Судья Дереглазова Н.Н. 

Дело № 22-3181/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 20 июня 2024 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Жихаревой А.А., 

при секретаре судебного заседания Ирдугановой Ю.В.,

с участием прокурора Левко А.Н., 

защитников – адвокатов Игнатьевой Н.Р., Дмитриева И.П.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Карелина Е.С. в интересах осужденного ФИО2, адвоката Автайкиной М.И. в интересах осужденного ФИО3 на приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 15 апреля 2024 года, которым 

ФИО3, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ к 400 часам обязательных работ;

постановлено зачесть в срок наказания время содержания ФИО3 под стражей с 25 января 2024 года по 9 февраля 2024 года из расчета один день содержания под стражей за восемь часов обязательных работ, а также зачесть период ограничения в свободе передвижения с 10 февраля 2024 года по 15 апреля 2024 года из расчета два дня нахождения под запретом определенных действий за один день содержания под стражей, которые зачесть в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за восемь часов обязательных работ.

ФИО2, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ к 200 часам обязательных работ;

постановлено зачесть в срок наказания время содержания ФИО2 под стражей с 24 января 2024 года по 26 января 2024 года из расчета один день содержания под стражей за восемь часов обязательных работ. 

Решены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств и процессуальных издержках.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав выступления адвокатов Игнатьевой Н.Р., Дмитриева И.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Левко А.Н. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 и ФИО2 признаны виновными в покушении на хищение имущества Т1. в размере 100 000 рублей путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба.

Преступление совершено 22 января 2024 года в с. Юрла Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Карелин Е.С., ссылаясь на ст. 307 УПК РФ, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, а выводы суда о виновности ФИО2 в инкриминированном ему деянии несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, основанными на предположениях и не подтвержденными имеющимися по делу доказательствами. Оспаривает наличие в действиях ФИО2 квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», поскольку, по мнению защиты, материалы дела не содержат доказательств вступления ФИО2 в преступный сговор с неустановленным лицом с целью выполнения за вознаграждение его указаний о хищении денежных средств у жителей Пермского края. Излагая показания ФИО2 и ФИО3 об отсутствии у них сведений о преступных намерениях, целях и действиях лиц(а), к которому они устроились на подработку, указывает, что ФИО2 ранее ни от кого никаких денежных средств по заданию технического отдела не получал, он не знал, что потерпевшей ему будут переданы деньги за решение вопроса о не привлечении ее родственника к уголовной ответственности. Обращает внимание на наличие у осужденных намерений выяснить у потерпевшей основания передачи им денежных средств и сообщить ей об обмане при наличии такового. Помимо этого, полагает необоснованным признание в действиях ФИО2 квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба потерпевшему», поскольку судом не установлен размер дохода и имущественное положение потерпевшей Т1., имевшей накопления и возможность единовременной передачи денежных средств в размере 100 000 рублей, а также судом не исследованы иные обстоятельства, подтверждающие причинение потерпевшей значительного ущерба в результате преступления. Кроме того, считает незаконным и немотивированным решение суда об уничтожении сотовых телефонов марки «***» и «***», принадлежащих ФИО2 и ФИО3, поскольку данные средства связи не признаны судом в качестве орудия либо средства совершения преступления, в связи с чем делает вывод, что они подлежат передаче осужденным по принадлежности. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. 

В апелляционной жалобе адвокат Автайкина М.И. в интересах ФИО3, выражая несогласие с приговором суда, считает его необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что материалы дела не содержат доказательств виновности ФИО3 в инкриминированном ему деянии, что противоречит положениям ст. 380 УПК РФ. Утверждает, что ФИО3 не был осведомлен о наличии преступного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств у потерпевших, в действиях неустановленного лица, к которому был трудоустроен на подработку. Указывает, что ФИО3 был введен в заблуждение, предполагая, что получит от клиента денежные средства за заказанный им военный билет, а не за решение вопроса о не привлечении его родственника к уголовной ответственности. Просит приговор отменить, ФИО3 – оправдать.

В возражениях на жалобы прокурор Юрлинского района Пермского края Зубов В.Н. считает постановленный в отношении ФИО3 и ФИО2 приговор законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Автайкиной М.И. и Карелина Е.С. – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Судом с достаточной полнотой установлены фактические обстоятельства по делу.

