Гражданское дело №

68RS0№-53

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«5» сентября 2025 года г.Тамбов 

Октябрьский районный суд г.Тамбова в составе:

судьи Мальцевой О.Н.

при секретаре Рудакове А.В.

при участии в судебном заседании представителя ответчика ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» ФИО2 (по доверенности), представителей ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» ФИО3 (по доверенности) и ФИО4 (по доверенности), старшего помощника прокурора прокуратуры Октябрьского района г.Тамбова ФИО5

при отсутствии в судебном заседании истца ФИО1, ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г.Котовска» 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова», ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко», ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» о взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском в суд к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова», в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ. к его матери ФИО9, проживающей по адресу: 

<

адрес>А была вызвана бригада скорой медицинской помощи ТОГБУЗ «ГКБ г.Котовск», в связи с плохим самочувствием. В госпитализации пациентке было отказано. ДД.ММ.ГГГГг. самочувствие ФИО9 ухудшилось, в связи чем, она была госпитализирована в ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко». В этот же день пациента была переведена в неврологическое отделение ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» с диагнозом «

<

данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГг. состояние ФИО9 снова ухудшилось, в связи чем, она была переведена в отделение анестезиологии-реанимации с диагнозом «Дисциркуляторная энцефалопатия 3 стадия на фоне церебрального атеросклероза и гипертонической болезни II стадии. ДД.ММ.ГГГГг. в 7 час. 30 мин. ФИО9 скончалась. Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия №, причиной смерти стал циркуляторный трансмуральный инфаркт миокарда левого желудочка и части межжелудочковой перегородки давностью около 3-4 суток. Врачом-патологоанатомом зафиксировано расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов. ДД.ММ.ГГГГг. по факту причинения смерти по неосторожности ФИО9 вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Тамбовской области капитаном юстиции ФИО6 было возбуждено уголовное дело №. В рамках уголовного дела была проведена экспертиза, согласно которой в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» медицинская помощь ФИО9 была оказана несвоевременно и не в полном объеме: 1) несвоевременное выполнение лабораторных исследований при поступлении по экстренным показаниям (поступила в 11 час. 10 мин., ОАК выполнен в 21 час. 43 мин., биохимическое исследование крови в 22 час. 52 мин.;2) отсутствие диагностических и лечебных мероприятий интоксикационного синдрома и гипергликемического состояния в течение 10 часов от момента поступления; 3) не осмотрена терапевтом в день поступления (при наличии сердечно-сосудистой патологии);4) отсутствует обоснование диагноза; 5) отсутствует осмотр хирурга; 6) в осмотре кардиолога отсутствует интерпретация ЭКГ; 7) при наличии изменения на ЭКГ не проведен тропониновый тест для выявления ишемического повреждения миокарда. Учитывая изложенное, имеются доказательства некачественного оказания ФИО9 медицинской помощи ответчиком, что привело к значительному ухудшению ее здоровья. Уже два года истец испытывает страдания от потери близкого человека-мамы, жизнь которой можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи. Истец доверил жизнь и здоровье своей мамы медицинским работникам, надеясь, что она получит надлежащую помощь, то есть рассчитывал на улучшение состояния ее здоровья, но испытал потрясение из-за внезапной смерти. Также, истец обнаружил на голове у мамы повреждение, кода приехал забирать тело из ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова». Природа этого повреждения, отсутствие которого в момент госпитализации подтверждается свидетельскими показаниями, до сих пор не установлена. В связи с чем, истец просил взыскать в счет компенсации морального вреда сумму в размере 2 000 000 руб. 

Протокольным определением Октябрьского районного суда г.Тамбова от 16 мая 2023г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко», ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска». После уточнения исковых требований в окончательной редакции от 3 сентября 2025г. ФИО1 просит взыскать в счет компенсации морального вреда сумму с: ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко»-200 000 руб., ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска»-200 000 руб., ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова»- 600 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия. 

Представитель ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» в полном объеме возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что в рамках уголовного дела проводилась судебная экспертиза, согласно выводам которой при оказании ФИО9 медицинской помощи во всех медицинских учреждениях были выявлены недостатки, которые не состоят ни в прямой, ни в косвенной причинно-следственной связи со смертью ФИО9 При этом в бюро СМЭ указали, что даже при своевременном обнаружении инфаркта миокарда с учетом тяжести имеющейся патологии не изменило бы ход течения событий, таким образом, выявленные недостатки не могли повлиять на исход заболевания. По настоящему делу также была назначена судебная экспертиза. В заключении эксперта приведен перечень клинических рекомендаций, также указано, что они актуальны по заболеванию и временному периоду для оказания помощи ФИО9- «Артериальная гипертензия у взрослых», «Когнитивные расстройства у лиц пожилого и старческого возраста» и «Клинические рекомендации острого инфаркта миокарда с подъемом сегмента ST». Однако данные клинические рекомендации вступают в силу с 1 января 2022г., а медицинская помощь в учреждении оказывалась с 4 марта 2021г. по 7 марта 2021г. В связи с этим полагала, что данное заключение не может быть положено в основу решения суда. Также пояснила, что выявленные недостатки не являются причиной ни ишемической болезни сердца, ни сахарного диабета, ни причиной развития их совместных осложнений. Также эксперт указал, что на современном этапе развития современной медицины гиперосмолярная гипергликемическая кома, острый циркулярный инфаркт миокарда левого желудочка и прочие выявленные осложнения у ФИО9 являются жизнеугрожающими состояниями с высокой летальностью даже при своевременной и полно оказанной медицинской помощи. Поэтому отсутствие недостатков при оказании медицинской помощи не гарантирует однозначный благоприятный исход. Таким образом, эти недостатки не повлияли на исход заболевания, в связи с чем, смерть ФИО9 не состоит ни в прямой, ни в косвенной причинной связи с действиями сотрудников больницы. Эти недостатки не способствовали ухудшению состояния ФИО9 В связи с чем, полагала, что в удовлетворении исковых требований должно быть отказано. 

Представитель ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» ФИО4 (по доверенности) также возражала против удовлетворения исковых требований в полном объеме. 

Представитель ответчика ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» ФИО2 (по доверенности) в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, в обоснование указав, что согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в постановлении от 15 ноября 2022г., требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи. Судебно-медицинской экспертизой, которая была проведена в рамках настоящего дела, те нарушения, которые были допущены в областной больнице не связаны с наступлением смерти, смерть наступила от состояния здоровья. Полагал, что основания для удовлетворения требований ФИО1 о компенсации морального вреда не имеется. 

Представитель ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» в судебное заседание не явился, причины неявки суду неизвестны. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23 в судебное заседание не явились, причины неявки суду неизвестны. 

