Дело № 2-31/2020 г.

УИД 33RS0014-01-2019-001997-58.

Р Е Ш Е Н И Е

и м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

17 января 2020 года

Муромский городской суд Владимирской области в составе

председательствующего судьи Бабеншевой Е.А.

при секретаре Князевой С.А.

с участием помощника Муромского городского прокурора Пантелеева М.Ю., представителя истца адвоката Ежовой И.В., представителя ответчика ФИО1 рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Муроме Владимирской области гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 и, с учетом измененных исковых требований, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 150 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 24 000 руб., убытки в сумме 900 руб.

Определением Муромского городского суда от 17 января 2020 года прекращено производство по делу по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании убытков в сумме 900 руб., в виду отказа от иска в данной части. 

В обоснование заявленных требований истец указал в иске, что 19 августа 2018 года в г. Муроме на Владимирском шоссе у дома № 9 произошло ДТП с участием автомобиля марка государственный номер (номер), под управлением ФИО3 и мотоцикла марка без госномера, под управлением ФИО2 Инспектором ИАЗ ГИБДД МО МВД России «Муромский» 08 сентября 2018 года составлен протокол об административном правонарушении, в котором указано, что ФИО2, управляя мотоциклом, не выбрал соответствующую скорость, не учел постоянный контроль за транспортным средством, не выдержал необходимую дистанцию до впереди идущего автомобиля, в результате чего совершил столкновение с автомобилем. Постановлением Муромского городского суда от 25 февраля 2019 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО2 прекращено за отсутствием состава административного правонарушения. Решением Владимирского областного суда от 23 апреля 2019 года постановление Муромского городского суда оставлено без изменения, жалоба ФИО3- без удовлетворения. В результате ДТП телесные повреждения получили пассажир мотоцикла и ФИО2 У истца имел место перелом правой ключицы и другие телесные повреждения. Причиненные нравственные и физические страдания оценивает в 150 000 руб. В ходе проведения по данному ДТП дополнительной проверки 29 мая 2019 года в отношении ответчика было возбуждено дело об административном правонарушении. Постановлением от 12 августа 2019 года производство по административному делу в отношении ФИО3 прекращено за отсутствием в его действиях состава правонарушения. В постановлении также указано, что водитель мотоцикла ФИО2 получил телесные повреждения средней степени тяжести. Полагает виновным в данном ДТП водителя автомобиля ФИО3, в связи с чем с него, как с причинителя вреда, подлежит взысканию компенсация морального вреда за причиненный здоровью вред. В течение длительного времени истец испытывал болевые ощущения и переживания, проходил длительное лечение.

Истец ФИО2, будучи надлежаще извещенным, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель истца адвокат Ежова И.В. в судебном заседании заявленные требования поддержала по изложенным основаниям. Указала, что дорога в месте ДТП имеет ширину 9 м. и предназначена для движения в двух направлениях. Полоса дороги, по которой двигались автомобиль и мотоцикл, имеет ширину 4,6 м. Ширина автомобиля марка с боковым зеркалом 1990 м., ширина мотоцикла марка - 715 м. Следовательно, суммарная ширина указанных транспортных средств составляла 2,705 м. Таким образом, оба транспортных средства могли двигаться параллельно друг другу по одной полосе в два ряда, имея при этом безопасный боковой интервал. Как следует, из судебной экспертизы скорость движения автомобиля, под управлением ФИО3 была превышена. В какой-то момент движения автомобиль марка» начал поворачивать налево, при этом не включив сигнал поворота, чем создал опасность для движения. Поскольку, указанный маневр был для ФИО2 неожиданным и производился на небольшом расстоянии без включения указателя поворота, то предпринятое истцом торможение не помогло избежать столкновения транспортных средств. Ответчик ФИО3 были нарушены п.п. 1.3, 8.4, 8.5 Правил дорожного движения РФ, в связи с чем имеется причинно-следственная связь между противоправными действиями ответчика и причинением вреда истцу. 

Ответчик ФИО3, будучи надлежаще извещенным, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. 

