№ 2-243/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 сентября 2017 года Каргасокский районный суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Аникановой Н.С., 

при секретаре Майбах О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в с.Каргасок Каргасокского района Томской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика адвоката Ожогиной Н.М., действующей на основании ордера №193 от 25.08.2017, 

помощника прокурора Каргасокского района Томской области Свириденко В.А., 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что приговором Каргасокского районного суда Томской области от 04.12.2014 ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ при следующих обстоятельствах. ФИО2 26.05.2014 в период с 3-х до 4-х часов ночи в нарушение п. 2.7 ПДД РФ, управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем марки «HONDA FIT», принадлежащим М., не имея при себе документов на право управления вышеуказанным автомобилем, в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ, не учла дорожные и метеорологические условия, не выбрала оптимальную скорость движения, что не позволило ей контролировать движение транспортного средства, не приняла своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, вследствие чего, не справилась с управлением и, выехав на правую обочину, совершила наезд на металлическое препятствие. В результате ДТП погиб ее супруг С., находившийся в салоне автомобиля на заднем сиденье, получивший телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, как вред здоровью, опасный для жизни человека и привели к его смерти.

Далее указала что 23.05.2014 С. уехал в служебную командировку в . Ее супруг работал в должности в ЗАО ». 26.05.2014 ей сообщили, что ее супруг погиб. В результате ДТП она лишилась супруга. Ни она, ни другие родственники погибшего не услышали от ФИО2 слов сочувствия, соболезнования, извинения. С того времени, как она узнала о гибели мужа, у нее начались проблемы со здоровьем. Она неоднократно обращалась к неврологу по поводу нервных срывов, головной боли, бессонницы, угнетенного, подавленного состояния. С 30.06.2015 по 10.07.2017 она находилась на лечении в медицинском институте, ей была произведена операция на почве нервного состояния. С 11.07.2015 по 31.07.2015 она находилась на амбулаторном лечении в БКУЗ МЧС МВД России по РО. По настоящее время она находится на учете у невролога.

Просит суд взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, участвующая в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, поддержала исковые требования по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснила, что с супругом они состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ, планировали рождение ребенка и строительство дома, их семейная жизнь была налаженной и спокойной. Супруга она любила, после его смерти до сих пор живет одна. После смерти супруга у нее ухудшилось здоровье и в 2015 году у нее было обнаружено , в результате чего с 30.06.2016 по 09.07.2016 она находилась на стационарном лечении, ей была сделана операция. Считает, что было вызвано стрессом из-за смерти супруга, поскольку при жизни супруга у нее не было проблем со здоровьем. После смерти супруга качество ее жизни ухудшилось, поскольку доход супруга был значительным и являлся источником к ее существованию. В результате стрессов она стала менее внимательна, в результате чего была вынуждена уволиться по собственному желанию с работы в , где работала в должности длительное время и устроиться на менее оплачиваемую работу. Считает, что сумма заявленного ко взысканию морального вреда с ее стороны разумна и обоснованна. 

Ответчик ФИО2, будучи надлежащим образом извещена о времени и месте судебного разбирательства, что следует из телефонограммы от 04.09.2017, в судебное заседание не явилась, направила в суд представителя. 

Представитель ответчика адвокат Ожогина Н.М. в судебном заседании исковые требования в заявленном размере полагала не обоснованными. Не отрицала факта того, что ее доверитель обязана выплатить истцу компенсацию морального вреда вследствие признания ФИО2 виновной в нарушении правил дорожного движения, повлекших по неосторожности смерть С. Вместе с тем полагала, что сумма искомой компенсации морального вреда должна быть уменьшена судом с учетом грубой неосторожности С., севшим в автомобиль под управлением нетрезвого водителя, и имущественного положения ее доверителя, которая одна воспитывает двух малолетних детей и нигде не работает. Кроме того полагала, что истцом не доказана причинно-следственная связь между наступившим у нее заболеванием и моральными переживаниями. 

Выслушав истца, представителя ответчика, определив на основании ч. 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие ответчика, исследовав доказательства по делу в их совокупности, выслушав заключение прокурора о частичном удовлетворении иска, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению. При этом исходит из следующего. 

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ).

По общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как указано в ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1, 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Статьей 1101 ГК РФ закреплено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 2 Постановления от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В п. 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Частью 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено, подтверждается вступившим в законную силу 12.03.2015 приговором Каргасокского районного суда Томской области от 04.12.2014 в отношении ФИО2, что ответчик Додух А/В. осуждена по ч.4 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на срок три года. На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отбытие наказание в виде лишения свободы ФИО2 отсрочено до исполнения ее сыну П. ДД.ММ.ГГГГ года рождения четырнадцатилетнего возраста, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. 

Указанным приговором ответчик признана виновной в нарушении лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, совершенным лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшим по неосторожности смерть человека при следующих обстоятельствах. 

ФИО2 26 мая 2014 года в период с 3 часов до 4 часов ночи в нарушение п. 2.7 Правил Дорожного Движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 №1090 (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 17.05.2014 №455) (далее ПДД РФ) - «Водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящим под угрозу безопасность движения…», управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем марки «HONDA FIT», государственный номер », принадлежащий согласно свидетельству о регистрации М., не имея при себе документов на право управления вышеуказанным автомобилем, двигаясь по правой стороне проезжей части в со стороны в направлении со скоростью около 60 км/ч, в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ - «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», не учла дорожные и метеорологические условия, не выбрала оптимальную скорость движения, что не позволило ей постоянно контролировать движение транспортного средства, не приняла своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, вследствие чего, не справилась с управлением и, выехав за правую обочину, совершила наезд на металлическое препятствие (столб), расположенное в районе здания № по ; после чего, автомобиль уперся в здание парикмахерской по . 

В результате ДТП пассажир С., находившийся в салоне автомобиля на заднем сиденье справа, получил телесные повреждения и изменения – тупая травма головы: открытая черепно-мозговая травма: дугообразные переломы в правой теменной области, в средней и задней черепных ямках, диффузное субарахноидальное кровоизлияние во всех отделах головного мозга, кровоизлияние в мягкие ткани правой теменно-височно-затылочной области; скальпированная рана на волосистой части головы в правой теменной области; тупая травма левой верхней конечности: полный поперечный перелом диафиза левой плечевой кости в средней трети, полный поперечный перелом диафиза левой локтевой кости; кровоизлияния в мягкие ткани в окружности повреждений; кровоподтек наружной поверхности левого бедра в средней трети, ссадины передних поверхностей обеих голеней, которые согласно заключению эксперта в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, как вред здоровью, опасный для жизни человека, и привели к смерти С.

Потерпевшей по уголовному делу признана ФИО1 

Таким образом, виновные действия ответчика в причинении по неосторожности смерти С. установлены обвинительным приговором суда, вступившим в законную силу и в соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ доказыванию не подлежат.

Из свидетельства о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного отделом ЗАГС следует, что ФИО1 и С. заключили брак ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, на момент смерти С. истец приходилась ему супругой. Как пояснила ФИО1 в судебном заседании, с супругом они были близки, их семейная жизнь была налаженной и спокойной, она любила своего супруга и с момента его смерти проживает одна. 

Учитывая то, что истец являлась супругой погибшего С., суд приходит к выводу о том, что ей в результате преждевременной смерти близкого человека причинены нравственные страдания, поскольку смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, а также неимущественное право на семейные связи.

Таким образом, ФИО1 в силу вышеуказанных положений закона имеет право на компенсацию причиненного ей морального вреда.

Факт причинения истцу морального вреда в виде нравственных страданий в связи со смертью супруга, в результате дорожно-транспортного происшествия не оспаривался и представителем ответчика в судебном заседании. 

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В обоснование исковых требований со стороны истца представлены медицинские документы: листок нетрудоспособности №, выданный клиникой Ростовского медицинского государственного Университета, из которого следует, что ФИО1 находилась на стационарном лечении в данном медицинском учреждении с 30.06.2015 по 09.07.2015 и листок нетрудоспособности №, выданный ФКУЗ МСЧ России по , из которого следует, что ФИО1 находилась на амбулаторном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в данном лечебном учреждении. 

Как пояснила в судебном заседании истец, указанные больничные листы были выданы ей в связи с оперированием и последующим лечением последствий новообразования, причиной которого явился стресс, вызванный преждевременной гибелью супруга. 

