УИД: 59RS0024-01-2024-000008-75

Дело № 2-78/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Красновишерск 02 апреля 2024 года

Красновишерский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Никулиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем Ничковой И.М.,

с участием истца ФИО1, 

представителя ответчика ГБУ ПК «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» от отмене дисциплинарного взыскания и взыскания компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ГБУ ПК «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» (далее по тексту- ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ») об отмене дисциплинарного взыскания в виде выговора, взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 рублей.

Исковые требования истец обосновывает тем, что на основании приказа ГБУ 

<

адрес> «Соликамский ДИПИ» Вишерский филиал № от ДД.ММ.ГГГГ она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за следующие нарушения: нарушение должностных обязанностей (п.1.7, 3.2,3.20, 3.51) должностной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ № ДИ-МС-81, неисполнением абзаца 2 п. 5.2.2 «Правил внутреннего трудового распорядка от ДД.ММ.ГГГГ № П-ДИПИ №), несоблюдением пп. «и», «к» пункта 10 раздела II «Основные принципы и правила служебного поведения государственных (муниципальных) служащих», пп. «б» пункта 25 раздела III «Рекомендательные этические правила служебного поведения работников Учреждения».

Истец считает, что дисциплинарное взыскание применено неправомерно по следующим причинам: должностной инструкции по пункты 1.7, 3.2 должностной инструкции сиделки (помощника по уходу) ею были соблюдены. По пункту 3.20 должностной инструкции работа была выполнена в полном размере (двойном) объеме, так как истец работала за двоих, чем были нарушены права ФИО1 по ст. 60.2, 151 Трудового кодекса Российской Федерации. Пункт 3.51 должностной инструкции также не был нарушен, правила и требования были соблюдены. Правила внутреннего трудового распорядка, ею также не были нарушены, истец считает, что пункты «и», «к» пункта 10 раздела II «Основные принципы и правила служебного поведения государственных (муниципальных) служащих», п.п. «б» пункта 25 раздела III «Рекомендательные этические правила служебного поведения работников Учреждения» она также не нарушала.

Действиями работодателя, выразившимися в неправомерном вынесении приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде выговора ФИО1 причинен моральный вред, который выразился в виде стресса, повлекшим бессонницу. Вследствие причиненного ей морального вреда, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей. 

Протокольным определением от 05.02.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельным исковых требований относительно предмета иска, привлечена Пермская краевая организации Общероссийского профессионального союза работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении требований настаивала по доводам, изложенным в исковом заявлении и в письменных пояснениях, приобщенных к материалам дела.

Представитель ответчика ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО2 в судебном заседании не согласилась с доводами истца по заявленным исковым требованиям. Пояснила, что приказ о дисциплинарном взыскании наложен на истца правомерно, на основании установленных нарушений со стороны истца своих должностных обязанностей, а также Правил внутреннего трудового распорядка учреждения, Основных принципов и правил служебного поведения государственных (муниципальных) служащих, Рекомендательных этических правил служебного поведения работников Учреждения. Просила отказать в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

Представитель третьего лица Пермской краевой организации Общероссийского профессионального союза работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации в судебном заседании участия не принимал, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствии не явившегося в судебное заседание представителя третьего лица.

Суд, оценив в совокупности доводы искового заявления, пояснения принимавших в судебном заседании истца ФИО1, представителя ответчика ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО2, пояснения свидетелей ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО5, изучив материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца в силу следующего.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права (далее - локальные нормативные акты), в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями. 

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей. 

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Частью второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда. 

В соответствии с частью первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами. 

Частью 1 статьи 189 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

В соответствии с частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Порядок наложения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации Российской Федерации.

По правилам статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. 

Данные нормативные положения в их взаимосвязи направлены на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания. В связи с этим предметом судебной проверки должно являться соблюдение работодателем установленного законом порядка наложения дисциплинарного взыскания. 

При этом, в силу действующего законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом привлечения к дисциплинарной ответственности, в действительности имело место; работодателем были соблюдены требования, предусмотренные ч. 3 и 4 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). 

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт. 

Таким образом, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя. 

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности). 

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям. 

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей. 

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника. 

В пункте 53 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 разъяснено, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерацией и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. 

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. 