Выводы суда о доказанности вины ФИО2 и ФИО3 в покушении на мошенничество группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба гражданину являются правильными, основанными на имеющихся в деле и проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание и подробный анализ которых с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности содержится в приговоре.

Доводы стороны защиты о непричастности осужденных ФИО2 и ФИО3 к совершению инкриминируемого им преступления выдвигались при рассмотрения уголовного дела по существу, являлись предметом тщательной проверки в суде первой инстанций, в результате которой мотивированно, со ссылкой на установленные обстоятельства, отвергнуты.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции правильно в обоснование вины осужденных ФИО2 и ФИО3, сослался, как того требует уголовно-процессуальный закон, на совокупность доказательств, в числе которых показания самих осужденных, данных ими в ходе предварительного следствия, в части, не противоречащей совокупности исследованных в судебном заседании доказательств. 

Так, осужденный ФИО2 в ходе предварительного следствия показал, что 17 января 2024 года ФИО3, скинув ему ссылку «Вконтакте», сообщил, что нашел работу и общался с работодателем, предложил работать вместе. Он связался с работодателем, который ему пояснил его обязанности и оплату за их выполнение. Работодатель выяснил, что он и ФИО3 проживают вместе. 

Он от брата ФИО3 получил скриншот с информацией о задержании курьера, который также занимался тем, что забирал деньги у клиентов и оправлял их, и что таким образом действуют мошенники.

22 января 2024 года, около 11 часов, ФИО3 от Технического отдела поступило сообщение о клиенте в с.****, сообщил, что по адресу их места жительства вызвано и оплачено такси, поскольку они должны поехать к клиенту и забрать у него деньги.

Затем от Технического отдела ФИО3 поступил алгоритм действий и правила конспирации. Должны были вынести 150 000 рублей или 200 000 рублей, которые нужно было отправить, но место отправки не обсуждалось. 5% от суммы составляла оплата за работу.

Они приехали к дому, ждали указания. Спустя некоторое время от Технического отдела поступило сообщение об отказе клиента передать деньги. Они попросили деньги на обратный путь. В тот день они понимали, что работают от лица мошенников, выполняли их указания, думали, что смогут получить деньги лёгким путём.

Аналогичные сведения об обстоятельствах совершения преступления в ходе предварительного следствия сообщил осужденный ФИО3, дополнительно показав, что он вел переписку с Техническим отделом, о чем сообщал ФИО2 Технический отдел ему указал, чтобы вышедшему из дома клиенту необходимо представиться другим именем и сообщить, что они прибыли за посылкой для Анны. 

Изложенные в показаниях ФИО2 и ФИО3 сведения об обстоятельствах совершения ими преступления согласуются, в том числе с:

показаниями потерпевшей Т1., согласно которым 22 января 2024 года по телефону ей сообщили о необходимости передачи 100 000 рублей, чтобы в отношении ее дочери Г. не было возбуждено уголовное дело. Ей звонили с разных номеров, как только она отключала звонок, то сразу поступал звонок с другого номера. Каждый раз мужчина говорил о деньгах, торопил, давал телефон якобы дочери, которая также спрашивала о деньгах. Просил вынести деньги в сумме 100 000 рублей мужчине, который подойдёт к квартире. 

Разговаривая по телефону, она стала подозревать обман, в связи с чем дозвонилась до зятя и узнала об обмане. Ущерб в размере 100 000 рублей для нее и ее семья является значительным. Иного дохода, кроме пенсии, она не имеет, муж болен, много денежных средств уходит на лекарства. Хищение 100 000 рублей поставило бы ее в затруднительное материальное положение;

показаниями свидетеля В., являющегося братом осужденного, из которых следует, что 17 января 2024 года он от ФИО2 узнал, что тот и его брат через Интернет нашли работу, которая состоит в перевозке наличных денег, рассказал их обязанности. Его брат ФИО3 и ФИО2 трудоустроились через ссылку «ВКонтакте», затем общение с работодателем осуществлялось в мессенджере «Телеграм». В обоих случаях работодателем обозначался алгоритм – получение информации о клиенте, вызов работодателем такси, прибытие курьеров на определённый адрес, получение от клиента денег, их перечисление работодателю, получение процентов.