Оценивая указанные больничные листы, суд соглашается с мнением представителя ответчика в той части, что истцом не доказана причинно-следственная связь между возникшим у нее новообразованием и пережитыми морально-нравственными страданиями по правилам ст. 56 ГПК РФ, поскольку из указанных больничных листов, во-первых не следует диагноз, по поводу которого ФИО1 находилась на лечении, а во вторых, истцом не представлено медицинских документов, свидетельствующих о том, что возникшее в 2015 году новообразование явилось причиной стресса, связанного со смертью ее супруга. 

Вместе с тем, в выписке из истории болезни на имя ФИО1 из ФКУЗ «МСЧ МВД России по » имеется запись врача-невролога от 26.08.2016, из которой следует, что ФИО1 имеет жалобы на , ей назначено медикаментозное лечение. 

При определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемого в пользу истца ФИО1 суд учитывает приведенную выписку, из которой следует, что проблемы со здоровьем в части неврологии у истца возникли в период непосредственно после смерти ее супруга. 

Оценивая доводы истца в части фактически вынужденного увольнения с работы вследствие невнимательности, вызванной стрессовой ситуацией, суд относится к ним критически, поскольку истцом по правилам ст. 56 ГПК РФ данные обстоятельства не подтверждены, кроме того, как истец сама пояснила в судебном заседании, из она была уволена по собственному желанию. 

Разрешая требования истца о взыскании денежной компенсации морального вреда суд исходит также из положения п. 2 ст. 1083 ГК РФ, согласно которому в случае если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В силу разъяснений данных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Таким образом, степень вины потерпевшего при наличии в его действиях грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, является обязательным критерием оценки судом при определении размера компенсации морального вреда.

Как следует из материалов уголовного дела по обвинению ФИО2, оглашенных в ходе рассмотрения настоящего спора, в ходе событий, предшествующих наступлению смерти С. в результате ДТП, С. распивал совместно с ФИО2 спиртные напитки, сам угощал ФИО2 шампанским, после чего, достоверно зная о том, что ФИО2 употребляла спиртное, сел в автомобиль под ее управлением, ремнями безопасности не пристегнулся. Данные обстоятельства установлены судом на основании показаний обвиняемой ФИО2, согласующихся с показаниями допрошенного в ходе предварительного следствия свидетеля А. 

Оснований не доверять указанным сведениям не имеется, поскольку на них имеется ссылка во вступившем в законную силу приговоре суда в отношении ФИО2 

При таких обстоятельствах суд считает, что в действиях С. имелась грубая неосторожность, поскольку, достоверно зная о факте употребления спиртных напитков со стороны ФИО2, погибший С. сам сел в автомобиль под ее управлением. 

Как указано в п.3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В связи с изложенным, при определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает, что ФИО2 является матерью двух несовершеннолетних детей, в браке не состоит, на учете в службе занятости населения в качестве ищущего работу и безработного не состоит, пособие по безработице не получает, что следует из справки ОГКУ «Центр занятости населения Каргасокского района» от 25.08.2017, свидетельства о расторжении брака №, выданного Нововасюганским отделом ЗАГС Комитета ЗАГС Томской области, свидетельств о рождении на имя П., В. 

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд учитывает вышеперечисленные требования закона, а также характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с невосполнимой утратой супруга, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред. В результате потери супруга истец испытала морально-нравственные переживания, обусловленные смертью ее супруга, которые испытывает до настоящего времени. 

Кроме того, суд принимает во внимание неумышленную форму вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии, установленную приговором суда, вступившим в законную силу, грубую неосторожность погибшего С., имущественное положение ответчика ФИО2 

С учетом изложенного, вышеприведенных доводов и фактических обстоятельств дела, суд считает, что определение денежной компенсации морального вреда истцу ФИО1 в размере 250 000 рублей будет основано на законе, отвечает требованиям разумности и справедливости. 

В связи с вышеизложенным, суд считает, что ФИО2 обязана компенсировать ФИО1 моральный вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, связанный с причинением ее супругу С. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни и повлекшего за собой его смерть, в указанном размере. 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина взыскивается в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В связи с тем, что истец в соответствии с п.п. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей на основании п.п. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 250000 (двухсот пятидесяти тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 ( трехсот) рублей. 

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба (представление) в Томский областной суд через Каргасокский районный суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Н.С. Аниканова