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании иск не признал, указал, что 19 августа 2018 года в 18 часов ФИО3 двигался на автомобиле по Владимирскому шоссе г.Мурома. С целью поворота к воротам воинской части, в которой он проходит службу, ФИО3 убедился в безопасности своего маневра, в том числе, что сзади идущие транспортные средства не выехали на полосу встречного движения с целью обгона его автомобиля, по встречной полосе нет двигающихся во встречном направлении близко идущих транспортных средств, снизил скорость, включил указатель левого поворота и начал маневр. В момент осуществления маневра ФИО3 почувствовал удар в заднюю часть автомобиля, после чего припарковался на левой обочине по ходу своего движения. Следовавший за ФИО3 автомобиль перед началом маневра ФИО3 снизил скорость, что видно на видеозаписи по тормозным сигнальным огням. На видеозаписи с видеорегистратора следовавшего сзади автомобиля, отчетливо видно, что на автомобиле ФИО3 в момент осуществления маневра загорается и гаснет указатель левого поворота.Допрошенный в суде в качестве свидетеля А.А. являющийся военнослужащим войсковой части, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дал показания, что перед началом маневра поворота налево ФИО3 включил указатель левого поворота. Проведенная по делу судебная экспертиза установила скорость движения мотоцикла 85 км/час., тогда как разрешенная скорость движения на данном участке автодороги составляет 60 км/час. ФИО2 превысил разрешенную скорость движения на 25 км/час, почти в 1,5 раза,следовательно, ФИО2 двигался перед возникновением для него опасности и непосредственноперед столкновением со скоростью, которая не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения. Столкновение мотоцикла под управлением ФИО2 произошло с правым задним углом кузова автомобиля под управлением ФИО3 при его движении налево от траектории движения мотоцикла под управлением ФИО2 Таким образом, очевидно, что если бы ФИО2 двигался со разрешенной скоростью, то столкновение вообще не произошло бы, так как автомобилю под управлением ФИО3 необходимы были микродоли секунды, чтобы полностью уйти кузовом автомобиля с траектории движения мотоцикла под управлением ФИО2. Полагает, что в действиях водителя ФИО2 в данной дорожной ситуации содержатся нарушения следующих пунктов ПДД: п.п. 2.7, 9.9, 9.10, 10.1, 10.2, 11.2, также указал на недостоверность заключения судебной экспертизы, поскольку исследования экспертом произведены без выезда на место.

Выслушав объяснения представителей сторон, мнение прокурора, полагавшего, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца, размер которого оставил на усмотрение суда, заслушав показания свидетеля, исследовав письменные доказательства, суд находит иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно нормам ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальный блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морально вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Поскольку под здоровьем человека понимается состояние его полного физического и психического благополучия, суд принимает во внимание нарушение физического благополучия истца, то есть нарушение его права на здоровье, относящееся в силу ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам. 

Установлено, что 19 августа 2018 года в г. Муроме на Владимирском шоссе у дома № 9 произошло ДТП с участием автомобиля марка государственный номер (номер), под управлением ФИО3 и мотоцикла марка без госномера, под управлением ФИО2

19 августа 2018 года инспектором по ИАЗ ОГИБДД МО МВД России «Муромский» возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФИО2

В протоколе об административном правонарушении, составленным инспектором по ИАЗ ОГИБДД МО МВД России «Муромский» 03 сентября 2018 года, указано, что 19 августа 2018 года в 18 часов 00 минут ФИО2, управляя мотоциклом марка не выбрал соответствующую скорость, не учел постоянный контроль за движением транспортного средства, не выдержал необходимую дистанцию до впереди идущего транспортного средства, в результате чего совершил столкновение с автомашиной марка под управлением ФИО3, чем нарушил п. 9.10 Правил дорожного движения РФ. В результате ДТП пассажир Н.И. получила телесные повреждения, повлекшие за собой легкий вред здоровью.

При этом ФИО2 вину не признал в объяснениях, данных сотрудникам ГИБДД, указал, что, управляя мотоциклом марка», двигался в той же полосе, что и автомобиль марка ближе к разделительной полосе. Водитель автомобиля, не включив указатели поворота, неожиданно начал совершать поворот налево, он применил торможение, но столкновения избежать не удалось.

Из показаний, данных ФИО3 в ходе предварительной проверки по факт ДТП сотрудниками полиции, следовало, что в указанном месте управляя автомобилем марка намеревался совершить поворот налево к воротам воинской части. При этом заблаговременно включил указатель поворота и приступил к маневру, мотоциклиста не видел.

Постановлением Муромского городского суда от 25 февраля 2019 года, вступившим в законную силу, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения.

В постановлении указано, что материалами дела об административном правонарушении не подтвержден факт нарушения водителем ФИО2 требований п. 9. 10 Правил дорожного движения РФ, поскольку транспортное средство под его управлением в момент ДТП полностью находилось на предназначенной для его движения стороне дороги. Оценив исследованные в судебном заседании доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии в действиях водителя ФИО2 состава вменяемого правонарушения, поскольку причинение телесных повреждений потерпевшей Н.И.. не находилось в причинной связи с нарушением водителем п. 9.10 Правил дорожного движения РФ. 