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, из копии приказа № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за следующие нарушения:

- п. 1.7, п. 3.2, п. 3.20, п.3.51 должностной инструкции сиделки(помощника по уходу) от ДД.ММ.ГГГГ № ДИ-МС-81, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ директором ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО6;

- неисполнение абзаца 2 пункта 5.2.2 Правил внутреннего трудового распорядка от ДД.ММ.ГГГГ № П-ДИПИ№, утвержденных ДД.ММ.ГГГГ директором ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО6;

- несоблюдением пп. «и», «к» пункта 10 раздела II «Основные принципы и правила служебного поведения государственных (муниципальных) служащих;

- несоблюдением п.п. «б» пункта 25 раздела III «Рекомендательные этические правила служебного поведения работников Учреждения».

Основанием применения дисциплинарного взыскания является служебная записка старшей медицинской сестры ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, требование о предоставлении работником ФИО1 письменного объяснения по факту нарушения должностной инструкции, Правил внутреннего трудового распорядка, Кодекса этики и служебного поведения от ДД.ММ.ГГГГ, пояснительная записка сиделки ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ № «Об установлении специальных (регламентированных) перерывов(копии 6 листов), докладная записка руководителя Вишерского филиала ФИО5 № б/н от ДД.ММ.ГГГГ.

С приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не согласилась, что подтверждается ее подписью и сделанной записью в приказе о несогласии с ним (л.д. 29 Том 1).

Из служебной записки старшей медицинской сестры ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, адресованной на имя руководителя Вишерского ПНИ ФИО5 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 15.20 часов проходя с руководителем ФИО5 по второму этажу с проверкой она обнаружила сиделку ФИО1, сидящую с ногами на кровати получателя социальных услуг (далее по тексту – ПСУ) ФИО7 в комнате 206 с телефоном. В это время ПСУ ФИО8 мыл пол в комнатах без присмотра. На ее замечания и замечания руководителя ФИО1 отвечала вызывающе, сказала, что устала и хочет отдохнуть (л.д. 61 Том 1).

Из письменного требования о представлении работником письменного объяснения по факту нарушения Правил внутреннего трудового распорядка ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» от ДД.ММ.ГГГГ № п-ДИПИ №, должностной инструкции сиделки (помощника по уходу) от ДД.ММ.ГГГГ № ДИ-МС-81, кодекса этики и служебного поведения работников ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» от ДД.ММ.ГГГГ, адресованного сиделке Вишерского филиала ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО1 следует, что в ходе осмотра Вишерского филиала она (ФИО1) находилась в комнате ПСУ №, сидела на кровати ПСУ с ногами и смотрела в телефон. В это время ПСУ выполнял должностные обязанности сиделки - мыл полы в других комнатах. На замечания старшей медсестры и руководителя филиала ФИО1 не реагировала, отвечала вызывающе и не сразу приступила к выполнению своих должностных обязанностей. В соответствии с частью 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации просят представить в срок до ДД.ММ.ГГГГ в администрацию Вишерского филиала ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» письменное объяснение по факту нарушения (л.д. 62 Том 1).

В пояснительной записке от ДД.ММ.ГГГГ сиделки ФИО1 указано, что она мыла пол в комнатах ПСУ, присела отдохнуть на несколько минут. В этот момент пришли старшая медсестра и руководитель, которым не понравилось, что она отдыхала на кровати у ПСУ. Старшей медсестре и руководителю она сообщила, что устала, так как в тот день работала одна на втором этаже, и присела отдохнуть на положенный ей перерыв в 15 минут. Руководитель ей сообщила, что в этом случае она должна отдыхать в комнате отдыха, но оставить ПСУ одних она не могла, так как в качестве сиделки работала на этаже одна. Половину комнат на втором этаже ей помогал мыть ПСУ, который сам изъявил желание ей помочь, на что она согласилась и при этом его контролировала. Кроме того, как указала в пояснительной записке ФИО1, сотрудники постоянно прибегают к помощи ПСУ, которые им помогают делать уборку, в том числе в кабинетах руководства (л.д. 63-65 Том 1).

Из распоряжения об установлении специальных (регламентированных) перерывов № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного руководителем филиала ФИО5 следует, что работникам, работающим в дневную 12-часовую смену установлены регламентированные перерывы согласно приложения 1, 2, в ночную смену перерывы предоставляются каждые час по 5 минут. Перерывы в дневное и ночное время не суммируются и предоставляются без оставления рабочего места. Регламентированные перерывы, указанные в п. 1 настоящего распоряжения, включаются в рабочее время. Время регламентированного перерыва следует использовать для проведения физкультурных пауз, самомассажа рук, шеи, поясницы и ног, производственной гимнастики (л.д. 66 Том 1).

