УИД 11RS0002-01-2024-004860-10

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Воркута Республики Коми 27 февраля 2025 года

Воркутинский городской суд Республики Коми 

в составе председательствующего судьи Солодиловой Е.Ю., при секретаре судебного заседания Засориной С.Е.,

с участием представителя ответчика ФИО2,

прокурора Маляревича И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-519/2025 по исковому заявлению ФИО3 к АО по добыче угля «Воркутауголь», Печорскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, требуя взыскать с АО по добыче угля «Воркутауголь», Печорского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору 1500000 руб. с каждого.

В обоснование исковых требований истец указала, что при производстве работ в 25.02.2016 на шахте ФИО4 «Воркутауголь» произошел взрыв, в результате которого погиб её брат ФИО1, состоявший в трудовых отношениях с АО «Воркутауголь». Согласно приговору Воркутинского городского суда от 22.02.2022 ответственными за взрыв метана являются работники АО «Воркутауголь», а также государственный инспектор Печорского управления Ростехнадзора. Истец указывает, что ФИО1 являлся её старшим братом, с которым были теплые, дружеские отношения. В настоящее время истец поддерживает родственные отношения с семьей брата.

Ответчик АО «Воркутауголь» в письменном отзыве с исковыми требованиями не согласился, указав, что ФИО3 – сестре погибшего ФИО1 на основании заключенного соглашения выплачена компенсация морального вреда в сумме 150000 руб. Остальным родственникам моральный вред также компенсирован. Истцом не представлено доказательств степени понесенных физических и нравственных страданий. Заявленная в иске компенсация, по мнению общества необоснованно завышена, с учетом фактических обстоятельств, истекшего времени – более 9 лет, других обстоятельств. Истец проживала отдельно, погибший содержал свою семью. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. В случае удовлетворения исковых требований, ответчик просит снизить компенсацию морального вреда до 400000 руб.

Печорское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в исковых требованиях истцу просит отказать, указывает, что истец – ФИО3 проживает в другой семье с апреля 2022, по другому адресу. В материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что истец находился на иждивении ФИО1, не представлены доказательства, подтверждающие, что при жизни ФИО1 оказывал ей систематическую материальную помощь, являющуюся основным и постоянным источником средств к существованию, не установлен факт совместного проживания и факт близкой связи. Причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии должного контроля инженерно-техническими работниками шахты за состоянием промышленной безопасности, то есть несчастный случай произошел по вине АО «Воркутауголь», не обеспечившей безопасность работ. Доказательства прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) должностного лица Ростехнадзора ФИО24 и гибелью работников АО «Воркутауголь» отсутствуют. Степень вины в большей степени лежит на АО «Воркутауголь».

Истец в судебное заседание не явилась, заявила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчика АО «Воркутауголь» в судебном заседании поддержал доводы отзыва на иск, в том числе в части суммы, которую ответчик считает возможной к присуждению.

Ответчики - Печорское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору, извещенные о судебном заседании, представителей в суд не направили.

Третьи лица ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, извещены о рассмотрении дела, в суд не явились, о причинах неявки суд не уведомил.

Третьи лица - ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13, ФИО15, ФИО16 от получения судебных извещений уклонились.

Согласно ст.20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий.

Учитывая порядок оказания услуг почтовой связи в отношении почтовой корреспонденции разряда «Судебное» установленный Приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 № 234 «Об утверждении Правил оказания услуг почтовой связи", возвращение в суд неполученного адресатом заказного письма с отметкой "по истечении срока хранения» не противоречит действующему порядку вручения регистрируемых почтовых оправлений и расценивается как информация органа связи о неявке адресата за получением судебной повестки, иного регистрируемого оправления категории «судебное». В таких ситуациях добросовестность органа почтовой связи по принятию мер, необходимых для вручения направленных судом извещений и копий документов, презюмируется, пока заинтересованным адресатом не доказано иное. 

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено при имеющейся явке. 

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего об удовлетворении требований в размере с учетом обстоятельств дела, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Приказом от 15.07.2010 № ВУ-2102 №2171 К ФИО1 принят на работу в качестве проходчика 5 разряда ОАО «Воркутауголь» с 19.07.2010, с ним заключен трудовой договор № 148.

ФИО1, 

<

дата> г.р., приходился родным братом истцу ФИО17 

<

дата> ФИО1 умер в г.Воркуте (свидетельство о смерти от 

<

дата> ....

