Судья Лобанов В.А. 22К-1724/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 29 октября 2025 года 

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Станкевич Т.Э.,

при секретаре Павловой Е.В.,

с участием прокурора Смирнова С.В., 

обвиняемого И., в режиме видео-конференц-связи,

защитника - адвоката Мейбуллаевой Н.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника – адвоката Мейбуллаевой Н.В. в интересах обвиняемого И. на постановление Черняховского городского суда от 17 октября 2025 года, по которому

И., родившемуся ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 01 месяц 00 суток, то есть до 16 ноября 2025 года.

Доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого И., защитника – адвоката Мейбуллаевой Н.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы; мнение прокурора Смирнова С.В., полагавшего, что постановление суда изменению и отмене не подлежит, 

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе адвокат Мейбуллаева Н.В. в интересах обвиняемого И. просит постановление суда отменить и передать дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим мотивам.

Считает, что органом предварительного следствия в отношении И. незаконно возобновлено производство по уголовному делу и предъявлено обвинение по ч.4 ст. 111 УК РФ, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для обращения в суд с ходатайством об избрании меры пресечения, поскольку суд апелляционной инстанции, при рассмотрении 03 октября 2025 года жалобы на постановление Черняховского городского суда о возвращении уголовного дела прокурору, оставил без внимания ходатайства И., заявленные 5 и 6 октября 2025 года об ознакомлении с протоколом судебного заседания суда апелляционной инстанции, нарушив право обвиняемого на защиту, что в соответствии со ст.389.17 УПК РФ является существенным нарушением уголовно – процессуального закона и основанием для отмены постановления суда об избрании И. меры пресечения. 

Указывает, что допущенные указанные выше процессуальные нарушения, свидетельствуют о том, что апелляционная процедура рассмотрения дела, на момент избрания И. меры пресечения, не была завершена, что повлекло за собой незаконное вынесение обжалуемого постановления.

Изучив представленные материалы, проверив доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 97 УПК РФ, мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый либо обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пп. 5 и 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

Судом, при разрешении вопроса об избрании в отношении И. меры пресечения в виде заключения под стражу, указанные требования закона не нарушены. 

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении И. избрана в соответствии с требованиями ст. 108 УПК РФ, по предусмотренным статьей 97 УПК РФ основаниям и с учетом обстоятельств, указанных в статье 99 УПК РФ. 

Ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу было заявлено в суд надлежащим процессуальным субъектом, с согласия руководителя следственного органа. 

Срок содержания И. под стражей установлен в пределах срока предварительного следствия по делу.

Из представленных в суд материалов следует, что 30 апреля 2024 года СО МО МВД России «Черняховский» было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, по факту нанесения неустановленным лицом телесных повреждений ФИО1, повлекших тяжкий вред здоровью.

В связи с тем, что 6 мая 2025 года в дежурную часть МО МВД России «Черняховский» поступило сообщение от дежурного врача ГБУЗ Калининградской области «ФИО2 городская центральная районная больница» ФИО3 о смерти ФИО1, руководителем следственного органа постановлением 8 мая 2024 года вынесено постановление о переквалификации действий обвиняемого с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ.

14 мая 2024 года уголовное дело № было передано по подследственности в Черняховский МСО СУ СК РФ по Калининградской области.

Согласно протоколу от 15 мая 2024 года в 05 часов 23 минуты по подозрению в совершении данного преступления в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ И. был задержан.

Основанием задержания явилось то, что очевидцы указали на него как на лицо, причастное к совершению преступления. 

16.05.2024 года Черняховским городским судом Калининградской области И. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой последовательно продлевался до 28.02.2025 года.

17.01.2025 года И. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ.

17.01.2025 года меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении И. отменена. 

05.02.2025 года уголовное дело по обвинению И. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ поступило в суд. 

16.10.2025 года уголовное дело в отношении И. возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и 17.10.2025 года принято следователем к производству с установлением срока предварительного следствия в 1 месяц, до 17.11.2025 года.

