Дело № 2-360/17

Решение

Именем Российской Федерации

27 февраля 2017 года г. Пятигорск

Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Пушкарной Н.Г.,

при секретаре Байрамуковой П.Д.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика адвоката Щербаковой Н.Н.,

представителя отдела образования администрации Красногвардейского муниципального района ФИО3,

старшего помощника прокурора г. Пятигорска Поповой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в 

<

адрес> гражданское дело по исковому заявлению ФИО9 к ФИО2 о возвращении ФИО4 А, незаконно перемещенных и удерживаемых в Российской Федерации на основании норм международного договора Российской Федерации,

установил:

ФИО4 А обратился в суд с иском к ответчику в рамках Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения ФИО4 А от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении ФИО9 ФИО4 А, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в место их постоянного проживания на территорию государства Израиль, указывая на то, что ДД.ММ.ГГГГ ответчик – его супруга ФИО2, приняв единоличное решение о смене места жительства их малолетних ФИО4 А, без его согласия незаконно осуществила перемещение ФИО4 А из Израиля в Россию, где находится до настоящего времени, в Израиль вместе с ФИО4 А возвращаться не намерена.

В обоснование заявленных требований в иске и в судебном заседании представитель ФИО4 А ФИО1 сослался на то, что ДД.ММ.ГГГГ между гражданами Государства ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО4 (до замужества ФИО4) Е., ДД.ММ.ГГГГ г.р., в городе Афула Государства Израиль заключен брак. В законном браке, на территории Государства Израиль у сторон родились ФИО4 А: ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которые с момента рождения являются гражданами Государства Израиль, все время проживали вместе со своими родителями на территории Государства Израиль, в последнее время по адресу: Израиль, 

<

адрес>, вместе с родной бабушкой ФИО5. 

С момента рождения все ФИО4 А супругов, полностью обеспеченные совместной родительской заботой, имели полный доступ к медицинскому обслуживанию и посещали дошкольные образовательные учреждения. ФИО7 и ФИО6 записаны в детские сады 

<

адрес> на 2016-2017 гг., А. завершил обучение в 2015-2016 гг., окончив первый класс школы и был зарегистрирован в качестве ученика второго класса на 2016-2017 учебный год школы Милкан 

<

адрес>. Ведомством национального страхования Государства Израиль на ФИО4 А выплачивалось пособие. 

В период брака .ФИО9 непрерывно работал специалистом на промышленных предприятиях, материально полностью обеспечивал семью. 

В 2016 году стороны вместе с тремя ФИО4 А с целью навестить отца Е., проживающего в 

<

адрес> Российской Федерации выезжали из Государства Израиль в Российскую Федерацию ДД.ММ.ГГГГ и вернулись ДД.ММ.ГГГГ 

После приезда из РФ ответчик сообщила супругу, что, если получить гражданство РФ для ФИО4 А, в Российской Федерации можно получить материнский капитал в размере 500 000 руб., для чего попросила подписать заявление о том, что он не возражает против того, чтобы их ФИО4 А имели гражданство РФ. После этого, ДД.ММ.ГГГГ Е. уехала в РФ, якобы для оформления необходимых документов для получения гражданства РФ для ФИО4 А и вернулась ДД.ММ.ГГГГ Сразу после возвращения ФИО2 стала скандалить со своим супругом ФИО9 течение трех недель, ежедневно уходя по вечерам на несколько часов, оставляя .А. со всеми ФИО4 А, ДД.ММ.ГГГГ уехала в г. Афула на день рождения своей матери. ДД.ММ.ГГГГ .А. привез Е. и дочерей Аделию и ФИО6 домой, а сын А. остался у своей бабушки – матери Е.. 

ДД.ММ.ГГГГ Е., сказав .А., что на выходные хочет съездить к своей матери, вместе с ФИО4 А уехала к своей матери в г. Афула. После этого, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вместе с тремя ФИО4 А, ФИО6 и ФИО7 уехала с территории Государства Израиль на территорию Российской Федерации и обратно в Израиль не вернулись. Таким образом, ничего не говоря супругу, ФИО2, заранее уволившись с работы, ДД.ММ.ГГГГ улетела на самолете с территории Государства Израиль на территорию Российской Федерации в тайне от отца ФИО4 А, без его на то разрешения, похитив, увезла на постоянное место жительства в Российскую Федерацию их совместных ФИО4 А, лишив таким образом отца возможности общения с ФИО4 А, участия в их воспитании и права определять место жительства ФИО9 

В сентябре 2016 г., после безуспешных уговоров о возвращении ответчика и ФИО4 А, ФИО4 А прибыл в 

<

адрес> РФ для выяснения возможности возвращения ФИО4 А в место их постоянного проживания на территорию Государства Израиль. По прибытии ФИО4 А выяснил, что супруга вместе с их ФИО4 А проживает по адресу: РФ, СК, 

<

адрес>, сожительствуя с мужчиной по имени Павел, с которым они совместно приобрели дом, в котором проживают на иждивении сожителя Е.. ФИО4 А сообщила, что домой, на территорию Израиля ни она сама, ни их ФИО4 А не вернутся, возражала, чтобы отец ФИО4 А забрал своих троих ФИО4 А и вернул домой, что не для того она их тайно вывезла из Израиля. Документы на ФИО4 А находятся у ответчика. 

ФИО4 А выяснил, что у супруги имеется двойное гражданство, обменяла просроченный паспорт гражданина РФ на новый и обратилась в ФМС РФ с заявлением о получении гражданства РФ тремя их ФИО9 Их сын Максимовский А. вынужден посещать врача, якобы из-за дефекта речи, потому что плохо выговаривает букву «Р», и что в связи с этим в российской школе испытывает большой дискомфорт. Дочь ФИО7 страдает непереносимостью клейковины (Целиакия), в связи с чем не может посещать детский сад в России, поскольку ей требуется особое безглютеновое питание, тогда как в Израиле с таким диагнозом ребенок посещал регулярно детский сад. 

Предложения о добровольном возвращении в Государство Израиль их троих ФИО4 А и мирном разрешении конфликта ответчиком категорически отвергнуты. Центральный орган – МинОбрНауки РФ разъяснили ФИО2 вопросы процедуры медиации, от проведения которой она отказалась. 

После тайного отъезда ФИО2 вместе с тремя ФИО4 А ФИО4 А обратился в правоохранительные органы Израиля с заявлением о хищении ФИО4 А и в Центральный орган Государства Израиль, а также в суд по семейным делам.

Судом по семейным делам 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ определено, что вывоз ФИО9 ФИО4 А из Израиля, который является местом их постоянного проживания, осуществлен ФИО2 незаконно. 

ФИО9 имеет только одно гражданство Государства Израиль, работает на промышленном предприятии специалистом по настройке и эксплуатации оборудования и станков с электронно-процессорным управлением (ЧПУ: числовое программное управление), является узким специалистом. Здоров, не судим, наркотические средства не употребляет, алкогольными напитками не злоупотребляет, что подтверждается соответствующими документами.

Ответчик являлась и является гражданкой Израиля, при этом имея гражданство РФ. 

Считает доводы ответчика о том, что ФИО4 А проявлял агрессию, угрожал жизни и здоровью ее и ФИО4 А голословны, доказательств тому не представлено. Ссылка на решение Европейского суда по делу Нойлингер и ФИО8 против Швейцарии не относится к данному делу, поскольку в нем уже имелось решение суда о привлечении матери к ответственности, тогда как в отношении ФИО2 таких решений нет, по действующему законодательству Израиля наказание в виде лишения свободы в данном случае в отношении Е. за похищение их ФИО4 А не предусмотрено, тем более в случае добровольного возвращения ФИО9 Израиле больше прав предоставлено матери Максимовский А. Вопросы опеки, места жительства ФИО4 А должны решаться в государстве их постоянного проживания, т.е. в Израиле. Объективных препятствий для возвращения ФИО2 в Израиль, кроме ее не желания, не существует, а потому речь не идет о разлучении ее с ФИО9 

Мнение ФИО4 А в данном случае не может учитываться, поскольку ФИО4 А малолетние, не могут в силу возраста решать свою судьбу, где им лучше проживать, а мнение одного лишь А. не может быть принято за основу, поскольку разлучать ФИО4 А нельзя. 

