РЕШЕНИЕ

10 сентября 2020 г. г. Самара 

Судья Центрального окружного военного суда Тимошечкин Дмитрий Александрович, при секретаре Кальшевой А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении постоянного судебного присутствия Центрального окружного военного суда в г. Самаре, по адресу: 

<

...>, жалобу лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении - ФИО3 на постановление судьи Казанского гарнизонного военного суда от 24 июля 2020 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>

установил:

Судьей Казанского гарнизонного военного суда 24 июля 2020 г. вынесено постановление, в соответствии с которым ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), то есть в управлении в состоянии опьянения в 3 часа 47 минут ДД.ММ.ГГГГ около 

<

адрес> в 

<

адрес>, в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, автомобилем «Форд Фокус», государственный регистрационный знак №.

За совершение указанного административного правонарушения ФИО3 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года.

На данное постановление ФИО3 подана жалоба, в которой он выражает свое несогласие с ним, просит его отменить, прекратить производство по делу либо при отсутствии оснований для отмены постановления - изменить его в части срока лишения права управления транспортными средствами.

В обоснование жалобы ФИО3 указывает, что спиртные напитки он не употреблял, однако в связи с наличием простудного и хронического заболеваний он непосредственно перед указанными событиями принимал лекарственные препараты, содержащие этанол, о чем сообщил сотрудникам ГИБДД, однако те не приняли данный факт во внимание и провели в отношении него освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, не уведомив о недопустимости приема перед данным освидетельствованием спиртосодержащих лекарств. Отбор биологического объекта производился в емкость, не находившуюся в герметичной упаковке.

Также в жалобе обращено внимание на нарушение п. 6 и 7 Правил освидетельствования…, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, выразившееся в том, что сотрудники ГИБДД не проинформировали его о порядке проведения освидетельствования с применением технического средства измерения перед его проведением, не предложили ему удостовериться в целостности клейма государственного поверителя, в наличии свидетельства о поверке и соответствующей записи в паспорте технического средства измерения и не провели отбор пробы выдыхаемого воздуха в соответствии с Инструкцией по эксплуатации алкотестера, что подтверждается видеозаписью, в связи с чем, по мнению ФИО3, результаты освидетельствования и акт освидетельствования нельзя признать допустимыми доказательствами по делу.

Кроме того, автор жалобы указывает, что в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения имеются внесенные сотрудниками ГИБДД исправления, сделанные в его отсутствие без уведомления о необходимости внесения таковых. В акте освидетельствования в графе «дата последней проверки прибора» указана не наступившая дата - 18 октября 2020 г. При этом в протоколе об административном правонарушении во всех его графах стоит не его подпись, на что он обращал внимание в суде, однако данному обстоятельству в обжалуемом постановлении оценка не дана, в связи с чем ФИО3 ходатайствует о назначении почерковедческой экспертизы. 

По утверждению ФИО3, судом первой инстанции не учтены разъяснения, изложенные в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», поскольку имеющаяся в материалах видеозапись прерывается и не отражает последовательных процессуальных действий. Между событиями, отраженными на первой и второй частях видеозаписи имеется значительный интервал времени, а на второй видеозаписи не указаны дата и время, что дает основания полагать о неполноте фиксации происходивших событий и о недопустимости данного доказательства. Также, по мнению ФИО3, усматривается несоответствие времени фактического проведения процессуальных действий времени, указанному в протоколах об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. При этом на записи видно, что протокол об отстранении от управления транспортным средством заполнен заранее, а не оформлялся в его присутствии.

Помимо этого, ФИО3 отмечает, что в связи с пандемией новой коронавирусной инфекции производилась постоянная обработка поверхностей и рук антисептическими средствами, в состав которых входят спиртосодержащие жидкости, что не исключает возможности попадания в измерительный датчик алкотестера паров этанола и искажения в связи с этим результатов освидетельствования.