В листе ознакомления сотрудников учреждения с распоряжением об установлении специальных (регламентированных) перерывов под № стоит подпись ФИО1, с распоряжением ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 67-68 Том 1).

Из докладной записки руководителя Вишерского ПНИ филиала ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО5 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут в ходе осмотра Вишерского филиала совместно со старшей медицинской сестрой ФИО12 в комнате ПСУ № обнаружена сиделка ФИО1, сидящая на кровати ПСУ с ногами и смотрящая в телефон. В это время ПСУ мыл полы в других комнатах без контроля со стороны сиделки ФИО1 На ее замечания и замечания ФИО12 ФИО1 отвечала вызывающе, кричала, огрызалась, сообщила, что она устала и отдыхает, что имеет право на перерыв в 15 минут каждые три часа. Согласно графика регламентированных перерывов, принятого в филиале, время отдыха, устроенного ФИО1 и регламентированный перерыв не совпадают. Своими действиями ФИО1 нарушила следующие пункты должностной инструкции сиделки (помощника по уходу) от ДД.ММ.ГГГГ № ДИ-МС-81: п. 1.7, 3.2. 3.20, 3.51; п. 5.2.2 Правил внутреннего трудового распорядка ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» от ДД.ММ.ГГГГ № П-ДИПИ №, п.п «и» п. 10 раздела II, п.п. «к» п. 10 раздела II, п.п. «б» п. 25 раздела III Кодекса этики и служебного поведения работников ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» от ДД.ММ.ГГГГ. На основании вышеизложенного предлагает применить к сиделке ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде выговора (л.д. 60 Том 1).

Согласно пункту 1.7 должностной инструкции сиделки (помощника по уходу) от ДД.ММ.ГГГГ № ДИ-МС-81, утвержденной директором ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 в своей работе сиделка (помощник по уходу) руководствуется настоящей должностной инструкцией правилами внутреннего трудового распорядка, приказами и распоряжениями непосредственного руководителя. В пункте 3.2 инструкции говорится о том, что сиделка (помощник по уходу) соблюдает этику и субординацию во время выполнения своих должностных обязанностей. Пунктом 3.20 данной инструкции определено, что сиделка (помощник по уходу) осуществляет влажную уборку полов в комнатах получателей социальных услуг, влажную уборку мест общего пользования, а также поддерживает закрепленные территории в чистоте в течение рабочего дня. В пункте 3.51 инструкции указано, что сиделка (помощник по уходу) соблюдает правила внутреннего трудового распорядка и требования иных локальных нормативных актов, действующих в Учреждении (л.д. 97-100 Том 1). 

В материалы дела представителем ответчика ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО2 представлены Правила внутреннего трудового распорядка от ДД.ММ.ГГГГ № П-ДИПИ №, утвержденные приказом от ДД.ММ.ГГГГ директором учреждения ФИО6 В указанных Правилах абзац 2 пункта 5.2.2, нарушение которого вменяется ФИО1, отсутствует, в то время как существует только пункт 5.2, в котором указан довольно обширный перечень основных обязанностей работника (л.д. 81 Том 1). 

Кодекс этики и служебного поведения работников государственного бюджетного учреждения Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденный директором ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 состоит из четырех разделов. В разделе II «Основные принципы и правила служебного поведения государственных (муниципальных) служащих в подпункте «и» пункта 10 определено, что работники Учреждения, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами призваны соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения; в подпункте «к» пункта 10 определено, что работники Учреждения призваны проявлять корректность и внимательность в обращении с гражданами и должностными лицами (л.д. 106 Том 1).

В разделе III «Рекомендательные этические правила служебного поведения работников Учреждения» подпункте «б» пункта 25 вышеназванного Кодекса этики и служебного поведения работников Учреждения указано, что работник воздерживается от грубости, проявлений пренебрежительного тона, заносчивости, предвзятых замечаний, предъявления неправомерных, незаслуженных обвинений (л.д. 108 Том 1).

При этом, вменяя нарушения указанных подпунктов II и III разделов, в самом приказе о наложении дисциплинарного взыскания ответчик ссылается на нарушение данных норм, но вместе с тем, не указывает в приказе на то обстоятельство, что нарушенные истцом разделы относятся именно к Кодексу этики и служебного поведения работников государственного бюджетного учреждения Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов».