При этом цель Конвенции – скорейшее возращение ФИО4 А в место их постоянного проживания. Считает, что в данном случае нарушаются права ФИО4 А, смена их обычной обстановки, учебных, дошкольных учреждений, разлука с отцом и бабушками негативно сказывается на их психики и развитии. 

Просил иск удовлетворить в полном объеме. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 возражала против удовлетворения иска. Пояснила, что действительно ФИО4 А родились в Израиле и являются гражданами Государства Израиль, на протяжении всей жизни постоянно проживали в Израиле. У ее супруга гражданство государства Израиль, у нее двойное гражданство. Российское гражданство ФИО4 А получили по приезду на территорию РФ в ноябре 2016 г. Не смогла жить с супругом, поскольку он злоупотреблял спиртными напитками, проявлял агрессию. Она работала и ухаживала за ФИО9 Супруг не работал ввиду травмы головы, постоянно работает с декабря 2015 

<

адрес>, что во время совместного проживания супруг не интересовался ни ее, ни их общими ФИО4 А, не уделял им внимания, предпочитал закрыть ФИО4 А в отдельной комнате, чтобы те не мешали смотреть ему телевизор и пить пиво. Считает, что ФИО4 А ему не нужны, они лишь способ оказания давления на нее. Последней каплей в их конфликте стал скандал, во время которого он замахнулся на нее кулаком, она увернулась, а он пробил стену. Она приняла решение тайно покинуть Израиль вместе с ФИО9 Подтверждает то обстоятельство, что не сообщила супругу о своем намерении покинуть территорию страны, в которой они проживали вместе с ФИО4 А – Израиль, без его согласия, поскольку опасалась агрессии с его стороны, если бы она призналась в этом, он бы ее не отпустил. Пояснила, что планировала вернуться ДД.ММ.ГГГГ, у нее были обратные билеты, однако передумала ввиду поведения супруга. Покидая без разрешения супруга вместе с тремя ФИО4 А Израиль, она надеялась проучить его, в день отъезда – ДД.ММ.ГГГГ написала ему, что не вернется. Писала с целью, чтобы он одумался, а ФИО4 А сразу подал заявление в полицию. Считает, что ФИО4 А лучше без них, он стал путешествовать, чего не делал с ними. ФИО4 А также лучше здесь на территории России вместе с ней. Здесь они ходят гулять ежедневно, обзавелись друзьями. А. уже привык к новой школе, тогда как в Израиле ему не нравилось учиться, он даже сбегал с уроков. Подтвердила, что среднюю дочь Аделию не принимают в детское дошкольное учреждение в России ввиду наличия у нее заболевания. 

В настоящее время она проживает по адресу: РФ, СК, 

<

адрес>, вместе с тремя ФИО4 А сторон и своим сожителем ФИО14, которого ФИО4 А называют отцом, о чем она их не просила. Ее настоящий сожитель уделяет много времени ФИО4 А, чего не делал родной отец. 

Она не препятствует общению ФИО4 А с ФИО4 А, не лишает его права приезжать к ним в гости, общаться с ними. Но уверено утверждает, что возвращаться в Израиль она не намерена. Считает, что она, как мать ФИО4 А, имела право на выезд с ФИО4 А из Израиля в Россию без согласия супруга и отца ФИО4 А, никто не вправе запретить ей это. Она является гражданкой Российской Федерации, а потому имеет право выбирать, где ей жить, в том числе вместе с ее ФИО4 А, прав в отношении которых она не лишена. Не намерена отдавать ФИО4 А супругу ФИО9. При этом пояснила, что в Израиле прав больше у мамы. То есть права равные у отца и матери, но закон всегда на стороне матери. Например, она может оформить документы на ФИО4 А без отца ФИО4 А, а он – нет. 

Считает, что в случае возвращения ее на территорию Израиля, она может быть подвергнута уголовному преследованию, в том числе заключению под стражу, тогда как разлучение ее с ФИО4 А нанесет последним непоправимый вред. Кроме того, думает, что по возвращению ее в Израиль ее супруг ФИО9 закроет ей границу и она до достижения ФИО4 А 18 лет не сможет покинуть Государство Израиль. Письменных доказательств изложенным доводам представить не может, но твердо убеждена в этом, зная израильское законодательство. 

Указала, что ее ФИО4 А не желают возвращаться назад в Израиль, в РФ они адаптировались, им здесь хорошо, а разлука с ней нанесет непоправимый вред их психическому здоровью, тогда как она возвращаться категорически не желает. Считает, что необходимо учитывать мнение ФИО4 А, в особенности сына А., который уже достаточно взрослый и может принимать серьезные решения. 

На основании изложенного просила в иске отказать. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – адвокат Щербакова Н.Н. исковые требования ФИО9 о возвращении незаконно перемещенных и удерживаемых в Российской Федерации Максимовский А Андриана, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Максимовский Аделии, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Максимовский Айлины, рождения ДД.ММ.ГГГГ, нашла несостоятельными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

Указала, что под общепризнанной нормой международного права следует понимать правило поведения, принимаемое и признаваемое международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательного» (п.1).

В соответствии с преамбулой Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения ФИО4 А, заключенной в Гааге ДД.ММ.ГГГГ, к которой Россия присоединилась ДД.ММ.ГГГГ, но документ вступил в силу для России ДД.ММ.ГГГГ, государства-участники данной Конвенции, твердо убеждённые в том, что интересы ФИО4 А являются проблемой первостепенного значения в вопросах, касающихся опеки над ними, желая защитить ФИО4 А в международном масштабе от вредных последствий их незаконного перемещения или удержания и установить процедуры, обеспечивающие их незамедлительное возвращение в государство их постоянного проживания, а также обеспечить защиту прав доступа, решили с этой целью заключить Конвенцию.

Как следует из преамбулы, в первую очередь провозглашаются интересы ребенка, который нуждается в особой защите.

Необходимость такой особой защиты была предусмотрена еще в Женевской Декларации прав ребенка 1924 года, в Декларации прав ребенка, принятой Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ,, признана во Всеобщей декларации прав человека, в Международном пакте о гражданских и политических правах (в частности статьи 23 и 24), в Конвенции о правах ребенка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ (вступила в силу для СССР ДД.ММ.ГГГГ), где в cт. 3 говорится : «1. Во всех действиях в отношении ФИО4 А независимо от того предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка. 2. Государства-участники обязуются обеспечить ребёнку такую защиту и заботу, которые необходимы для его благополучия...», а также в уставах и соответствующих документах специализированных учреждений и международных организаций, занимающихся вопросами благополучия ФИО9

Таким образом, к общепризнанным нормам международного права относятся право ребенка на благополучие, на защиту закона от вмешательства в его личную жизнь, право воспитываться матерью, т.е. наилучшие интересы ребенка должны быть важнее всего.

В соответствии с Израильском законом опекунство в Израиле - МИШМОРЕТ ГЛАДИМ - определяется судом по поданной стороной просьбе об этом (как правило, при разводе). В конечном итоге суд Израиля определяет, кто из родителей станет опекуном.

В настоящее время такого решения не имеется и ФИО4 А опекуном, в указанном в Конвенции смысле, не является.

ФИО4 А супругов ФИО4 имеют двойное гражданство, в т.ч. являются гражданами РФ. ФИО2 также имеет двойное гражданство: Израиля и Российской Федерации.

В силу ст. 62 Конституции РФ «Гражданин Российской Федерации может иметь гражданство иностранного государства (двойное гражданство).

Наличие у гражданина РФ гражданства иностранного государства не умаляет его прав и свобод».

