Дело № 2-77/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Калач-на-Дону 17 января 2019 года

Волгоградской области

Калачёвский районный суд Волгоградской области в составе судьи Евдокимовой С.А., 

при секретаре судебного заседания Дик Е.И., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного пожаром, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного пожаром. Указал, что по устной договоренности с ФИО5 с 2008 года по 2011 год проживал со своей семьей в 

<

адрес> в 

<

адрес>. Собственником указанного жилого дома и земельного участка является ФИО4, жена ФИО5 27 августа 2011 года в доме произошел пожар, в результате которого дом и принадлежащее истцу имущество были полностью уничтожены. В ходе осмотра места происшествия было установлено, что наибольшая зона термических повреждений расположена в зале, в месте нахождения телевизора 

<

данные изъяты> который был приобретен отцом истца ФИО7 и подарен его семье. Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара от 5 сентября 2011 года, наиболее вероятной причиной пожара послужило воспламенение горючих отделочных материалов и поверхности столика под телевизором в результате воздействия на них раскаленных частиц конструкции телевизора 

<

данные изъяты>

В связи с чем отец истца ФИО7 обратился в мировой суд с иском к производителю и продавцу указанного телевизора о расторжении договора купли-продажи и взыскании суммы. В иске было отказано, в том числе и потому что по результатам проведенной по делу экспертизы возгорание произошло из-за неисправной электропроводки, вследствие чего пламя перекинулось по шторам на телевизор, после чего загорелся и телевизор.

20 февраля 2017 года он обратился в прокуратуру с заявлением об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара от 5 сентября 2011 года. Постановлением заместителя прокурора Калачевского района от 1 марта 2017 года указанное выше постановление отменено, материал направлен на дополнительную проверку. Постановлением от 3 мая 2017 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту пожара, установлено, что вероятной причиной пожара в доме явилось возгорание горючей нагрузки, расположенной в установленном очаге пожара в результате аварийного режима работы радиоэлектронных элементов телевизора.

По мнению истца, виновником пожара, в отсутствие форс-мажорных обстоятельств и события преступления, является собственник домовладения ФИО4, ненадлежащим образом соблюдавшая правила противопожарной безопасности. Поскольку стоимость уничтоженного пожаром имущества (бытовая техника, носильные вещи, обувь, иное бытовое имущество) составляет 149 309 рублей, просит взыскать с ответчика в его пользу указанную сумму. Кроме того, как утверждает истец, ему был причинен моральный вред, выражающийся в том, что он с малолетними детьми остался без жилья, необходимых предметов обихода. Оценивает свои физические и нравственные страдания в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истец и его представитель исковые требования поддержали, просили взыскать с ФИО4 149 309 рублей в счет возмещения материального ущерба от пожара, 50 000 рублей компенсацию морального вреда.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, согласно телефонограмме, просит в иске отказать, в том числе применив срок давности к требованиям истца.

Представитель ответчика ФИО3 просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, указав, что вины ответчика в причиненном ущербе истцу не имеется, доказательств принадлежности уничтоженного огнем имущества истцу не представлено. Кроме того, настаивает на применении срока давности.

Третьи лица – ФИО7 и ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, ходатайств, заявлений об отложении не представили. 

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела № 2-87/2017 и отказного материала по факту пожара, суд приходит к следующему.

В силу п. п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Кроме того, согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

На основании ст. 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В соответствии со статьей 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

В силу положений п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда № 14 от 05 июля 2002 г. "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Учитывая требования ст. 56 ГПК РФ, установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу норм ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Совокупность указанных обстоятельств, по мнению суда, не нашла свое подтверждение в ходе рассмотрения гражданского дела, факт причинения ответчиком истцу имущественного ущерба, причиненного в результате пожара, не доказан.

В судебном заседании установлено, что 27 августа 2011 года около 18 часов 34 минут в жилом 

<

адрес> в 

<

адрес> произошел пожар, собственником домовладения является ФИО4 

Из постановления инспектора ОДН по Калачевскому району УНД ГУ МЧС РФ по Волгоградской области от 21 октября 2011 года об отказе в возбуждении уголовного дела, из материалов проверки по факту пожара, протокола осмотра места пожара, показаний очевидцев, а также исходя из обстоятельств возникновения пожара установлено, что причиной пожара является аварийный пожароопасный режим работы в телевизоре Mystery.

