УИД 31RS0016-01-2025-003523-79 Дело № 2-2944/2025 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Белгород 10 сентября 2025 года

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

Председательствующего судьи Мальцевой Е.Н.

При секретаре судебного заседания Хомяковой Л.Б.

с участием: 

представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности № от 08.04.2025 

ответчика ФИО2 и ее представителя ФИО3, действующего на основании ордера № от 27.06.2025

в отсутствие истца 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения квартиры от 12.03.2020 недействительным. 

В обоснование иска ссылался на то, что после смерти своей матери Д.Н.Н. (12.03.2025) при вступлении в наследство узнал, что квартира, в которой он проживал в последние двадцать лет подарена внучке (его дочери), с которой фактически не общалась ни бабушка, ни он. Иного жилья не имеет, рассчитывал, что по наследству примет эту квартиру и продолжит там проживать. Его мать была очень больным человеком, в последние десять лет находилась на диспансерных учетах, в том числе и в психоневрологическом диспансере, поэтому полагает, что при заключении договора дарения не отдавала отчет своим действиям и не понимала их значение. О данном договоре Д.Н.Н. никогда истцу не упоминала. 

В судебное заседание истец не явился, извещен о дате и времени судебного заседания, направил своего представителя для представления его интересов.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 поддержаа иск, и просила его удовлетворить. Полагала, что, несмотря на заключение судебно-психиатрической экспертизы, мать истца при заключении договора дарения квартиры заблуждалась относительно природы сделки. Фактически ее единственный сын остался без жилья, и мать это знала, что у него другой недвижимости нет. Истец также присутствовал в ее жизни, и она никогда ему не говорила, что заключила договор дарения квартиры на внучку (дочь истца). 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований истца. Ее родители развелись, когда ей было 11 лет, с отцом и бабушкой они практически не общались. Она знала, что ее отец проживает где-то с другой женщиной. Примерно в 2015 году ее нашла бабушка, и они начали общаться. Она часто приезжала к бабушке в гости по адресу квартиры, которую она впоследствии ей подарила. Отец (истец) там не проживал, он жил в другом месте с сожительницей. Бабушку она навещала часто, так как последние пять лет она почти нормально не передвигалась. Помогала еще сестра бабушки, которая иногда и оставалась ночевать. С отцом она виделась редко, только иногда когда он приходил к бабушке, в основном с просьбой дать ему денег. Через несколько лет общения с бабушкой, последняя стала настаивать на оформлении договора дарения ей, она сначала не соглашалась, но бабушка настаивала, мотивировав это тем, что категорически не согласна, чтобы ее квартира после смерти досталась, прежде всего, женщине, с которой проживает ее сын, так как была уверена, что она его обязательно обманет и он все равно останется без всего, а квартира уйдет чужим людям. Бабушка была готова подарить эту квартиру и ее детям (своим правнукам), также предлагала подарить ее сестре, но та отказалась. В итоге бабушка настояла, и они съездили к нотариусу, где все оформили. Бабушка говорила истцу о том, что подарила квартиру ей. Все коммунальные платежи при жизни платила бабушка самостоятельно, ФИО4 никогда не участвовал в этих тратах. После смерти бабушки она оплачивает все коммунальные платежи и также занимается обслуживанием жилого помещения. Замки поменяла в квартире, так как с отцом (истцом) был скандал, и пришлось принимать меры к сохранению жилища. За все это время, как она общалась с бабушкой ее отец с ней не жил, не ухаживал и не заботился о ней, поэтому видимо бабушка и приняла такое решение. Что касается психического состояния бабушки может сказать однозначно, что до последнего дня своей жизни (12.03.2025) она была в здравом уме и ясной памяти, никогда не жаловалась на сметение, либо головные боли. На учетах в психоневрологических диспансерах не состояла, читала стихи, общалась с соседями, подругами. Когда ездили к нотариусу то та ей все разъясняла, спрашивала у нее, понимает ли она сущность сделки и какие последствия, но бабушка уже была очень информирована, поэтому вся суть ей была ясна и понятна. 

Представитель ответчика ФИО3 поддержал сказанное ответчицей. Что касается последствий правого характера сделки (договора дарения) бабушка ответчика четко и ясно осознала ее суть. Истец с ней не проживал, не ухаживал за ней, не заботился фактически о ней. Что касается довода о том, что истец не знал о произведенной сделки и фактически лишился единственного жилья, которое могло перейти ему по наследству, то может сказать следующее. При оформлении сделки у нотариуса, последний всегда должен убедится в чистоте сделки, при любых сомнений нотариус не может заключить договор, а тем более дарения. Заключение судебно-психиатрической экспертизы № от 26.06.2025 подтверждает, что Д.Н.Н. (бабушка ответчика и мать истца) ясно и четко понимала сущность сделки и ее последствия, никаких нарушений умственного или психического состояния не наблюдала на момент заключения сделки. На учетах в психоневрологическом диспансере не состояла. Соответственно на обстоятельства, на которые ссылается сторона истца неубедительны и надуманны. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца в силу положений ч. 5 ст. 167 ГПК РФ. 

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд считает, что иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно договору дарения от 12.03.2020 Д.Н.Н. и ФИО2 заключили договор о следующем: Д.Н.Н. (даритель) безвозмездно передала, а ФИО2 (одаряемая) приняла в дар 

<

адрес>, общей площадью 33,6 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>. Право собственности принадлежит Дарителю, Одаряемая дар приняла (л.д. 53). 

Из текста договора дарения, а именно пункта 8 следует, что стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Согласно пункту 5 договора право собственности на отчуждаемую квартиру возникает у одаряемого с момента государственной регистрации перехода права собственности. 

Согласно пункту 10 договора указано, что содержание статей 572-573, 575-579 ГК РФ и статей 30-31 ЖК РФ сторонам известно. 

Указанное исключает какое-либо иное толкование приведенных условий, свидетельствующее, что при заключении договора даритель была введена в заблуждение или находилась под принуждением одаряемого.

Доводы стороны истца о том, что договор заключен под влиянием заблуждения, обмана несостоятельны и голословны ввиду отсутствия надлежащих доказательств. Договор дарения Д.Н.Н. заключила добровольно, представленные в регистрирующий орган документы соответствовали требованиям закона, достоверных доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения не представлено

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. 

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии с принципом состязательности и диспозитивности суд не имеет право по своей инициативе осуществлять сбор доказательств. Суд лишь способствует заинтересованным лицам в сборе доказательств при условии, что эти лица не имеют возможности самостоятельно получить необходимое им доказательство. 

Доказательственными фактами называются такие обстоятельства, которые, будучи установленными в суде, позволяют прийти к выводу о наличии или отсутствии юридически значимых фактов. 

Суд, определяя предмет доказывания по конкретному делу, не связан полностью фактами, указанными сторонами. Если истец и ответчик в обоснование своих требований или возражений ссылаются на факты, не имеющие юридического значения для рассмотрения дела, суд не включает их в предмет доказывания по делу. 

Судебное доказательство является таковым только тогда, когда оно способно по содержанию сведений (информации) подтвердить или опровергнуть искомые факты предмета доказывания и получено из предусмотренных в абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ процессуальных носителей этих сведений. 

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

В соответствии со статьей 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. 

Согласно требованиям ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, при этом, по смыслу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

В силу положений п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

Судом установлено, что 12.03.2020 между Д.Н.Н. и ФИО2 заключен договор дарения, в соответствии с которым Д.Н.Н. подарила своей внучке ФИО2 

<

адрес> в г. Белгороде. Договор заключен в простой письменной форме у нотариуса, составлен в трех экземплярах, один из которых передается в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области, и по одному дарителю и одаряемому (л. д. 53). 

Как видно из материалов дела, даритель и одаряемый являлись близкими родственниками (бабушка и внучка). 

Д.Н.Н. 12.03.2025 умерла.

Из наследственного дела № сын ФИО4 (истец по делу) вступил в права наследства, где указал, что спорная квартира является наследственным имуществом. 

Однако запрошенная информация нотариусом подтвердила факт оформления квартиры умершей Д.Н.Н. в пользу внучки ФИО2 по договору дарения в связи с чем истец и был вынужден обратиться в суд.

В силу ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации. 

Согласно выписки из ЕГРН подтверждается, что право собственности за ответчиком зарегистрировано 16.03.2020 (л.д. 31-35).

В соответствии с положениями ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 

В соответствии со ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

В силу ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию. 

Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела. 

В соответствии со ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. 

В ходе рассмотрения дела стороной истца, на которой лежит бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорного договора дарения, заявляла ходатайство о назначении посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы Д.Н.Н. (дарителя квартиры). 

Согласно выводов судебно-психиатрической комиссии экспертов от 26.06.2025 №, комиссия экспертов пришла к заключению, что Д.Н.Н. на период относящийся к подписанию договора дарения от 

<

данные изъяты> (л.д. 94-99). 

Соответственно стороной истца не предоставлено суду доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что в юридически значимый период в силу своего состояния Д.Н.Н. заблуждалась относительно природы сделки, не понимала значение совершаемой сделки и не осознавала ее правовые последствия, либо доказательств, в безусловном порядке подтверждающих ее нахождение в юридически значимый момент в состоянии, исключающем способность понимать значение своих действий и руководить ими.

Стороной же ответчика в подтверждение состояния психоэмоционального Д.Н.Н., как на момент заключения договора дарения, так и на момент смерти 12.03.2025 пригласили для допроса свидетеля ФИО5, которая много лет дружила с семьей сторон и знала о состоянии здоровья Д.Н.Н. и взаимоотношений между членами семьи.

Свидетель К.Л.М. пояснила, что более 30 лет знала семью Д.Н.Н. и ее сына ФИО4 Позднее узнала и внучку ФИО2, которую попросила Д.Н.Н. найти, так как ее сын (истец) давно развелся с матерью ФИО6 и отношения с ними не поддерживал. Примерно 10 лет назад она через свою родственницу нашла телефон внучки ФИО6 и передала Д.Н.Н.. У них началось активное общение, Виктория постоянно приезжала к бабушке в гости, заботилась о ней, покупала продукты, помогала по дому, так как Д.Н.Н. физически была слаба. Также помощь оказывала родная сестра Д.Н.Н.. Сын – ФИО4 с матерью в последние лет пять, а может и больше не жил, редко приходил, жил у сожительницы, с которой у Д.Н.Н. не сложились взаимоотношения. Д.Н.Н. ей рассказывала, что хочет подарить внучке квартиру, так как боится, что после ее смерти сожительница сына все у него отберет, и он все равно останется не с чем. Со слов Д.Н.Н. она оформила договор дарения на внучку и сын об этом знал, так как это было постоянной темой для конфликта. Хочет отметить, что Д.Н.Н. была до последнего дня своей жизни была в здравом уме и ясной памяти, поэтому она целенаправленно сделала такой шаг, как подарила квартиру внучке, у них были очень теплые и хорошие отношения, тогда как с сыном было все наоборот, ему нужны от матери только деньги, а ухаживать за ней он не хотел.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры от 12.03.2020, применении последствий недействительности сделки, по основанию ст. 178 ГК РФ, поскольку истцом не представлено доказательств введения Д.Н.Н. в заблуждение при заключении договора дарения квартиры. Волеизъявление собственника на тот момент квартиры Д.Н.Н. на заключение договора дарения квартиры соответствовало в момент заключения договора его действительной воле, действия Д.Н.Н. свидетельствуют о намерении заключить именно договор дарения квартиры. Стороны предусмотрели все существенные условия для данного вида договора, в том числе порядок передачи дарителем одаряемому жилого помещения, обязанности нового собственника. Договор подписан сторонами договора и зарегистрирован надлежащим образом, что свидетельствует о том, что Д.Н.Н. добровольно в соответствии со своим волеизъявлением приняла решение передать внучке ФИО2 по безвозмездной сделке спорную квартиру, что в полной мере соответствует принципу свободы договора.

Истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что по состоянию своего здоровья Д.Н.Н., а также в силу возраста не могла ознакомиться с текстом договора, либо не понять его содержания, поскольку имела один экземпляр оспариваемого договора. 

Учитывая отсутствие доказательств несоответствия указанного договора дарения требованиям закона или требованиям иных правовых актов, заключенная между Д.Н.Н. и ФИО2 сделка является оспоримой. 

Таким образом, суд с учетом вышеприведенных норм материального права, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, показания свидетеля, принимая во внимание заключение экспертов, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании договора дарения от 12.03.2020 недействительным, поскольку истцом не представлено доказательств того, что Д.Н.Н. в момент заключения оспариваемого договора 12.03.2020 находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, следовательно, совокупность условий для признания сделки недействительной по указанным истцом основаниям, отсутствуют.

Доказательств обратного материалы дела не содержат, суду не представлено.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения 

<

адрес> от 12.03.2020, заключенный между Д.Н.Н. и ФИО2 недействительным признать необоснованными и в их удовлетворении отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Мотивированный текст решения суда составлен 16.09.2025

Судья