Решением судьи Владимирского областного суда от 23 апреля 2019 года постановление Муромского городского суда от 25 февраля 209 года, вынесенное в отношении ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, оставлено без изменения, жалоба представителя потерпевшего ФИО3 ФИО1 - без удовлетворения. 

29 мая 2019 года инспектором по ИАЗ ОГИБДД МО МВД России «Муромский» возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФИО3

Постановлением от 12 августа 2019 года прекращено производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения. 

В судебном заседании в качестве свидетеля допрошен А.А. который, пояснил, что является военнослужащим войсковой части, а ФИО3 командиром роты. 19 августа 2018 года он находился у ворот войсковой части и ждал ФИО3, чтобы открыть ему ворота. При этом ему было видно произошедшее ДТП. Перед началом маневра метров за 15-20 ФИО3 включил указатель левого поворота. Мотоцикл двигался на большой скорости и во время поворота автомобиля ФИО3 мотоциклист врезался в заднюю часть его автомобиля.

Вместе с тем, из обозренной видеозаписи с видеорегистратора судом не установлен факт подачи сигнала о начале поворота автомобилем ответчика, а также следует, что автомашина ответчика и мотоцикл истца следовали в одном направлении по одной полосе движения в два ряда. 

По ходатайству стороны ответчика определением суда от 15 октября 2019 года по делу назначена судебная экспертиза.

Согласно экспертному заключению ООО НПО «Эксперт Союз» № 52.09.040-19, скорость мотоцикла марка под управлением ФИО2, в момент обгона (опережения) автомобиля, в котором установлен видеорегистратор, определяется равной около 85 км/ч. Водитель мотоцикла ФИО2 не имел технической возможности избежать столкновения при соблюдении скоростного режима. Водитель мотоцикла ФИО2 не имел технической возможности избежать столкновения при скорости, с которой двигался.

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В решении судьи Владимирского областного суда от 23 апреля 2019 года, вынесенного по результатам рассмотрения жалобы на постановление Муромского городского суда от 25 февраля 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО2, указано, что не имеется бесспорных доказательств, подтверждающих заблаговременного включения указателя поворота на автомобиле ФИО3 Само по себе замедление скорости движения автомобиля марка в момент появления в кадре видеозаписи мотоцикла не свидетельствует о том, что на ехавшем впереди автомобиле марка ФИО3 был включен указатель поворота налево, а указывает лишь на то, что автомобиль ФИО3 также снижал скорость.

Из данного судебного решения следует, что оба транспортных средства могли двигаться параллельно друг другу по одной полосе два ряда, имея при этом безопасный боковой интервал. Поскольку, как указано выше, в сложившейся дорожной обстановке мотоциклист имел возможность двигаться вторым рядом в одной полосе с названным автомобилем и делал это, то в случае продолжения ФИО3 прямолинейного движения траектория движения мотоциклиста ФИО2 не пересекла траекторию движения автомобиля и мотоциклист был бы обязан соблюдать в отношении автомобиля не дистанцию, а безопасный боковой интервал. Обязанность соблюдать безопасную дистанцию в указанной дорожной ситуации возникла у него, когда движущийся впереди автомобиль начал маневр поворота налево. Особенностью местности в районе ДТП является наличие хорошо просматриваемого поворота направо на прилегающую к д.9 Владимирского шоссе г.Мурома территорию. Съезд же налево - к установленным в длинном глухом заборе воротам воинской части, куда поворачивал ФИО3, является менее заметным в связи с наличием деревьев. Для водителей, двигавшихся позади автомобиля марка транспортных средств, более ожидаемым был маневр поворота автомашины ФИО3 направо. Такой маневр также не приводил бы к пересечению траектории его движения с траекторией движения мотоцикла. Тем более, что до столкновения с автомобилем ФИО3, он, двигаясь по той же траектории, благополучно опередил несколько иных транспортных средств. 

В силу п. п. 1.5 и 1.6 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Лица, нарушившие правила, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством.

В силу п. п. 8.1 и 8.4 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд находит установленным тот факт, что водитель ФИО3 при совершении маневра поворота налево нарушил п. п. 1.5 и 1.6, п. п. 8.1 и 8.4 ПДД РФ, поскольку создал помеху для движения мотоцикла истца, двигавшегося прямолинейно в пределах своей полосы движения, кроме того, материалами дела не доказано утверждение ответчика о подаче сигнала о начале маневра.

Данные нарушения явились причиной ДТП, соответственно, ответчик является причинителем вреда, и в силу ст.1079 ГК РФ на него возложена обязанность возмещения причиненного вреда.

