Дело №

УИД: 80RS0№-27

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Дульдурга 02 октября 2020 года

Дульдургинский районный суд Забайкальского края в составе: председательствующего судьи Эрдынеева Д.Б., 

при секретаре Доржиевой О.Б.,

с участием истицы ФИО1 Н-Б., 

ответчицы ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2 –324/2020 по исковому заявлению ФИО4М-Б. к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 Н-Б., обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчику ФИО2, и в обоснование своих требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени между 12 часов 40 минут и 12 часов 50 минут ответчица, находясь на рабочем месте в здании 

<

адрес> РОСП У ФСС России по краю, позвонила в приемную главного врача ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ», где в указанный период времени она осуществляла трудовые обязанности в должности исполняющей обязанности секретаря. Она ответила на входящий звонок, звонившая не представилась, в грубой и хамской форме начала диалог, спросила электронный адрес учреждения, на что она ей ответила, что на официальном сайте организации имеется данная информация, но при этом продиктовала ей электронный адрес.

В это время она занималась заполнением срочного документа, однако ответчик ФИО2, в грубой форме начала возражать ей, что сейчас отправит документ, в который необходимо незамедлительно внести изменения и подписать его, который она заберет в 17 часов 00 минут. Она ответила, что данным вопросом занимается экономический блок, продиктовала номер телефона (№). На, что та начала проявлять агрессию, кричать: «Слушай сюда, дорогуша, закрой рот сейчас же мой документ занеси 

<

данные изъяты> врачу и отработайте его», она повторила ей несколько раз: «Вы как со мной разговариваете? Вас не учили культуре речи?», но ответчица не слушала и продолжала кричать, орать, оскорблять. После ответчик ФИО2 попросила соединить с 

<

данные изъяты> врачом. 

Разговор продолжился в «хамской» форме, что может подтвердить исполняющий обязанности 

<

данные изъяты> врача Д.К.Л.

В 13 часов 00 минут она поехала на обед домой, в связи с полученным стрессом, на нервной почве появились невозможные головные боли, шум в ушах, примерно с 13 часов 30 минут до 13 часов 45 минут она обратилась в скорую помощь, где дежурный фельдшер Б.Б.Ц. приняла её.

Она попросила её измерить давление, которое составляло 

<

данные изъяты>, так как она гипотоник и мое рабочее давление 

<

данные изъяты>, ей было очень плохо и тяжело, на скорой дали таблетку «Каптоприл» под язык, минут через 25-40 давление немного спало. 

Она расценивает случившееся в качестве гипертонического криза, о чем свидетельствуют медицинские документы.

Считает, что 

<

адрес> РОСП не является вышестоящим органом управления, и не имеет право давать укороченные сроки для исполнения, и тем более рекомендации по работе учреждению. Все входящие документы регистрируются в день обращения.

ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 15 минут, ответчик ФИО2 Б,Д. вновь позвонила на телефон приемной 

<

данные изъяты> врача и начала кричать, и спрашивать, где главный врач, она ответила, что он на обходе по ЦРБ, так как сегодня к ним с рабочим визитом приехала и.о. министра здравоохранения Забайкальского края ФИО3, она начала кричать и выяснять, кто исполняющий обязанности 

<

данные изъяты> врач, она ответила, что Д.К.Л. является исполняющим обязанности 

<

данные изъяты> врача. Она начала спрашивать, а где А.Б.Б., она ответила, на каком основании она должна предоставить данную информацию, ответчица не представившись начала разговор в хамской форме. В конце разговора пригрозила, что сейчас позвонит в Министерство края и бросила трубку.

Ни ДД.ММ.ГГГГ, ни ДД.ММ.ГГГГ она не повышала голос, не оскорбляла ее, разговаривала спокойно, ответчица же своим поведением причинила ей морально-нравственный урон психологическому состоянию и здоровью.

В результате действий ответчика ФИО2 ей оказывалась медицинская помощь в ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ», о чем имеется медицинская документация. В результате действий ответчика ФИО2 ей причинен и моральный вред, который выражается в следующем.