Выслушав участников процесса, заключение старшего помощника прокурора прокуратуры Октябрьского района г.Тамбова ФИО5, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению, изучив материал дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ему морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО9 – его матери, приведшее по его мнению, к ее смерти.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что ФИО1 является сыном ФИО9, ДД.ММ.ГГГГг.р. (свидетельство о рождении от ДД.ММ.ГГГГг. серии № №).

В связи с жалобами на общую слабость и пониженное артериальное давление ФИО9 2 марта 2021г. по месту жительства осмотрена врачом бригады скорой медицинской помощи ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска». Согласно данным карты ФИО9 предъявляла жалобы на общую слабость и низкое артериальное давление. Из анамнеза известно, что страдает гипертонической болезнью, у врача не наблюдается, лечение не получает. Общее состояние ухудшилось утром ДД.ММ.ГГГГг., когда около «часа после приема 

<

данные изъяты> появились вышеуказанные жалобы», самостоятельно приняла таблетку 

<

данные изъяты>, после чего почувствовала улучшения. Общее состояние ФИО9 оценено как удовлетворительное, показаний для госпитализации не зафиксировано.

4 марта 2021г. в 8 час. 21 мин. выехала бригада скорой медицинской помощи ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» к ФИО9 Согласно данным карты ФИО9 к продуктивному контакту недоступна, на внешние раздражители не реагирует. Ее общее состояние оценено как средней степени тяжести, в связи с фиксацией на ЭКГ нарушения сердечного ритма внутривенно введен «

<

данные изъяты>», растворенный в 200мл. 5% раствора «Глюкозы». После введения лекарственных препаратов отмечены улучшения, после чего ФИО9 с подозрением на ОНМК доставлена в региональный сосудистый центр. 

В региональный сосудистый центр ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» ФИО9 поступила 4 марта 2021г. в 10 час. 05 мин. При осмотре врачом-неврологом жалоб она не предъявляла из-за когнитивных нарушений, со слов фельдшера «в течение трех суток стала вялая, апатичная, состояние без улучшения, вызвана БСМП, доставлена в региональный сосудистый центр с подозрением на ОНМК. При проведении КТ-исследования головного мозга оболочечных и внутримозговых гематом не выявлено, в базальных ядрах слева-лакунарные кисты. Данных за ОНМК не обнаружено. По окончании осмотра ФИО9установлен диагноз «

<

данные изъяты>» и она направлена в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова».

4 марта 2021г. в 11 час. 10 мин. ФИО9 поступила в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» с направительным диагнозом «Энцефалопатия неуточненная». Первичный осмотр ФИО9 врачом-неврологом и заведующей неврологическим отделением состоялся в 11 час. 15 мин. Состояние больной оценено как средней тяжести. Температура тела составила 36,5о. Жалоб не предъявляла из-за речевых нарушений, в сознании, повреждений травматического характера на коже лица и волосистой части головы не выявлено, отмечались пролежни крестца, спины, пяточных областей. При описании неврологического статуса у ФИО9 зафиксированы когнитивные нарушения, крупноразмашистый нистагм в обе стороны, грубая статико-локоматорная атаксия, дизартрия, дисфалгия. Установлен предварительный диагноз «дисциркуляторная энцефалопатия 3 стадии на фоне церебрального атеросклероза. Гипертоническая болезни II стадии риск IV, декомпенсация». При осмотре ФИО9 5 марта 2021г. в 10 час. ее состояние оценено как тяжелое, в остальном-без изменения по сравнению с первичным осмотром. По окончании осмотра установлен клинический диагноз «Дисциркуляторная энцефалопатия 3 стадии на фоне церебрального атеросклероза, гипертонической болезни II стадии риск IV, декомпенсация, сахарный диабет 2 типа впервые выявленный, декомпенсация». В 10 час. 30 мин. ФИО9 осмотрена врачом-анестезиологом-реаниматологом. При осмотре установлено отсутствие сознания и жалоб из-за тяжести состояния, на раздражители больная не реагировала, ее покровы были умеренно бледными, отмечался акроцианоз, температура тела 39,5 о, пролежни на крестце, в области лопаток, на локтях и пятках с двух сторон. Дыхание спонтанное, неэффективное, уровень сатурации 90%, артериальное давление 160/98 мм.рт.ст. Учитывая неэффективное самостоятельное дыхание, произведена интубация трахеи эндотрахеальной трубкой и начата искусственная вентиляция легких во вспомогательном режиме с увеличением уровня сатурации до 96%, а также установлены периферический и мочевой катетер и нагостральный зонд. По окончании осмотра определены план обследования в виде клинико-лабораторного исследования и инструментального исследования и план лечения в виде проведения оксигенотерапии, инфузионно-детоксикационной, антибактериальной, посиндромной терапии и обезболивание. В 7 час. 7 марта 2021г. состояние ФИО9 ухудшилось, произошла остановка сердечной деятельности. В течение 30 мин. проводились реанимационные мероприятия. К положительному результату они не привели, в 7 час. 30 мин. констатирована ее смерть.

В качестве основного заключительного клинического диагноза в посмертном эпикризе ФИО9 указана «дисциркуляторная энцефалопатия 3 стадии, ишемический инсульт в вертебо-базиллярной системе», конкурирующие- «сахарный диабет 2 типа впервые выявленный, декомпенсация, гипергликемическая кома», фонового- «церебральный атеросклероз, гипертоническая болезнь 2 ст., риск сердечно-сосудистых осложнений 4», осложнений –«отек головного мозга, полиорганная недостаточность». 

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия №680 от 21 апреля 2021г. смерть ФИО9 наступила от конкурирующих заболеваний: острого циркуляторного трансмурального инфаркта миокарда левого желудочка и межжелудочковой перегородки, сахарного диабета 2 типа. Течение заболевания осложнилось острой сердечной недостаточностью на фоне хронического с развитием в финале выраженного отека легких, явившегося непосредственной причиной смерти. Клинически не распознано основное заболевание. Имеются расхождения клинического и патологоанатомического диагнозов. Категория:2. Причина: неверная трактовка клиники. 

Следственным отделом по Октябрьскому району г.Тамбова следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Тамбовской области 11 августа 2021г. было возбуждено уголовное дело № по факту смерти ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ. 

На основании постановления следователя по особо важным делам первого следственного отделения первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по Тамбовской области от 11 ноября 2022г. уголовное дело по факту причинения смерти ФИО9 было прекращено по п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления. 

Определением Октябрьского районного суда г.Тамбова от 18 июля 2023г. по делу была назначена судебная экспертиза. 

Согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертной комиссии ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России от 29 июля 2025г. № 350/24 непосредственной причиной смерти ФИО9 является патологическое состояние, определившее развитие терминального состояния и механизма смерти-прогрессирующая полиорганная недостаточность с тяжелыми дисфункциями основных органов и систем жизнеобеспечения. Резкое ухудшение состояния ФИО9, послужившее поводом для перевода в реанимационное отделение было зафиксировано 4 марта 2021г. в 9 час. Клиническим проявлением ухудшения состояния была гипотензия (снижение артериального давления) до 90/60 мм рт.ст. и признаки обусловленной ей гипоперфузией органов и тканей. С немедленным началом проведения инфузионной терапии АД у ФИО9 повысилось (160/98) на короткий промежуток времени, но с 12 час. вновь снизилось и оставалось в течение двух часов стабильно низким 120/60. В 14 час. на фоне проводимой инфузионной терапии артериальное давление снизилось до 70/50 мм рт.ст., что потребовало инфузии кардиотонического средства (дофамин). Однако в дальнейшем несмотря на постоянную высокодозовую инфузию ФИО24, достигнутое артериальное давление не превышало 100/60 мм рт.ст., что указывало на снижение сократительной функции сердца, рефрактерное к инфузионной и вазопрессорной терапии. Данная клиническая картина с началом развития в 9 час. и дальнейшим стойким прогрессированием соответствует кардиогенному шоку-жизнеугрожающему состоянию, обусловленному резким снижением сократительной функции сердца с гипоперфузией всех органов и тканей, критический уровень которой приводит к прогрессирующему развитию полиорганной недостаточности. 

У ФИО9 признаки каскадного развития полиорганной недостаточности появились с началом гипотензии и прогрессировали вплоть до начала смерти:

- почечная недостаточность-нарастающие олигурия, протеинурия и азотемия;

-дыхательная недостаточность-изначальная гипоксемия, компенсированная на короткий промежуток времени после перевода на ИВЛ, но постепенно нарастающая в дальнейшем 6 марта 2021г.;

-нарушения в системе свертывания крови (коагулопатия) с развитием лабораторно подтвержденного синдрома диссеминированного внутрисосудистого свертывания;

-дисфункция центральной нервной системы проявилась в усугублении степени угнетения сознания с оглушения до глубокой комы;

- дисфункция иммунной системы с развитием выраженной системной воспалительной реакцией организма на ранее существующие очаги инфекций (пролежни, кандидурия, хронический бронхит). 

7 марта 2021г. при прогрессировании полиорганной недостаточности в 7 час. была зафиксирована остановка сердечной деятельности, которая после безуспешной попытки сердечно-легочной реанимации привела к биологической смерти. 

Таким образом, полиорганная недостаточность у ФИО9 имела типичный фазовый характер развития на протяжении около двух суток (46 часов) с характерной последовательностью индукционнной, каскадной и терминальной фаз.

Индуцирование полиорганной недостаточности было вызвано кардиогенным шоком, одна из частых причин которого-обширный инфаркт миокарда с потерей функциональности мышцы сердца до половины от всей своей массы. При этом кардиогенный шок развивается преимущественно в первые часы и сутки после формирования инфаркта миокарда. Обширное структурное повреждение сердца-острый трансмуральный циркулярный инфаркт миокарда левого желудочка и межжелудочковой перегородки было выявлено на аутопсии трупа ФИО9

Исходя из патоморфологических критериев, установленных при микроскопическом исследовании в рамках настоящей экспертизы установлена давность начала развития инфаркта миокарда-период 2-3 суток до начала смерти. 

Результаты ЭКГ от 4 и 5 марта 2021г. (ишемические изменения-подъем сегмента ST, отрицательный зубец Т во многих смежных отведениях) и биохимического анализа крови от 6 и 7 марта 2021г. (повышение и нарастание сердечной фракции креатинкиназы КФК-МВ маркера повреждения миокарда) являются признаками, подтверждающими развитие (в том числе первоначально в форме очаговой ишемии) и наличие (некроз в результате длительной очаговой ишемии) инфаркта миокарда у ФИО9 в указанный период времени (4-ДД.ММ.ГГГГг.) 

Таким образом, имеющиеся данные свидетельствуют о том, что развитие и формирование инфаркта миокарда у ФИО9 было в пределах 4-ДД.ММ.ГГГГг. 

У ФИО9 2 тип инфаркта миокарда, патогенетически являющийся общим осложнением двух заболеваний: ишемической болезни сердца и сахарного диабета. 

Сахарный диабет у ФИО9 имел длительное, но бессимптомное течение. Остро возникшее осложнение бессимптомного течения сахарного диабета-критическая гиперосмолярная гипергликемия –было зафиксировано у ФИО9 ДД.ММ.ГГГГг.:глюкоза 52,52 ммоль/л, расчет осмолярности плазмы в рамках экспертизы, резко выраженная гиперосмолярность в пределах 321,7-360,4 Осм/гк. Это угрожающее жизни состояние сопровождается патологическими изменениями, негативно воздействующими на сердечно-сосудистую систему.

Комплекс этих патофизиологических изменений, при наличии длительно существующих патологических изменений мышцы сердца и питающих ее сосудов вследствие ишемической болезни сердца явились пусковым фактором ишемии, а затем некроза (инфаркта) миокарда с последующим кардиогенным шоком и развитием полиорганной недостаточности со смертельным исходом. 

Таким образом, первоначальной причиной смерти ФИО9 запустившей цепь взаимосвязанных патологических процессов и осложнений, которые в конечном итоге привели к смерти, является коморбидная патология, представленная двумя сочетанными заболеваниями: ишемическая болезнь сердца и сахарный диабет.

Действующий на период оказания медицинской помощи ФИО9 в амбулаторных условиях в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» порядок оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия» утвержден приказом Минздрава от 15 ноября 2012г. № 923н. 

Клинические рекомендации, актуальные (по заболеваниям, состояниям, возрастной категории и временному периоду) для периода оказания медицинской помощи ФИО9 в амбулаторных условиях в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска»: 

- клинические рекомендации «Когнитивные расстройства у лиц пожилого и старческого возраста», разработанные и утвержденные в 2020г. Российской ассоциацией геронтологов и гериатров, Российским обществом психиатров;

- клинические рекомендации «Артериальная гипертензия у взрослых», разработанные и утвержденные в 2020г. Российским кардиологическим обществом.

При анализе записей в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 1599141 ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» недостатков профилактики, диагностики, тактики ведения пациента и лечения не установлено. 

Действующий на период оказания медицинской помощи ФИО9 в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи утвержден приказом Минздрава России от 20 июня 2013г. № 388Н. 

Клинические рекомендации, актуальные (по заболеваниям, состояниям, возрастной категории и временному периоду) для периода оказания скорой медицинской помощи ФИО9 в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска»:

-клинические рекомендации оказания скорой медицинской помощи, разработанные и утвержденные в 2020г. Российским обществом скорой медицинской помощи (утверждены профильной комиссией по специальности «Скорая медицинская помощь Минздрава России);

-клинические рекомендации «Фибрилляция и трепетание предсердий у взрослых», разработанные и утвержденные в 2020г. Российским кардиологическим обществом, Всероссийским научным обществом специалистов по клинической электрофизиологии, аритмологии и электростимуляции, Ассоциацией сердечно-сосудистых хирургов России;

-клинические рекомендации «Ишемический инсульт и транзиторная ишемическая атака у взрослых», разработанные и утвержденные в 2020г. Всероссийским обществом неврологов, Национальной ассоциацией по борьбе с инсультом, Ассоциацией нейрохирургов России, Объединением нейроанестезиологов и нейрореаниматологов, Союзом реабилитологов России. 

При анализе записей в картах вызова СМП и приложениям к ним (№2423 от 2 марта 2021г.,№ 2428 от 2 марта 2021г., № 2498 от 4 марта 2021г.) выявлено несоответствие вышеуказанным клиническим рекомендациям, являющееся недостатком (дефектом) лечения, допущенным при оказании скорой медицинской помощи на дому 4 марта 2021г.-использование в инфузионной терапии нерекомендуемого при подозрении на наличие острого нарушения мозгового кровообращения (ОНМК) 200 мл. 5% раствора глюкозы. Раствор глюкозы является гипотоническим и гипоосмолярным. При ОНМК в вышеуказанных клинических рекомендациях не рекомендовано использование раствора глюкозы для инфузий на догоспитальном этапе, так как гипотоничность раствора и снижение осмолярности плазмы крови может усилить отек мозга и вызвать гипергликемию, ухудшающую прогноз при инсульте. В подобных ситуациях, особенно при повышенном показателе глюкозы крови (что имело место быть в рассматриваемом случае) для инфузионной терапии используется физиологический раствор (0,9%NAC1).

При всем этом следует отметить, что по итогам дальнейших эпизодов оказания медицинской помощи и по результатам аутопсии ОНМК у ФИО9 не имело место. 

Других недостатков не установлено, медицинская помощь оказана своевременно (прибытие на место вызова, начало транспортировки, прибытие в медицинскую организацию). Применение раствора препарата «Амиодарон» было показано виду выявления на ЭКГ фибрилляции предсердий. Тактика ведения пациента-медицинская эвакуация в неврологическое отделение для больных с ОНМК стационара-была обоснованной. 

Действующий на период оказания медицинской помощи ФИО9 в условиях приемного отделения стационара ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» порядок оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения утвержден приказом Минздрава России от 15 ноября 2012г. № 928н. 

Клинические рекомендации, актуальные (по заболеваниям, состояниям, возрастной категории и временному периоду) для периода оказания медицинской помощи ФИО9 в условиях приемного отделения стационара в ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко»:

-клинические рекомендации «Ишемический инсульт и транзиторная ишемическая атака у взрослых», разработанные и утвержденные в 2020г. Всероссийским обществом неврологов, Национальной ассоциацией по борьбе с инсультом, Ассоциацией нейрохирургов России, Объединением нейроанестезиологов и нейрореаниматологов, Союзом реабилитологов России;

- клинические рекомендации «Когнитивные расстройства у лиц пожилого и старческого возраста», разработанные и утвержденные в 2020г. Российской ассоциацией геронтологов и гериатров, Российским обществом психиатров;

-клинические рекомендации «Фибрилляция и трепетание предсердий у взрослых», разработанные и утвержденные в 2020г. Российским кардиологическим обществом, Всероссийским научным обществом специалистов по клинической электрофизиологии, аритмологии и электростимуляции, Ассоциацией сердечно-сосудистых хирургов России.

При анализе записей в журнале учета амбулаторных больных и отказов в госпитализации приемного отделения неврологии для больных с ОНМК выявлены следующие несоответствия вышеуказанным клиническим рекомендациям и порядку оказания медицинской помощи, являющиеся недостатками диагностики и ведения пациента:

1)отсутствие выполнения регистрации ЭКГ и забора крови для определения количества тромбоцитов, глюкозы, международного нормализованного отношения, активированного частичного тромбопластинового времени. Выполнение этих двух диагностических мероприятий является обязательным до проведения компьютерной томографии головного мозга, а их результаты должны быть получены в течение 20 минут. Поэтому в отсутствие выполнения этих мероприятий является недостатком диагностики. За время пребывания в стационаре (45 минут) ФИО9 была своевременно дважды осмотрена врачом неврологом, была проведена компьютерная томография головного мозга и органов грудной полости. Каких-либо других исследований выполнено не было. За указанный период времени данных о наличии ОНМК не выявлено, поэтому было принято правильное решение: во первых-об отказе ФИО9 в госпитализации в специализированное отделение для больных с ОНМК, во вторых-о направлении в стационар ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова».

Отсутствие ОНМК у ФИО9 было подтверждено при патологоанатомическом исследовании трупа и микроскопическом исследовании гистологического архива от трупа в рамках настоящей экспертизы. Таким образом, выполнение алгоритма лечебно-диагностического процесса, регламентируемого вышеуказанными клиническим рекомендациями и порядками оказания медицинской помощи ввиду отсутствия установки диагноза ОНМК и отказе в госпитализации в специализированное отделение было обоснованно прекращено. 

2)неполноценны объем физикального обследования. При врачебных осмотрах ФИО9 не были проведены: исходная оценка функции глотания, объективные бальные оценки состояния пациента по шкалам NIHSS, MRC и Эшворт. Эти диагностические мероприятия и фиксация их в медицинской документации являются обязательными при осмотре пациента с подозрением на ОНМК. Поэтому отсутствие их выполнения является недостатком диагностики.

3) отсутствие в итоговом и направительном диагнозах клинически и прогностически значимого состояния-эпизода фибрилляции предсердий и отсутствие передачи имеющихся сведений об этом эпизоде в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова». Эпизод фибрилляции предсердий с медикаментозным восстановлением синусового ритма у ФИО9 был зафиксирован бригадой СМП непосредственно перед госпитализацией в ТОКБ. Данные об этом событии были переданы СМП в ТОКБ и содержатся в журнале учета амбулаторных больных. Интерпретация этого события во врачебных записях, повторная врачебная оценка дважды зарегистрированной бригадой СМП ЭКГ, выполнение каких-либо собственных исследований, направленных на диагностику аритмий и ишемических изменений миокарда-в ТОКБ не осуществлены. Однако ФИО9 была доставлена в приемное отделение ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» с направительным диагнозом «Энцефалопатия неуточненная», а сведения СМП об эпизоде фибрилляции предсердий не были каким-либо образом переданы. Таким образом, данный недостаток является сочетанным недостатком диагностики и тактики ведения пациента. 

Действующие на период оказания медицинской помощи ФИО9 в стационарных условиях ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова»: порядок оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю терапия» утвержден приказом Минздрава России от 15 ноября 2011г. №923н, порядок оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» утвержден приказом Минздрава России от 15 ноября 2012г. №919н, порядок оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «эндокринология» утвержден приказом Минздрава России от 13 марта 2023г. № 104н.

Клинические рекомендации, актуальные (по заболеваниям, состояниям, возрастной категории и временному периоду) для периода оказания медицинской помощи ФИО9 в условиях стационара в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова»:

-клинические рекомендации «Артериальная гипертензия у взрослых», разработанные и утвержденные в 2020г. Российским кардиологическим обществом;

- клинические рекомендации «Когнитивные расстройства у лиц пожилого и старческого возраста», разработанные и утвержденные в 2020г. Российской ассоциацией геронтологов и гериатров, Российским обществом психиатров;

- клинические рекомендации «Сахарный диабет 2 типа у взрослых», разработанных и утвержденных в 2019г. Российской ассоциацией эндокринологов;

-клинические рекомендации «Коморбидная патология в клинической практике. Алгоритмы диагностики и лечения», разработанные и утвержденные в 2019г. Ассоциацией врачей общей практики (семейных врачей) РФ, Национальной медицинской Ассоциацией сочетанных заболеваний, Профессиональным фондом содействия развитию медицины;

-клинические рекомендации «Острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы», разработанные и утвержденные в 2020г. Российским кардиологическим обществом и Ассоциацией сердечно-сосудистых хирургов России;

- клинические рекомендации «Сердечная недостаточность: хроническая (ХСН) и острая декомпенсированная (ОДН). Диагностика, профилактика и лечение», разработанные и утвержденные в 2017г. Обществом специалистов по сердечной недостаточности, российским кардиологическим обществом и Российским научным медицинским обществом терапевтов;

-клинические рекомендации по проведению катетеризации подключичной и других центральных вен, разработанные и утвержденные в 2019г. Федерацией анестезиологов и реаниматологов;

-Российские национальные рекомендации «Хирургические инфекции кожи и мягких тканей» Российского общества хирургов, Российской ассоциации специалистов по хирургическим инфекциям, Альянса клинических химиотерапевтов и микробиологов, Межрегиональной ассоциации по клинической микробиологии и антимикробной химиотерапии, Ассоциации флебологов России 2015г.;

-Российские клинические рекомендации «Программа СКАТ (Стратегия контроля антимикробной терапии) при оказании стационарной медицинской помощи» Альянса клинических химиотерапевтов и микробиологов, Российской Ассоциации специалистов по хирургическим инфекциям, Национальной ассоциации специалистов по контролю инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи, Межрегиональной ассоциации по клинической микробиологии и антимикробной химиотерапии, Федерации анестезиологов и реаниматологов, 2018г.;

-клинические рекомендации «Острое повреждение почек (ОПП)» Ассоциации нефрологов, Научного общества нефрологов России, Ассоциации анестезиологов-реаниматологов России, Национального общества специалистов в области гемафереза и экстракорпоральной гемокоррекции 2020г.;

- Третий международный консенсус 2016г. по определению сепсиса и септического шока, разработанный под эгидой международных некоммерческих медицинских организаций в 2016г. и поддержанный Российскими медицинскими профессиональными некоммерческими организациями. 

При анализе медицинской карты ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» № 4650 выявлены следующие недостатки диагностики, лечения и тактики ведения больного:

1.Недостатки диагностики.

1.1.Дефектная диагностика и наблюдение за пациентом в первые сутки госпитализации по экстренным показаниям. Данный недостаток состоит из совокупности ряда других:

1.1.1. Несвоевременное (запоздалое) выполнение и неполный объем обязательного минимального лабораторных исследований. 

ФИО9 поступила в больницу по экстренным показаниям 4 марта 2021г. в 11 час. 10 мин., осмотрена врачом-неврологом в 11 час. 15 мин., которым назначен ряд должных лабораторных исследований: общий анализ крови и мочи, определение глюкозы в крови, биохимический анализ крови, коагулограмма. Однако: результат общего анализа был в 21 час. 43 мин., при этом «заказ» анализа был в 18 час. 16 мин.;

- результат базового биохимического анализа крови с определением уровня глюкозы был в 22 час. 52 мин., его заказ-в 21 час. 58 мин.;

-коагулограмма и общий анализ крови выполнены лишь на третьи сутки госпитализации, при этом забор проб был уже в другом (реанимационном) отделении 6 марта 2021г.

1.1.2 Неполное неврологическое и общеклиническое физикальное обследование.

При трех осмотрах ФИО9 лечащим врачом неврологом до перевода в реанимационное отделение не были проведены оценки уровня глотания для выявления риска аспирации и объективные бальные оценки состояния пациента по шкалам NIHSS, MRС и Эшворт. При ухудшении состояния ФИО9 со снижением уровня сознания до уровня оглушения 4 марта 2021г. в 21 час., а затем фиксация полной утраты сознания утром-5 марта 2021г. не проводилась оценка нарушения сознания по шкале комы Глазго. ФИО9 являясь пациентом пожилого возраста с копорбидной патологией и синдромом старческой астении, сопряженным с высоким риском развития неблагоприятных исходов для здоровья должна была при госпитализации осмотрена врачом-терапевтом с полноценным общеклиническим физикальным обследованием. Однако осмотр ФИО9 терапевтом состоялся лишь 5 марта 2021г. в 9 час. при резком ухудшении ее состояния.

Отсутствие должных диагностических мероприятий при выраженном ухудшении клинической картины и выявлении угрожающего жизни состояния 4 марта 2021г. в 21 час. 

К 21 час. у ФИО9 были зафиксированы клинические признаки ухудшения общего состояния:снижение уровня сознания до оглушения, появление тетрапареза. При этом уже были получены результаты общего анализа крови с данными, свидетельствующими о системной воспалительной реакции и инфекционном процессе и дегидратации; биохимического анализа крови с данными о почечной дисфункции и жизнеугрожающей гипергликемии. 

Учитывая результаты этих обследований и ухудшение общего состояния необходимо было незамедлительно проведение ряда диагностическим мероприятий, которые в рассматриваемом случае не были выполнены: 

-срочная консультация с эндокринологом, реаниматологом, кардиологом и терапевтом, проведение консилиума с коллегиальном принятия решения о предварительном диагнозе и дальнейшей тактике ведения пациента с переводом в реанимационное отделение. Обеспечение постоянного врачебного наблюдения и мониторинга жизненно важных функций;

-повторное расширенное биохимическое исследование крови для оценки электролитного статуса, осмолярности и кислотно-щелочного равновесия для адекватной коррекции гипергликемии и ее осложнений;

-ежечасный контроль глюкозы крови для контролируемого темпа снижения гипергликемии;

- анализ крови и мочи на кетоновые тела для дифференциальной диагностики гиперосмолярной некетоацидотической комы и диабетического кетоацидоза, терапия которых имеет различия;

-исследование лабораторных маркеров воспаления;

-забор крови и мочи на бактериологическое исследование;

-поиск очага инфекции;

-повторная нейровизуализация ввиду появления тетрапареза и угнетения сознания для дифференциальной диагностики острого ишемического инсульта и метаболической энцефалопатии.

Однако следующий после 21 час. осмотр ФИО9 состоялся лишь 5 марта 2021г. в 6 час. 39 мин., после чего были проведены консультации терапевтом и эндокринологом, выполнено УЗИ органов брюшной полости с последующим переводом в 10 час. 30 мин. в реанимационное отделение. Осмотр врача-кардиолога состоялся лишь 6 марта 2021гю. в 16 час. При этом клиническая картина развития кардиогенного шока не была распознана. 

1.3. Отсутствие качественной регистрации ЭКГ, необоснованная интерпретация ЭКГ в отделении функциональной диагностики и игнорирование данных ЭКГ врачами кардиологом, терапевтом и реаниматологом. Регистрация ЭКГ ФИО9 проведена дважды: 4 марта 2021г. в 16 час. 10 мин. и 5 марта 2021г. в 11 час. 56 мин. Графические записи электрической активности сердца на лентах вышеуказанных ЭКГ содержат искажения, затрудняющую их однозначную интерпретацию. Следует отметить, что наличие таких наводок само по себе требует повторных регистрация ЭКГ до достижения качественной графической записи. Это носит обязательный характер в рассматриваемом случае пациента с заведомо скомпрометированным сердцем, когнитивными расстройствами и наличием на ЭКГ признаков, трактовка которых неоднозначна и может соответствовать угрожающему жизни состоянию (ишемия, инфаркт миокарда). Выявленные на лентах ЭКГ изменения сегмента ST и зубца Т- могут иметь различные причины, самые опасные из которых-прединфарктные состояния (ишемия) или собственно инфаркт (некроз) миокарда. В то же время данные изменения могут носить постоянный характер как следствие ранее перенесенного инфаркта миокарда со сформированным постинфарктным рубцом. В данной ситуации изменения на ЭКГ у ФИО9 должны были быть оценены как впервые выявленные и абсолютным приоритетом должно быть исключение острой ишемии (инфаркта) миокарда. При получении лечащим врачом неврологом такого настораживающего заключения ЭКГ дальнейший алгоритм дифференциальной диагностики причин изменения на ЭКГ до исключения ишемии, инфаркта миокарда должен соответствовать клиническим рекомендациям «Острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы». Однако в рассматриваемом случае должной вышеобозначенной интерпретации ленты ЭКГ врачом-специалистом отделения функциональной диагностики не имело место, соответствующий ситуации алгоритм диагностики не был применен. 

В последующем при консультации ФИО9 кардиологом, для которого самостоятельная интерпретация ЭКГ является одной из ключевых профессиональных компетенций, а также при осмотре терапевтом и реаниматологом, в компетенцию которых входит базовый анализ ЭКГ и распознавание ЭКГ-признаков угрожающих жизни состояний (в том числе ишемии и инфаркта миокарда)- данные двух зарегистрированных ЭКГ каким-либо образом самостоятельно указанными врачами не анализировались. 

Таким образом, в результате допущенного недостатка, а также ввиду отсутствия должного ЭКГ-мониторинга в реанимационном отделении диагностика и направленное лечение острого циркуляторного инфаркта миокарда, имевшего место у ФИО13 не были реализованы. 

1.4. Отсутствие в течение почти двух суток (44 часа) пребывания в реанимационном отделении полноценного клинического, лабораторного и инструментального мониторинга пациента с высоким риском сердечно-сосудистых осложнений, находящегося на ИВЛ в критическом состоянии, коме, с полиорганной недостаточностью и нестабильной гемодинамикой:

-непрерывный ЭКГ-мониторинг не проводился. Для пациента с перечисленными выше условиями непрерывный ЭКГ-мониторинг является обязательным общепринятым стандартным принципом наблюдения в реанимационном отделении. Основная цель-мгновенное выявление жизнеугрожающих нарушений ритма и ишемии миокарда;

-не выполнена рекомендация кардиолога от 6 марта 2021г.-рекомнедовано «ЭКГ в динамике»;

- отсутствовала динамическая оценка состояния пациента с помощью шкалы органной дисфункции SOFA, позволяющей объективно определить изменения клинической картины, тактику интенсивной терапии и оценивать ее эффективность;

-не проводился инструментальный мониторинг ряда гемодинамических параметров, необходимых для обоснованной медикаментозной оптимизации нестабильной гемодинамики, предотвращения осложнений критического состояния и проводимой терапии;

-не проводились лабораторные исследования кислотно-основного состояния, уровня лактата и газов крови. Результаты этих анализов не только значимы в плане диагностики причин критического состояния, но и являются ключевыми параметрами для проведения их рациональной интенсивной терапии, так и позволяют оперативно и обоснованно определить и изменить тактику интенсивной терапии;

-неадекватный мониторинг электролитов крови и параметров коагуляции. Частота мониторинга этих лабораторных показателей в указанных условиях должна быть в границах каждых двух-четырех часов. Выполнение этого условия позволяет проводить адекватную коррекцию электролитных нарушений и нарушений свертываемости крови. ФИО9 в первые сутки пребывания в реанимационном отделении (с 10 час. 30 мин. 5 марта 2021г.) исследование электролитов крови не проводилось. В последующие дни исследование электролитов крови проведено лишь дважды (6 марта 2021г. и 7 марта 2021г.). Инфузионная терапия с внутривенным введением тех или иных растворов проводилась имперически без объективного лабораторного определения цели коррекции электролитных нарушений в течение 5 и 6 марта 2021г., что в условиях рассматриваемого случая недопустимо, так как могло усугубить имеющуюся дисэлектрометрию. Временной интервал между двумя проведенными анализами электролитов крови составил примерно 18, 5 часов, что также недопустимо для пациента с указанной клинико-лабораторной картиной и проводимой интенсивной терапией в реанимационном отделении, так как не позволяет адекватно и своевременно корректировать инфузионную терапию ( у пациента в критическом состоянии);

-отсутствовал должный полноценный мониторинг маркеров органной дисфункции: почечной:креатини и мочевина (исследованы лишь дважды при анализах крови), динамический расчет темпа диуреза (расчеты отсутствовали), скорости клубочковой фильтрации (расчет лишь один раз с получением анализа 6 марта 2021г.), печеночной:билирубин, АЛТ/АСТ (в реанимационном отделении анализы не проводились), сердечной (миокардиальная ишемия, некроз): уровень тропонинов не проводится.

1.4. Отсутствие проведения дифференциальной диагностики между гирепосмолярным гипергликемическим состоянием и диабетическим кетоацидозом. Исходя из доказательных диагностических критериев:уровня гипергликемии (более 35 ммоль/л), результата анализа мочи от 6 марта 2021г. (отсутствие ацетона), оценки осмолярности плазмы ( больше 320 мОсм/кг) следует, что у ФИО9 было гиперосмолярное гипергликемическое состояние, что не было определено в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № имени И.С. Долгушина г.Тамбова». 