При этом суд относится критически к показаниям свидетеля А.А. учитывая тот факт, что он и ответчик проходят службу в одной воинской части, также учитывая длительный промежуток времени между датой ДТП и датой допроса свидетеля в судебном заседании, тогда как данный свидетель не заявлялся ответчиком и не допрашивался свидетелем при рассмотрении дела об административном правонарушении, при этом, доводы стороны ответчика о том, что свидетель находился в длительной служебной командировке, в связи с чем он не мог быть допрошен при предыдущих судебных разбирательствах, не подтверждены.

Учитывая тот факт, что согласно заключению судебной экспертизы истец не имел техническую возможность избежать столкновения при соблюдении скоростного режима, то факт нарушения скоростного режима водителем ФИО2 не находится в прямой причинно-следственной связи с совершением ДТП.

При таких обстоятельствах доводы стороны ответчика о нарушении истцом п.п. 2.7, 9.9, 9.10, 10.1, 10.2, 11.2 ПДД РФ, что явилось причиной ДТП, суд находит необоснованными.

При этом судом не установлено оснований для сомнения в законности заключения экспертов, т.к. экспертами отражены и проанализированы материалы гражданского дела, выводы экспертов носят определенный, четкий характер. Эксперты имеют соответствующее образование, стаж экспертной работы - более 5 лет.

Данное заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ "Об экспертной деятельности в РФ", в том числе нормам ст.25 данного Закона. Так, в заключении экспертов указано на примененные методы исследований и нормативные документы, экспертами даны ответы на все поставленные вопросы. При таких обстоятельствах, экспертное заключение не вызывает сомнений в своей правильности и достоверности.

Согласно заключению эксперта ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы» от 30 июля 2019 года у ФИО2 имел место (данные изъяты), который повлек за собой вред здоровью средней тяжести.

Из выписного эпикриза ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Муром» следует, что ФИО2 поступил в травматолого-ортопедическое отделение 29 августа 2018 года с (данные изъяты). Травма получена в результате ДТП 18 августа 2018 года, выписан - 10 сентября 2018 года. Проведено лечение: (данные изъяты).

Затем с 10 сентября 2019 года по 23 сентября 2019 года ФИО2 также находился на лечении в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Муром» в травматолого-ортопедическом отделении с диагнозом (данные изъяты), где ему проведена операция (данные изъяты) 

Поскольку в результате ДТП, произошедшего по вине ответчика, пострадало здоровье истца, который вынужден был проходить длительное лечение, перенес оперативные вмешательства, то его требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер, степень и объем причиненных истцу ФИО2 физических и нравственных страданий, длительность нахождения на лечении, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца (получение им телесных повреждений, в результате чего он испытывал сильные физические боли), и с учетом требований разумности и справедливости, предусмотренных ч. 2 ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, находит возможным взыскать с ответчика ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб. 

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая спор о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Судом установлено, что истец ФИО2 в связи с рассмотрением данного дела понес расходы по оплате услуг представителя адвоката Ежовой И.В. в сумме 24 000 руб., в том числе за консультирование - 1000 руб., за составление иска - 5000 руб., за представительство в суде - 18 000 руб., что подтверждается квитанциями.

Из материалов дела следует, что адвокатом Ежовой И.В. были оказаны услуги по оформлению письменных документов (составление иска), а также адвокат Ежова И.В. представляла интересы истца при рассмотрении настоящего иска, что подтверждается протоколами судебных заседаний, другими материалами дела.

При определении разумности взыскиваемых расходов суд принимает во внимание категорию сложности дела, работу представителя по делу, объем выполненной им работы, и полагает возможным взыскать расходы на представителя в сумме 24 000 руб.

Таким образом, в пользу истца ФИО2 с ответчика ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 24 000 руб.

Также с ФИО3 подлежат взысканию расходы за производство судебной экспертизы в пользу ООО НПО «Эксперт Союз» в сумме 17 000 руб., которые подтверждаются счетом на оплату № 699 от 15 ноября 2019 года, платежным поручение № 956030 от 25 ноября 2019 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Иск ФИО2 удовлетворить.

Взыскать в пользу ФИО2 с ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 80 000 рублей, возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 24 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ООО НПО «Эксперт Союз» оплату за производство судебной экспертизы в сумме 17 000 рублей.

На решение могут быть поданы апелляционные жалобы или представление во Владимирский областной суд через Муромский городской суд в течение месяца со дня составления судом мотивированного решения.

Председательствующий Е.А.Бабеншева

Мотивированное решение составлено 24 января 2020 года.