Постановлением заместителя прокурора Калачевского района от 1 марта 2017 года постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 21 октября 2011 года было отменено, материалы возвращены для производства дополнительной проверки.

Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было вынесено 4 мая 2017 года инспектором ОНД и ПР по Калачевскому, Клетскому, Суровикинскому и Чернышковскому районам, которое обжаловано не было.

В постановлении от 4 мая 2017 года указано, что в результате пожара выгорели внутренние помещения жилого дома ФИО4, домашнее имущество семьи Т-ных. Со Слов ФИО4, ущерб ей составил 600 000 рублей (стоимость внутренней отделки), со слов ФИО1, ущерб его семье нанесен в размере 200 000 рублей (мебель, бытовая техника, одежда). Дом застрахован не был, погибших и пострадавших нет. Проверкой установлено, что наибольшая зона термических повреждений расположена в зале в месте нахождения телевизора. При осмотре внутренней эл.проводки дома и на входе, эл.проводка проложена в соответствии с ПУЭ. Перерывов в подаче электроэнергии, скачков или перепадов напряжения на момент возникновения пожара не было. Из чего можно сделать вывод о непричастности короткого замыкания или перенапряжения в эл.проводке дома к возникновению пожара. В жилом доме никто не курил. 3 апреля 2017 года была назначена ПТСЭ. По результатам проведения пожарной экспертизы установлено, что вероятной причиной пожара в доме явилось возгорание горючей нагрузки, расположенной в установленном очаге пожара в результате аварийного режима работы радиоэлектронных элементов телевизора.

Указанные обстоятельства установлены судом, подтверждаются материалами дела и, соответственно, сомнений в их достоверности не вызывают.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что оснований для возложения ответственности за причиненный истцу материальный ущерб на ответчика ФИО4 не имеется, поскольку нарушений в действиях собственника домовладения при соблюдении требований противопожарной безопасности не установлено, истцом не представлено, причинно-следственная связь между действиями ответчика и причинением истцу материального ущерба отсутствует. 

Ни в материалах проверки по факту пожара, ни в постановлении от 4 мая 2017 года об отказе в возбуждении уголовного дела, точная причина пожара не установлена и носит предположительный характер.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ суд назначает экспертизу только в случае возникновения вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла. Таким образом, назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Так соответствующих ходатайств в судебном заседании от сторон не поступало, материалы гражданского дела содержат все необходимые сведения для разрешения дела, экспертное заключение в силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Кроме того, ФИО1 и его представитель в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представили бесспорных и достоверных доказательств, подтверждающих, что после произошедшего пожара в занимаемом истцом и его семьей доме осталось указанное им в иске имущество; не представлены доказательства, подтверждающие, что принадлежащее ему имущество было утрачено или повреждено в результате действий или бездействия ответчика.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться иными средствами доказывания.

Ни письменных, ни устных доказательств, которыми подтверждалось бы наличие в доме истца вещей, перечисленных им в списке сгоревших вещей, суду не было представлено.

В силу ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

В этой связи отказывает в удовлетворении требований на сумму 149 409 рублей, так как им не представлены допустимые доказательства, подтверждающие уничтожение в результате пожара принадлежащих ему предметов обихода и домашней обстановки, личных вещей. Представленный им список и расчет стоимости поврежденного имущества требованиям о допустимости доказательств не отвечает. Фотографии членов семьи ФИО8 в жилом помещении не имеют привязки ни к дате их выполнения, ни к месту съемки. 

В связи с чем причинение ущерба ФИО1 относится к категории случайного повреждения имущества, риск которого согласно статье 211 ГК РФ несет сам истец.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

До вынесения решения по делу представитель ответчика ФИО3, пользуясь предоставленным ей ст. 199 ГК РФ правом, заявила о пропуске истцом установленного ст. 196 ГК РФ трехгодичного срока исковой давности.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

При этом в силу положений п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом применяются последствия пропуска истцом срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 ГК РФ применительно к исковым требованиям о возмещении материального ущерба, поскольку начало срока исковой давности в силу пункта 1 статьи 200 исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Так судом установлено, а истцом не оспаривается, что о пожаре и об убытках, причиненных в результате пожара, он узнал в день пожара 27 августа 2011 года.

