УИД 66RS0049-01-2020-001226-95

Мотивированное 

решение

 изготовлено 09 сентября 2020 года

Дело № 2-461/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Реж 07 сентября 2020 года 

Режевской городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего Нарожной А.С.,

с участием старшего помощника Режевского городского прокурора Ольшанской Т.А.,

при секретаре Останиной М.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-461/2020 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Газпром энерго» (далее – ООО «Газпром энерго») о восстановлении трудовых прав работника,

УСТАНОВИЛ:

представитель истца ФИО1 – ФИО2 обратился в суд с иском к ООО «Газпром энерго» о восстановлении трудовых прав работника.

В обоснование своих исковых требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ состоит в трудовых отношениях с ООО «Газпром энерго» на основании трудового договора в должности оператора котельной 5 разряда цеха эксплуатации и обслуживания котельных службы теплоснабжения Ямбургского управления энергоснабжения. Работодатель понуждает истца к увольнению по мотивам дискриминации по возрасту, используя различные методы давления, от обмана до угроз уволить по негативным мотивам. Было составлено три соглашения о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ: от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ. Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ истцом не было подписано, в связи с чем истец за неподписание данного соглашения была лишена премии. Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ было подписано истцом под давлением, когда ей сообщили, что за неподписание настоящего соглашения, она не сдаст экзамен по технике безопасности. В итоге, истцу пришлось подписать данное соглашение. Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ было подписано истцом также под давлением, когда представители работодателя в декабре 2019 года также вынудили истца подписать данное соглашение. У истца не было намерений расторгнуть трудовые отношения, соглашение от ДД.ММ.ГГГГ является незаконным, действия работодателя направлены на понуждение истца к увольнению. Приказ об увольнении истец получила ДД.ММ.ГГГГ, при этом, трудовая книжка истца находится у работодателя и не вручена истцу. 

Истец просит восстановить ее в должности оператора котельной 5 разряда цеха эксплуатации и обслуживания котельных службы теплоснабжения Ямбургского управления энергоснабжения Уренгойского филиала ООО «Газпром энерго» с ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительным соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ по соглашению сторон; признать недействительным приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнением) по ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Определением судьи Режевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле для дачи заключения привлечен Режевской городской прокурор.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. Дополнительно пояснили, что соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ не оспаривали и не оспаривают. Однако оно было подписано под давлением, так как истца предупредили, что она не сдаст экзамен и не будет допущена к работе. Указали, что соглашение от ДД.ММ.ГГГГ было подписано истцом в аэропорту под давлением, поскольку она опаздывала на самолет и не хотела увольняться. Пояснили, что в феврале 2020 года и в марте 2020 года истец обращалась с заявлением о признании соглашения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в Роструд и прокуратуру, где ей разъяснили о необходимости обратиться с данным требованием в суд. Однако обращение в суд последовало только с настоящим иском после увольнения истца. Указали, что истец весной 2020 года не оформляла больничный лист, в связи с пандемией коронавирусной инфекции, так как не пожелала этого делать. Пояснили, что в настоящее время истцу 66 лет и имеет место быть дискриминация работника по возрасту. Трудовую книжку истец не получала, просила работодателя ее не высылать почтой.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, представил письменный отзыв, доводы которого поддержал. Дополнительно пояснил, что давление на истца не оказывалось, все было подписано добровольно. Указал, что соглашение от ДД.ММ.ГГГГ действительно подписывалось в аэропорту, поскольку они получили информацию, что истец желает продолжать трудовую деятельность, иначе бы она была уволена ДД.ММ.ГГГГ по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ. Пояснил, что каких-либо проверок по фактам нарушения трудовой дисциплины или ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей в отношении истца не проводилось. Истец являлась добросовестным и ответственным работником. В апреле 2020 года истцу предлагалось открыть больничный лист, в связи с пандемией коронавирусной инфекции, однако истец отказалась это делать. Указал, что на протяжении 2017 года, 2018 года, 2019 года, 2020 года истцу выплачивалась премия. Надбавка за личный вклад является денежным вознаграждением, выплачиваемым по инициативе работодателя и на его усмотрение.

Заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (ст. 78 Кодекса).

Согласно ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Как разъяснено в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст.77, ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм и разъяснений высшей судебной инстанции основанием для расторжения трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации является соглашение между работником и работодателем о расторжении трудового договора в определенный срок (определенную дату). Юридически значимым обстоятельством при этом является достижение договоренности (соглашения) между работником и работодателем об основаниях и сроке расторжения трудового договора.

Как следует из материалов дела, ООО «Газпром энерго» и ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ состояли в трудовых отношениях, ФИО1 приняла на работу оператором котельной 5 разряда Цеха котельных и тепловых сетей № Ямбургского управления энерговодоснабжения (л.д. №

В соответствии с копией трудовой книжки ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ была переведена оператором котельной 5 разряда Цеха эксплуатации и обслуживания котельных службы теплоснабжения Ямбургского управления энерговодоснабжения. Метод работы вахтовый (л.д. №

ДД.ММ.ГГГГ сторонами подписано соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №с (л.д№), согласно которому днем прекращения трудового договора, увольнения истца является ДД.ММ.ГГГГ. 

Судом установлено, что данное соглашение истцом не оспаривалось и не оспаривается.

ДД.ММ.ГГГГ сторонами подписано соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №с (л.д. №), согласно которому днем прекращения трудового договора, увольнения истца является ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п. 4 соглашения по исполнению всех условий настоящего соглашения стороны не будут иметь иных материальных и каких-либо других претензий друг к другу.

Приказом директора Уренгойского филиала ООО «Газпром энерго» №к от ДД.ММ.ГГГГ прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 уволена ДД.ММ.ГГГГ на основании соглашения сторон от ДД.ММ.ГГГГ (п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д№

Из позиции истца следует, что она была вынуждена подписать соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ под давлением со стороны работодателя (при наличии намеков о не сдаче экзамена при прохождении очередной аттестации, лишении премии). ДД.ММ.ГГГГ истец также была вынуждена подписать соглашение, так как опаздывала на самолет и не хотела увольняться ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, стороной ответчика представлены расчетные листки ФИО1 за 2017 года, 2018 года, 2019 года, 1 полугодие 2020 года, из которых следует, что истцу выплачивалась ежемесячная премия за ПЭД.

Как следует из пояснений представителя ответчика и не оспорено стороной истца, надбавка за личный вклад выплачивается работникам ООО «Газпром энерго» по инициативе и на усмотрение руководителя, в связи с чем данная выплата не носит обязательный характер и не подлежит безусловной выплате всем работникам.

Что касается соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, то стороной ответчика подтверждено его подписание истцом в аэропорту.

Между тем, какого-либо ухудшения трудового положения истца при подписании данного соглашения не усматривается, поскольку данным соглашением продлевался срок трудовых отношений сторон до ДД.ММ.ГГГГ, иначе истец была бы уволена ДД.ММ.ГГГГ на основании соглашения от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно подп. «а» п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, кода подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если при обращении в суд с иском о признании увольнения незаконным работник утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, подписать соглашение об увольнении, то обязанность доказать это обстоятельство возлагается на работника. 

Проверяя доводы истца о вынужденности подписания соглашения от ДД.ММ.ГГГГ под давлением со стороны работодателя, суд находит их несостоятельными, как не подтвержденные надлежащими доказательствами, обязанность представить которые в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежала на истце.

Суд отмечает, что истец могла отказаться подписывать соглашение о расторжении трудового договора, тем не менее, подписала его. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 имела реальную возможность обратиться к работодателю заблаговременно с заявлением об аннулировании ранее достигнутой договоренности о прекращении трудовых отношений, заявить работодателю о своем желании продолжить трудовые отношения, однако этого не сделала. При этом, направление работодателю ДД.ММ.ГГГГ телеграммы с просьбой пересмотреть соглашение от ДД.ММ.ГГГГ не является своевременным и надлежащим волеизъявлением работника о продолжении трудовых отношений.

