противном случае ставились бы под сомнение конституционное право каждого на обращение в государственные органы и право на судебную защиту, выступающее, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в частности права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Суд, проанализировав в совокупности представленные доказательства, в том числе объяснения ответчика, показания свидетеля П.Н.А. , материалы уголовного дела, в частности вышеназванное заявление ФИО2 от 

<

дата>, приходит к выводу, что, направляя мировому судье в порядке частного обвинения заявление о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, ФИО2 реализовал свое конституционное право на судебную защиту, гарантированную ему Конституцией РФ.

При таких обстоятельствах суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и привлечения ответчика к ответственности, предусмотренной ст.151 ГК РФ.

Таким образом, исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат. 

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований в силу ч.1 ст.98 ГПК РФ судебные расходы истца возмещению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, о взыскании компенсации морального вреда отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд УР через Воткинский районный суд УР в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме. 

Председательствующий судья: Т.П.Макарова

Решение в окончательной форме принято 

<

дата>.