Судья 1 инстанции – Скатков Р.В. 22-6/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иркутск 19 января 2026 года

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Ермоленко О.А.,

при помощнике судьи Семёновой А.В.,

с участием прокуроров Пашинцевой Е.А., ФИО1,

потерпевшего Б и его представителя Д,

осужденного ФИО2 и его защитника- адвоката Скворцова А.В., посредством использования системы видео-конференц-связи;

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшего Б – Д, защитника осужденного- адвоката Скворцова А.В. на приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 

<

...>, которым

ФИО2, 

<

...> года рождения, уроженец 

<

...>, гражданин РФ, холостой, не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 01 год 06 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанностей указанных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Ермоленко О.А., выступление осужденного ФИО2 и его адвоката Б, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя потерпевшего Д, прокурора , оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не усматривающих, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Приговором ФИО2 признан виновным в том, что он, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 

<

...> в 

<

...> во времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции осужденный ФИО2 вину не признал, поскольку причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля «Тойота Раум» И, выехавшей с второстепенной дороги, не предоставившей ему преимущество.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Д просит приговор изменить как незаконный и необоснованный в части снижения размера суммы компенсации морального вреда, взыскать с осужденного в качестве компенсации морального вреда 

<

...> рублей.

Так, уменьшив сумму компенсации морального вреда до 

<

...> рублей, оцененного потерпевшим в 

<

...> рублей, суд не указал объективность причин такого снижения. Также суд не дал оценки тому, что Б является пенсионером по возрасту, получает суммарную пенсию, имеет ежемесячные обязательства по оплате коммунальных услуг, в силу полученных травм не может выполнять работы на огороде, быстро устает и в целом не может вести нормальный образ жизни после полученных травм.

В результате полученных травм он длительное время находился на стационарном лечении, испытывал и испытывает сильные боли, затруднено дыхание из-за травмы груди, на протяжении длительного времени за ним ухаживали родственники, обстоятельства произошедшего, и связанные с этим происшествием события вызвали нервную и стрессовую обстановку для него.

В апелляционной жалобе адвокат Скворцов А.В. в интересах осужденного, просит приговор отменить как незаконный и необоснованный, оправдать ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Соглашаясь с допустимостью и достоверностью показаний потерпевшего и свидетелей обвинения, оспаривает вывод стороны обвинения о механизме дорожно- транспортного происшествия (далее по тексту ДТП), положенный в основу приговора.

Описывая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, соглашаясь с установленным местом столкновения транспортных средств, расположенном на полосе движения водителя 

<

...> под управлением водителя Б, отмечает, что экспертами указано на нарушение п.8.3 Правил дорожного движения РФ (далее по тексту ПДД) водителем «Тойота Раум» И, которая при выезде на дорогу с прилегающей территории должна была уступить дорогу транспортному средству, путь движения которого она пересекала – автомобиля «Тойота Камри» под управлением водителя ФИО2 В данном случае из показаний ФИО2 следует, что опасность для движения в виде автомобиля «Тойота Раум», он обнаружил в момент когда данный автомобиль выехал с прилегающей территории, на расстоянии около 3 метров перед ним, в соответствии с ПДД применил экстренное торможение, но в связи с наличием на автомобиле системы АВS (антиблокировочной системы), мокрого от дождя асфальта, скорости движения около 60 км/ час, крутого изгиба дороги вправо, автомобиль занесло на полосу встречного движения и произошло ДТП.

В пользу данного довода свидетельствуют показания специалиста Г подтвердившего, что с учетом крутого поворота вправо, скоростного режима движения транспортного средства, его массы, а также загрузке, при применении экстренного торможения в данной ситуации будет прямолинейное движение транспортного средства и как следствие его перемещение на полосу, предназначенную для встречного движения.