Кроме того в жалобе указано, что рапорт сотрудника ГИБДД, а также объяснения в качестве свидетеля второго инспектора ДПС не являются доказательствами по делу, поскольку исполнены заинтересованными лицами, при этом в протоколе об административном правонарушении данный сотрудник записан в качестве свидетеля при отсутствии сведений о разъяснении ему положений законодательства об административных правонарушениях в части прав и ответственности свидетеля. 

В заключение жалобы ФИО3 обращает внимание на оставление судом без внимания при назначении наказания положений ст. 4.1 и 4.2 КоАП РФ, а также на не указание оснований для назначения максимального размера административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами при отсутствии сведений о совершении им ранее административных правонарушений, а также при наличии положительных данных о его личности и необходимости осуществления ухода за родителями, проживающими на значительном удалении от места его проживания.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы, изложенные в жалобе, не нахожу оснований для отмены обжалуемого постановления судьи по следующим основаниям.

Согласно п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, является административным правонарушением и влечет применение административного наказания в виде административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

При рассмотрении дела судьей установлено, что ФИО3 в 3 часа 47 минут ДД.ММ.ГГГГ возле 

<

адрес> в 

<

адрес> в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, находясь в состоянии опьянения, управлял автомобилем «Форд Фокус», государственный регистрационный знак №.

Факт совершения Степановым административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и его виновность в содеянном, вопреки доводам жалобы, полностью подтверждены совокупностью имеющихся в деле доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом об отстранении от управления транспортным средством от ДД.ММ.ГГГГ №, составленным в 4 часа, чеком анализатора концентрации паров этанола (время освидетельствования 4 часа 6 минут), актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ №, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ № (время направления 4 часа 9 минут), актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ №, протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ № и другими доказательствами, которым в постановлении судьи гарнизонного военного суда дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

Оснований для признания имеющихся в данном деле доказательств недопустимыми, не имеется.

Исправления времени составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование с 4 часов 04 минут на 4 часа 06 минут, а также года рождения лица, привлекаемого к административной ответственности, в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, являются несущественными и не свидетельствуют о незаконности составленных документов и об отсутствии состава административного правонарушения. При этом следует принять во внимание, что ФИО3 не представлены в окружной военный суд врученные ему копии названных документов, что свидетельствует о голословности его утверждения о том, что исправления в них осуществлялись должностным лицом в его отсутствие. Кроме того, КоАП РФ не исключает возможность исправления недостатков в протоколе об административном правонарушении, которые должны отвечать требованиям ст. 28.2 КоАП РФ. 

При этом, как усматривается из акта освидетельствования, протоколов об отстранении от управления транспортным средством и о направлении на медицинское освидетельствование, основанием полагать о нахождении водителя транспортного средства ФИО3 в состоянии опьянения явилось наличие у него запаха алкоголя из полости рта, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица и поведения, не соответствующего обстановке.

Наличие данных признаков у водителя в соответствии с п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475 (далее - Правила), является достаточным основанием полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения.

При этом в отношении ФИО3 сотрудником ДПС проведено освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, по результатам которого определено наличие паров этанола в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,24 мг/л, превышающей возможную суммарную погрешность измерений.

Вопреки доводам жалобы, процедура проведения освидетельствования уполномоченным должностным лицом проведена в соответствии с требованиями действующего законодательства, что также подтверждается видеозаписью, из которой усматривается, что сотрудником ГИБДД ФИО3 проинформирован о порядке проведения освидетельствования с применением технического средства измерения «Юпитер 00621», после чего ему представлен на обозрение сам прибор, а также свидетельство о проверке от 18 октября 2019 г. Кроме того, ФИО3 разъяснен порядок проведения отбора пробы выдыхаемого воздуха в соответствии с Инструкцией по эксплуатации используемого технического средства измерения. При этом из видеозаписи также усматривается, что ФИО3 лично извлекает мундштук из запечатанной упаковки.

В связи с несогласием ФИО3 с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и наличием у него указанных выше признаков он был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что полностью согласуется с положениями ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ, а также пунктами 3, 10 Правил.

