Решение

 в окончательной форме 

принято 18 января 2019г. 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 января 2019 года Полевской городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Загидулиной О. А., при секретаре Хлебаловой Э.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-33/2019 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о защите чести, достоинства и деловой репутации и о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о защите чести, достоинства и деловой репутации и о компенсации морального вреда, мотивируя это тем, что осуществляет полномочия председателя СТТ «Надежда», являясь членом этого товарищества. Он постоянно проживает в жилом доме, расположенном на территории товарищества. На очередном годовом общем собрании членов СТ «Надежда» . . .г. единогласно утвержден годовой финансовый отчет, никаких нареканий к его работе и работе правления не имелось. На этом же собрании избрана ревизионная комиссия в составе ФИО2, ФИО3 и ФИО4 С апреля 2018г. члены ревизионной комиссии стали обвинять его и бухгалтера товарищества М.Н.Н. в нецелевом расходовании денежных средств, в совершении преступления, а именно в хищении денежных средств садоводов, унижая при этом его честь, достоинство и деловую репутацию. 

. . .г. ответчик на заседании правления товарищества обвинили его в воровстве. В июне 2018г. они от имени ревизионной комиссии распространили листовку с порочащими его сведениями, а именно о нарушении им финансово-хозяйственной деятельности СТ «Надежда», и присвоении денежных средств товарищества:

А) председатель избран незаконно, нарушен закон Российской Федерации,

Б) незаконное начисление 20% к электроэнергии,

В) на кассира К.М. нет договора о материальной ответственности,

Г) в листовке указана заработная плата председателя в завышенном размере.

. . .г. ответчики изготовили опросный лист от имени ревизионной комиссии о доверии ему и правлению СТ с приложением информационного листа, в котором содержится информация о присвоении им денежных средств (общая сумма недостачи составила 

<

данные изъяты>.). 

В июле 2018г. с целью причинения ему вреда, создания негативного о нем мнения, ответчики от имени ревизионной комиссии подали заявление в правоохранительные органы о якобы имеющихся фактах хищения средств СТ с его стороны.

. . .г. на общем собрании ответчики ФИО2 и ФИО4 распространяли порочащую его информацию, которая зафиксирована на видео. ФИО2 высказала фразу «грабили, грабят и будут грабить» в отношении него как председателя СТ. В затем, обсуждая расчетный счет товарищества и порядок прохождения безналичных расчетов в 2019г., имея в виду его и бухгалтера, заявили: «Они и оттуда снимут. Им какая разница. И в карман положат».

В свободном доступе в сети интернет ответчиками без его согласия и ведома выложена недостоверная видеоинформация, касающаяся его деятельности в качестве председателя, порочащая его, при этом зафиксировано, что ответчики высказывали личное мнение в отношении него: ФИО4 сказала, что все члены правления (а он, истец, таковым является) не платят членские взносы, а ФИО2 сказала фразу: «недостачу в размере 

<

данные изъяты>. хотели скинуть» (имея в виду его и бывшего председателя сада ФИО5). Распространенные ответчиками сведения не соответствуют действительности. 

Распространение ответчиками сведений причинило ему моральный вред, выразившийся в несении нравственных страданий, поскольку такие действия ответчиков носили длительный характер. Из-за этого у него ухудшилось состояние здоровья, а после собрания . . .г. его супруга была вынуждена вызвать ему скорую помощь. Эти сведения повлияли на формирование общественного мнения о нем со стороны садоводов. С учетом того, что он постоянно проживает на территории товарищества, по изменившемуся в негативную сторону отношению садоводов к нему и к его семье он почувствовал, что затронуты его честь, достоинство и деловая репутация. Его работа в качестве председателя садового товарищества в настоящее время подвергается критике со стороны садоводов, члены товарищества постоянно высказывают недоверие работе правления, деятельность по руководству товарищества дестабилизирована.

Истец просил признать распространяемые ответчиками сведения о причастности его к воровству и присвоению чужого имущества, распространённые неопределённому кругу лиц из числа садоводов и членов их семей в СТ «Надежда», не соответствующими действительности, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию. Он просил обязать ответчиков опровергнуть распространённые сведения о нем путем принесения публичных извинений, помещения текста с извинениями на стенде информации СТ «Надежда». Кроме того, истец просил взыскать с ответчиков солидарно в счет компенсации морального вреда 100 000р.

В судебном заседании истец поддержал иск и доводы искового заявления и пояснил, что примерно с 2011-2012гг. является членом СТ «Надежда», с . . .г. он исполнял обязанности председателя товарищества. На общем собрании . . .г. ответчики избраны членами ревизионной комиссии. Примерно через месяц после избрания члены комиссии начали ревизию финансовой деятельности товарищества. По их запросам предоставлены все документы. Ему неизвестно, оформлен ли каким-либо документом итог их деятельности, имеется ли соответствующий отчет. Ответчики сначала проверили работу в 2018г., а затем стали проверять 2017г., затребовали дополнительные документы, но по причине его работы в назначенный для передачи документов день он эти документы не передал. Ответчики не проверяя весь объем финансовой документации в июле 2018г. направили заявление в отдел МВД России по г. Полевскому о привлечении его к ответственности с целью создания шума среди садоводов. В июне 2018г. ответчики стали распространять среди членов товарищества листовку с информацией о финансовой деятельности его, как члена правления и председателя товарищества, не соответствующей действительности. Листовку, начинающуюся со слов: «Уважаемые садоводы СТ «Надежда», он получил от одного из садоводов, указать фамилию которого не может. К нему стали обращаться садоводы по вопросам оплаты электроэнергии и размера его заработной платы, составляющей, по информации в листовке, около 

<

данные изъяты>., что не соответствует действительности. ФИО2, к которой он обратился, чтобы узнать, с какой целью она распространяет эти листовки, пояснила ему, что это результат работы ревизионной комиссии. Затем ответчики распространили между садоводов опросный лист с приложением информационного бюллетеня, в котором содержится информация о наличии недостачи, что является фактически утверждением о том, что он якобы ворует. Во время общего собрания . . .г. ФИО2 заявила: «грабили, грабят и будут грабить», а ФИО4 высказала фразу: «Они и оттуда снимут. Им какая разница. И в карман положат», имея в виду возможность распоряжения расчетным счетом товарищества. Они это высказали в адрес членов правления, к которым он относится. Это было направлено конкретно на него и на Ч.Н.И. Право распоряжения счетом, в силу полномочий председателя, имеет только он, поэтому он воспринял эту информацию на свой счет. В сентябре 2018г., после того, как ответчики распространили опросный лист, он обратился по указанному адресу интернет-страницы на Яндек.диске, откуда скопировал видеозапись, представленную в суд. Съемка велась в сентябре 2018г. в здании правления сада, в присутствии ФИО4, ФИО2, члена правления ФИО6 и кассира ФИО7 и других лиц, неопределенного числа. В это время ФИО2 и ФИО4 так же заявляли о наличии финансовых нарушений в деятельности правления. Ранее . . .г. ФИО2 и ФИО4 явились на заседание правления, на котором обсуждался ремонт дорог, и так же заявили о финансовых нарушениях, о чем внесена информация в протокол заседания правления, представленный в суд. После всех этих событий у него ухудшилось состояние здоровья, а после собрания . . .г. на следующий день супруга вызвала для него скорую помощь. После распространения ответчиками указанной в иске информации, он утратил авторитет среди садоводов, сложно стало работать и исполнять обязанности председателя. 

Представитель истца ФИО8, действующая по устному ходатайства истца, доводы своего доверителя поддержала и пояснила, что до настоящего времени истец испытывает моральные и нравственные страдания. ФИО1 в саду живет постоянно, он имеет ребенка-инвалида, с которым постоянном гуляют на территории сада. Садоводы бросают на него косые взгляды как на расхитителя имущества. В связи со сложившейся ситуацией он вынужденно обратился в суд за защитой чести и достоинства. Иск предъявлен в отношении трех ответчиков-членов ревизионной комиссии, которые вышли за пределы своих полномочий. Они вправе составлять отчеты, работать с документами, однако, они изготовили информационные листы как физические лица и обратились в полицию с целью оказания давления на истца как председателя СТ «Надежда». 

Представитель ответчиков ФИО9, действующая по их устным ходатайствам, иск не признала и пояснила, что заявленные требования предъявлены к ненадлежащим ответчикам. Все взаимоотношения по настоящему делу складывались между председателем товарищества и членами ревизионной комиссии, соответственно, надлежащим ответчиком может являться юридическое лицо, от имени которого ответчики действовали при проведении проверки финансовой деятельности товарищества. По окончанию проверки они составили соответствующий отчет, который может быть оспорен в ином судебном порядке. Поскольку по результатам ревизии выявилась недостача денежных средств, ответчики, которые были не вправе скрывать этот факт, обратились в полицию для проведения проверки, реализовав свое право на обращение в органы государственной власти. Кроме того, критика деятельности лиц, осуществляющих публичные функции, допустима в более широких пределах, чем в отношении частных лиц. Истец приводит в тексте своего искового заявления слова: хищение, воровство, которых ответчики не употребляли.