Статья 193 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающая порядок привлечения работника в дисциплинарной ответственности, не содержит требований к форме приказа о наложении на работника дисциплинарного взыскания. При этом судом установлено, что порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности ответчиком соблюден: затребованы письменные объяснения от ФИО1, срок применения дисциплинарного взыскания не нарушен, с приказом о наложении дисциплинарного взыскания истец ознакомлена лично, в котором имеется её подпись (л.д. 29 Том 1).

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО9 пояснила, что она является председателем профсоюза Вишерского филиала ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ». ФИО10 обращалась к ней относительно наложения дисциплинарного взыскания по данному факту. Также свидетель подтвердила, что ПСУ действительно оказывают помощь сотрудникам учреждения при выполнении последними своих должностных обязанностей и руководству ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» об этом хорошо известно. Сотрудники данного учреждения периодически обращаются к ней, ссылаясь на то, что часто выполняют обязанности за отсутствующего на работе сотрудника. Кроме того, свидетель пояснила, что, несмотря на привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности, по итогам года последняя получала премии.

Свидетель ФИО11 занимающая должность сиделки в Вишерском филиале ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» пояснила, что ПСУ постоянно помогают сотрудникам учреждения в выполнении их должностных обязанностей, в том числе моют полы в своих комнатах, коридорах, на лестничной площадке. При этом сотрудник должен осуществлять контроль за деятельностью ПСУ. Ее рабочая смена составляет 22 часа. Во время рабочей смены она имеет право на обеденный перерыв в количестве четырех раз продолжительностью по 30 минут. Кроме обеденного перерыва имеются специальные (регламентированные) перерывы), продолжительностью от 5 до 10 минут. Отдохнуть во время перерыва можно в прилифтовой комнате. Отдыхать во время регламентированных перерывов сиделки должны поочередно. Также свидетель сообщила, что ПСУ ФИО3, который помогал ФИО1 мыть полы в комнатах, постоянно помогает сотрудникам в осуществлении ими своих должностных обязанностей. Руководству учреждения, в том числе старшей медицинской сестре об этом известно. О произошедшем случае ей стало известно со слов ФИО1, сама она в это время не присутствовала рядом, в связи с чем дать какие-либо пояснения относительно данного случая не смогла.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснила, что является старшей медицинской сестрой Вишерского филиала ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ». ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут она вместе с руководителем филиала ФИО5 делали обход учреждения, в результате которого на втором этаже в комнате ПСУ увидели сиделку ФИО1, которая сидела на кровати у ПСУ с ногами и при этом смотрела в телефон. Спросив у нее, почему она сидит на кровати у ПСУ ФИО1 им ответила, что устала. В это же самое время в другой комнате они увидели ПСУ ФИО8, который мыл полы, в коридоре стояло ведро с водой. Расстояние между комнатой, в которой находилась ФИО1 и комнатой, в которой ПСУ ФИО8 мыл полы составляет примерно два метра. При этом ФИО1, сидевшей на кровати, не было видно ПСУ ФИО8, в связи с чем последняя не могла контролировать его действия. ФИО1 вела себя агрессивно, сказала, что имеет право на отдых, на замечания руководства никак не реагировала. После того, как она и ФИО13 отошли от ФИО1, последняя продолжала сидеть на кровати. В этот момент в этой же комнате присутствовала еще одна сиделка ФИО14, которая сразу же ее покинула и ушла выполнять свои должностные обязанности, как только они с ФИО5 зашли в комнату с проверкой. В связи с чем к сиделке ФИО14 у них вопросов никаких не возникло. Свидетель ФИО12 пояснила, что ПСУ могут оказывать сотрудникам учреждения помощь при выполнении их должностных обязанностей, но только под присмотром сотрудников. ПСУ подразделяются на три группы: мобильные, маломобильные и лежачие. Оказывать помощь в выполнении должностных обязанностей могут только ПСУ, которые относятся к группе «мобильные». На посту у медицинской сестры имеется список «мобильных» и «маломобильных» ПСУ, доступ у сотрудников к спискам свободный. Информация о переводе ПСУ из одной категории мобильности в другую доводится до сотрудников учреждения, в том числе и на «оперативках», которые проводятся каждый день перед началом смены. Маломобильные ПСУ не могут привлекаться к оказанию помощи сотрудникам. ПСУ ФИО8 