Все ФИО4 А проживают с мамой ФИО2 в приобретенном на ФИО4 А и ответчицу в равных долях по 1\4 на каждого домовладении с жилым домом из четырех комнат площадью 63,5 кв.м, со всеми удобствами и большим земельным участком 2000 кв.м, расположенном в 

<

адрес> края, где ФИО4 А удобно, просторно, комфортно и нравится проживать. 

Старший сын обучается в МКОУ СОШ № 

<

адрес>, адаптировался к новым условиям и с удовольствием общается со сверстниками. Младшая дочь ФИО9 посещает детский садик № «Теремок» МКДОУ, благополучно прошла адаптацию, не болеет, быстро привыкла к ФИО4 А и взрослым, что подтверждается заключением отдела образования администрации 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Средняя дочь ФИО9 пока в садик не ходит, т.к. собираются разные справки, но место в садике для нее зарезервировано, что также подтверждается соответствующим документом в деле.

В силу cт. 38 Конституции РФ «Материнство и детство, семья находятся под защитой государства»

В силу cт. 45 Конституции« 1. Государственная защита прав и свобод гражданина в Российской Федерации гарантируется».

В соответствии со cт. 64 СК РФ защита прав и интересов ребенка возлагается на их родителей, которые являются их законными представителями и выступают в защиту их прав и интересов, в т.ч. и в судах без специальных полномочий. В данном случае именно ФИО2 выступает в защиту интересов своих ФИО4 А, проживая с ними совместно на территории РФ.

В соответствии с п.«b» cт. 13 Гаагской Конвенции суд не обязан предписывать возвращение ребенка, если будет доказано, во-первых, что на момент перемещения ФИО4 А ФИО4 А фактически не осуществлялись права опеки, и, во-вторых, имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему психологического вреда или иным образом поставит его в невыносимые условия (таким фактором риска является лишение малолетних ФИО4 А опеки матери).

Представленное ФИО4 А решение Израильского суда от ДД.ММ.ГГГГ подтверждает, во-первых, процесс о попечительстве в отношении ФИО9 ФИО4 А сторон не проводился и решения о присуждении попечительства тому или иному родителю не присуждалось (п. 19) и что решение суда, основанное на заявлении ФИО4 А, не превращает его в доказательство и не заменяет иного решения страны, где будет рассматриваться вопрос о перемещении ФИО4 А (п. 17).

Само решение суда 

<

адрес> о признании незаконным вывоза ФИО4 А не имеет юридической силы на территории Российской Федерации в соответствии с п. 1 cт.409 ГПК РФ. Российская Федерация не участвует в соглашениях, на основании которых может быть признано решение суда Израиля, поскольку отсутствует двусторонний международный договор с этим государством по вопросу признания и исполнения судебных решений по гражданским делам.

Полное пренебрежение со стороны ФИО4 А обязанностью заботиться о своих троих ФИО4 А, что, полагает, установлено в судебных заседаниях на основании показаний ответчицы ФИО2, свидетеля ФИО10 и декларации ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, должно быть истолковано судом так, что право опеки ФИО4 А фактически не осуществлялось на момент перемещения ФИО9

ФИО2 возвращаться в Израиль не желает и объяснила причины своего отъезда: пренебрежительное отношение к своим обязанностям по воспитанию и заботе о ФИО4 А со стороны ФИО4 А, пристрастие его к алкогольным напиткам, неадекватное поведение, что подтверждается декларацией ФИО11, пояснениями ответчицы и свидетеля ФИО10

Кроме того, возвращение ответчицы в Израиль может подвергнуть её угрозе уголовных санкций, таких, как тюремное заключение, что отражено в Постановлении ЕСПЧ (вынесено Большой Палатой) от ДД.ММ.ГГГГ по делу № НОЙЛДИНГЕР и ФИО8 против Швейцарии», в котором анализируется закон Израиля по аналогичному делу. Очевидно, что такая ситуация не отвечает наилучшим интересам ФИО9 При этом возможность осуществления ФИО4 А ухода за ФИО4 А могла быть поставлена под вопрос в случае уголовного разбирательства против ФИО2 и последующего возможного лишения ее свободы, к тому же с учетом поведения ФИО4 А: привлечения его ранее к уголовной ответственности, употребления наркотиков, суицидальные поступки, агрессивное неуравновешенное поведение в семье, пренебрежение обязанностями по воспитанию ФИО4 А и прочее.

Более того, у нее имеются и иные объективные причины не возвращаться в Израиль: она ждет ребенка, что подтверждается соответствующими медицинскими документами.

ФИО4 А также не хотят в Израиль, а возвращение их насильно без матери, безусловно, нанесет психологическую травму ФИО4 А, что противоречит основополагающим принципам международного права.

В соответствии с Конвенцией ООН «О правах ребенка», принятой резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи от ДД.ММ.ГГГГ, в преамбуле признается, что ребёнку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, в атмосфере счастья, любви и понимания, и ввиду его физической и умственной незрелости он нуждается в правовой защите. Такого семейного окружения в случае возврата ФИО4 А без матери в ФИО12 А будут лишены. В соответствии со cт. 9 указанной Конвенции ООН государства-участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался с матерью вопреки их желанию.

В силу cт. 16 указанной Конвенции ни один ребенок не может быть объектом произвольного вмешательства в осуществление его права на личную и семейную жизнь. Ребенок имеет право на защиту закона от такого вмешательства.

В соответствии с преамбулой Гаагской конвенции наилучшие интересы ребенка должны быть важнее немедленного возвращения ФИО4 А в Израиль с разлукой от матери.

Гаагская Конвенция (ч.2 cт.13) допускает возможность отказа в возвращении ребенка, если он возражает против возвращения и достиг такого возраста и степени зрелости, при которых его мнение следует учитывать. В Конвенции отсутствует возраст, который мог бы служить ориентиром при решении суда о серьезности отказа ребенка возвращаться, и решение возлагается на усмотрение компетентного органа государства, рассматривающего иск. В данном случае старший сын сторон ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, высказался категорически против возвращения в Израиль. И его мнение должно быть услышано и учтено судом. 

Гаагская Конвенция допускает определенные исключения из общих обязательств государства по обеспечению немедленного возвращения ребёнка (в частности cт. 20), если это вызвано объективными причинами, которые изложены выше.

В силу ст. 20 Гаагской Конвенции в возвращении ребенка может быть отказано, если это противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающегося защиты прав человека и основных свобод.

В силу cт. 61 высшего закона страны Конституции РФ « Гражданин Российской Федерации не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству».

Из Постановления Конституционного Суда РФ №-П от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при реализации права международных обязательств на внутригосударственном уровне нельзя допустить нарушения Конституции РФ, т.е. граждане Российской Федерации не могут быть выданы иному государству вопреки их воле.

По ее мнению, из вышесказанного следует, что имеются по крайней мере три основания, по которым следует отказать в иске ФИО9:

- 1. В силу п.«b» cт. 13 Гаагской Конвенции суд не обязан предписывать возвращение ребенка, если имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему психологического вреда или иным образом поставит его в невыносимые условия.

- 2. В силу части второй cт. 13 Гаагской Конвенции суд не обязан предписывать возвращение ребенка, если он возражает против возвращения.

- 3. В силу ст. 20 Гаагской Конвенции в возвращении ребенка может быть отказано, если это противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающегося защиты прав человека и основных свобод, т.е. cт. 61 Конституции Российской Федерации о невыдаче граждан РФ другому государству.

На основании изложенного просила в удовлетворении иска ФИО9 отказать в полном объеме, что будет соответствовать как нормам Гаагской Конвенции (cт.cт. 13 и 20), так и основному закону государства - Конституции Российской Федерации.