17.10.2025 года И. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ. 

Удовлетворяя ходатайство следователя об избрании в отношении И. меры пресечения в виде заключения под стражу, в своем постановлении суд обоснованно учел характер преступления в котором обвиняется И. Данный вывод является правильным, поскольку И. предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления против жизни, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Кроме того, учитывая не только степень тяжести предъявленного И. обвинения, но и данные о характеристике его личности, а именно то, что И. по месту жительства характеризуется посредственно, злоупотребляет спиртными напитками, имеет непогашенные судимости за совершение умышленных преступлений против безопасности дорожного движения и эксплуатации транспорта. 

Не находит оснований для отмены и изменения меры пресечения И. и суд апелляционной инстанции, поскольку характер и степень общественной опасности преступления, в совершении которого обвиняется И., а также приведенные выше данные о личности обвиняемого, свидетельствуют о том, что цели и задачи уголовного судопроизводства в настоящему уголовному делу, а также баланс соблюдения прав его участников, будут гарантированы лишь при избрании И. меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Выводы суда о необходимости избрания в отношении И. меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, в постановлении надлежащим образом мотивированы, основаны на материалах дела, исследованных судом, и у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с такими выводами. 

Суд согласно абз. 4 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", проверил и привел мотивы обоснованности подозрения И. в причастности к расследуемому преступлению, и наличию разумных оснований для осуществления в его отношении уголовного преследования, не входя в обсуждение вопроса о виновности И.

Согласно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде решений правовой позиции (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 1998 года N 20-П и от 23 марта 1999 года N 5-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2019 года N 2253-О, от 20 июля 2021 года N 1444-О), по смыслу уголовно-процессуального закона, принимая решение на досудебной стадии производства по уголовному делу, суд не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в частности находящиеся в прямой связи с подлежащими отражению в приговоре или ином итоговом решении выводами о фактических обстоятельствах дела, об оценке доказательств, о причастности к преступлению, о вине подозреваемого, обвиняемого, о квалификации деяния и др.

Согласно приведенной выше позиции Конституционного суда, рассмотрение вопросов о законности предъявления И. обвинения и возобновления производства по уголовному делу в его отношении, вопреки доводам жалобы, не могло быть предметом рассмотрения и оценки суда, при решении вопроса об избрании И. меры пресечения, поскольку они отнесены к исключительной компетенции суда, рассматривающего уголовное дело по существу. По приведенным мотивам, аналогичные доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе не могут быть предметом оценки суда апелляционной инстанции, при проверке законности постановления суда об избрании меры пресечения. 

Довод жалобы о том, что ходатайство следователя об избрании И. меры пресечения было инициировано перед судом до завершения апелляционной стадии проверки постановления о возвращении уголовного дела прокурору, основан на неверном толковании уголовно-процессуального закона. 

Так в соответствии с ч. 1 ст. 391 УПК РФ определение или постановление суда первой инстанции вступает в законную силу и обращается к исполнению по истечении срока его обжалования в апелляционном порядке либо в день вынесения судом апелляционной инстанции определения или постановления. Иных условий вступления в законную силу постановления суда первой инстанции, после апелляционного обжалования уголовно-процессуальный закон не содержит. 

Из представленных суду материалов следует, что постановление Черняховского городского суда Калининградской области от 22 июля 2025 года, которым уголовное дело в отношении И., по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, вступило в законную силу 03 октября 2025 года. В то время, как ходатайство следователя об избрании И. меры пресечения инициировано перед судом 17.10.2025 года. Таким образом, реализация обвиняемым И. права на ознакомление с протоколом судебного заседания суда апелляционной инстанции, условием вступления постановления суда первой инстанции в законную силу не является и процессуальным препятствием к принятию к производству судом ходатайства следователя об избрании И. меры пресечения признано быть не может. 

Принятое судом решение соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и руководящим разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Черняховского городского суда Калининградской области от 17 октября 2025 года об избрании обвиняемому И. меры пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Мейбуллаевой Н.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Т.Э.Станкевич