относится к группе маломобильных. Ранее она не видела, чтобы ПСУ ФИО8 помогал сотрудникам при выполнении их должностных обязанностей. Также свидетель пояснила, что у сиделок имеются специальные (регламентированные) перерывы продолжительностью по 10 минут каждые два часа. Во время перерыва сиделка может отдохнуть как на своем рабочем месте, так и в комнате отдыха, которая расположена на четвертом этаже. ФИО1 работает на втором этаже, во время регламентированного перерыва она может отдохнуть, в том числе, и на посту у медицинской сестры. ФИО1 была привлечена к дисциплинарному наказанию в виде выговора за то, что ПСУ ФИО8 мыл полы в комнатах без ее присмотра и за то, что во время отдыха она сидела с ногами на кровати ПСУ. Относительно качества выполнения должностных обязанностей к ФИО1 у нее претензий нет.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО13 пояснила, что в период, когда ФИО1 была привлечена в октябре 2023 года к дисциплинарному взысканию в виде выговора она работала в должности руководителя Вишерского филиала ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ». ДД.ММ.ГГГГ в дневное время она и старшая медицинская сестра ФИО12 шли по интернату. В одной из комнат на втором этаже увидели сиделку ФИО1, которая сидела на кровати ПСУ с ногами и с телефоном в руках. Она сделала ей замечание, на что ФИО1 ответила, что устала. Дальше по коридору увидели ПСУ ФИО3, который мыл полы в комнатах. Расстояние от комнаты, в которой сидела ФИО1 до того места, где ФИО3 мыл полы составляло 6-7 метров. ФИО1 не могла контролировать действия ПСУ ФИО8, так как ей его не было видно. Сначала ФИО1 было сделано замечание относительно того факта, что она сидит с ногами на кровати у ПСУ, а затем по факту мытья полов ПСУ ФИО3 без осуществления контроля за ним. ПСУ ФИО8 относится к маломобильной группе клиентов данного учреждения, в связи с чем ФИО1 не должна была привлекать его к оказанию помощи по выполнению своих должностных обязанностей. После того, как ФИО1 было сделано замечание, она продолжила сидеть на кровати, а не пошла выполнять свои трудовые обязанности. Также в комнате вместе с ФИО1 находилась еще одна сиделка ФИО14, которая сразу же вышла и пошла исполнять свои должностные обязанности, как только они зашли в комнату, в связи с чем ей замечание не было сделано. Список групп мобильности ПСУ находится в свободном доступе для сотрудников, на посту у медицинской сестры, с которым они могут ознакомиться. К оказанию помощи по выполнению своих должностных обязанностей сотрудники учреждения могут привлекать только тех ПСУ, которые относятся к группе «мобильные». У сотрудников во время рабочей смены есть перерыв на обеденное время продолжительностью один час. Также есть график специальных (регламентированных) перерывов по несколько минут. Во время регламентированных перерывов сотрудник может подняться в комнату отдыха на четвертом этаже, либо остаться на своем рабочем месте. Сотрудниками не всегда соблюдаются графики регламентированных перерывов по времени, время перерыва может сдвинуться в связи с выполнением сотрудником своих должностных обязанностей.

Представитель ответчика ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО2 пояснила, что ФИО1 не должна была привлекать к оказанию помощи маломобильного ПСУ ФИО3, поскольку он является глухонемым. В случае же привлечения ПСУ к оказанию помощи исполнения своих должностных обязанностей сотрудник должен осуществлять контроль за действиями ПСУ, чего ФИО1 в данном случае не было сделано. Кроме того, недопустимым является и тот факт, что во время специального (регламентированного) перерыва ФИО1 находилась на кровати ПСУ с ногами.

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства, заслушав пояснения истца ФИО1, представителя ответчика ГБУ ПК «Соликамский ДИПИ» ФИО2, пояснения допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО5, суд приходит к выводу о незаконности приказа ГБУ Пермского края «Соликамский ДИПИ» Вишерский филиал № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора, поскольку в данном приказе не указано, в чем именно состоит проступок, ставший поводом для наложения дисциплинарного взыскания на ФИО1, имеется лишь перечисление пунктов должностной инструкции сиделки (помощника по уходу), Правил внутреннего трудового распорядка, Кодекса этики и служебного поведения сотрудников учреждения. При этом в приказе о наложении дисциплинарного взыскания отсутствует подпункт 5.2.2 Правил внутреннего трудового распорядка, на нарушение которого ссылается ответчик, а есть пункт 5.2, в котором указаны основные обязанности работника, кроме того, количество обязанностей 18, причем разнообразного значения. 