В целях подтверждения приведенных доводов считает необходимым назначение по делу дополнительной судебной автотехнической экспертизы для установления возможности смещения автомобиля на встречную полосу при применении экстренного торможения, а также наличия технической возможности у водителя Содзяка при данных обстоятельствах избежать столкновения с «Тойота Раум», кроме того повторную судебно-медицинскую экспертизу о степени тяжести вреда здоровью потерпевшего в связи с вступлением в силу с 01 сентября 2025 года Приказа Министерства здравоохранения РФ от 08 апреля 2025 года № 172 н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность осужденного в содеянном подтверждена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

В основу приговора судом обоснованно положены показания осужденного ФИО3 о месте, времени произошедшего дорожно-транспортного происшествия, когда автомобиль под его управлением занесло на полосу встречного движения, что повлекло столкновение с двигавшимся по встречной полосе автомобилем, водитель которого - Б получил телесные повреждения; потерпевшего Б о том, что автомобиль под управлением ФИО3 выехал на полосу его движения, уходя от столкновения с автомобилем, ставшим ему (Содзяку) помехой, при этом удар пришелся по прямой, Содзяк не тормозил; показаниями очевидца ДТП свидетеля В о том, что перед водителем темного автомобиля (Содзяком), ехавшего не быстро, со скоростью около 40-50 км/час, возникло препятствие в виде светлого автомобиля, выехавшего неожиданного с прилегающей территории, и темный автомобиль, уходя от столкновения, выехал на встречную полосу, где произошло столкновение с автомобилем «Жигули», о ДТП она сразу же сообщила позвонив во все спецслужбы;

свидетелей К о его участии в качестве понятого при составлении протокола осмотра места происшествия и достоверности зафиксированных протоколом данных; Е об обстоятельствах осмотра места происшествия, отсутствии следов торможения, фотографирования места ДТП на момент которого была ясная погода и сухой асфальт, и уже позже пошел дождь;

объективно: протоколом осмотра места происшествия, фотографиями с места происшествия, зафиксировавшим обстановку ДТП, при которой автомобиль «Тойота Камри» и автомобиль «Ваз 21074» расположены на полосе движения последнего со стороны автобусной остановки, автомобиль «Тойота Камри» расположена поперек движения, передние колеса развернуты влево, следы шин и торможения отсутствуют; протоколом дополнительного осмотра места происшествия с участием ФИО2, который в присутствии адвоката воссоздал обстановку перед ДТП, сообщив, что в момент движения погода была ясной, без осадков, дорожное покрытие чистое, он ехал со скоростью около 30 км/час, но не более 40 км/час, внезапно справа с второстепенной дороги выехал автомобиль «Тойота Раум», при указании ФИО2 места расположения транспортных средств в момент, когда он обнаружил помеху, расстояние от места расположения автомобиля под управлением ФИО4 до автомобиля «Тойота Раум» составило 07 метров 20 см; протоколами дополнительны осмотров места происшествия с участием потерпевшего Б, свидетеля А, каждый из которых пояснил, что в момент ДТП была ясная погода, без осадков, столкновение произошло на полосе движения автомобиля под управлением Б;

заключением судебно-медицинской экспертизы с указанием тяжести, локализации, механизме телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего, полученных в результате ДТП;

заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы по материалам дела от 

<

...>, согласно выводам которой телесные повреждения, полученные в ходе ДТП Б относятся к категории причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в соответствии с критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения РФ от 08.04.2025 №172н;

заключением судебной автотехнической экспертизы, согласно выводам которой место столкновения автомобилей располагалось на стороне проезжей части, предназначенной для движения автомобиля 

<

...> (под управлением Б);

заключением эксперта №, согласно выводов которой при заданных и принятых исходных данных в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «Тойота Камри», государственный регистрационный знак №, при скорости движения 30-40 км/ч располагал технической возможностью снизить скорость до 20 км/ч до впереди идущего автомобиля;

файлами с цветными фотографиями с места ДТП, содержащиеся на диске, представленном прокурором в судебное заседание, соответствующие фототаблице к протоколу осмотра места происшествия, при этом на фотографиях зафиксирован вид асфальтового покрытия, которое в момент исполнения фотографий является сухим, небо безоблачное, погода ясная.

видеозаписью с отображением обстоятельств ДТП,

а также иными доказательствами подробно приведенными в приговоре.

Доказательства, послужившие основанием для признания осужденного виновным, в полной мере раскрыты в приговоре суда, им дана надлежащая оценка, а также приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, а также признал несостоятельными доводы стороны защиты.

При этом суд привел основания по которым подверг сомнению достоверность показаний свидетелей Ж, З, Л, специалиста Г в части указания ими о скорости движения ФИО2 около 50-60 км/час, применении им экстренного торможения, с выводом суда в полном объеме соглашается суд апелляционной инстанции.