Ответчик ФИО4 иск не признала и пояснила, что . . .г. она и другие ответчики избраны в состав ревизионной комиссии товарищества. При вступлении в должность, они затребовали бухгалтерскую отчетность, представленную в налоговый орган. После проверки она обнаружила недостачу, о чем сообщила председателю. . . .г. состоялось заседание ревизионной комиссии, на которое ФИО1 не представил дополнительно запрошенные документы. На этом собрании присутствовали другие члены правления. Она ранее просматривала книгу протоколов заседания правления товарищества, протокол от . . .г. в ней отсутствовал, в связи с чем она не доверяет представленному истцом протоколу. Никакую информацию о совершении истцом хищения она не распространяла, только сообщила о наличии недостачи. Они действительно с ФИО2 изготовили сначала информационный листок, а затем информационный бюллетень к опросному листу, в которых содержались итоги выявленных недостатков в работе товарищества. Конкретно об истце ни одного словами ими не было сказано, ни в информационных листках, ни на собраниях. Видеозапись в сети Интернет они выложили, сами ее не делали. Ранее на этом сайте размещена информация бухгалтера. Они решили, что сайт предназначен для освещения деятельности товарищества. Поскольку председатель на их обращения не реагировал, они обратились в полицию по факту выявленной недостачи. На общем собрании . . .г. они ничего не говорила про председателя. Слово ей так и не предоставили. 

Ответчик ФИО3 иск не признал, доводы своего представителя поддержал и пояснил, что каких-либо действий, оскорбляющих честь и достоинство председателя СТ «Надежда» он не совершал, информационных листов не изготавливал. Он неоднократно говорил председателю о правильном ведении дел товарищества, оформлении документов по бухгалтерскому учету. На собрании . . .г. он присутствовал, но в диалогах не участвовал. Весь разговор на собрании происходил между присутствовавшими садоводами и Ч.Н.И., выступавшим на собрании. Сам он в этот период времени болел и в деятельности ревизионной комиссии практически не участвовал, подписал один отчет.

Ответчик ФИО2 иск не признала, поддержав доводы своего представителя, дополнительно пояснила, что никогда не говорила, что ФИО1 – вор и что-то награбил. На общем собрании . . .г. фразу «грабили, грабят и будут грабят» она сказала вообще, не имея в виду кого-либо конкретного. Каким образом и кем была размещена видеозапись от . . .г. ей неизвестно. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005г. № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" следует, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как указано в пункте 9 названного Постановления, в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

В судебном заседании установлено, что решением общего собрания от . . .г. ФИО2, ФИО4 и ФИО3 избраны членами ревизионной комиссии СТ «Надежда». Это обстоятельство подтверждается копией решения общего собрания (л.д. 40-43), в котором отсутствует подпись председателя собрания. 

Решением общего собрания членов СТ «Надежда» от . . .г. (л.д. 87-88), ФИО1 избран членом правления товарищества. 

. . .г. прежним председателем товарищества Р.Н.П. выдана доверенность на ФИО10 на исполнение обязанностей председателя товарищества под условием действительности его избрания правление заместителем председателя СТ «Надежда», что подтверждается копией доверенности (л.д. 89).

Решением правления СТ «Надежда» от . . .г., в соответствии с Уставом товарищества, ФИО1 избран заместителем председателя правления товарищества, что подтверждается копией протокола заседания правления (л.д. 90).

. . .г. решением правления ФИО1 избран председателем СТ «Надежда», что подтверждается копией протокола заседания правления (л.д. 91). 

Из представленной истцом копии протокола заседания правления СТ «Надежда» от . . .г. видно, что в этот день состоялось заседание правления, на котором присутствовали его члены: Т.А.А., ФИО1, Ч.Н.И. и секретарь П.Н.В. Ими обсуждался вопрос ремонта дороги. Какое-либо решение не принималось. В протоколе указано, что на заседание правления явились члены ревизионной комиссии ФИО2 и ФИО4 Далее дословно: «ФИО2 заявила – в саду идет воровство. ФИО4 высказалась – вы недобросовестно выполняете свои обязанности. ФИО1 высказался – у нас все законно и имеются все документ. ФИО4 заявила – это просто бумажки». Протокол подписан секретарем П.Н.В. . . .г. Документ заверен как копия ФИО1 

Указанный документ суд не принимает в качестве достоверного доказательства факта распространения порочащих истца сведений по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 3 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, о принятии решения собрания составляется протокол в письменной форме. Протокол подписывается председательствующим на собрании и секретарем собрания.