Исходя из оснований заявленных к ответчику исковых требований о возмещении материального ущерба в связи с тем, что причина возгорания телевизора вызвана от внешнего очага возгорания, а не в самом телевизоре, о нарушении своего права истец узнал на следующий день после ознакомления в результатом экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной на основании определения судьи Ворошиловского районного суда г.Волгограда от 19 января 2015 года по гражданскому делу по иску ФИО7 к ИП ФИО6, 

<

данные изъяты> о расторжении договора купли-продажи, взыскании стоимости товаров, убытков, морального вреда, штрафов, то есть после 27 февраля 2015 года. Как видно из исследовательской части экспертного заключения, осмотр телевизора состоялся в 13 часов 24 февраля 2015 года в присутствии ФИО1 В настоящем судебном заседании ФИО1 не отрицал, что о судьбе разрешения иска своего отца ФИО7, в том числе об апелляционном определении Ворошиловского районного суда г.Волгограда от 16 апреля 2015 года, ему было известно сразу, еще весной 2015 года.

С настоящим иском в Калачевский районный суд ФИО1 обратился 20 ноября 2018 года, то есть за пределами установленного ст. 196 ГПК РФ срока обращения в суд. При этом ходатайства о восстановлении пропущенного срока не заявлено, доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих своевременному предъявлению таких требований в пределах действия ст. 205 ГК РФ, не представлено. В связи с чем оснований для восстановления пропущенного срока обращения в суд у суда не имеется.

Доводы стороны истца о том, что начало течения срока исковой давности следует исчислять с 4 мая 2017 года, поскольку о причинении ущерба ему стало известно после ознакомления с постановлением, являются несостоятельными и противоречат установленным обстоятельствам. Указанное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела каких-либо выводов о несоблюдении требований противопожарной безопасности со стороны ФИО4, как на то указывает истец, не содержит.

Истец не был лишен возможности в установленные законом сроки одновременно обратиться как в суд с требованиями о возмещении убытков, причиненных в результате пожара, так и непосредственно к ответчику. Обращение же истца с заявлением непосредственно к ответчику свидетельствует лишь об избрании им способа защиты своих прав во внесудебном порядке.

Суд также признает, что наличие конфликтных отношений между сторонами на протяжении всего периода времени после пожара, для разрешения которых истец обращался в правоохранительные органы, не является уважительной причиной пропуска срока исковой давности. При этом учитываются объяснения истца в судебном заседании, согласно которым он не обращался в суд, поскольку ему «было не до этого», «не хватало денег на юриста». Однако, проанализировав все иски, поданные ФИО1 в связи с фактом пожара в Калачевский районный суд Волгоградской области, можно сделать вывод, что при каждом обращении в суд ФИО1 обращался к помощи юриста, который мог бы разъяснить ему необходимость обращения в суд с целью избежать пропуск срока исковой давности.

Доводы истца о том, что с момента первой подачи искового заявления, то есть с 23 марта 2018 года срок исковой давности перестал течь, основаны на неправильном применении норм материального права.

Согласно п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

В соответствии с абз. 3 п. 17 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 положение пункта 1 статьи 204 ГК РФ не применяется, если судом отказано в принятии заявления или заявление возвращено, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований.

Принимая во внимание, что истцом не было предоставлено суду доказательств, подтверждающих, что ранее поданное исковое заявление к ФИО4 принималось судом в установленном порядке и определенное время осуществлялась защита нарушенного права, то оснований считать течение срока исковой давности приостановленным с 23 марта 2018 года не имеется. Согласно копии определения от 27 марта 2018 года, иск был оставлен без движения, а затем – 5 апреля 2018 года возвращен ФИО1 в связи с не устранением указанных недостатков.

Материалы дела не содержат допустимых сведений о том, что определение от 5 апреля 2018 года о возврате искового заявления ФИО1 было отменено, а исковое заявление было принято судом к производству, то есть срок давности не останавливается и течет своим чередом.

Доказательств, свидетельствующих о наличии исключительных обстоятельств, препятствующих к своевременному обращению в суд за защитой нарушенного права применительно к положениям ст. 205 ГК РФ, истцом не представлено, в связи с чем не имеется оснований полагать, что срок пропущен по уважительной причине.

Руководствуясь ст. ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного пожаром, компенсации морального вреда – отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Волгоградский областной суд, через Калачевский районный суд в течение месяца, со времени принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: