Дело № 2-1811/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 февраля 2017 года г. Ижевск УР 

Октябрьский районный суд г. Ижевска в составе:

председательствующего судьи Шахтина М.В.,

при секретаре Благодатских А.Ж., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ШНС к ПМА о компенсации морального вреда, причиненного в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности.

УСТАНОВИЛ:

ШНС обратился в суд к ПМА о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Требования мотивировал тем, что 16.06.2015г. ПМА обратилась с заявлением о привлечении ШНС к уголовной ответственности по ч.1 ст.116 УК РФ в ОП 

<

номер> г.Ижевска.

18.06.2015г. ШНС был вызван в отдел полиции для дачи объяснений по заявлению ПМА 26.06.2015г. материалы по заявлению ответчика были направлены по подследственности. 24.09.2015г. обратилась к мировому судье судебного участка №

<

адрес>, где было возбуждено дело частного обвинения по ч.1 ст.116 УК РФ. Впоследствии ШНС был вынужден защищать свои права и законные интересы. 29.09.2015г. истец знакомился с материалами дела, 21.10.2015г., 11.11.2015г., 23.11.2015г., 16.12.2015г., 19.01.2016г., 26.01.2016г., 12.04.2016г., 02.06.2016г., 06.06.2016г. состоялись судебные заседания, где истец участвовал в качестве подсудимого. Таким образом, истец по вине ответчика, подавшей необоснованное заявление о привлечении к уголовной ответственности, был вынужден почти год находиться под судебным следствием, нарушить свой нормальный образ жизни, так ему было необходимо являться в суд, не имел права без разрешения суда выезжать за пределы города. В течение суда у истца появилась раздражительность, головные боли, нарушился сон в связи с переживаниями. Кроме указанных негативных последствий, истец был вынужден сменить место работы, так как по месту работы стали приходить запросы суда, вызывались свидетели на предмет характеристики, производились запросы, коллеги по работе задавали вопросы о случившемся. Также со стороны ответчика имел место телефонный разговор с требованием возместить ей причиненный ущерб в денежном выражении, в противном случае будет вынуждена обратиться в суд и истец получит судимость. Шантаж со стороны истца также причинил истцу нравственные страдания. Шантаж со стороны истца усугубляются и поведением ответчика как в ходе судебного следствия, так и после прекращения уголовного дела, а именно зная о надуманности и необоснованности поданного на истца заявления о привлечении к уголовной ответственности, а в дальнейшем отказавшись от предъявленного обвинения, ответчик не сочла нужным каким-либо образом загладить причиненный истцу моральный вред и даже извиниться за свои необоснованные требования. В связи с отказом ответчика от обвинения 06.06.2016г. судом вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ШНС на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Истец оценивает причиненный моральный вред в размере 360000 руб. и просит взыскать указанную сумму.

В судебном заседании истец ШНС исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении. 

Представитель истца ТСА, доводы изложенные в исковом заявлении поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Ответчик ПМА исковые требования не признала в полном объеме, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчика ПМА – ШНА, исковые требования не признала в полном объеме по представленным письменным возражениям стороной ответчика, согласно которым в тексте искового заявления отсутствуют указания для компенсации морального вреда. Описанные истцом фактические обстоятельства не относятся к предусмотренным законом основаниям для взыскания морального вреда по делам частного обвинения, как и не находятся в причинно-следственной связи с действиями ответчика, связанных с уголовным преследованием, кроме того в тексте искового заявления не приводится обоснование размера причиненного вреда.

Материалами гражданского производства не подтвержден факт незаконности привлечения к уголовной ответственности, злоупотребления своими правами частным обвинителем. Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Конкретизация компенсации морального вреда предусмотрена ст.1100 ГК РФ, которая осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения в качестве применения меры пресечения заключения под стражу. Следовательно, только при установления факта незаконности привлечения к уголовной ответственности, исходя из норм УПК РФ и ГК РФ, возможно взыскание морального вреда. Само по себе обращение в мировой суд с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения, в том числе в связи с отказом частного обвинителя от дальнейшего преследования. В противном случае бы ставилось под сомнение конституционное право каждого на обращение в государственные органы и право на судебную защиту. Факт прекращения уголовного дела не свидетельствует о его необоснованности и незаконности, поскольку основанием для вынесения постановления является отсутствие не события преступления, а не доказанность какого-либо из элементов состава преступления. При этом суд вынося постановление, в качестве фактических оснований указал неявку в суд потерпевшей ПМА, то есть по существу уголовное дело не было рассмотрено. При этом, злоупотребление своими правами ответчиком и необоснованность обвинения не подтверждается материалами уголовного дела. Доводы в части не предоставления доказательств морального вреда не связаны с уголовным преследованием. К уголовной ответственности по ст.306 УК РФ за заведомо ложный донос ответчик не привлекалась. В судебном акте и в материалах частного обвинения отсутствует указание на злоупотребление правами частным обвинителем, наличие неприязненных или дружеских отношений между истцом и ответчиком до обращения с заявлением частного обвинения.

Рассматриваемые отношения между истцом и ответчиком не относятся к отношениям, связанным с реабилитацией, следовательно на них не распространяются положения, регулирующие такие правовые последствия. Аналогичная ситуация возникает и в случае прекращения судом уголовного дела частного обвинения за отсутствием в деянии состава преступления в соответствии с требованиями ч.3 ст.249 УПК РФ, то есть ввиду неявки потерпевшего (частного обвинителя) в судебное заседание без уважительных причин. Однако федеральный законодатель исключил указанное основание из числа дающих право на возмещение государством вреда, связанным с уголовным преследованием, что не противоречит предназначению главы 18 УПК РФ, устанавливающей основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания такого права и возмещения различных видов вреда, причиненного лишь упомянутым в части первой его статьи 133 государственными органами и должностными лицами, не частным обвинителем. Таким образом, заявленное право на компенсацию морального вреда, нарушенных в результате уголовного преследования, выступает частный обвинитель, не являющийся представителем государственных структур, ответственных за вынесение неправосудного решения.