Руководителем отдела образования администрации Красногвардейского муниципального района 

<

адрес> ФИО13 представлено письменное заключение по существу спора, поддержанное в судебном заседании специалистом отдела образования ФИО3, согласно которому считают, что сторонами по делу не представлены доказательства в виде законодательного акта или документа, подтверждающего право единоличной опеки ФИО4 А или ответчика над ФИО9 

В настоящее время ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживают с матерью ФИО2 по адресу: РФ, СК, 

<

адрес>. В соответствии с предварительным договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ответчик имеет намерение приобрести данный жилой дом в собственность в срок до ДД.ММ.ГГГГ Согласно акту обследования от ДД.ММ.ГГГГ в домовладении созданы условия для проживания ФИО9 ФИО9 

В ноябре 2016 года ФИО4 А приобрели гражданство Российской Федерации с письменного согласия отца, владеют русским языком, имеют полисы обязательного медицинского страхования, удостоверяющие право на бесплатное оказание им медицинской помощи на территории РФ. 

ФИО9 обучается в 1 классе МКОУ «СОШ №». Во время адаптационного периода ФИО2 неоднократно обращалась к педагогу-психологу школы, приводила А. на психологические консультации и коррекционные занятия, выполняла все рекомендации психолога. Согласно характеристике обучающегося от ДД.ММ.ГГГГ А. в настоящее время соблюдает правила поведения, в школу идет с желанием, с одноклассниками сложились товарищеские взаимоотношения. 

ФИО9 посещает МКДОУ «Детский сад № «Теремок», процесс адаптации прошел благополучно, девочка не болела, быстро привыкла к ФИО4 А и взрослым.

ФИО9 не посещает дошкольное образовательное учреждение в связи с наличием у нее заболевания. 

ФИО2 по месту жительства характеризуется положительно, принимает меры к трудоустройству, проживает с сожителем ФИО14, взаимоотношения с последним у ФИО4 А доброжелательные, А. и ФИО7 называют Пашу папой. 

ФИО4 А привязаны к матери, их разлучение негативно отразится на детской психике, причинит им сильные моральные и физические страдания, может стать причиной заболеваний. Возвращение ФИО4 А в Израиль допустимо только при условия их сопровождения матерью. 

На вопрос о предпочтительном месте проживания ФИО9 и ФИО7 специалисту органу опеки и при опросе в судебном заседании неоднократно высказывали свое желание проживать с мамой, а психологи установили, что мнение ФИО4 А не является следствием воздействия на них матерью.

У А. имеются отрицательные воспоминания по поводу посещения школы в Израиле. Тот факт, что ребенок вновь может поменять место жительства и учебы, может иметь негативные последствия. 

Исходя из изложенного отдел образования администрации Красногвардейского муниципального района, осуществляющий функции по опеки и попечительству, считает, что исковые требования ФИО4 А не подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Старшим помощником прокурора 

<

адрес> Поповой И.А. дано заключение, согласно которому указала, что на протяжении слушания дела ответчиком указывалось, что мать ФИО4 А хорошая, а ответчик плохой. Однако, в данном процессе рассматривается вопрос о незаконном перемещении ФИО4 А их матерью – ответчиком по делу на территорию РФ в отсутствие согласия на то отца. Доказательств наличия исключений для отказа в возвращении ФИО4 А в место их обычного проживания – Государство Израиля, ответчиком и ее представителем суду представлено не было. Вопрос об адаптации в данном случае рассмотрению не подлежит, поскольку с момента незаконного перемещения ФИО4 А прошло менее одного года. Мнение ФИО4 А не может быть принято во внимание, поскольку согласно письменной консультации специалиста-психолога ФИО9 достиг ограниченной степени зрелости, при которой следует принимать во внимание его мнение по вопросу возвращения в Израиль, а ФИО9 не достигла такой степени зрелости. Стороной ответчика не представлено также доказательств жестокого обращения с ФИО4 А со стороны ФИО4 А, а также угрозе причинения им психологического и физического вреда. На основании изложенного полагала, что иск основан на законе и подлежит удовлетворению в полном объеме. 

В судебное заседание не явился ФИО4 А, надлежащим образом извещенный о времени и месте слушания дела, что подтверждено в судебном заседании его представителем, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, ходатайств об отложении не поступало. 

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, в соответствии с требованиями ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ФИО9 

По ходатайству ответчика в судебном заседании допрошен в качестве свидетеля ФИО10, который показал, что приходится родным отцом ФИО2, которая уехала жить в Израиль в 2006 г., замуж вышла в 2008-2009 гг. Он ездил к ним в гости в 2014 году и в марте 2016 

<

адрес> не понравилось отношение ФИО4 А к ФИО4 А, последние для него, что есть, что нет. В марте 2016 г. дочь вместе со всей семьей прилетели к ним в гости. О приезде дочери с ФИО4 А в Россию узнал ДД.ММ.ГГГГ по телефону, Е. пояснила, что ФИО4 А работает. О целях визита ничего не спрашивал. Ответчик не желает возвращаться в Израиль, так как даже в случае развода ответчик не даст ей спокойно жить. Считает, что ФИО4 А лучше в России, т.к. в Израиле они все время находились в квартире. Он никогда не был свидетелем действий со стороны ФИО4 А, угрожающих жизни и здоровью ФИО9 Думает, что ФИО4 А любят отца. ФИО9 приезжал в Россию в сентябре 2016 г., хотел забрать ФИО4 А, супругу не хотел забирать. 

Ответчиком также представлена декларация ФИО11 – матери ФИО2, удостоверенная нотариусом, в которой ФИО11 заявляет, что ФИО9 – бывший наркоман, в настоящее время злоупотребляющий спиртными напитками, на которого заведены дела по наркотикам и краже с поличным. .А. очень эгоистичен, любит только себя, практически никуда семью не вывозил, а теперь, когда живет один, путешествует по стране. Ее дочь очень боялась .А., который мог выставить ее одну из квартиры в пижаме за то, что она ему пьяному не подала кружку чая. Дочь показывала следы на стене спальни, оставленные тяжелым предметом, ей тогда удалось увернуться. Его не смущало, что все видят ФИО4 А, они напуганы и плачут. Сейчас ее дочь живет с гражданским мужем Павлом, который хорошо относится к ФИО4 А и к ее дочери. Никого из ФИО4 А не принуждают называть Павла отцом, каждый из них делает это по-своему. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, выслушав заключение органа опеки и попечительства, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, представленные письменные доказательства и оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности как в отдельности, так и их взаимной связи в совокупности, а установленные судом обстоятельства - с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд считает, что ФИО4 А доказал законность и обоснованность своих требований, а потому заявленный иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям: 

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 244.11 ГПК РФ заявление о возвращении незаконно перемещенного в Российскую Федерацию или удерживаемого в Российской Федерации ребенка или об осуществлении в отношении такого ребенка прав доступа на основании международного договора Российской Федерации подается в суд родителем или иным лицом, полагающим, что ответчиком нарушены его права опеки или права доступа, либо подается в суд прокурором. 

При пребывании ребенка в пределах Северо-Кавказского федерального округа заявление о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа подается в Пятигорский городской суд. 

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время стороны состоят в зарегистрированном браке. Брак зарегистрирован на территории Государства Израиль. 

От брака стороны имеют троих малолетних ФИО4 А: ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р. ФИО4 А являются гражданами Израиля и Российской Федерации. ФИО4 А является гражданином Государства Израиль. Ответчик ФИО2 имеет двойное гражданство: Государства Израиль и Российской Федерации. 

С момента заключения брака супруги вместе с ФИО4 А проживают в Израиле, в последнее время по месту жительства по адресу: Государство Израиль, 

<

адрес>. Указанная квартира принадлежит матери и сестре ФИО9 

ФИО4 А, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., родились в Израиле, с момента рождения находятся под регулярным наблюдением семейного врача в Израиле.

ФИО4 А посещали дошкольные образовательные учреждения и школу. Так, ФИО7 и ФИО6 записаны в детские сады 

<

адрес> на 2016-2017 гг., А. завершил обучение в 2015-2016 гг., окончив первый класс школы, зарегистрирован в качестве ученика второго класса на 2016-2017 учебный год школы Милкан 

<

адрес>. Ведомством национального страхования Государства Израиль на ФИО4 А выплачивается пособие со дня их рождения. 

В подтверждение указанных фактов суду представлены надлежащие письменные доказательства, а именно справки соответствующих компетентных служб Государства Израиль, а также данные факты не оспорены сторонами, подтверждены ответчиком в судебном заседании. 

Таким образом, указанные выше установленные судом фактические обстоятельства дела подтверждаются письменными доказательствами и сторонами не оспариваются. 

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 пересекла границу Израиля и России вместе с малолетними ФИО4 А сторон ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., Максимовский Аделией, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в последующем прибыв с ними в 

<

адрес>). 

В обоснование иска ФИО4 А ссылается на то, что выезд ФИО4 А за пределы Израиля ответчик совершил без его согласия и уведомления, похитила ФИО4 А и удерживает их на территории РФ без его согласия, тогда как до указанного события он эффективно осуществлял права опеки в отношении их ФИО4 А и осуществлял бы, если бы ответчик не похитила ФИО9 

Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения ФИО4 А (Гаага, ДД.ММ.ГГГГ) регулирует вопросы незаконного перемещения ребенка из государства постоянного проживания, незаконного удержания ребенка вне государства постоянного проживания. 

ДД.ММ.ГГГГ Российская Федерация присоединилась к указанной Конвенции, которая вступила в силу для России ДД.ММ.ГГГГ, для Израиля – ДД.ММ.ГГГГ, и действует между государствами с ДД.ММ.ГГГГ 

В соответствии с Конвенцией Российская Федерация приняла на себя обязательство обеспечить незамедлительное возвращение ФИО4 А, незаконно перемещенных в любое из Договаривающихся государств либо удерживаемых в любом из Договаривающихся государств. 

В соответствии с преамбулой указанная Конвенция направлена на защиту ФИО4 А в международном масштабе от вредных последствий их незаконного перемещения или удержания, на установление процедур, обеспечивающих их незамедлительное возвращение в государство их постоянного проживания, на обеспечение защиты права доступа к ребенку (права на контакт с ребенком). 

Конвенция распространяется, как следует из статьи 1, на случаи, когда, во-первых, ребенок был незаконно перемещен в любое из Договаривающихся государств либо незаконно там удерживается и, во-вторых, когда необходимо обеспечить условия для эффективного осуществления права опеки и права доступа к ребенку (права на контакты), предусмотренных законодательством одного государства-участника в других государствах-участниках. 

Согласно ст. 3 указанной Конвенции, перемещение или удержание ребенка рассматриваются как незаконные, если они осуществляются с нарушением прав опеки, которыми были наделены какое-либо лицо, учреждение или иная организация, совместно или индивидуально, в соответствии с законодательством государства, в котором ребенок постоянно проживал до его перемещения или удержания; и, если во время перемещения или удержания эти права эффективно осуществлялись, совместно или индивидуально, или осуществлялись бы, если бы не произошло перемещение или удержание.

Конвенция не регулирует вопросы, касающиеся наделения родителей или одного из них правом родительской опеки, поскольку рассмотрение по существу вопроса о родительских правах и о предоставлении одному из них (или им обоим) опекунских прав должно происходить в компетентных органах того государства, на территории которого ребенок имел обычное место жительства до того, как был перемещен (ст.ст. 16, 19 Конвенции). 

С учетом приведенных норм, при рассмотрении данного спора суд не считает юридически значимыми доводы ответчика об обстоятельствах, связанных с характером взаимоотношений сторон, наличием или отсутствием у них источников доходов, недвижимого и движимого имущества в собственности, вопросов психологической привязанности малолетних ФИО4 А к кому-либо из родителей и степенью осуществления каждым из родителей обязанностей по уходу, воспитанию и содержанию ФИО4 А, так как в предмет доказывания по настоящему спору указанные обстоятельства не входят. 

Вместе с тем, исследовав представленные суду сторонами доказательства, суд считает, что ответчиком не опровергнуты доводы ФИО4 А о том, что Израиль является местом постоянного проживания малолетних ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., Максимовский Аделии, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которые с рождения и до выезда вместе с матерью ФИО2 на территорию Российской Федерации (ДД.ММ.ГГГГ) постоянно проживали на территории именно Государства Израиль. Родители ФИО4 А ФИО2 и .А. до и после рождения ФИО4 А постоянно проживали в Израиле. 

Анализ израильских паспортов на имя малолетних ФИО4 А сторон и свидетельств о проведении экспертной оценки личных данных лица, выезжающего за пределы государства Израиль, свидетельствует о том, что до похищения ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 и ФИО9 выезжали за пределы Израиля один раз на непродолжительный период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вместе с обоими родителями. ФИО9 находился на территории России в следующие период: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вместе с обоими родителями, и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вместе с матерью. 

Лицо может иметь только одно место постоянного или обычного жительства, при этом лицо может иметь несколько гражданств. В Пояснительном докладе к Гаагской конвенции указывается, что ни гражданство родителей, ни гражданство самого ребенка при вынесении решения о возвращении ребенка не имеет правового значения для разрешения такого спора и не учитывается при вынесении решения. Решающим вопросом является именно определение места обычного или постоянного проживания ребенка непосредственно до его незаконного перемещения или незаконного удержания в нарушение прав опеки другого родителя. При этом место такого постоянного или обычного жительства по смыслу Гаагской Конвенции не определяется гражданством родителей ребенка. 

Доводы ответчика о том, что в настоящее время Российская Федерация также является местом постоянного пребывания ФИО4 А, поскольку ФИО4 А являются гражданами РФ и им здесь хорошо и комфортно, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными судом письменными материалами дела. 

Представленные ответчиком документы на ФИО4 А о регистрации их по месту пребывания, получение медицинских полисов, постановка на учет в медицинское учреждение и получение обязательных медицинских полюсов, постановка на очередь в дошкольное учреждение Аделию, зачисление в школу А. и в детское дошкольное учреждение ФИО6 получены ею после августа 2016 г., т.е. после вывоза ФИО4 А с территории Израиля, с которым в настоящее время не согласен ФИО4 А и после начала процедуры о международном похищении ФИО4 А в соответствии с Гаагской Конвенцией о гражданско-правовых аспектах международного похищения ФИО9

Изложенное свидетельствует о кратковременности посещения ФИО4 А Российской Федерации и в совокупности с представленными ФИО4 А документами, свидетельствующими о рождении ФИО4 А на территории Израиля, наблюдении их с рождения по настоящее время у семейного врача в Израиле, регулярного посещения дошкольных учреждений и школы ФИО4 А, дает основания сделать вывод суду о том, что именно Израиль является местом постоянного (обычного) проживания ФИО9, Максимовский Аделии, ФИО9. 

Учитывая характер разрешаемого судом спора, суд полагает, что бремя представления доказательств в подтверждение наличия согласия другого родителя ФИО9 ФИО4 А на перемещение их на территорию Российской Федерации, наличие исключений, и соответственно, оснований для отказа в возврате ФИО4 А, возлагается на лицо, выступающее против возвращения ФИО4 А с территории Российской Федерации, т.е. на ответчика. 

В условиях состязательного процесса таких доказательств ответчиком суду представлено не было. 

Применительно к эффективному осуществлению прав опеки, в первую очередь, Конвенция исходит из презумпции того, что оставленный родитель, наделенный родительскими правами, эффективно их осуществлял, поскольку по смыслу п.«a» абз.1 ст.13 Конвенции фактическое неосуществление прав опеки является исключением из общего правила и бремя доказывания того, что оставленный родитель в действительности не осуществлял своих прав опеки, возлагается на родителя, похитившего или удерживающего ребенка. Перемещение бремени доказывания на лицо, ходатайствующие о возврате ребенком, является грубым нарушением ст.8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Судом установлено, и не оспорено ответчиком, что на протяжении всего времени, в том числе и до ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 фактически осуществлял права опеки над своими ФИО4 А, и продолжал бы их осуществлять, если бы не перемещение ответчиком ФИО4 А на территорию Российской Федерации. 