Кроме того, получив ДД.ММ.ГГГГ от Главного государственного инспектора труда ГИТ в ЯНАО Новый Уренгой сведения о том, что при наличии индивидуального трудового спора ФИО1 необходимо обратиться в суд, данным правом на судебную защиту до даты прекращения трудовых отношений не воспользовалась, обратилась в суд с настоящим иском лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы истца о том, что подписывая соглашение о расторжении трудового договора, она опасалась быть уволенной по отрицательным мотивам, признаются судом несостоятельными, поскольку доказательств того, что в отношении истца работодателем проводились какие-либо проверки по фактам нарушения трудовой дисциплины или ненадлежащего исполнения должностных обязанностей, что могло бы стать основанием для увольнения по инициативе работодателя, истцом не представлено. Более того, в случае увольнения по инициативе работодателя в отсутствие, как настаивает истец, обоснованных претензий к выполнению ей возложенных на нее трудовым договором обязанностей, истец вправе была защитить свои трудовые права в установленном законом порядке.

Сам по себе график рабочего времени на 2020 года, в котором у истца проставлены рабочие смены на весь год, не является доказательством незаконности увольнения истца, поскольку ФИО1 осуществляла свою трудовую деятельность вахтовым методом с суммированным учетом рабочего времени, определяемым в соответствии с производственным календарем на каждый календарный год (ст. 104 Трудового кодекса Российской Федерации).

Кроме того, вопреки ошибочному мнению истца, то обстоятельство, кто выступил инициатором прекращения трудовых отношений и подписания соответствующего соглашения, само по себе правового значения для разрешения заявленного иска не имеет, поскольку при заключении сторонами трудового договора соглашения о его расторжении инициатором может выступать как работник, так и работодатель. В данном случае, юридически значимым обстоятельством является добровольность волеизъявления работника при заключении указанного соглашения. Однако доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности, которые бы с бесспорностью подтверждали доводы истца о вынужденности подписания ей соглашения о расторжении трудового договора, суду представлено не было. Опасение истца быть уволенной по отрицательным мотивам по инициативе работодателя о вынужденности увольнения не свидетельствует, поскольку истец не была лишена возможности выбрать иной вариант поведения, а именно - не подписывать соглашение о расторжении трудового договора, а в случае увольнения по инициативе работодателя (если бы оно состоялось), обжаловать его в установленном законом порядке.

Суд отмечает, что из правового смысла вышеуказанных норм следует, что при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор заключенный на неопределенный срок, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. 

Кроме того, судом установлено, что в апреле 2020 года работодателем истцу было предложено открыть больничный лист, в связи с распространением на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекцией и нахождением истца в группе риска в силу своего возраста.

Таким образом, в действиях работодателя не усматривается дискриминации истца по возрасту, поскольку ООО «Газпром энерго» были предприняты меры по сохранению за истцом социальных гарантий в период распространения новой коронавирусной инфекции.

Однако, ФИО4, принадлежащим ей правом не воспользовалась, отказавшись открывать больничный лист, распорядившись своими правами по своему усмотрению (ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При указанных обстоятельствах, руководствуясь приведенными выше нормами закона, регулирующими спорные правоотношения, исследовав и оценив в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, установив, что стороны ДД.ММ.ГГГГ достигли соглашения об увольнении истца ДД.ММ.ГГГГ, при этом факт принуждения истца со стороны работодателя к подписанию соглашения о расторжении трудового договора в ходе рассмотрения дела подтверждения не нашел, суд приходит к выводу о законности увольнения истца и отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Таким образом, исковые требования ФИО1 к ООО «Газпром энерго» о восстановлении трудовых прав работника не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Газпром энерго» о восстановлении трудовых прав работника – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Режевской городской суд в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Апелляционная жалоба не может содержать требования, не заявленные при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Ссылка лица, подающего апелляционную жалобу, на новые доказательства, которые не были представлены в суд первой инстанции, допускается только в случае обоснования в указанной жалобе, что эти доказательства невозможно было представить в суд первой инстанции.

Судья А.С. Нарожная