Приговором Воркутинского городского суда РК от 22.02.2022 по уголовному делу №1-3/2022 установлено, что Шахта угольная «Северная», эксплуатируемая ОАО «Воркутауголь» (с 18.11.2014 - АО «Воркутауголь), является опасным производственным объектом I класса в соответствии со свидетельствами о регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, выданными 10.01.2014, 13.02.2015, 15.06.2015, 01.02.2016 Печорским управлением Ростехнадзора, имеет регистрационный номер №А25-00451-0002, дата регистрации в реестре опасных производственных объектов - 21.04.2005. 

В соответствии с совместным приказом ОАО «Воркутауголь» и Печорского управления Ростехнадзора от 16.01.2014, совместными приказами АО «Воркутауголь» и Печорского управления Ростехнадзора от 27.02.2015 и 17.12.2015 шахта «Северная» разрабатывала: пласты «Тройной» и «Мощный», опасные по внезапным выбросам; пласты «Мощный», «Четвертый» и «Пятый», опасные по горным ударам; пласты «Тройной», «Восьмой», «Нижнепромежуточный» и «Верхнепромежуточный», опасные по горным ударам. Также пласты, разрабатываемые шахтой «Северная», согласно протоколу испытаний от 05.05.2014 являются опасными по взрывчатости угольной пыли (том 1, л.д. 9). 

В ходе осуществления в лаве 412-з добычи угля 25.02.2016 во 2 смену, начавшуюся в 13 часов 00 минут, в условиях недостаточной вентиляции лавы из-за плохого состояния вентиляционного бремсберга 42-з пласта «Мощный» и применения в лаве схемы проветривания, противоречащей проекту, интенсивного выделения метана в районе 130-146 секций механизированной крепи из-за постоянного суфляра в выработанном пространстве, в лаве 412-з сформировалась взрывоопасная концентрация метана (более 5%). 

В очистной выработке лавы 412-з пласта «Мощный» шахты Северная по адресу: г.Воркута, пгт.Северный, 25.02.2016 около 14-09 час произошел взрыв метановоздушной смеси, в 15-50 повторный взрыв.

В результате в 14 часов 09 минут 25.02.2016 воспламенения и взрыва метановоздушной смеси, образовавшаяся в результате взрыва взрывная волна стала распространяться по сети горных выработок, в том числе по конвейерной сбойке 512-з пласта «Мощный» в КБ 52-з и в подготовительную выработку вентиляционного бремсберга 62-з пласта «Мощный» (забой по восстанию бригады ФИО18), при этом были смертельно травмированы работники участка подготовительных работ в том числе проходчик ФИО1

Как установлено указанным приговором в результате нарушения ФИО16, ФИО5, ФИО13, ФИО15, ФИО11 и лицами, уголовное преследование которых прекращено в связи с их смертью, а также ФИО19, ФИО20 и лица, уголовное дело в отношении которого приостановлено в связи с его болезнью, указанных выше требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, ненадлежащего исполнения ФИО24 должностных обязанностей главного государственного инспектора ВТО, повлекших 25.02.2016 аварию в шахте «Северная», по неосторожности была причинена смерть работнику ФИО1

Приговором Воркутинского городского суда РК от 22.02.2022 по делу №1-3/2022 ФИО16, ФИО5, ФИО21, ФИО15, ФИО11, ФИО19, ФИО20 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ, то есть в нарушении требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба, а также повлекшем по неосторожности смерть двух или более лиц, ФИО24 – признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.293 УК РФ, - халатности, то есть неисполнении или ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, повлекшем по неосторожности смерть двух или более лиц.

Апелляционным постановлением Верховного суда Республики Коми от 07.11.2022 приговор Воркутинского городского суда РК от 22.02.2022 в части установления вины изменений не претерпел. Осужденные ФИО16, ФИО5, ФИО13, ФИО22, ФИО10, ФИО11, ФИО19 освобождены от отбывания назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования, то есть по не реабилитирующему основанию. 