Надлежащих и допустимых доказательств, того, что ФИО4 А не осуществлял права опеки над ФИО4 А, суду представлено не было. Доводы ответчика об употреблении ФИО4 А наркотических средств, привязанности к алкоголю, агрессивном поведении ничем не подтверждены, носят голословный характер, тогда как, напротив, опровергаются представленными ФИО4 А письменными доказательствами, а именно медицинскими заключениями, справками из правоохранительных органов, свидетельствующими об обратном. 

К показаниям свидетелей ФИО11 и ФИО10 об агрессии со стороны ФИО4 А и не адекватном поведении в силу алкогольной зависимости суд относится критически, поскольку оба свидетеля являются родителями ответчика, а потому заинтересованы в разрешении спора в пользу их дочери. Кроме того, они не подтверждают достоверно того факта, что ФИО4 А знал и дал согласие ответчику на вывоз их малолетних ФИО4 А на территорию РФ и удержание их там. Какой-либо информации, позволявшей бы исключить возможность вынесения предписания о возвращении ФИО4 А, ими суду сообщено не было.

Кроме того, судом по семейным делам 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ определено, что вывоз ФИО9 ФИО4 А из Израиля, который является местом их постоянного проживания, осуществлен ФИО2 незаконно. 

Учитывая положения ст.ст. 14, 15 Конвенции суд, вопреки доводам ответчика, не может не принять во внимание данное решение суда. 

Факт вывоза ФИО4 А в отсутствие согласия отца, тайно от него подтвержден надлежащими письменными доказательствами, а именно заявлением ФИО4 А в Центральный орган Государства Израиль, перепиской сторон, решением суда по семейным делам 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, а также признан ответчиком в судебном заседании. 

Доводы ответчика о наличии у нее права самостоятельно решать место пребывания ее ФИО4 А в отсутствие согласия на то отца ФИО4 А суд находит не состоятельными и не основанными на законе, поскольку по нормам семейного законодательства обоих государств – Российской Федерации и Израиля родители имеют равные права и обязанности, в том числе права опеки в отношении своих ФИО4 А, пока не доказано иного. 

Факт согласия ФИО9 на получение ФИО4 А российского гражданства не может свидетельствовать о согласии ФИО4 А на переезд ФИО4 А на постоянное место жительства в Россию, что ответчиком также не оспаривается, при этом указана причина получения ФИО4 А гражданства РФ – получение материнского капитала. Таким образом, желание позаботиться о благополучии ФИО4 А и благосостоянии семьи не свидетельствует об отказе от своих прав опеки над ФИО4 А и требования об их возвращении в место их обычного (постоянного) проживания – Израиль. 

Доказательств ограничения либо лишения ФИО4 А прав опеки в отношении их малолетних ФИО4 А ответчиком в условиях состязательного процесса суду представлено не было. Данный факт также подтвержден решением суда по семейным делам 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в израильском суде не проводился процесс о попечительстве в отношении ФИО9, не принималось решение в отношении попечительства, присуждаемого тому или иному родителю. 

В то же время, ФИО4 А незамедлительно обратился с заявлением в компетентный суд с заявлением о незаконном перемещении ФИО4 А их матерью и с заявлением в Центральный орган Израиля о возвращении ФИО9 

Таким образом, судом бесспорно установлено, что ФИО9, пользуясь правами опеки над ФИО4 А, не давал согласия на выезд ФИО9, ФИО7 и ФИО6 в Российскую Федерацию и удержание их в России. Тогда как ответчиком не оспаривается тот факт, что она не желает возвращать ФИО4 А в Израиль, намерена оставить их в России для постоянного проживания в отсутствие согласия на то их отца. 

Статьей 13 Гаагской конвенции предусмотрен ряд исключений из требования о возвращении ребенка, в соответствии с которыми ответчику необходимо доказать, что лицо, учреждение или иная организация, осуществлявшие заботу о ребенке, фактически не осуществляли свои права опеки на момент перемещения или удержания ребенка или дали согласие на его перемещение или удержание или впоследствии не выразили возражений против таковых; или имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда или иным образом поставит его в невыносимые условия. Судебный или административный орган может также отказать в возвращении ребенка, если он придет к заключению, что ребенок возражает против возвращения и уже достиг такого возраста и степени зрелости, при которых следует принять во внимание его мнение.

Учитывая изложенное выше, по мнению суда, в условиях состязательного процесса ответчик ФИО2 не представила суду допустимых и достоверных доказательств в подтверждении того обстоятельства, что она осуществила вывоз ФИО9 ФИО4 А при наличии на совершение указанных действий согласия отца ФИО4 А – ФИО9, который, как установлено судом, на момент рассмотрения спора наделен всеми правами опеки над ФИО4 А в соответствии как с законодательством государства постоянного проживания его и ФИО4 А – Израиля, так и в соответствии с российским законодательством. 

Каких-либо объективных и достоверных доказательств, отвечающих требованиям ГПК РФ, свидетельствующих о том, что возвращение ФИО4 А в Израиль создаст угрозу причинения им физического и психологического вреда, суду не представлено. 

Доводы ответчика о необходимости отказа в возвращении ФИО4 А, поскольку ей затруднительно вернуться на территорию Израиля, а также ссылка на привлечение ее к уголовной ответственности с заключением под стражу сразу по возвращению, не подтверждены надлежащими и допустимыми доказательствами, носят голословный характер, тогда как суд учитывает наличие у ответчика гражданства Государства Израиль, социального положения – замужем за ФИО4 А – гражданином Израиля, застрахована, ранее работала, получает медицинскую помощь, пособие на троих ФИО9 Кроме того, в данном случае суд учитывает представленные через Центральный орган России – Минобрнауки РФ, из Министерства Юстиции Государства Израиль сведения о том, что согласно израильскому законодательству обращение лица с жалобой в полицию предусматривает перенаправление ее в Центральный орган Государства Израиль по Конвенции 1980 года. В соответствии с Руководящими положениями Государственного прокурора уголовное дело может быть возбуждено только в исключительных обстоятельствах. Даже при наличии таких исключительных обстоятельств, как правило, уголовное преследование не проводится в отношении родителя, вернувшего ребенка, при условии, что возвращение осуществляется сразу же после похищения, или в тех случаях, когда при соблюдении положений Конвенции 1980 г., было принято судебное решение о возвращении ребенка, исполненное при строгом соблюдении судебного решения и без каких-либо задержек. В таком случае, если родитель не совершает в дальнейшем повторных действий по похищению того же ребенка или тех же ФИО4 А, полиция закрывает дело. В случае, если похитивший ребенка родитель подаст апелляцию на решение суда, компетентными органами Государства Израиль не будут предприниматься какие-либо действия, направленные против этого родителя, до принятия решения апелляционной инстанцией.

Доводы же ответчицы о ее не желании возвращаться в Израиль, указание на проживание ее с новым сожителем ФИО14 и нахождении в состоянии беременности не могут служить основанием для отказа в иске, так как не основаны на законе и требованиях Конвенции. 

Суд не соглашается с выводами органа опеки, содержащимися в данном им заключении, о необходимости отказа в иске, поскольку данный вывод противоречит другим материалам дела, свидетельствующим о наличии возражений со стороны ФИО4 А о выезде ФИО4 А за пределы Израиля и нахождении их на территории Российской Федерации, вне страны их постоянного проживания – Израиля. Кроме того, суд учитывает, что данное заключение дано фактически по вопросу определения места жительства ФИО4 А при раздельном проживании родителей, который не является предметом спора по настоящему делу, данный вопрос должен решаться в стране обычного места жительства ФИО9 

Одно из основных принципиальных положений Конвенции состоит в том, чтобы ребенок был незамедлительно возвращен в страну своего постоянного (обычного) проживания. Случаи, когда в возвращении может быть отказано, должны иметь характер абсолютного исключения. 

