Дело №2-2857/2019

25RS0002-01-2019-000546-09

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июля 2019г. г.Владивосток

Фрунзенский районный суд г.Владивостока Приморского края в составе: председательствующего судьи Богут Е.Б., 

с участием помощника прокурора Фрунзенского района г. Владивостока Языковой А.И., 

представителя УФК по ПК ФИО4, 

при секретаре Манохиной Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Министерству Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с указанным иском о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В обоснование исковых требований указал, что приговором Приморского краевого суда от 03.03.2006, вступившим в законную силу 11.09.2007 он был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.209, п.«з» ч.2 ст.105, п.«з» ч.2 ст.105, ч.5 ст.33, ч.1 ст.327 УК РФ, ему назначено наказание: по ст. 209 ч. 2 УК РФ – 10 дет лишения свободы без штрафа, по ст. 105 ч. 2 а «з» УК РФ (по факту убийства ФИО1) – 11 лет лишения свободы, по ст. 105 ч. 2 п «з» УК РФ ( по факту убийства ФИО2) – 16 лет лишения свободы, по ст. 33 ч. 5, 327 ч. 1 УК РФ – 2 года лишения свободы. В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания назначить 18 лет лишения свободы без штрафа. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить не отбытое наказание по приговору суда от 30.03.2000 года и окончательно назначить 21 год лишения свободы без штрафа с отбыванием первых 5 лет в тюрьме, а остальной части срока лишения свободы – в исправительной колонии строго режима. 

По ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ (по факту убийства ФИО3) ФИО5 оправдан за непричастностью к совершению преступления, а по ст. 222 ч. 3 УК РФ за отсутствие состава преступления. 

19.09.2018 он обратился в Приморский краевой суд с ходатайством о признании за ним права на реабилитацию, а также просил разъяснить порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием. 

17.10.2018 истцом получено извещение от 01.10.2018 из которого следует, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, то есть возмещения заработной платы, которой он лишился в результате уголовного преследования. 

До задержания истец работал в ООО «Экспресс» Владивостокский городской маршрутный клуб в должности автослесаря, его заработная плата в марте 2003 г. составляла 15 000 руб. 

Полагал, что период упущенной выгоды правильно исчислять с 23.03.2003 по 11.09.2007 с учетом индексации в размере 2 002 391 руб.

Указывая, что незаконным привлечением к уголовной ответственности ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях вследствие отягощения предъявленного обвинения, истец просил взыскать компенсацию морального вреда в денежном выражении в размере 2 002 391 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, отбывает наказание в исправительной колонии № 31 ГУФСИН России по Красноярскому краю, о дате судебного заседания извещен надлежащим образом, о чем свидетельствует расписка от 26.06.2019. На рассмотрении дела в его отсутствие был согласен (расписка от 29.05.2019). 

Судом неоднократна предприняты попытки провести судебное заседание посредством ВКС, в связи с отсутствие возможности повести дело посредством ВКС, суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца. 

В судебном заседании представитель Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю исковые требования не признала по доводам отзыва. Дополнительно пояснила, что в отношении истца принято решение, уменьшающее объем обвинения, но не исключающее его. Исключение из приговора указания на совершение истцом преступления по п. «з» ч. 2 ст. 105 и по п. 3 ст. 222 УК РФ не может являться безусловным основанием для реабилитации, учитывая, что тем же приговором ФИО5 не только оправдан по предъявленному обвинению по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п.3 ст. 222 УК РФ, но и осужден к лишению свободы за совершение ряда других тяжких преступлений на длительный срок. Истцом не представлено доказательств соответствия заявленной суммы компенсации морального вреда перенесенным нравственным и физическим страданиям. Заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. является чрезмерно завышенной, не соответствует принципу разумности и справедливости. Полагала требования о взыскании утраченного заработка удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока исковой давности. Просила в иске отказать.

Помощник прокурора полагала, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, с учетом требований разумности и справедливости.

Суд, выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам. 

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45; ст. 46).

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Такой порядок в отношении лиц незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию определен Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст.ст.133 - 139, 397 и 399 УПК РФ).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований.