Особенности клинической картины у ФИО9 также были характерны для этого патологического состояния:полиморфная неврологическая симптоматика с постепенным снижением уровня сознания до комы, дегидратация, гипотензия с развитием шока, олигурия, наличие ряда вероятных пусковых факторов).

1.5. Отсутствие должного врачебного обследования множественных пролежней и диагностирования синдрома рабдомиолиза. В медицинской карте ФИО9 отсутствуют данные объективного исследования множественных пролежней при врачебных осмотрах. Не описаны их ключевые характеристики: характер, цвет поверхности, глубина поражения, наличие некрозов и грануляцией, отделяемого и его характера, признаков инфицирования, не указана площадь каждого из участков, не описан болевой синдром, состояние окружающих мягких тканей, динамика развития пролежней. Все выше перечисленные параметры являются обязательными для оценки тяжести состояния и выбора адекватной тактики лечения. Между тем в рассматриваемом случае множественные пролежни имели одну из ключевых ролей в ухудшении состояния здоровья ФИО9 по следующим причинам: 

- наличие рабдомиолиза. По результатам биохимического анализа крови у ФИО9 был резко повышен и нарастал уровень креатинкиназы: 794,5 Е/л-6 марта 2021г. и 975 Е/ л -7 марта 2021г. Данные изменения являются основным маркером массивного разрушения мышечной ткани и при наличии его явного источника и критериев острого почечного повреждения однозначно трактуется как синдром рабдомиолиза, что должно было быть отражено в диагнозе. Это состояние-результат разрушения скелетных мышц с выбросом к кровоток потенциально токсичных веществ, приводит к клинически значимым электролитным нарушениям и полиорганной дисфункции. Рабдомиолиз требует незамедлительной интенсивной терапии под тщательным контролем для своевременной коррекции терапии и снижения риска осложнений.

-развитие сепсиса. В течение 4-5 марта 2021г. у ФИО9 имело место развитие синдрома системной воспалительной реакции. В дальнейшем с присоединением полиорганной недостаточности необходимым было констатировать развитие сепсиса. Исходя из имеющихся данных о клинических проявлениях, результатов прижизненных лабораторных и инструментальных исследований, данных патологоанатомического исследования трупа-наиболее вероятной причиной этих состояний явились множественные пролежни. 

Поэтому должное обследование и наблюдение пролежней у ФИО9 было безусловно необходимым. 

1.6. Отсутствие диагностирования синдрома системной воспалительной реакции и сепсиса, диагностических мероприятий, направленных на лабораторное подтверждение сепсиса, идентификацию его возбудителя и выявление очага инфекции. В рассматриваемом случае не выполнен ряд обязательных диагностических мероприятий: 

- тщательное физикальное обследование наиболее вероятных анатомических локализаций первичного очага инфекции;

-лабораторная диагностика: исследование уровня биомаркеров крови; идентификация возбудителя инфекции, его чувствительности к антибиотикам, определение бактериемии-микробиологическое, культуральное исследование образцов крови, других биологических жидкостей и тканей из предполагаемого источника инфекции.

2.Недостатки лечения.

2.1. Дефектное проведение инсулинотерапии в неврологическом отделении с момента выявления критической гирегликемии (4 марта 2021г. в 21 час.) до консультации эндокринологом и перевода в реанимационное отделение (5 марта 2021г. в 10 час. 30 мин.).

В обозначенный период времени (около 13 часов) уровень глюкозы крови измерялся три раза (в 21 час.-52,25 ммоль/л, 22 час. 40 мин.-20 ммоль/л и в 6 час.-34-29 ммоль/л). Инсулинотерапия проводилась в виде разовых болюсных (струйных) внутривенных введений (10 ЕД) инсулина в 21 час. и в 6 час, что не соответствует указанным в клинических рекомендациях основным принципам проведения инсулинотерапии при критической гипергликемии, а именно:

-инсулин водится под ежечасным контролем гликемии непрерывной инфузией в дозе 0,1 ЕД на килограмм массы тела в час (для ФИО9 это 0,6 ЕД в час) через инфузомат;

- уровень глюкозы не следует снижать быстрее чем на 4 ммоль/л за час ввиду высокого риска развития отека мозга, легких и усугубления клинической ситуации. 

В результате несоблюдения данных принципов у ФИО13 уровень глюкозы крови был снижен на 17,96 ммоль/л за 1 час 40 мин. (с 21 час. до 22 час.). При этом не проводился не только должный контроль гликемии, но и отсутствовало врачебное наблюдение с 21 час. до 6 час. 39 мин., когда при утреннем осмотре неврологом ФИО9 находилась уже в бессознательном состоянии. 

Более того, следует отметить, что в случае своевременного о диагностирования именно гиперосмолярного гипергликемического состояния при котором сохранена чувствительность к инсулину, то в соответствии с клиническими рекомендациями основой терапии является регидратация и в начале инфузионной терапии инсулин не вводят или вводят в очень малых дозах. 

2.2. Отсутствие назначения инфузионной терапии с целью регидратации в неврологическом отделении с момента выявления критической гипергликемии (4 марта 2021г. в 21 час.).

В период после установления критической гипергликемии у ФИО9 в двух дневниках (в 21 час. и в 6 час. 39 мин.) лечащего врача неврологического отделения, в записи осмотра терапевтом в 9 час, эндокринологом (при переводе в реанимационное отделение), отметок о назначении инфузионной терапии (капельное внутривенное введение раствора) не имеется. Инфузионная терапия была начата лишь 5 марта 2021г. с установлением периферического венозного катетера при переводе в реанимационное отделение. Между тем, согласно клиническим рекомендациями регидратация путем внутривенной инфузии при критической гипергликемии только в 1 час. ее выявления должна составить 1-1,5 литра, а в последующие часы от 1 литра до 0,5 в зависимости от показателей почасового диуреза и центрального венозного давления (которые не измерялись в ГКБ №3). 

2.3. Отсутствие проведения катетеризации центральной вены в реанимационном отделении.

2.4. Отсутствие назначения противогрибкового препарата системного действия пациенту с критериями развития сепсиса при определении наличия в моче бластоспор дрожжеподобных грибов. 

3.Недостаток тактики ведения пациента. Несвоевременный перевод в реанимационное отделение и запоздалое предоставление специализированной помощи (консультации эндокринолога, реаниматолога, кардиолога). Эти мероприятия должны быть осуществлены в срочном порядке при выявлении угрожающего жизни состояния (критической гипергликемии) ухудшением неврологической картины (снижение уровня сознания до оглушения, появления тетрапареза) у ФИО9 4 марта 2021г. в 21 час. 