Слова, высказанные ответчиком ФИО2 в отношении неё, хамское поведение ответчицы унизили её человеческое достоинство, повлияли на самооценку и на здоровье. Указанные обстоятельства негативно отразились на душевном состоянии, она несколько дней переживала по данному поводу. 

Управление Федеральной службы судебных приставов по Забайкальскому краю в ответе на мое обращение (от ДД.ММ.ГГГГ №) подтвердили тот факт, что ответчик ФИО2 вела себя некорректно, допустила нарушения приказа Министерства юстиции РФ от 18.03.2020 №47 «Об утверждении дисциплинарного устава органов принудительного исполнения РФ», а также требования федерального законодательства и кодекса этики.

Она оценивает пережитые и до сих пор переживаемые физические и нравственные страдания в размере 50 000 рублей.

Статьей 150 ГК РФ жизнь и здоровье отнесены к нематериальным благам, которые принадлежат гражданину от рождения, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами.

На основании ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статья 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Просит взыскать с ФИО2 в мою пользу 50 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

В направленном в суд возражении на исковое заявление ответчица ФИО2 в удовлетворении требований просила в полном объеме, указывая, что исковое заявление ФИО4 обосновано на недостоверной информации, вводя в заблуждение Дульдургинский районный суд Забайкальского края.

ДД.ММ.ГГГГ в 12:40 часов она по телефону позвонила в приемную главного врача ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ» по факту согласования государственного контракта об оказании услуг по медицинскому обеспечению сотрудников органов принудительного исполнения (амбулаторно-поликлинические услуги, в том числе в условиях стационара) и необходимости проверки реквизитов ЦРБ для верного перечисления денежных средств в последующем за оказанные услуги.

В первую очередь сотруднику, поднявшему трубку, была предоставлена информация, а именно ФИО, должность и место несения службы. Однако сначала телефонного разговора сотрудник была раздражена и не пыталась её услышать, на вопрос до какого учреждения она дозвонилась, та не ответила, как будто звонок поступил в частную квартиру или дом.

Сотрудник на неоднократные требования представиться, так как она является должностным лицом, а именно ФИО и должность, отказывалась, в конце телефонного разговора предоставила сведения, что она «ФИО6» и является секретарем. Сотрудник ФИО4 в ходе телефонного разговора отказалась сообщить сведения о том, кто является 

<

данные изъяты> врачом на день совершения телефонного звонка, отказался соединить с 

<

данные изъяты> врачом, отказалась уведомить главного врача, ссылаясь на отсутствие свободного времени и наличии других более важных дел, отказалась предоставить электронную почту ГУЗ «Дульдургинская ЦРБ», сказала посмотреть сведения в сети «Интернет», и бросила трубку телефона.

В своем исковом заявлении ФИО4 указывает, цитирует: «Слушай сюда, дорогу ша, закрой рот, сейчас же мой документ занеси главному врачу и отработайте его», что не соответствует действительности. Истец ФИО4 вводя в заблуждение суд, клевещет, потому что документы для того чтобы «занести» 

<

данные изъяты> врачу как минимум должны были поступить в данное учреждение, однако, электронную почту сотрудник ФИО4 отказалась предоставить и документ к ним не поступал. Сотруднику ФИО4 сказано, что в ее полномочия скорей всего не входит обязанность по принятию управленческого решения по поступившим документам в адрес государственного учреждения ГУЗ 

<

адрес> ЦРБ» и по всем документам решение должен принять 

<

данные изъяты> врач данного учреждения.