В пользу правильности выводов суда объективно свидетельствует видеозапись момента ДТП, из которой явно следует, что автомобиль «Тойота Камри», под управлением водителя ФИО2, поравнявшись с автомобилем «Тойота Раум», выезжающим со второстепенной дороги, скорость движения не снижал, но изменил направление движения влево от автомобиля «Тойота Раум», то есть в сторону встречной полосы движения, где и произошло столкновение с автомобилем 

<

...>, под управлением потерпевшего Б

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего Б, свидетелей обвинения, и осужденного в той части, в которой они положены в основу приговора не имеется, поскольку их показания последовательны, взаимосвязаны, подкрепляют и дополняют друг друга, согласуются между собой, а также подтверждаются другими доказательствами, анализ и оценка которым даны в приговоре и в своей совокупности являются достаточными для вывода о виновности осужденного в совершении преступления.

Изложенные в апелляционных жалобах стороны защиты доводы, в том числе о том, что осужденный ФИО2, обнаружив опасность для движения, применил экстренное торможение, но в связи с наличием антиблокировочной системы и влажного асфальтового покрытия автомобиль занесло на встречную полосу, являлись предметом оценки суда первой инстанции и были обоснованно признаны несостоятельными по изложенным в приговоре мотивам, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

В целом доводы стороны защиты по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для рассмотрения дела по существу, влияли на законность вынесенного приговора, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем суд апелляционной инстанции также признает их несостоятельными.

Каких-либо противоречий в исследованных и положенных судом в основу приговора доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного в инкриминируемом ему преступлении и позволили усомниться в его виновности, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании исследованных доказательств судом обоснованно установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение ФИО2 Правил дорожного движения РФ: в нарушении требований п.10.1 ПДД избрал скорость движения, не обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, без учета интенсивности движения и дорожных, метеорологических условий, и при возникновении опасности в виде выехавшего со второстепенной дороги автомобиля, имея техническую возможность не предпринял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в нарушении требований п.8.1 ПДД, необоснованно изменил направление движения управляемого им автомобиля влево, и в нарушении требований п. 1.4 ПДД, устанавливающего правостороннее движение транспортных средств, а также требований п. 9.1 ПДД, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, где и допустил столкновение.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия водителю встречного автомобиля Б были причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшего по признаку опасности для жизни.

При этом вопреки мнению стороны защиты, именно действия ФИО3, выразившиеся в нарушении требований п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 8.1, 9.1, 10.1 ПДД, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательствах, которым дана надлежащая оценка в приговоре.

Оценив приведённые данные в совокупности с другими доказательствами, суд обоснованно квалифицировал действия осужденного по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Скворцова А.В. о том, что ФИО2, обнаружив опасность для движения в виде выехавшего с нарушением ПДД с прилегающей территории автомобиля «Тойота Раум» под управлением И, предпринял меры экстренного торможения, но в связи с наличием на автомобиле антиблокировочной системы, мокрого от дождя асфальта, скорости движения около 60 км/час, крутого изгиба дороги вправо, автомобиль занесло на полосу встречного движения были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как не соответствующие материалам дела.

Так, судом достоверно установлено, что в момент ДТП дорожное полотно было сухое, что следует из показаний потерпевшего Б, свидетелей В, Е, оснований не доверять которым не имеется, поскольку они полностью подтверждаются иными доказательствами по делу, в частности подтверждены при дополнительном осмотре места ДТП свидетелем И, а также самим осужденным ФИО2, объективно подтверждаются фотографиями с места ДТП и видеозаписью момента ДТП с фиксацией сухой поверхности асфальтового покрытия; сведениями, представленными ФГБУ «Иркутское УГМС» об осадках, согласно которым дождь закончился за полтора часа до ДТП (в 17.05) и пошел уже после него ( в 19.15), при этом, согласно протокола осмотра: на месте ДТП следов торможения не имелось, кроме того, передние колеса автомобиля «Тойота Камри» были направлены в левую сторону.

При таких обстоятельствах, утверждение стороны защиты о том, что автомобиль под управлением ФИО3 в результате экстренного торможения перешел в неуправляемый занос из-за блокировки колес антиблокировочной системой безопасности, и именно по этой причине выехал на полосу встречного движения – опровергаются материалами дела.

