44г-4 /2018

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Сахалинского областного суда

19 января 2018 года город Южно-Сахалинск

Президиум Сахалинского областного суда в составе:

председательствующего – Малеванного В.П. 

членов президиума – Горовко А.А., Жуковской З.В., Пискуновой Н.В., Усольцевой И.В. 

при секретаре - Лавровой О.В. 

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Поронайская центральная районная больница», государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С. Анкудинова», министерству имущественных и земельных отношений Сахалинской области о взыскании компенсации морального вреда

по кассационной жалобе ФИО1 и ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года.

Заслушав доклад судьи Сахалинского областного суда Роговой Л.В., объяснения представителя государственного бюджетного учреждения здравоохранения Сахалинской области «Поронайская центральная районная больница» ФИО3, возражавшей против доводов кассационной жалобы, заключение заместителя прокурора Сахалинской области Данильченко О.В., полагавшего отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года, президиум 

установил:

19 января 2017 года ФИО1 и ФИО2 (отец и мать умершего ФИО4) обратились в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Поронайская центральная районная больница» (далее ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница»), государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С.Анкудинова» (далее ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С.Анкудинова»),министерству имущественных и земельных отношений Сахалинской области о взыскании компенсации морального вреда в размере по 1000 000 рублей в пользу каждого. 

В обоснование иска указали, что 14 августа 2016 года их сын Гуляев ФИО21 поступил в хирургическое отделение ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница», где врач ФИО6 поставил ему диагноз: 

<

данные изъяты>. 14, 15 и 16 августа 2016 года сыну провели три операции, после которых состояние его здоровья ухудшалось. 17 августа 2016 года сына перевели в ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С. Анкудинова», в которой ему была проведена очередная операция. 19 августа 2016 года их сын умер, причиной смерти стал 

<

данные изъяты>, выявлены многочисленные нарушения в проведенном лечении. В связи с непрофессиональными действиями врачей они потеряли любимого близкого человека, глубоко переживают его утрату, а также лишились материальной поддержки, семейного благополучия и жизненной стабильности.

Решением Поронайского городского суда от 25 апреля 2017 года с ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» в пользу ФИО1 и ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере по 500 000 рублей каждому. Указано, что при недостаточности денежных средств взыскание в пользу истцов производить с министерства имущественных и земельных отношений Сахалинской области в порядке субсидиарной ответственности.

В удовлетворении иска ФИО1 и ФИО2 к ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С. Анкудинова» отказано.

С ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» взысканы затраты за проведение экспертизы в пользу НИИСЭ «СТЭЛС» в сумме 60000 рублей. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года решение Поронайского городского суда от 25 апреля 2017 года изменено.

Снижен размер взысканной с ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» в пользу истцов денежной компенсации морального вреда до 75000 рублей каждому. Из резолютивной части решения исключено указание на то, что при недостаточности денежных средств взыскание в пользу истцов производить с министерства имущественных и земельных отношений Сахалинской области в порядке субсидиарной ответственности.

ФИО1 и ФИО2 в удовлетворении исковых требований к министерству имущественных и земельных отношений Сахалинской области, ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С. Анкудинова» отказано. В остальной части решение Поронайского городского суда от 25 апреля 2017 года оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поступившей в Сахалинский областной суд 30 октября 2017 года, ФИО1 и ФИО2 просят отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года, оставив в силе решение Поронайского городского суда от 25 апреля 2017 года. Не согласны с апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда об изменении решения в части размера взысканной с ответчика в их пользу денежной компенсации морального вреда, полагая, что суд апелляционной инстанции не учел при этом их престарелый возраст, потерю по вине медицинских работников сына, проживавшего совместно с ними и оказывавшего им материальную помощь. Указывают, что суд апелляционной инстанции по своему усмотрению привел в определении другую экспертизу с выводами об опосредованной причинно-следственной связи, не отвергнув выводы экспертов НИИ «СТЭЛС», положенные в основу решения суда первой инстанции, не оценив при этом обе экспертизы, как доказательства по делу. Ссылаются на неверное толкование судебной коллегией положений статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации о субсидиарной ответственности министерства имущественных и земельных отношений Сахалинской области. 

По запросу судьи Сахалинского областного суда Роговой Л.В. от 01 ноября 2017 года дело истребовано в Сахалинский областной суд и определением от 27 декабря 2017 года кассационная жалоба ФИО1 и ФИО2 с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Сахалинского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Сахалинского областного суда находит, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года.

Истцы ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО7, представители государственного бюджетного учреждения здравоохранения Сахалинской области «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С.Анкудинова», министерства имущественных и земельных отношений Сахалинской области, третьи лица ФИО6, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, сведений о причинах неявки не сообщили, в связи с чем президиум Сахалинского областного суда, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие. 

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм права были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

При вынесении судебного решения недопустимо основываться на доказательствах, которые не были исследованы судом в соответствии с нормами ГПК РФ (пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении").

Принцип непосредственности исследования доказательств судом установлен частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (п. 2). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3). 

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (ст. 55 ГПК РФ).

Согласно положений статей 67,71, 195-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости, в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

В силу части 1 статьи 327, пунктов 5 и 6 статьи 329 этого же Кодекса приведенные выше требования распространяются и на суд апелляционной инстанции, который в апелляционном определении должен указать установленные им обстоятельства, выводы суда по результатам рассмотрения апелляционной жалобы; мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылки на законы, которыми суд руководствовался. 

Из материалов дела видно, что 14 августа 2016 года в 18 часов 55 минут ФИО4 поступил в ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» с жалобами на наличие боли, 

<

данные изъяты>, невозможность принятия пищи. До 17 августа 2016 года он находился на лечении в хирургическом отделении данной больницы с основным диагнозом 

<

данные изъяты>, в этот же день в 22 часа был доставлен в Южно-Сахалинскую городскую больницу имени Ф.С. Анкудинова, где ему проведена экстренная операция, а 19 августа 2016 года ФИО4 умер. 

По данному делу по требованиям ФИО1 и ФИО2 (родителей умершего ФИО4) о взыскании с ответчиков денежной компенсации морального вреда, одним из юридически значимых и подлежащих доказыванию обстоятельств с учетом применения норм материального права являлось выяснение вопросов о причинении вреда жизни и здоровью потерпевшего при оказании ему медицинской помощи в медицинских учреждениях, установлении причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью ФИО4

В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при подготовке дела к судебному разбирательству судья вправе назначать экспертизу и эксперта для ее проведения, а также разрешать вопросы о привлечении к участию в процессе специалиста, переводчика.

В порядке подготовки дела к судебному разбирательству определением судьи Поронайского городского суда от 13 февраля 2017 года назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза в Научно-исследовательском институте судебной экспертизы «СТЭЛС» (находящемся в городе Челябинске), на разрешение которой поставлены 14 вопросов, в том числе вопросы о причинно-следственной связи между действиями хирургов ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница», Южно-Сахалинской городской больницы имени Ф.С. Анкудинова и наступлением смерти ФИО4 

На основании указанного определения судьи экспертами НИИСЭ –СТЭЛС с 01 марта по 15 марта 2017 года проводилась комплексная судебно-медицинская экспертиза, а 22 марта 2017 года в суд первой инстанции поступило заключение экспертов № 47 м/03/17, копии которого были получены участниками процесса. 

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства, в том числе заключение экспертов № 47м/03//17, Поронайский городской суд пришел к выводу о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО4 врачами ГБУЗ «Поронайская Центральная районная больница», выразившемся в неверной диагностике заболевания, некачественно проведенной КТ-диагностики, недооценки тяжести состояния больного, несвоевременном реагировании на ухудшение его состояния, нарушении стандарта оказания медицинской помощи, неэффективным лечебным мероприятиям. С учетом выводов экспертного заключения № 47м/03//17 о том, что дефекты, допущенные хирургами указанного медицинского учреждения в лечении больного, непосредственно привели к его летальному исходу, суд усмотрел прямую причинно-следственную связь между действиями врачей и наступлением смерти ФИО4 и взыскал с ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере по 500 000 рублей каждому, отказав в удовлетворении иска к ГБУЗ «Южно-Сахалинская городская больница имени Ф.С. Анкудинова».

Прийдя к правильному выводу о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения министерства имущественных и земельных отношений Сахалинской области к субсидиарной ответственности, судебная коллегия не согласилась с размером компенсации морального вреда, указав, что он определен судом в отсутствие заключения специалистов о причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью ФИО4 Сославшись на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы №24 от 04 июля 2017 года (проведение которой назначено судом апелляционной инстанции по другому делу № 33-775/2017, по иску сестры умершего ФИО4– ФИО10), судебная коллегия пришла к выводу о том, что вина медицинских работников ГБУЗ «Поронайская ЦРБ» в причинении смерти ФИО4 установлена, поскольку допущенные ими дефекты в лечении больного находятся в опосредованной (косвенной) причинно- следственной связью с его смертью. 

Как следует из протокола судебного заседания от 12 сентября 2017 года, суд апелляционной инстанции огласил копию апелляционного определения от 27 июля 2017 года по делу № 33-775/2017. При этом само заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы №24 от 04 июля 2017 года, на которое сослался в апелляционном определении, как на доказательство по делу, не запрашивал и не исследовал. В связи с этим, указанное экспертное заключение не могло быть положено судом апелляционной инстанции в обоснование выводов по обстоятельствам данного гражданского дела. 

Помимо того, в соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. 

В нарушение приведенной нормы права суд апелляционной инстанции не привел в апелляционном определении мотивов, по которым им отвергнуты выводы экспертов Научно-исследовательского института судебной экспертизы «СТЭЛС», проводивших на основании определения суда комплексную судебно-медицинскую экспертизу, и как следует из материалов дела, обладающих специальными знаниями в области медицины, имеющих длительный стаж работы по специальности и ученые степени, а некоторые из экспертов являются сертифицированными судебно-медицинскими экспертами. 

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Разрешая спор, суд первой инстанции признал установленной вину медицинских работников ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» в причинении смерти ФИО4 и определил к взысканию в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере по 500000 рублей каждому. 

Соглашаясь с выводом Поронайского городского суда о вине медицинских работников ГБУЗ «Поронайская центральная районная больница» в причинении смерти ФИО4, судебная коллегия посчитала необходимым снизить размер компенсации морального вреда истцам до 75000 рублей исходя из того, что смерть сына хотя и причинила его родителям нравственные страдания, но в материалах дела, кроме их объяснений, отсутствуют иные доказательства причинения морального вреда.

Между тем, правомерно сославшись на положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, выраженную в Постановлении Пленума от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», предусматривающей взыскание компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего членам его семьи, суд апелляционной инстанции необоснованно снизил размер этой компенсации без учета степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истцов, чем нарушены требования приведенных выше норм права.

Так, судом оставлено без внимания то обстоятельство, что смерть ФИО4 в молодом возрасте существенно повлияла на моральное состояние его престарелых по возрасту родителей без учета состояния здоровья матери, наблюдающейся у кардиолога и проходящей постоянный осмотр в связи с имплантированным антиаритмическим устройством. (т.1 л.д. 8, 13-160).

Учитывая, что неправильное применение судом апелляционной инстанции приведенных норм материального и процессуального права, на которые указали заявители кассационной жалобы, повлекло необоснованное изменение решения суда первой инстанции, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года подлежит отмене с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение. 

Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Сахалинского областного суда

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 12 сентября 2017 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Сахалинского областного суда в ином составе суда. 

Председательствующий – В.П. Малеванный