ФИО4, вводя в заблуждение Дульдургинский районный суд, в своем исковом заявлении пишет, что ею был продиктован номер телефона экономического блока, однако данная информация ею не предоставлялась. В этот день 

<

адрес> РОСП поступил с финансово-экономического отдела «

<

адрес> ЦРБ» акт оказанных услуг с начала ДД.ММ.ГГГГ года с сопроводительным письмом, откуда была получена информация телефонного номера данного отдела. Был произведен звонок в ФЭО ЦРБ, в процессе разговора, сотрудником ФЭО была предоставлена электронная почта ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ» бухгалтерии, а также информация о том, что главный врач находится в отпуске, исполняет обязанности Д.К.Л.. В связи с чем на предоставленные электронные почты были направлены документы для проверки сведений и внесения изменений и согласования.

ДД.ММ.ГГГГ она позвонила в ФЭО ЦРБ, так как с сотрудником была договоренность, что он проверит данные и примут решение в этот день, однако данного сотрудника не оказалось на месте, со слов другого сотрудника выехал в командировку и по факту проверки документа сведениями не располагал. В связи с чем она позвонила в приемную 

<

данные изъяты> врача с целью уточнения по поводу проверки документов направленных на электронную почту ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ», однако сотрудник, который опять же не представился отказался предоставлять какую-либо информацию. Информацию о том, что на момент телефонного звонка 

<

данные изъяты> врач находился на обходе, а также о приезде Министра здравоохранения с проверкой она узнала из искового заявления о взыскании морального вреда, поступившего в суд.

В этот же день, ввиду абсурдного положения и не исполнения ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ», в части проверки своих данных в электронном варианте документа для дальнейшего согласования, документ был распечатан в первоначальном варианте на бумажный носитель и направлен в приемную ЦРБ.

ДД.ММ.ГГГГ в 09:58 часов на электронную почту 

<

адрес> РОСП поступило сообщение от ДЦРБ: «Здравствуйте, где Ваша подпись и печать?». Сотрудник, который находился за электронной почтой 

<

адрес> ЦРБ видимо считая, что он имеет права нам указывать что делать, не зная и не обладая полномочиями, продолжала писать в 10:07: «договор распечатайте сами, приносите на подпись, и ставите печать в бухгалтерии!». В 11:53 снова посту пило сообщение: «Еще раз пишу, приходите и забирайте документы подписывайте, ставьте печать!». Исходя из сообщений, поступивших из ЦРБ. сотрудник решил сложить свои прямые обязанности и полномочия на 

<

адрес> РОСП. В 11:14 часов она ответила «Документы в бумажном варианте вами получены, проверьте свою почту». На момент, когда данный сотрудник занимался непонятно какой-то перепиской, решением вопроса не подпадающего в его полномочия, в РОСП поступил контракт, подписанный главным врачом на бумажном носителе. Она не поняла, почему с электронной почты государственного учреждения ГУЗ «Дульдургинская ЦРБ» приходили в неофициальной манере письма, непонятного содержания, больше похожие на личную переписку. В 17:57 часов на электронную почту ДЦРБ она направила сообщение о предоставлении информации: «Извините, это что за сотрудник пишет, представьтесь, пожалуйста. При условии, что Вы нам документы уже принесли», но на вопрос ей не ответили.

Исходя из манеры письма было ясно и понятно, что 

<

данные изъяты> ФИО4 занималась перепиской и опять решением вопроса не подпадающего в ее должностные обязанности. По тону переписки было ясно, что у ФИО4 морально-нравственного урона ее психологическому состоянию и здоровью причинено не было, тем более поведением ответчика.

Решением и.о. руководителя УФССП России по Забайкальскому краю она была привлечена к дисциплинарной ответственности за электронное письмо из-за полуофициальной манеры. Её действия не были признаны незаконными, грубыми и оскорбляющими честь и достоинство истца.

Указание истца ФИО4, что у нее случился гипертонический криз после разговора с ней, не подтверждены, так как исходя из искового заявления ФИО4 в их учреждении проходила проверка Министра здравоохранения, в связи с чем ее нестабильное состояние здоровья могло быть связано с проверкой. 

У истицы предвзятое отношение к Службе судебных приставов, так как ее 

<

данные изъяты> Ц.Б. ДД.ММ.ГГГГ уволили из 

<

адрес> РОСП.