По результатам медицинского освидетельствования ФИО3, проведенного в ГБУ РМЭ «Республиканский наркологический диспансер», на основании положительных результатов двукратного определения алкоголя в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,29 мг/л и 0,24 мг/л, полученных с использованием технического средства измерения АКПЭ-01.01 7909, поверенного до 7 февраля 2021 г., вынесено заключение о нахождении ФИО3 в состоянии опьянения, что зафиксировано в соответствующем акте №.

Ставить под сомнение зафиксированные в акте медицинского освидетельствования данные, а также компетентность лица, проводившего освидетельствование, оснований не имеется. 

Определение состояния опьянения в отношении ФИО3 проводилось в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства здравоохранения РФ, в частности с Порядком проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 18 декабря 2015 года № 933н, согласно п. 15 которого медицинское заключение «установлено состояние опьянения» выносится в случае освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, направленного на медицинское освидетельствование на основании протокола, составленного в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ, при положительном результате повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо при обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ.

Согласно п. 17 Порядка медицинское заключение «установлено состояние опьянения» в случае освидетельствования лиц, результат медицинского освидетельствования которых необходим для подтверждения либо опровержения факта административного правонарушения, для объективного рассмотрения дела об административном правонарушении, выносится при наличии не менее трех клинических признаков опьянения, предусмотренных приложением № 2 к данному Порядку, и положительных результатах повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или при наличии не менее трех указанных выше клинических признаков опьянения и обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ, аналогов наркотических средств и (или) психотропных веществ, новых потенциально опасных психоактивных веществ, химических веществ, в том числе лекарственных препаратов для медицинского применения, вызывающих нарушение физических и психических функций, которые могут повлечь неблагоприятные последствия при деятельности, связанной с источником повышенной опасности, или метаболитов указанных средств и веществ.

Поскольку в результате проведенного в отношении ФИО3 медицинского освидетельствования зафиксирован положительный результат повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, более того, при наличии у него клинических признаков опьянения, таких как расширение зрачков, вялая реакция зрачков на свет, тремор век, его действия образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, к правильному выводу о чем пришел суд первой инстанции.

Таким образом, факт управления ФИО3 транспортным средством в состоянии опьянения и его вина, вопреки доводам жалобы, объективно подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, квалификация его действий по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ является правильной.

Доводы жалобы, в том числе об употреблении спиртосодержащих лекарственных средств, не опровергают наличие в действиях ФИО3 объективной стороны указанного выше состава административного правонарушения.

Что касается довода жалобы о том, что видеозапись не отвечает требованиям, предусмотренным п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20, то данный довод является надуманным по следующим основаниям.

Как следует из содержащихся в материалах настоящего дела об административном правонарушении процессуальных протоколов, при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 (при отстранении от управления транспортным средством, предложении пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения) понятые отсутствовали, однако процедура применения мер принуждения фиксировалась на видеозапись, о чем в процессуальных протоколах сделана отметка. 

Согласно содержанию имеющихся видеофайлов, совершение процессуальных действий в отношении ФИО3 произведено в соответствии с установленными требованиями закона, инспектор ГИБДД, составляя соответствующие процессуальные протоколы, разъясняет ему основания для принятия в отношении него мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, зачитывает ему его права и обязанности, а последний, знакомится с каждым процессуальным документом.

Кроме того, на видеозаписи видно как составляются процессуальные документы (протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения). 

При этом, вопреки доводам жалобы, временной промежуток на видеофайле в момент составления процессуальных документов полностью соответствуют, отраженным в процессуальных протоколах сведениям относительно времени их составления. 

Таким образом, имеющаяся в материалах дела видеозапись фиксации события административного правонарушения соотносится с местом и временем совершения административного правонарушения, полностью отражает последовательность зафиксированных на ней событий, четко видны участники проводимых процессуальных действий, имеется аудификсация их речи, что соответствует требованиям, предусмотренным п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20.