Тем же приговором установлено, что в результате, в том числе ненадлежащего исполнения должностных обязанностей ФИО10, ФИО6, ФИО9, причинена смерть иным лицам, в число которых ФИО1 не входил. При этом, как следует из приговора, в причинно-следственной связи со смертью ФИО1 находятся действия либо бездействие лишь ФИО16, ФИО5, ФИО21, ФИО15, ФИО11, ФИО19, ФИО20 и ФИО8

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор Воркутинского городского суда РК от 22.02.2022 по делу №1-3/2022, с учетом изменений, внесенных в него судом апелляционной инстанции, обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчиков, а может разрешать лишь вопрос о размере возмещения (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Вина третьих лиц в произошедшей аварии доказана и установлена приговором суда. Данные обстоятельства вновь не доказываются и обязательны для суда рассматривающего гражданское дело.

Основанием для взыскания компенсации морального вреда является смерть ФИО1 в результате аварии, произошедшей на шахте «Северная», принадлежащей АО «Воркутауголь».

Третьи лица ФИО16, ФИО5, ФИО13, ФИО15, ФИО11 и ФИО19, являясь работниками АО «Воркутауголь», привлечены к уголовной ответственности за то, что каждый из них нарушил требования промышленной безопасности на опасном производственном объекте «Шахта Северная», относящиеся к занимаемым ими должностям. Третье лицо ФИО8, являясь работником Печорского управления Ростехнадзора, привлечен к уголовной ответственности за то, что при проверках не выявил очевидные нарушения промышленной безопасности на опасном производственном объекте, допущенные указанными лицами, и не принял меры по их устранению, то есть ненадлежащим образом исполнил свои должностные обязанности.

Как следует из приговора, по состоянию на 25.02.2016, ФИО16 являлся начальником участка аэрологической безопасности технической службы «Шахта Северная» АО «Воркутауголь». ФИО5 был помощником директора по охране труда, промышленной безопасности и производственному контролю структурного подразделения «Исполнительный аппарат» АО «Воркутауголь», с 16.02.2016 по 29.02.2016 был временно переведен на должность главного инженера «Шахта Северная» АО «Воркутауголь». ФИО13 замещал должность начальника участка по добыче угля №12 производственной службы «Шахта Северная» АО «Воркутауголь». ФИО15 занимал должность заместителя начальника участка аэрологической безопасности технической службы «Шахта Северная» АО «Воркутауголь». ФИО11 замещал должность директора «Шахта Северная» АО «Воркутауголь». ФИО19 был электрослесарем подземным 5 разряда участка аэрологической безопасности технической службы «Шахта Северная» АО «Воркутауголь».

Поскольку приговором суда от 22.02.2022 вина ответчиков ФИО10, ФИО9 и ФИО6 в гибели ФИО1 не установлена, доказательства, свидетельствующие о наличии вины указанных лиц в причинении ФИО12 морального вреда в связи с гибелью брата, в материалах дела отсутствуют.

Обратившись с иском, ФИО23 просит взыскать за гибель брата ФИО14 компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб. по с каждого ответчика.

Материалами дела подтверждается, что ФИО23 приходится сестрой погибшему ФИО1 (том 2, л.д.58-61).

Разрешая заявленные требования о компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующее.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как следует из приговора от 22.02.2022, ФИО1, на момент аварии работал на подземных работах в должности проходчика АО «Воркутауголь».

Основным видом деятельности АО «Воркутауголь» является добыча коксующегося угля подземным способом. Подземные работы и деятельность, связанная с добычей и переработкой полезных ископаемых, отнесены к числу отдельных видов профессиональной деятельности и деятельности, связанной с источником повышенной опасности.

Как указано выше, шахта угольная «Северная», принадлежащая АО «Воркутауголь» является опасным производственным объектом I класса опасности, внесена в реестр опасных производственных объектов.

Согласно п.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ч.1, 2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ч.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГПК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Пунктом 1 ст.1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и п.3 ст. 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абз.2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

На основании ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз.1 п.1 ст. 1068 ГК РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 разъяснено, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст.1079 ГК РФ).

Из положений п.46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 следует, что в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абз.3).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз.5 п.46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33).

Согласно исследованным материалам дела, смерть ФИО1 наступила непосредственно при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неправомерных действий других работников, при осуществлении деятельности, создающей повышенную опасность.

Следовательно, гражданско-правовая ответственность, в данном случае, должна быть возложена на АО «Воркутауголь», как на работодателя ФИО16, ФИО5, ФИО13, ФИО15, ФИО11 и ФИО19, которые несут ответственность перед работодателем по возмещению вреда в порядке регресса, в соответствии со ст. 1081 ГК РФ.

Также надлежащим ответчиком по заявленному спору является Ростехнадзор, поскольку ФИО24, как должностное лицо территориального органа - Печорского управления Ростехнадзора, приговором суда от 22.02.2022, признан виновным в халатности, то есть неисполнении или ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, что повлекло по неосторожности смерть двух или более лиц.

На момент аварии (по состоянию на 25.02.2016) ФИО24, занимал должность государственного инспектора Воркутинского отдела Печорского управления Ростехнадзора.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как указано в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ). Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Согласно п. 1 Положения о Печорском управлении Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору», утвержденного приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 29.08.2022 № 279, Печорское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (сокращенное наименование - Печорское управление Ростехнадзора), является территориальным органом межрегионального уровня, осуществляющим функции Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в установленной сфере деятельности на территориях, в том числе Республики Коми.

Пунктом 5.5 постановления Правительства Российской Федерации от 30.07.2004 № 401 «О Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору» определено, что Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Службы и реализацию возложенных на Службу функций.

Принимая во внимание приведенные нормы права и разъяснения высшего судебного органа, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», о том, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, вызванных утратой родственников, суд приходит к выводу, что требования ФИО3 о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, причиненного смертью брата, подлежат удовлетворению.

Из материалов дела следует, что АО «Воркутауголь» в пользу истца ФИО17 на основании соглашения о компенсации морального вреда от 13.03.2026 выплачена компенсация морального вреда в размере 150000 руб. Компенсация морального вреда выплачена также супруге, сыну и родителям погибшего.

Несмотря на приведенные обстоятельства, суд считает, что у истца имеется право на получение от АО «Воркутауголь» и Ростехнадзора (за счет средств казны Российской Федерации) компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели брата. Тем более, что ответчик – АО «Ворктауголь», полагает возможным удовлетворение такого требования в сумме 400000 рублей.

При этом суд принимает во внимание разъяснения, данные в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», где указано, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Оснований для освобождения АО «Воркутауголь» и Ростехнадзора от ответственности, предусмотренной п. п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ, суд не усматривает.

Как указано в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, при разрешении спора о компенсации морального вреда подлежат оценке в совокупности конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнесение их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности. Также подлежат учету заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания. Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ФИО3 нравственных страданий, которая испытала сильное душевное волнение, эмоциональный стресс, переживания, угнетенное психическое состояние, чувство скорби из-за потери брата, нарушения ее нематериального блага - семейных отношений, наличия вины владельца источника повышенной опасности, его работников и должностного лица в причинении ФИО3 нравственных страданий смертью близкого человека, также суд принимает во внимание, что вина работников и должностного лица установлена в форме неосторожности, непосредственными виновниками в наступлении смерти ФИО1 работники и должностное лицо не являются.

Суд оценивает только степень нравственных страданий истца, связанных со смертью брата, поскольку физические страдания допустимыми доказательствами не подтверждены. Нравственные страдания истца также не подтверждены доказательствами, кроме письменных объяснений, изложенных в иске, однако, наличие таких страданий при невосполнимой потере близкого человека, неоспоримо.

Учитывая приведенные выше обстоятельства и требования закона, суд находит разумной относительно обычного уровня жизни денежную компенсацию морального вреда, которая позволит сгладить остроту нравственных страданий истца, в размере 400 000 руб.

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие моральный вред отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъясняется, что о совместном характере действий по причинению вреда могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

Из приговора суда и установленных по делу обстоятельств не следует, что действия (бездействие) работников АО «Воркутауголь» и Ростехнадзора, повлекшие гибель ФИО1 носили согласованный, скоординированный характер, были направлены на реализацию общего намерения, в связи с чем возмещение морального вреда следует возложить на ответчиков в долях.

Исходя из существа и объема действий (бездействий) совершенных работниками каждого ответчика, зафиксированными в приговоре, суд считает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда с АО «Воркутауголь» в размере 400 000 руб., с Ростехнадзора, за счет казны Российской Федерации, в размере 100 000 руб.

На основании ст. 103 ГПК РФ, пп. 3 п. 1 ст. 333.19. пп.4 п.1 ст.333.35 НК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден, в сумме 3000 руб. подлежит взысканию в бюджет муниципального образования с ответчика АО «Воркутауголь».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей.

Взыскать с Российской Федерации, в лице Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, за счет казны Российской Федерации, в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» государственную пошлину в бюджет муниципального округа «Воркута» Республики Коми в размере 3000 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Коми через Воркутинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 03.03.2025.

Судья Е.Ю.Солодилова