На вопрос суда о наличии причинной связи между вышеуказанными несоответствиями и смертью ФИО9 в заключении судебной экспертизы указано, что смерть ФИО9 была обусловлена тяжелой сочетанной патологией: ишемической болезнью сердца и сахарным диабетом. Взаимно отягощая друг друга эти заболевания закономерно привели к последовательному развитию каскада жизнеугрожающих осложнений:

-гиперосмолярное гипергликемическое состояние как острая декомпенсация сахарного диабета на фоне ряда провоцирующих факторов;

-обширный циркулярный инфаркт миокарда 2 типа как следствие сочетания гиперосмолярного гипергликемического состояния и выраженных изменений мышцы сердца и его сосудов при длительно существующей ишемической болезни сердца;

-кардиогенный шок как закономерное следствие массовой потери функционально активного миокарда в результате обширного циркуляторного инфаркта, усугубленного метаболическими нарушениями при гиперосмолярном гипергликемическом состоянии;

-полиорганная недостаточность-непосредственная причина смерти, запущенная критической гипоперфузией органов и тканей вследствие кардиогенного шока дополнительно отягощенная метаболическими нарушениями в результате гиперосмолярного гипергликемического состояния. 

При этом выявленные недостатки медицинской помощи не являются причиной возникновения у ФИО14 ни ишемической болезни сердца, ни сахарного диабета, ни причиной их совместного осложнения. На современном этапе развития медицины гиперосмолярная гипергликемическая кома, острый циркулярный инфаркт миокарда левого желудочка, кардиогенный шок, полиорганная недостаточность-являются жизнеугрожающими состояниями с высокой летальностью даже при своевременно и правильно оказанной в рекомендуемом объеме медицинской помощи, поэтому отсутствие недостатков при ее оказании не гарантирует однозначный благоприятный исход. 

Таким образом, прямая причинно-следственная связь между смертью ФИО9 и выявленными в рамках настоящей экспертизы недостатками оказания медицинской помощи (как с каждым отдельно взятым, так и со всей совокупностью) отсутствует.

Выявленные недостатки медицинской помощи, будучи внешними условиями по отношению к фатальному течению длительно текущих основных заболеваний ФИО9 ограничили возможность медицинской коррекции жизнеугрожающих осложнений, но не явились прямыми причинами их развития и непосредственно смерти.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, судебная коллегия не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку она проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона N 73-ФЗ от 31.05.2001 года "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о проведении экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, по результатам проведения судебной экспертизы было установлено, что при оказании медицинской помощи в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова», ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко», ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» имелись вышеперечисленные недостатки, которые в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО9, не состояли, но, в то же время, ограничили возможность медицинской коррекции жизнеугрожающих осложнений.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что оснований для освобождения ответчиков от ответственности не имеется, и ФИО1 должен быть компенсирован моральный вред, поскольку выявленные недостатки причиняли ему нравственные страдания, так как он вправе был рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для близкого человека.

Устанавливая компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» в размере 400 000 руб., с ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» в размере 70 000 руб., с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» в размере 70 000 руб., судом учтены характер недостатков, допущенных каждым из ответчиков при оказании медицинской помощи.

Суд также принял во внимание характер многочисленных недостатков диагностики и лечения, которые были допущены в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова». 

ФИО9, которая являлась пациентом пожилого возраста с копорбидной патологией и синдромом старческой астении, сопряженным с высоким риском развития неблагоприятных исходов для здоровья, при ее состоянии необходимо было незамедлительно провести ряд диагностических и лабораторных мероприятий. 

Однако в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» имело место несвоевременное (запоздалое) выполнение и невыполнение ряда обязательных минимальных лабораторных исследований. Кроме того, клиническая картина развития кардиогенного шока не была распознана; гиперосмолярное гипергликемическое состояние не было определено в больнице; распознавание ЭКГ-признаков угрожающих жизни состояний (в том числе ишемии и инфаркта миокарда) каким-либо образом врачами совсем не анализировалось, диагностика и направленное лечение в реанимационном отделении острого циркуляторного инфаркта миокарда, имевшего место у ФИО9, не были реализованы. 

Кроме этого, в течение почти двух суток (44 часа) пребывания в реанимационном отделении ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» ФИО9 не получала полноценного клинического, лабораторного и инструментального мониторинга с высоким риском сердечно-сосудистых осложнений, находящегося на ИВЛ в критическом состоянии, коме, с полиорганной недостаточностью и нестабильной гемодинамикой. 

Также в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» имело место отсутствие диагностирования синдрома системной воспалительной реакции и сепсиса, диагностических мероприятий, направленных на лабораторное подтверждение сепсиса, идентификацию его возбудителя и выявление очага инфекции; отсутствие проведения дифференциальной диагностики между гиперосмолярным гипергликемическим состоянием и диабетическим кетоацидозом. 

Кроме этого, в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» имело место дефектное проведение инсулинотерапии. При этом не проводился не только должный контроль гликемии, но и отсутствовало врачебное наблюдение с 21 час. до 6 час. 39 мин. Также отсутствовало назначения инфузионной терапии с целью регидратации в неврологическом отделении с момента выявления критической гипергликемии. 

Также в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» имел место несвоевременный перевод в реанимационное отделение и запоздалое предоставление специализированной помощи (консультации эндокринолога, реаниматолога, кардиолога), хотя эти мероприятия должны быть осуществлены в срочном порядке при выявлении угрожающего жизни состояния (критической гипергликемии) и ухудшением неврологической картины (снижение уровня сознания до оглушения, появления тетрапареза), которые имели место у ФИО9 4 марта 2021г. в 21 час. 

Суд также принял во внимание, что вышеперечисленные недостатки, которые были допущены ответчиками, не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО9, но, в то же время, ограничили возможность медицинской коррекции жизнеугрожающих осложнений.

Также суд учел, что ответчиками в ходе рассмотрения дела не было доказано отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям и отсутствие возможности правильной и своевременной организации процесса оказания медицинской помощи. 

Суд также учел характер и степень понесенных истцом нравственных страданий, выразившихся в переживаниях по поводу состояния здоровья близкого человека-мамы, что является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие семейной жизни, а также право на семейные связи, является тяжелейшим событием в жизни, влекущим состояние стресса и эмоционального расстройства. 

В соответствии с требованиями статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере:

- с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова»- 3000 руб.;

- с ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко»- 3000 руб.

- с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска»- 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (ИНН №) к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» (ИНН 

<

***>), ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» (ИНН 

<

***>), ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» (ИНН 

<

***>) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 400 000 руб.

Взыскать с ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 70 000 руб.

Взыскать с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 70 000 руб.

Взыскать с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 имени И.С. Долгушина г.Тамбова» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Взыскать с ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Взыскать с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница г. Котовска» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд г.Тамбова в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 19 сентября 2025г. 

Судья: О.Н.Мальцева