В данном случае, протокол подписан только секретарем. Председатель собрания вообще не указан, его подпись отсутствует. 

Свидетель 1 суду пояснил, что еженедельно по субботам проводятся заседания правления СТ «Надежда». Такое заседание состоялось и . . .г., обсуждалась отсыпка дорог в коллективном саду. На него явились ответчики ФИО3, ФИО4 и ФИО2 ФИО4 сказала лично ему: «Заворовались». Он уточнил у ФИО3, к нему ли это относится, тот мягко ушел от ответа. На этом заседании правления он не председательствовал, поэтому итоговый протокол не видел. Периодически по мере необходимости в случае присутствия на заседании правления членов товарищества замечания этих лиц принято вносить в протокол. . . .г. планировалось проведение общего собрания, которое не состоялось по причине отсутствия кворума. Но, поскольку садоводы явились, он выступал с разъяснениями по поводу вступления в силу нового закона, регулирующего деятельность садоводческих товариществ. Кто высказал фразу «грабили, грабят и будут грабить», он не видел. Затем был вопрос по расчетному счету, кто-то из членов ревизионной комиссии сказал о возможности снятия денег и с расчетного счета. Он на эту фразу отреагировал, съязвив, что действительно положит деньги к себе в карман. На свой счет он эти выкрики не воспринимал, поскольку правом распоряжения счетом обладает только председатель товарищества. 

В связи с вышеизложенным суд считает, что факт распространения ответчиками каких-либо сведений в отношении истца . . .г. не доказан достоверным и допустимым доказательством.

Из информационного листа (л.д. 12), начинающегося со слов: «Уважаемые садоводы СТ «Надежда», оканчивающегося словами «С уважением, ревизионная комиссия СТ «Надежда», видно, что в пункте 3 изложена следующая информация: «На общем собрании от . . .г. принято и утверждено штатное расписание работников на 2018г. Ставка «учетчик» не обсуждалась. Ничего не было сказано о сумме обязательных начислений к заработной плате, которые тоже оплачивают садоводы. Из распечатки «Статьи расходов членских взносов на . . .г.» обязательные начисления обозначены как страховые взносы и составляют 

<

данные изъяты>. за 6 месяцев. Заработная плата на руки = 

<

данные изъяты>. за 6 месяцев. Заработная плата со страховыми взносами за 6 месяцев = 

<

данные изъяты>., членские взносы садоводов за 6 месяцев = 

<

данные изъяты>. Отсюда видно, что на обустройство и содержание сада идет не больше 40%, а на заработную плату соответственно 60% от членских взносов. Какая все-таки заработная плата по факту? Например: председатель: 

<

данные изъяты> страховые взносы = Бухгалтер: 

<

данные изъяты>. + страховые взносы = 

<

данные изъяты>. и т.д. На предложение ревизионной комиссии по сокращению страховых взносов (не нарушая законодательство Российской Федерации) председатель и правление никак не отреагировали».

По расположению текста возможно прочитать одну из фраз еще и следующим образом: «Например: председатель: 

<

данные изъяты>. + страховые взносы = 

<

данные изъяты>.».

По мнению истца, в тексте этого информационного листа содержится информация, не соответствующая действительности, сообщающая о его заработной плате (председатель: 

<

данные изъяты> страховые взносы =). На самом деле его заработная плата составляет 

<

данные изъяты>. Истец полагает, что сведения о бОльшем размере заработной платы носят порочащий характер, поскольку у членов товарищества складывается мнение о сокрытии им реального дохода по занимаемой должности. 

Суд считает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о порочащем характере этих сведений, о совершении им каких-либо неэтичных поступков, нарушении законодательства. В пункте 3 изложена информация о расходовании членских взносов, в том числе и на заработную плату председателя и бухгалтера. 

Исходя из возможного прочтения текста информационного листа в двух вариантах, отсутствия доказательств порочного характера сведений о заработной плате (например, заключения лингвистической экспертизы), суд считает, что оснований для признания этих сведений недостоверными и порочащими истца не имеется.