18 января 2024 года он увидел в ленте «ВКонтакте» объявление от прес-службы Министерства внутренних дел о задержании курьера, который забрал с адреса 250 000 рублей у потерпевшего и намеревался перечислить их злоумышленникам. Скриншот данного объявления он отправил брату и ФИО2 и написал, что, скорее всего, они устроились на такую же работу, то есть как пособники мошенникам, предупредил об осторожности. Когда он узнал, что ФИО3 и ФИО2 уехали в с. **** при отсутствии у последних денежных средств, то вновь им отправил скриншот с информацией о мошенниках и предупредил об осторожности. По поступлению денежных средств на банковскую карту брата он догадался, что ФИО2 и ФИО3 связались с мошенниками;

протоколом осмотра сотовых телефонов, принадлежащих осужденным, согласно которому в телефоне ФИО2 во «ВКонтакте» среди списка добавленных пользователей обнаружена К1. При осмотре переписки ФИО2 и К1. установлено, что 17 января 2024 года в промежутке с 13:01 часов по 14:48 часов между ними состоялся диалог по поводу работы, которая, как обозначила К1., заключается в перевозке наличных средств, задача курьера состоит в том, чтобы сходить к клиенту, забрать деньги, пополнить карту и перевести деньги. Суммы от 200 000 рублей, оплата 5%, график работы с 8 до 19 часов с понедельника по пятницу. Далее К1. предоставляет ссылку.

При осмотре переписки в мессенджер «Телеграм» за 22 января 2024 года с абонентом ФИО3 обнаружено направление ФИО2 ФИО3 переписки с Техническим отделом, из которой следует, что Технический отдел не может связаться с Воскресенским. В 15:42 часов следует информация о вызове Техническим отделом машины. 

В телефоне ФИО1 в приложении «ВКонтакте» среди списка добавленных пользователей имеется ФИО2, при осмотре переписки с которым установлено, что в 12:29 часов 17 января 2024 года ФИО3 выслал ФИО2 ссылку «***». В 13:58 часов 17 января 2024 года ФИО2 ФИО3 предоставлена переписка с ником Ф. с предложением работать с понедельника по пятницу, с 9 до 20 часов, встречаться с клиентами, забирать у них деньги и переводить работодателю за процент, от трёх заказов в неделю. 

При входе в мессенджер «Telegram» обнаружен список контактов, в числе которых ФИО2 При осмотре переписки за 22 января 2024 года обнаружено направление ФИО2 ФИО3 переписки с Техническим отделом от 15:42 часов, из которой следует, что Технический отдел вызвал машину (т. 1 л.д. 167 – 175); 

детализацией по счёту № **, из которой усматривается, что 22 января 2024 года на данный номер телефона поступило 13 звонков в промежутке с 16:20:47 часов до 17:17:31 часов с разных номеров телефонов (т.1, л.д. 10 – 14).

Все приведенные выше, а также изложенные в приговоре доказательства были непосредственно исследованы в судебном заседании судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ и им дана надлежащая оценка.

Положенные судом в основу приговора доказательства проверены судом в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ и оценены в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 88 УПК РФ с точки зрения их полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям. Выводы об этом подробно мотивированы в приговоре суда, и не согласиться с ними суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Оценив противоречия в показаниях осужденных, данных ими на разных этапах производства по уголовному делу, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что именно показания ФИО2 и ФИО3, которые они давали в ходе предварительного следствия, соответствуют иным доказательствам по делу, согласующимся между собой, взаимно дополняющими друг друга и в своей совокупности устанавливающими одни и те же факты, изобличающие их в совершении инкриминируемого преступления, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. 

Кроме того, сведения, о которых осужденные ФИО2 и ФИО3 сообщили в ходе предварительного следствия, а также при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции в части, не противоречащей совокупности исследованных доказательств, могли быть известны только непосредственным исполнителям преступления.

Доводы адвокатов о том, что квалифицирующий признак преступления - совершенный «группой лиц по предварительному сговору» не подтверждается материалами уголовного дела, суд апелляционной инстанции признает не состоятельными. О совершении ФИО2 и ФИО3 мошенничества группой лиц по предварительному сговору, свидетельствует согласованный характер их действий в рамках совместного преступного умысла, по заранее разработанной схеме, совместное участие в выполнении объективной стороны преступления - хищении имущества (денежных средств) потерпевшей, распределение ролей между соучастниками, выполнение ими заранее определенных действий, направленных на достижение общего преступного результата, о чем свидетельствует содержание переписки у осужденных в социальной сети, продолжение выполнения ими действий, направленных на получение денежных средств от потерпевшей, после получения сообщения от В. об аналогичных преступных действиях. 