По поводу обращения истицы в свое же медицинское учреждение по месту получения дохода, по факту заболевания полагает, что сведения в Амбулаторный журнал приемного отделения внесены «задним числом», так как внесенная запись под № от ДД.ММ.ГГГГ имеет большое отличие от последующих записей внесенных в этот же журнал, так как в этот день ДД.ММ.ГГГГ с 10:00 по 10:50 она обратилась в ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ» забрать лист нетрудоспособности на свое имя, открытый ДД.ММ.ГГГГ по режиму самоизоляции. Однако листок освобождения от служебных обязанностей по временной нетрудоспособности от ДД.ММ.ГГГГ не был подготовлен, так как в июне ДД.ММ.ГГГГ заведующей поликлиникой ФИО5 по телефону ей, а также врачам Могойтуйской ЦРБ предоставлялась информация об открытии листка об освобождении и передаче врачу-инфекционисту. В её присутствии и под мою диктовку был заполнен листок освобождения от служебных обязанностей по временной нетрудоспособности от ДД.ММ.ГГГГ в кабинете №, а потом дозаполнен в кабинете заведующей Д.. Ввиду отсутствия подписи врача-инфекциониста в только что заполненном документе, по её настоятельному требованию был вызван врач-инфекционист, который подписал листок освобождения с причитанием, что она не была в курсе о её нахождении у них на лечении в инфекционном отделении.

Более того истцом ФИО4 доводов, документов, доказательств по делу, кроме ее субъективного мнения о взыскании морального вреда не представлено. Разговор, который происходил между ответчиком и истцом никаких последствий истцу не нанес, истцу каких-либо убытков и явного ущерба нанесено не было, документов подтверждающих обратное суду и ответчику не предоставлено. Гипертонический криз однодневно не образовывается, документов подтверждающих, что из-за разговора с ответчиком было выявлено данное заболевание, нет.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина».

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушение указанной нормы закона истцом не представлено доказательств причинения ему морального вреда, именно действиями ответчика. Совершение всех указанных в иске действий истцом, не носило обязательного характера, являлось его правом, в результате реализации которого моральный вред истцу причинен не был.

Истцом не представлено доказательств подтверждающие вину ответчика, причинно-следственной связи между якобы причиненным моральным вредом и действиями ответчика, а также нравственные или физические страдания, то есть наличие негативных изменений в психической сфере человека, совокупность которых, дает истцу право на компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истица ФИО1 Н-Б. исковые требования поддержала. Суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в приемную 

<

данные изъяты> врача позвонили, звонившая не представилась, а сразу сказала дать её электронный адрес. Она и Д.К.Л. были заняты, так как готовили отчет по короновирусу, она ответила, что срочности в запросе нет, и как только документ поступит, его зарегистрируют в течении дня и занесут 

<

данные изъяты> врачу. Но звонившая стала кричать, на нее, требовала незамедлительно занести документ 

<

данные изъяты> врачу, чтобы он проверил, поставил печать и в 17 часам она заберет. Она сказала, что они не могут каждый документ распечатывать, попросила чтобы они сами распечатали проверенный документ. ФИО2 кричала в трубку, разговаривала грубо, на неоднократные просьбы представиться звонившая назвалась ФИО2, начальником 

<

адрес> РОСП. На требование ФИО2 представиться она назвала свою должность, фамилию, имя и отчество. ФИО2 потребовала соединить её с 

<

данные изъяты> врачом и долго с тем разговаривала на повышенных тонах. В обед дома 

<

данные изъяты> обратил внимание на её состояние. Она обратилась в скорую помощь, у нее было давление 140 на 100, ей дали таблетку «Картоприл», давление немного спало. Она 

<

данные изъяты>. Д.К.Л. сказал, что ФИО2 очень некорректно себя вела. Они решили обратиться в УФССП по Забайкальскому краю. На следующий день в 10:15 вновь позвонила ФИО2 и снова в грубой форме, стала спрашивать кто такой А.Б.Б., где он, она ответила, что не может предоставить такую информацию не может посторонним, та сказала, что будут разговаривать с Министерством и бросила трубку. Она сказала о телефонном звонке Д.К.Л.. через 10 – 12 дней позвонили с УФССП по Забайкальскому краю по их обращению, общались с Д.К.Л.., тот пояснил ситуацию. Через несколько дней вновь позвонили с управления судебных приставов, пояснили, что доводы обращения подтвердились, принесли извинения ей и Д.К.Л., тот сказал, что это было ожидаемо за такое общение. Она на тот момент совмещала обязанности секретаря. 

<

данные изъяты> врач определяет срочность исполнения документов. Больничный лист она не открывала, так как отказалась. С ответчицей общались только по телефону, она кричала, требовала закрыть рот, называла её «секретуткой», что затронуло её честь и достоинство. Слов оскорбления не было. После таких слов ей было тяжело дышать, дрожали руки. На второй день она снова позвонила, снова был неприятный разговор. Возможность прекратить разговор была. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала. Доводы, изложенные в возражении поддержала. Суду пояснила, что телефонный звонок действительно состоялся, но в первый день, когда она позвонила, она представилась, но собеседник не представился, не сказал, что за учреждение. Вопрос по предрейсовому осмотру не решался, а был направлен контракт на оказание медицинских услуг работникам. В конце разговора собеседница только представилась. Документ еще не был направлен, так как не было электронной почты. Электронную почту предоставить отказались, отказались сказать, кто является 

<

данные изъяты> врачом. В этот момент ей принесли документы по медосмотру, там был телефон сотрудника. Она позвонила ему и он сказал электронную почту. Она попросила посмотреть электронный вариант документа. Исполнитель документа сказал, кто является 

<

данные изъяты> врачом. На следующий день сотрудник куда-то выехал, а в приемной ей снова ничего не ответили. ДД.ММ.ГГГГ на электронную почту РОСП с утра стали приходить сообщения, носившие характер личной переписки, но не было указано, кто занимается в ЦРБ электронной почтой. Позже выяснилось, что это была истица, которая видимо решила, что исполняет обязанности главного врача. Доводы о моральных страданиях являются надуманными. Так как у них была проверка из Министерства. При телефонном звонке она сказала, что она не собирается заниматься делами с отделом, так как у неё более важные дела. По обращению в больницу обращает внимание, что запись под номером № внесена более поздним числом, то есть в другую дату. Разговор по телефону действительно был, но разговор был по работе по контракту по медицинскому обеспечению сотрудников. Сотрудник изначально сказала, что ей некогда. Никаких слов, которые указывает истица, не было сказано, но разговор был на повышенных тонах. Ненормативную лексику, либо выражение в унизительной форме не было. Она представилась сразу. Слов, которые указывает истица, она не употребляла, было сказано «секретарь», она просто уточняла, так как собеседник говорил, что ему некогда. Она на повышенных тонах ни с кем не разговаривает. По данному факту ей было объявлено устное замечание, она были привлечена не за грубое обращение, а за то, что письмо, которое было направлено в ЦРБ, было неофициального характера. О том, что якобы были принесены извинения, ей не сообщили. Как ей разъяснили в УФССП, наказание было за неформальную переписку. 

Свидетель Д.К.Л. суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он исполнял обязанности 

<

данные изъяты> врача. Истица замещала 

<

данные изъяты>. Она сказала, что звонит начальник судебных приставов района и соединила с ним. Разговор сразу начался на повышенных тонах. Она разговаривала по «хамски», грубо. РОСП направлял договор о медосмотре, который он должен был подписать, она спросила, где находится администрация, он объяснил как и куда пройти. Ответчица возмущалась по поводу того, что у них нет номеров на кабинетах, спрашивала почему нет номеров, сказала что если будет надо, то она будет учить больницу как работать. Они на следующий день направили жалобу в управление судебных приставов. От имени руководителя управления по телефону им были принесены извинения за поведение ФИО2. После разговора с ФИО2 он спросил у ФИО6, почему такое обращение, она ему сказала, что с ней говорили так же, обозвали ее. Как он понял, что между ними был разговор в грубой форме, но самого разговора не слышал. Ранее была жалоба от сотрудников скорой помощи на поведение ФИО2.