При этом судом достоверно установлено, что выезд автомобиля под управлением осужденного на полосу встречного движения был осуществлен исключительно в результате неосторожных действий самого ФИО2, который располагал в сложившейся обстановке технической возможностью снизить скорость движения до 20 км/ час (то есть до скорости движения автомобиля «Тойота Раум»), а соответственно избежать столкновения, и при надлежащем выполнении требований ПДД остановиться на своей полосе движения, предотвратив выезд на полосу встречного движения.

В то же время избранная осужденным позиция защиты, сообщающего об иных причинах выезда на встречную полосу, иной скорости движения, и как следствия обстоятельств произошедшего ДТП является несостоятельной, оценивается как вызванная желанием избежать уголовной ответственности за содеянное.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты о наличии на участке дороги, где произошло ДТП изгиба дороги вправо, на правильные выводы суда не влияют, как не являющееся самостоятельной первопричиной дорожно-транспортного происшествия.

Вопреки мнению стороны защиты, оснований подвергать сомнению достоверность выводов заключения судебной автотехнической экспертизы о наличии у осужденного технической возможности снизить скорость движения до 20 км/ час (до скорости движения автомобиля «Тойота Раум»), а соответственно избежать столкновения, не имеется, оно обоснованно признано судом допустимым доказательством, поскольку экспертиза была назначена и проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, по достаточным и объективным исходным данным, которые получены в порядке, предусмотренном УПК РФ, ее содержание соответствует установленным ст. 204 УПК РФ положениям, она содержит полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные.

Предусмотренных законом оснований для назначения дополнительной судебной автотехнической экспертизы у суда первой инстанции не имелось. Ходатайства стороны защиты о проведении в судебном заседании подобных экспертных исследований были обоснованно отклонены, о чем председательствующим вынесены мотивированные решения.

Изменение осужденным показаний в части величины скорости его движения, уже после проведения экспертизы, не является основанием для назначения дополнительной экспертизы, и оценивается судом как попытка ФИО3 изменить исходные данные для получения требуемого для его защиты результата.

Несогласие стороны защиты с оценкой, данной судом исследованным доказательствам, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Разрешая по уголовному делу иск о компенсации морального вреда, причиненного потерпевшему этим преступлением, суд руководствовался положениями ст.1064, 1101 ГК РФ, учел характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с причинением ему тяжкого вреда здоровью, его индивидуальными особенностями, в то же время учел степень вины Б, причинившего такой вред по неосторожности, и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску, учел требования разумности и справедливости.

С учетом характера физических и нравственных страданий потерпевшего, обусловленных обстоятельствами при которых ему причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, последствия причиненных повреждений, выразившиеся в продолжительном лечении, а также учитывая критерии разумности и справедливости, судебная апелляционной инстанции находит размер компенсации морального вреда обоснованным, и не усматривает оснований для его увеличения.

Согласно положениям ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Указанные выше требования закона судом, постановившим приговор, выполнены в полном объеме.

При назначении ФИО2 наказания, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, его положительную характеристику, семейное положение, а также обстоятельства, смягчающие наказание при отсутствии отягчающих.

Наказание, назначенное ФИО2 с учетом совокупности смягчающих обстоятельств при отсутствии отягчающих, личности осужденного, соответствует нормам уголовного закона, в том числе предусмотренным ст. 43 УК РФ целям наказания и является справедливым, оснований для его смягчения или усиления суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах, нарушений норм материального и процессуального права, которые, в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, могли бы послужить основанием отмены либо изменения приговора суда, в том числе по доводам, приведенным в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вместе с тем, преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ отнесено законом к категории небольшой тяжести. На момент поступления уголовного дела на апелляционное рассмотрение истек двухгодичный срок давности привлечения к уголовной ответственности, установленный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ. От следствия и суда ФИО2 не уклонялся, течение сроков давности не приостанавливалось.

При таких обстоятельствах, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ ФИО2 подлежит освобождению от назначенного наказания за совершенное преступление, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, установленного п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

Иных оснований для изменения приговора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 

<

...> в отношении ФИО2 изменить.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ освободить ФИО2 от назначенного по ч. 1 ст. 264 УК РФ, наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности установленных п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя потерпевшего Б – Д, защитника осужденного- адвоката Скворцова А.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

В случае обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: О.А. Ермоленко