Ответчик считает необоснованным, неразумным и несправедливым заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 360000 руб., не соответствующим имущественному положению сторон, не соответствует тяжести обвинения в совершении преступления. ПМА как добросовестный гражданин вынуждена охранять свои конституционные права. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. При определении размера компенсации морального вреда учитываются также индивидуальные особенности личности ответчика. С другой стороны, преступления, в котором обвинялся молодой мужчина – истец, относится к категории небольшой тяжести, меры процессуального принуждения не применялись. Учитывая основания прекращения уголовного дела, вид уголовного преследования – частное обвинение, фактические обстоятельства дела, указывающие на отсутствие злоупотребления частным обвинителем правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения, обоснованность уголовного преследования, недоказанности характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также с учетом степени вины причинителя вреда, фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего (истец), материальное положение ответчика, нарушены требования разумности и справедливости, в связи с чем, иск удовлетворению не подлежит.

Выслушав пояснения участников судебного заседания, исследовав материалы гражданского дела, уголовного дела по частному обвинению, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст.246 УПК РФ участие в судебном разбирательстве обвинителя является обязательным. По уголовным делам частного обвинения обвинение в судебном разбирательстве поддерживает потерпевший.

В силу ч.3 ст.249 УПК РФ по уголовным делам частного обвинения неявка потерпевшего являющегося частным обвинителем без уважительных причин влечет за собой прекращение уголовного дела по ст.24 ч.1 п.2 УПК РФ.

По результатам проверки Конституционным Судом РФ конституционных отдельных положений законодательства в связи с рядом обращения граждан по делам частного обвинения следует, что реабилитация по делам данной категории возможна.

Так, в ст.133 УПК РФ идет речь о возмещении государством вреда причиненного гражданину органами дознания, дознавателем, следователем, прокурором, судом в результате незаконного уголовного преследования.

Под уголовным преследованием закон понимает процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, По делам частного обвинения такую процессуальную деятельность осуществляют не органы дознания, дознаватели, следователи, прокурор, а гражданин (потерпевший) – частный обвинитель.

Из указанного следует, что УПК РФ не содержит запрета на применение норм главы 18 УПК РФ к реабилитации и возмещении вреда по делам частного обвинения. Согласно положениям ст.133 УПК РФ право на реабилитацию имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Следовательно, такое право имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом частного обвинителя от обвинения. Из указанного следует, что действующее законодательство о реабилитации в части взыскания имущественного и морального вреда за счет казны РФ не может распространяться на уголовные дела частного обвинения, прекращенные судом в связи с неявкой частного обвинителя, и ответчиком по таким делам должны признаваться граждане потерпевшие (частные обвинители) возбудившие и осуществлявшие уголовное преследование.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность возмещения компенсации морального вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с п.55 ст.5 УПК РФ 55) уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Ст.20 УПК РФ предусматривает, что в зависимости от характера и тяжести совершаемого преступления уголовное преследование включая обвинение в суде, осуществляется в публичном и частном порядке.

Незаконность привлечения истца по настоящему гражданскому делу к уголовной ответственности, следовательно, противоправность действий частного обвинителя по изобличению обвиняемого в совершении преступления, отказ от обвинения в связи с неявкой частного обвинителя подтверждены вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка №

<

адрес> УР от 

<

дата> о прекращении уголовного по обвинению ШНС в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ.

На основании приведенных положений ст.1100 ГК РФ ответственность частного обвинителя, причинителя вреда наступает в таком случае независимо от вины, что не противоречит положениям ст.1064 ГК РФ. При этом из системного толкования положений ст.1070 и 1100 ГК РФ ограничений относительно компенсации морального вреда независимо от вины частного обвинения не имеется.

Также ст.ст.133-136 УПК РФ не содержат подобных ограничений относительно права на реабилитацию подсудимого по делам частного обвинения.

В соответствии с п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину моральноговредаопределяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей151 ГК РФ.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежнойкомпенсацииуказанноговреда.

В силу п.1 ст.150 ГК РФк нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Из смысла ст.49 Конституции РФ следует, что недоказанность обвинения, какого либо лица в совершении преступления, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав и законных интересов, причиненных в результате уголовного преследования.

У лица, которое было незаконно привлечено к уголовной ответственности, имеется право на возмещение морального и материального вреда, причиненного ему незаконным уголовным преследованием, поскольку глава 18 УПК РФ не делает для данной категории дел каких-либо исключений.

Инициирование уголовного преследования в силу которого необоснованного был привлечен ШНС безусловно нанесло истцу нравственные страдания, вызванные переживаниями, связанным с привлечением к уголовной ответственности.

Таким образом, исковые требования ШНС о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными, подлежат удовлетворению.

На основании ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненный потерпевшему физических и нравственных страданий, а также вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах, суд, определяя размер компенсации морального вреда, учитывая принципы разумности и справедливости, определяет сумму денежной компенсации морального вреда в размере 10000 руб. в пользу истца.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина от уплаты которых истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ШНС к ПМА о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ПМА в пользу ШНС компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. 

Взыскать с ПМА в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд УР в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через районный суд.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате. 

Решение в окончательной форме изготовлено 07.06 2017 года.

Председательствующий судья: М.В. Шахтин