Свидетель М.И.И. суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ ближе к обеду, после уборки она стала ждать ФИО6. Она сидела в кабинете у ФИО6, и позвонил телефон, она слышала, что в трубку кричала женщина. Затем ФИО6 соединила звонившую с главным врачом. После разговора ФИО6 была взволнована, её трясло. О чем был разговор она не слышала, но только слышала, что громко кричали в трубку. 

Свидетель Б.Б-Х.Ц. суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ между 13 и 14 часами в отделение скорой медицинской помощи обратилась ФИО4М-Б. с головной болью, давлением и головокружением. Ей оказали помощь. Она сказала, что с кем то по телефону разговаривала. Но таких пациентов много, которые обращаются после телефонных разговоров. Сведения вносит тот дежурный, кто не оказывает помощь в конкретный момент. 

Выслушав участников судебного заседания, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу абзаца 1 части 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Из разъяснений, содержащихся в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», следует, что под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина или юридического лица.

В соответствии с частью 1 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 29 Конституции РФ, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Как установлено в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ между истицей и ответчицей состоялся телефонный разговор по вопросам служебной необходимости. 

В ходе данного телефонного общения, разговор велся на повышенных тонах в связи с тем, что истицей не был представлен адрес электронной почты для направления служебного документа ответчицей. 

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Пунктом 3 данного Постановления разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Пункт 1 названного постановления разъясняет, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Исходя из указанных норм права, компенсация морального вреда подлежит взысканию, если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права или посягающими на другие материальные блага, принадлежащие потерпевшему. 

Согласно Амбалаторному журналу приемного отделения ДД.ММ.ГГГГ в 13:59 обратилась ФИО4М-Б. с головокружением и головными болями, ей был выставлен диагноз «гипертоническая болезнь III ст. риск умеренный», назначена консультация терапевта на ДД.ММ.ГГГГ.

Из ответа Управления Федеральной службы судебных приставов по Забайкальскому краю на имя и.о. 

<

данные изъяты> врача ГУЗ «

<

адрес> ЦРБ» Д.К.Л. следует, что ФИО2 привлечена к дисциплинарной ответственности. 

Однако из данного ответа не следует, какие именно доводы обращения нашли свое подтверждение.

В силу ст. 123 Конституции РФ, ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что ФИО4М-Б. не доказано, что в ходе телефонного разговора ответчица ФИО2 унизила её честь и достоинство личности, или нарушила деловую репутацию.

Как установлено судом, доводы истицы основаны на субъективной оценке телефонного разговора на повышенных тонах, однако при этом ответчица не совершала в отношении истицы каких- либо противоправных действий.

Какая-либо негативная информация, унижающая честь и достоинство истицы в ходе телефонного разговора не имела места, так же не было высказано слов оскорбительного характера либо нецензурных выражений не высказывалось.

Возможность прекращения диалога посредством телефонной связи у истицы имелась.

Каких-либо иных доказательств нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ в результате действий ответчицы истицей не предоставлено. 

Причинно-следственной связи между телефонным разговором и наступившим 

<

данные изъяты> в судебном заседании так же не установлено.

Таким образом, суду не представлено доказательств, которые бы однозначно свидетельствовали о том, что действиями ответчицы были умалены честь и достоинство истицы или её деловая репутация, повлекшие причинение истице физических и нравственных страданий.

Сам по себе факт привлечения ответчицы к дисциплинарной ответственности не может служить основанием для признания того, что её действиями истице был причинен моральный вред. 

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО4М-Б. о компенсации морального вреда. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО4М-Б. к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда через Дульдургинский районный суд Забайкальского края в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 7 октября 2020 года.

Судья Д.Б. Эрдынеев