Согласно п.34 ст.5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Право на реабилитацию включает в себя устранение последствий морального вреда (ч.1 ст.133 УПК РФ).

В соответствии с ч.1 ст.134 УПК РФ право на реабилитацию признается за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, судом в приговоре, определении, постановлении, а следователем, дознавателем - в постановлении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. 

Судом установлено, что приговором Приморского краевого суда от 03.03.2006 ФИО5 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 209, п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «з» ч. 2 ст. 105, ч.5 ст. 33, ч. 1 ст. 327 УК РФ. Согласно п. «а» ч.1 ст. 83 УК РФ освобожден от назначенного наказания по ч.5 ст. 33, ч. 1 ст. 327 УК РФ в связи с истечением срока давности. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 18 лет лишения свободы без штрафа. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединено не отбытое наказание по приговору суда от 30.03.2000 и окончательно назначено 21 год лишения свободы без штрафа с отбыванием первых 5 лет в тюрьме, а остальной части срока лишения свободы – в исправительной колонии строгого режима.

ФИО5 по п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ (по факту убийства ФИО6) оправдан за непричастностью к совершению преступления, а по ч. 3 ст. 222 УК РФ за отсутствием состава преступления.

Приговор вступил в силу 11.09.2007. 

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 4 Постановления N 17, к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на часть 4 статьи 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Таким образом, в пункте 4 Постановления Пленума ВС РФ N 17 перечислены обстоятельства, не дающие обвиняемому, подозреваемому, осужденному право на реабилитацию, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют о незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17, следует, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговорили вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, в Определении от 16 февраля 2006 года N 19-О и др., ни в статье 133 УПК РФ, ни в других статьях Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления.

Разрешая спор, суд, признавая установленным факт незаконного привлечения истца по факту убийства ФИО3 к уголовной ответственности, приходит к выводу о том, что истец имеет безусловное право на возмещение морального вреда, причиненного данным обстоятельством. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, а именно то, что приговор, вынесенный по уголовному делу, является обвинительным и вина ФИО5 в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 209, п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, доказана. Суд учитывает и то, что незаконное привлечение истца к уголовной ответственности по п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ (по факту убийства ФИО3), по ч. 3 ст. 222 УК РФ не повлекло для него серьезных последствий, поскольку он был осужден по другим тяжким составам преступлений. Оправдание ФИО5 существенно не уменьшило первоначально предъявленное обвинение, поскольку из общего количества составов преступлений, вмененных в вину ФИО5, только по двум он был оправдан. 

Определяя размер компенсации морального вреда, с учетом данных о личности истца, характера нарушений его прав, степени нравственных страданий, причиненных истцу незаконным уголовным преследованием, обстоятельства привлечения ФИО5 к уголовной ответственности, категории преступления, в совершении которого он обвинялся, руководствуясь принципам разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичной компенсации морального вреда в сумме 15 000 руб. 

Судом отклоняются, как несостоятельные, доводы ответчика о том, что истцом не предоставлено доказательств, подтверждающих степень нравственных страданий, испытанных им и находящихся в причинной связи с привлечением к уголовной ответственности.

По смыслу пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности вред подлежит возмещению за счет казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры. При этом в случае признания привлечения к уголовной ответственности лица незаконным причинение морального вреда презюмируется, поскольку меры уголовного принуждения бесспорно затрагивают личные неимущественные права и интересы гражданина, что является общеизвестным обстоятельством, которое в силу части 1 статьи 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании.

При таких обстоятельствах непредставление доказательств наступления неблагоприятных последствий не исключает наступления гражданско-правовой ответственности на основании статьи 1070 ГК РФ.

Требования истца в части имущественного вреда, выразившегося в лишении возможности получать заработную плату после задержания, удовлетворению не подлежат, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не предоставлено доказательств факта утраты заработной платы в связи с оправданием по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ по факту убийства ФИО3. 

Руководствуясь ст.ст.12,192-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к Министерству Финансов РФ в лице Управлению Федерального казначейства по Приморскому краю о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Фрунзенский районный суд г.Владивостока в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательном виде – 12.07.2019.

Судья Е.Б. Богут