Согласно Пояснительному докладу (п.34) к Конвенции все виды исключений из общего правила о незамедлительном возвращении ребенка должны толковаться ограничительно, с тем, чтобы были достигнуты цели Конвенции и ее основная идея не превратилась в пустой звук.

Одним из оснований, по которым, по мнению ответчика, необходимо отказать в возвращении ФИО4 А, указана ссылка на п. «b» абз. 1 ст. 13 Гаагской Конвенции, согласно которой имеется серьезный риск того, что возвращение ФИО4 А создаст угрозу причинения им физического или психологического вреда, или иным образом поставит их в невыносимые условия. 

С данным доводом суд не может согласиться по следующим основаниям:

В судебной практике применения Конвенции выработаны определенные критерии оценки серьезного риска причинения ребенку вреда в случае его возвращения. Так, было определено: при непосредственной опасности причинения такого вреда ребенку еще до разрешения судом спора об опеке, например, возращение в зону военных действий, массового голода, эпидемии; при жестоком обращении, безнадзорности или глубоком эмоциональном подчинении, когда суд государства, являющегося местом постоянного/обычного проживания ребенка, не способен по какой-либо причине предоставить ребенку адекватную защиту.

Суд считает, что приведенные ответчицей обстоятельства в своей совокупности не доказывают наличие серьезного риска того, что возращение ФИО4 А в Израиль создаст угрозу причинения им физического или психологического вреда или иным образом поставит их в невыносимые условия.

Каких-либо документов, которые бы исходили от Центрального органа или другого компетентного органа государства постоянного проживания ФИО4 А и которые бы объективно подтверждали доводы ФИО2, последней не представлены. В материалы дела в условиях состязательного процесса доказательства, отвечающие принципам допустимости и достоверности в подтверждение того обстоятельства, что возвращение ФИО4 А в Израиль в их школу и дошкольные учреждения, к своим друзьям и преподавателям, к своему отцу, в привычную для них среду и обстановку, из которой они были вырваны из-за действий самой ответчицы, вследствие их неправомерного перемещения и удержания в Российской Федерации, создаст угрозу причинения ФИО4 А физического или психологического вреда или другим образом поставит ФИО4 А в невыносимые условия, ответчицей не представлены. 

Наличие серьезного риска причинения вреда ФИО4 А по причине, якобы агрессивного поведения ФИО4 А и отсутствия с его стороны заботы о ФИО4 А, ответчицей не доказано. 

В целом судебная практика применения Конвенции исходит из доверия к судебной системе и системе защиты прав ребенка другого государства. В связи с этим, ответчик не представила доказательств, что препятствовало защите ФИО4 А или ее самой компетентными органами государства их обычного (постоянного) проживания и почему перемещение и удержание ФИО4 А в Российской Федерации без согласия другого родителя является единственно возможным способом защиты ФИО9

Из материалов дела следует, что ответчица никогда в правоохранительные и иные государственные органы в связи с агрессивным поведением ее супруга не обращалась; сведений об инициировании иными лицами каких-либо уголовных преследований в отношении ФИО4 А в связи с причинением вреда ФИО9 ФИО4 А сторон в материалах дела также не представлено. 

В опровержение доводов ответчицы о том, что удовлетворение иска может противоречить наилучшим интересам ФИО4 А, суд приходит к выводу, что анализ материалов дела (объяснений ответчика, ее родственников, органа опеки, акта обследования материально-бытовых условий настоящего места жительства ответчика и ФИО4 А) свидетельствует о том, что действительной причиной незаконного перемещения и удержания ФИО4 А на территории Российской Федерации является не наличие очень серьезного риска причинения им вреда, а наличие, как ссылается ответчица, некомфортных именно для ответчика, а не для ФИО4 А, условий проживания в Израили, отсутствие любви к мужу (переписка сторон), наличие новых отношений с другим мужчиной и беременность от него.

ФИО4 А же, вследствие поведения ответчицы, преследующей собственные интересы, вырваны из привычного для них окружения; ФИО4 А вынуждены адаптироваться к новым для них условиям. 

Вторым основанием для отказа в возвращении ФИО4 А в Израиль ответчик указывает возражения ФИО4 А, в частности двоих старших А. и ФИО7, против такого возвращения со ссылкой на ст. 13 Гаагской Конвенции. 

Действительно, в абз. 2 ст. 13 Конвенции предусмотрено основание для отказа в требовании о возвращении ребенка в государство его постоянного/обычного проживания – возражение самого ребенка при условии, что он достиг такого возраста и степени зрелости, при которых следует принять во внимание его мнение. 

При этом возраст, с которого такое мнение должно быть заслушано, в Конвенции не указан. Семейным законодательством РФ (ст. 57 СК РФ) установлена обязанность учета мнения только того ребенка, который достиг 10 лет. Комитет ООН по правам ребенка подчеркивает, что возраст ребенка не может являться исключительным показателем зрелости ребенка и единственным критерием учета его мнения. Зрелость ребенка должна устанавливаться в каждом конкретном случае. 

С целью установления указанных обстоятельств судом в присутствии представителя органа опеки, прокурора и привлеченного к участию в деле в качестве специалиста – психолога ФИО15 в судебном заседании опрошены ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., достигший возраста семи лет, и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., достигшая возраста пяти лет. С учетом малолетнего возраста ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., достигшей лишь возраста трех лет, судом принято решение об отсутствии необходимости ее опроса в судебном заседании, что наиболее будет отвечать интересам малолетнего ребенка. 

При опросе ФИО9 неоднократно высказал мнение о желании проживать в России с матерью, по выражению ребенка: «Папа закрыл маме въезд в Израиль».

При опросе ФИО9 на вопрос о предпочтительном месте проживания высказала мнение о желании проживать с матерью. 

По результатам беседы с ФИО4 А судом определено обязать специалиста в лице психолога ФИО15 дать письменную консультацию, поставив на разрешение вопрос: «Достигли ли ФИО9 Андриан, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с учетом их возраста степени зрелости, при которых следует принимать во внимание их мнение по вопросу возвращения их в Израиль?». 

Согласно письменной консультации ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., достиг ограниченной степени зрелости, при которой следует принимать во внимание его мнение по вопросу возвращения в Израиль. Способен понимать и оценивать последствия различных альтернатив, при условии, что каждая из этих альтернативных ситуаций уже встречалась в его жизненном опыте и он наблюдал возможные последствия, но не способен оценивать отдаленные последствия этих альтернатив. ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., не достигла степени зрелости, при которой следует принимать во внимание ее мнение по вопросу возвращения в Израиль. 

Квалификация психолога – старшего преподавателя кафедры общей и педагогической психологии ФГБОУ ВО «ПГУ» ФИО15 у суда сомнений не вызывает, подтверждена соответствующим дипломом и выпиской из положения №.02.2009гг. о психолого-лечебно-оздоровительном научно-практическом инновационном Центре «Здоровье и Успех», специалист предупрежден судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, а потому у суда отсутствуют основания не доверять указанной выше письменной консультации, которая сторонами также не оспорена. 

С учетом беседы с ФИО9, представленной письменной консультации суд приходит к выводу, что отсутствуют основания для отказа в возвращении ФИО4 А на основании ст. 13 Конвенции в связи с возражением ФИО4 А против возвращения, поскольку ФИО9 достиг ограниченной степени зрелости, при которой следует принимать во внимание его мнение по вопросу возвращения в Израиль, а ФИО16 не достигла степени зрелости, при которой следует принимать во внимание ее мнение по вопросу возвращения в Израиль, тогда как ФИО9 с учетом малолетнего возраста также такой степени зрелости не достигла. При этом суд учитывает, что разлучение ФИО4 А в данном случае невозможно и может повлечь риск причинения им очень серьезного вреда, а потому довод ответчика о том, что необходимо прислушаться к мнению старшего ребенка, не может быть принят судом во внимание при принятии решения, в том числе с учетом ограниченной степени зрелости А.. При этом суд учитывает, что не желание А. возвращаться связано с его мнением: «Папа закрыл границу маме», о чем он узнал со слов матери, и перспектива поехать в Израиль у ребенка стойко связана с разлукой с матерью. 