Утверждения ФИО3 о том, что рапорт инспектора ФИО1 а также объяснения свидетеля ФИО2 не могут служить доказательством по делу, является необоснованным, поскольку в данных документах отражены события, которые зафиксированы как в процессуальных документах, так и на видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем указанные документы полностью подтверждают обстоятельства совершения Степановым административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. 

Оснований не доверять объяснением сотрудников ГИБДД у суда не имеется, поскольку они являются последовательными, не противоречивыми и согласующимися как между собой так и с иными материалами дела об административном правонарушении. Каких-либо оснований у сотрудников полиции для оговора ФИО3 также не установлено. 

Кроме того, вопреки доводам жалобы, инспектор ФИО2 в рамках данного административного дела давал свои объяснения в качестве свидетеля, а не понятого, что действующим законодательством не запрещено, ему были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, а также ст. 17.9 и 25.6 КоАП РФ, что подтверждается его объяснениями от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10).

Утверждение ФИО3 об отсутствии его подписей в протоколе об административном правонарушении является надуманным, поскольку данный протокол составлявшийся в его присутствии, не содержит сведений об отказе данного лица от его подписания. В этой связи, ходатайство ФИО3 о назначении экспертного исследования является необоснованным и не подлежит удовлетворению, поскольку результаты его проведения не могут повлиять на вывод суда о наличии состава административного правонарушения.

Указание лицом, составившим акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в графе «дата последней проверки прибора» не наступившей даты - 18 октября 2020 г., по мнению суда, носит характер описки, не влияющей на установленные судом обстоятельства о нахождении ФИО3 в 4 часу ДД.ММ.ГГГГ в состоянии опьянения.

Иные доводы жалобы не опровергают наличие в действиях ФИО3 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшегося по делу постановления.

Каких-либо процессуальных нарушений, ставящих под сомнение законность вынесенного постановления по делу не установлено.

Постановление о привлечении ФИО3 к административной ответственности вынесено судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Принцип презумпции невиновности судьей гарнизонного военного суда не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые должны толковаться в пользу ФИО3, не усматривается. Оснований для отмены постановления и прекращения производства по делу не имеется.

Вместе с тем, при назначении наказания судьей не учтены в полной мере сведения о личности лица, привлеченного к административной ответственности.

Санкция ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ предусматривает назначение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В соответствии со ст. 3.1 КоАП РФ наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

В материалах дела отсутствуют сведения о привлечении ФИО3 ранее к административной ответственности, что, в совокупности с положительными данными о его личности и при не установлении судьей обстоятельств, отягчающих административную ответственность, должно было быть принято судьей гарнизонного военного суда во внимание. 

Вместе с тем назначая ФИО3 наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 2 года судья в нарушение требований ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ в постановлении по делу об административном правонарушении не привел мотивы назначения ему административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами выше минимального срока, установленного санкцией ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, а также не отразил в нем данные о личности виновного в соответствии с требованиями ст. 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 КоАП РФ.

Назначенное наказание в этом случае не отвечает принципам соразмерности.

В соответствии с п. п. 2 п. 1 ст. 30.7 КоАП РФ суд вправе вынести решение об изменении постановления, если при этом не усиливается административное наказание или иным образом не ухудшается положение лица, в отношении которого вынесено постановление.

С учетом положений ч. 1 ст. 4.1 КоАП РФ, при отсутствии обстоятельств, отягчающих административную ответственность, обжалуемое постановление подлежит изменению в части назначенного наказания со снижением срока административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами до полутора лет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, суд

решил:

Постановление судьи Казанского гарнизонного военного суда от 24 июля 2020 г. о привлечении ФИО3 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в части назначенного наказания изменить.

Снизить срок назначенного ФИО3 административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами до 1 (одного) года 6 (шести) месяцев.

В остальной части постановление оставить без изменения, жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

"Согласовано" Судья Центрального окружного военного суда (ПСП) Д.А. Тимошечкин