Следует отметить, что судом первой инстанции действия осужденных обоснованно квалифицированы как покушение на мошенничество. Судом установлено, что ФИО2 и ФИО3, являясь участниками пресиупной группы, прибыли на встречу с потерпевшей Т1. с целью получения от нее денежных средств. При этом неустановленный соучастник преступления предварительно позвонил потерпевшей и путем обмана сообщил недостоверную информацию, указал на необходимость передать ФИО2 и ФИО3 денежные средства в размере 100 000 рублей. 

Принимая во внимание, тот факт, что способ совершения преступления – обман (злоупотребление доверием) является наряду с изъятием имущества и причинением имущественного ущерба диспозитивным признаком мошенничества, то есть обязательной частью объективной стороны этого преступления, соответственно, использование виновными лицами обмана (злоупотребления доверием) свидетельствует о том, что они приступили к выполнению объективной стороны. С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно расценил действия преступной группы, участниками которой являются в том числе ФИО2 и ФИО3, как покушение на мошенничество. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года N 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», при решении вопроса о наличии в действиях лица квалифицирующего признака причинения гражданину значительного ущерба судам наряду со стоимостью похищенного имущества надлежит учитывать имущественное положение потерпевшего, в частности наличие у него источника доходов, их размер и периодичность поступления, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство.

Потерпевшая Т1. и свидетель Т2., супруг потерпевшей, последовательно показывали, что они являются пенсионерами. Размер пенсии свидетеля составляет 21 300 рублей, потерпевшей – 15 000 рублей. Иного дохода семья не имеет. Денежные средства расходуются на лекарства. Хищение денежных средств в размере 100 000 рублей поставило бы их в сложное материальное положение. 

Выводы суда первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, в данной части мотивированы, являлись предметом проверки, а потому оснований ставить их под сомнение суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Таким образом, суд первой инстанции, оценив доказательствам по делу, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденных ФИО2 и ФИО3 в покушении на мошенничество, то есть хищении чужого имущества путём обмана, совершённое группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, и квалифицировал их действия по ч. 3 ст. 30; ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ, наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные требования уголовного закона при назначении осужденным ФИО2 и ФИО3 наказания судом первой инстанции в целом соблюдены.

Судом первой инстанции в полной мере приняты во внимание характер и степень общественной опасности совершенного деяния, данные о личности осужденных, наличие смягчающих наказание обстоятельств у осужденного ФИО3, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, суд не только признал, но и должным образом учел в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины.

Обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ и подлежащих обязательному признанию смягчающими наказание осужденным ФИО2 и ФИО3, материалы дела не содержат. 

Оснований для применения ст. 64 УК РФ суд первой инстанции правомерно не усмотрел по причине отсутствия каких-либо исключительных обстоятельств, существенно снижающих степень общественной опасности совершенного преступления. Также отсутствуют основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, данных о личности осужденных, суд правомерно назначил ФИО2 и ФИО3 с учетом ст. 67 УК РФ наказание в виде обязательных работ.

Размер назначенного осужденным уголовного наказания определен судом с соблюдением принципов индивидуализации и справедливости, с учетом наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, соответствует степени и тяжести совершенного преступления, соразмерен содеянному. Данные выводы суда должным образом мотивированы и соответствуют требованиям закона, а потому оснований к его смягчению суд апелляционной инстанции не усматривает.

Судьба вещественных доказательств, вопреки доводам апелляционной жалобы, разрешена судом первой инстанции в соответствии со ст. 81 УПК РФ правильно. Установлено, что изъятые у осужденных сотовые телефоны являлись средствами совершения преступления, в связи с чем суд правомерно принял решение об их уничтожении.

Таким образом, оснований для отмены приговора либо внесения в него изменений, в том числе по доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 15 апреля 2024 года в отношении ФИО3, ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Карелина Е.С. и Автайкиной М.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ,

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)