Суд учитывает мнение ФИО4 А о комфортном пребывании в России, однако данный факт не может быть расценен как возражение против возвращения в государство постоянного (обычного) проживания, простого предпочтения ребенком жизни в новых условиях недостаточно для отказа в требовании о его возвращении. 

Статьей 12 Гаагской конвенции предусмотрено обязательство государства, куда был вывезен ребенок, отдать распоряжение о немедленном возвращении ребенка. Это обязательство ограничено несколькими условиями. Так, распоряжение должно быть сделано в том случае, если процедуры по возвращению начались до истечения срока в один год, начиная с даты незаконного перемещения или захвата. При этом согласно абзацу второму этой статьи Гаагской конвенции даже в том случае, если процедуры начались по истечении указанного срока, судебные или административные органы также обязаны предписать возвратить ребенка.

Вместе с тем, в требовании о возвращении может быть отказано, если будет установлено, что произошла адаптация ребенка (наличие свидетельств о том, что ребенок уже вполне прижился в своей новой среде) (абзац второй статьи 12 Гаагской конвенции).

В данном случае суд не может согласиться с доводами ответчика о полной интеграции ФИО4 А в социальную среду по месту своего проживания на территории России. 

Надлежащих, допустимых и достоверных доказательств тому представлено не было. Указание об этом в акте обследования жилищно-бытовых условий и заключении, представленными отделом опеки, не может являться надлежащим доказательством, поскольку противоречит иным установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Суд при этом учитывает, что с момента незаконного перемещения ФИО4 А прошел непродолжительный период времени. Суд учитывает малолетний возраст троих ФИО9 Тот факт, что ФИО4 А говорят на русском языке, не может свидетельствовать об их полной адаптации на территории РФ, т.к. в Израиле вся семья также разговаривала на русском языке, а иврит ФИО4 А учили в детском саду и в школе в Израиле. А потому в данном случае судом не установлена интеграция и адаптация ФИО4 А на территории РФ.

Кроме того, из смысла ст. 12 Конвенции следует, что если между днем незаконного перемещения или удержания ребенком и датой начала процедур в судебном или административном органе по его возвращению годичный срок еще не истек, вопрос об адаптации ребенка вообще не подлежит обсуждению в ходе рассмотрения дела, поскольку ответ на него не может повлиять на решение суда по существу требования. 

В данном случае незаконное перемещение ФИО4 А произошло 14.08.2016г., ФИО9 обратился в Пятигорский городской суд с иском ДД.ММ.ГГГГ, а еще ранее обратился в Центральный орган на территории Израиля, где незамедлительно началась процедура по возвращению ФИО4 А, на день рассмотрения дела судом и принятия решения прошло лишь полгода, что свидетельствует об отсутствии оснований у суда в данном случае решать вопрос об адаптации ФИО4 А к новой среде. 

Третьим из оснований отказа в возвращении ФИО4 А ответчик указывает ст. 20 Гаагской Конвенции, согласно которой в возвращении ребенка в соответствии с положениями ст. 12 может быть отказано, если это противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающимся защиты прав человека и основных свобод. 

В обоснование указанного довода ссылается на то, что Конституция РФ – высший закон страны, а гражданин РФ не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству, указывает на приоритет Конституции РФ над международными договорами. 

Суд не может согласиться с указанными основаниями по следующим причинам:

Статьей 20 Конвенции предусмотрено, что в возвращении ребенка может быть отказано, если это противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающимся защиты прав человека и основных свобод.

Однако, в ходе судебного разбирательства такое противоречие установлено не было. Несостоятельна ссылка ответчика о противоречии требований ФИО4 А основополагающим принципам Российской Федерации, касающимся защиты прав человека и основных свобод, которое, по его мнению, выражено в том, что гражданин Российской Федерации не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан иностранному государству. В рамках Конвенции одной из ее целей в случае возвращения ФИО4 А речь идет о восстановлении status quo. ФИО9, ФИО7 и ФИО6 также являются и гражданами Израиля, при этом они родились на территории Израиля, израильское гражданство получили ранее, нежели российское, полученное ими лишь в ноябре 2016 г., после незаконного перемещения. В данном случае речь не идет о выдаче ФИО9 иностранному государству. Предметом настоящего спора является вопрос о незамедлительном возвращении ФИО4 А, незаконно перемещенных и удерживаемых на территории РФ, в место их постоянного (обычного) проживания, что не противоречит Конституции Российской Федерации, тогда как, присоединившись к Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения ФИО4 А, Российская Федерация взяла на себя обязательства на эффективное применение и полноценное выполнение данной Конвенции.

Иные доводы ответчика о том, что ФИО4 А наряду с матерью имеют гражданство Российской Федерации, ответчик занимается трудоустройством на территории России, приобрела жилье в России, проживает с новым сожителем, от которого беременна, и не желает возвращаться в Израиль не могут быть приняты судом, поскольку наличие или отсутствие у ФИО4 А российского гражданства, не желание матери незаконно перемещенных ФИО4 А возвращаться в страну постоянного места проживания ФИО4 А для рассмотрения настоящего спора правового значения не имеют. 

Иных оснований для отказа в возвращении ФИО9 ФИО4 А, Максимовский Аделии, ФИО9 в государство постоянного проживания – Израиль судом не установлено. 

Учитывая изложенные выше установленные судом фактические обстоятельства дела, требования Конвенции, оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что факт незаконного перемещения малолетних ФИО9, Максимовский Аделии, ФИО9 из Государства Израиль в Российскую Федерацию, факт незаконного удержания ФИО4 А в Российской Федерации нашел подтверждение в судебном заседании, обстоятельств, препятствующих вынесению решения, предписывающего возвращение ребенка в место их постоянного проживания, судом не установлено, в связи с чем исковые требования обоснованы и подлежат удовлетворению. 

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ). 

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате специалистам.

В рамках рассмотрения данного дела судом определениями Пятигорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечен специалист – психолог, которому поручено дать письменную консультацию, расходы по оплате работы специалиста возложены на стороны в равных долях. Однако, определение суда в части оплаты услуг специалиста сторонами не исполнено, от специалиста ФИО15 поступило ходатайство о возмещение расходов на проведении консультации и составление письменного документа по его результатам в размере 10 000 руб. 

Учитывая проведенную специалистом работу, возложенную определением суда обязанность несения данных расходов на стороны и не исполнение ими судебного акта, суд считает необходимым взыскать с ФИО9 и ФИО2 расходы по оплате услуг специалиста в размере 10 000 руб. в равных доля, по 5 000 руб. с каждого. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199, 244.16 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО9 к ФИО2 о возвращении ФИО4 А, незаконно перемещенных и удерживаемых в Российской Федерации на основании норм международного договора Российской Федерации удовлетворить.

Предписать незамедлительное возвращение ФИО9 ФИО4 А: ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Максимовский Аделии, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в страну постоянного проживания – на территорию Израиля, на основании международного договора Российской Федерации – Гаагской Конвенции о международно-правовых аспектах похищения ФИО4 А от ДД.ММ.ГГГГ. 

Обязать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в течение двух недель с момента вступления решения суда в законную силу передать ФИО9 ФИО4 А: ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Максимовский Аделию, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также документы на ФИО4 А, а именно паспорта Израильского государства на их имя, отцу ФИО4 А – ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, для перемещения на территорию Израиля. 

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу психолого-лечебно-оздоровительного научно-практического инновационного центра «Здоровье и Успех» ФГБОУ ВО «Пятигорский государственный университет» судебные расходы по оплате консультации специалиста в сумме 10 000 руб. в равных долях, т.е. по 5000 руб. с каждого. 

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы, представления через Пятигорский городской суд в течение десяти дней со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Н.Г. Пушкарная