Также судом обращается внимание на тот факт, что в приказе № от ДД.ММ.ГГГГ имеется ссылка на несоблюдение истцом пп. «и», «к» пункта 10 раздела II «Основные принципы и правила служебного поведения государственных (муниципальных) служащих», пп. «б» пункта 25 раздела III «Рекомендательные этические правила служебного поведения работников Учреждения», однако указание на то, что данные нарушения вытекают из Кодекса этики и служебного поведения работников государственного бюджетного учреждения Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствует.

Статья 192 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что любое дисциплинарное взыскание объявляется в приказе (распоряжении) работодателя с указанием мотивов его применения, описывается конкретный дисциплинарный проступок, за совершение которого работник подвергается взысканию. То есть законом императивно предусмотрено, что в приказе о привлечения лица к дисциплинарной ответственности должны быть указаны конкретные факты, позволяющие определить дисциплинарный проступок, его объективную и субъективную сторону, время и место его совершения. Однако оспариваемый истцом приказ не содержит указания на то, в чем конкретно заключалось нарушение допущенное работником, какие действия совершены, либо не совершены работником, а также дату, время совершения проступка.

Составление приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности без описания дисциплинарного проступка, времени и места его совершения (объективной, субъективной стороны проступка) нарушает право работника знать, за какой дисциплинарный проступок на него наложено дисциплинарное взыскание, кроме того, нарушает общие принципы дисциплинарной ответственности, такие как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

Простое перечисление в приказе нарушений пунктов должностной инструкции сиделки (помощника по уходу), Правил внутреннего трудового распорядка, Кодекса этики и служебного поведения работников учреждения или других локальных актов с перечислением всех документов, которые были получены в результате проверки, не позволяет не только установить состав проступка, совершенного непосредственно истцом ФИО1, но и вину истца в совершении данного проступка, при том что вина является обязательным условием привлечения работника к дисциплинарной ответственности и ее наличие должен доказать работодатель.

Если в приказе работодателя о привлечении работника к дисциплинарной ответственности отсутствует указание на конкретный дисциплинарный проступок, явившийся поводом для применения меры дисциплинарного взыскания, суд не вправе при рассмотрении дела об оспаривании приказа о дисциплинарном наказании самостоятельно за работодателя определять, в чем заключается допущенное работником нарушение трудовых обязанностей.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" даны разъяснения по вопросу определения размера компенсации морального вреда в трудовых отношениях": "Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости".

Из нормативных положений, регулирующих отношения по компенсации морального вреда, причиненного работнику, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющими понятие морального вреда, способы и размер компенсации морального вреда, следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий работника как последствия нарушения его трудовых прав, неправомерного действия (бездействия) работодателя как причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины работодателя в причинении работнику морального вреда.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность судебной защиты права работника на компенсацию морального вреда, причиненного нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения трудовые прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом установлено нарушение трудовых прав истца ФИО1, с учетом фактических обстоятельства дела, отсутствия доказательств индивидуальных особенностей перенесенных истцом страданий в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности в виде выговора, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 1000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковое заявление ФИО1 об отмене дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ Государственного бюджетного учреждения Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» Вишерский филиал № от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора к ФИО1 за нарушение п.1.7, п.3.2, п.3.20, п.3.51 должностной инструкции сиделки (помощника по уходу) от ДД.ММ.ГГГГ № ДИ-МС-81, неисполнение абзаца 2 п. 5.2.2 Правил внутреннего трудового распорядка от ДД.ММ.ГГГГ № П-ДИПИ №, несоблюдение пп. «и», «к» пункта 10 раздела II «Основные принципы и правила служебного поведения государственных (муниципальных) служащих», пп. «б» пункта 25 раздела III «Рекомендательные этические правила служебного поведения работников Учреждения» Кодекса этики и служебного поведения работников Государственного бюджетного учреждения Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» от ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Пермского края «Соликамский дом-интернат для престарелых и инвалидов» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Красновишерский районный суд Пермского края в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 09 апреля 2024 года.

Судья - (подпись) - Е.В. Никулина

Копия верна.

Судья Е.В. Никулина