Кроме того, в этом информационном листе содержится следующая информация, которую истец считает не соответствующей действительности и порочащей его честь, достоинство и деловую репутацию: председатель избран незаконно, нарушен закон Российской Федерации (пункт 7). По мнению суда, эта информация не содержит сведения о нарушении самим истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина.

В пункте 2 этого информационного листа указано о незаконном начислении 20% к электроэнергии, которую по аналогичным основаниям суд не может признать порочащей честь и достоинство истца, поскольку какой-либо информации о нем не содержится в этом пункте листка.

Сведения об отсутствии договора о материальной ответственности с кассиром К.М. в этом информационном листке отсутствуют. Соответственно, факт распространения ее с помощью этой листовки не доказан. Кроме того, информация не содержит сведения о совершении истцом каких-либо действий или бездействия. Она лишь констатирует факт отсутствия такого договора по мнению авторов.

Из информационного бюллетеня о проделанной работе ревизионной комиссии (л.д. 13), следует, что в пункте 4 содержится следующая информация (дословно): «Подробная расшировка затрат за 2017г., оформленная бухгалтером М.Н.Н., находится в открытом доступе на странице https://yadi.sk/d/tJWGR-5Z3ahKKM для общего ознакомления всеми членами СТ «Надежда». Затраты, указанные в расшифровке бухгалтера М.Н.Н., не подтверждены бухгалтерскими документами. Общая сумма выявленных недостач за 2017г. составила 

<

данные изъяты>. Фонд оплаты труда наемных работников и председателя в кол-ве 8 человек за 2017г. составил 

<

данные изъяты> рублей». Бюллетень, являющийся приложением к опросному листу (л.д. 14), подписан «С Уважением, Ревизионная комиссия». 

По мнению истца, информация о наличии недостач за 2017г. носит порочащий характер, поскольку свидетельствует о присвоении им денежных средств товарищества. 

Суд считает, что истцом вновь не представлено доказательств, свидетельствующих об отнесении этой информации к его личности, поскольку по тексту этого пункта информационного листа речь идет о бухгалтере М.Н.Н. В связи с этим иск в этой части так же не подлежит удовлетворению.

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи собрания членов СТ «Надежда» от . . .г., приобщенной к материалам дела на флэш-носителе (запись «МАН07631(1).avi»), видно, общее собрание не состоялось, однако, в присутствии явившихся лиц член правления Ч.Н.И., чье изображение на видео отсутствует, разъяснял положения законодательства о деятельности садоводческих товариществ, вступающих в силу . . .г. В течение всего времени собрания присутствующие допускали различные выкрики с места, часто безотносительно темы, озвучивавшей оратором. Во время записи 16:53 женщина произносит: «грабили, грабят и будут грабить». Изображение видно довольно нечетко, однако, ФИО2 подтвердила, что это сказала она. Во время записи 36:28 неизвестное лицо произносит фразу: «Они и оттуда снимут деньги, им какая разница в карман ложить». В судебном заседании ФИО4 не оспорила, что именно она произнесла эта фразу. 

Из видеозаписи ясно, что ФИО2, произносит фразу «награбили, грабят и будут грабить» в период общих высказываний присутствующих лиц, основную часть которых невозможно понять. При этом, из видеозаписи непонятно, в чей адрес она это высказывает: в адрес выступающего, в адрес истца, либо каких-либо иных лиц. Сам истец в это время в диалог с кем-либо из присутствующих на собрании не вступал. Более того, его самого на видеозаписи не видно. 

Из этой же записи следует, что ФИО4, которой в этот момент на записи так же не видно, фразу «Они и оттуда снимут деньги, им какая разница в карман ложить» произносит во время того, как выступающий Ч.Н.И. рассказывает о необходимости открытия товариществом банковского счета. После фразы ФИО4 между нею и Ч.Н.И. происходит диалог, в ходе которого речь о ФИО1 не идет, в разговоре истец так же не участвовал. 

Как пояснил истец, он полагал, что слова ФИО2 и ФИО4 направлены в адрес членов правления товарищества, в том числе и в его адрес, как руководителя юридического лица. 

По мнению суда, из представленной видеозаписи не следует, что ФИО2 и ФИО4 произносили фразы, которые истец считает порочащими его честь, достоинства и деловую репутацию, в его адрес. Иных доказательств об относимости этих слов двух ответчиков к личности истца как физического лица, не представлено. 

Таким образом, в этом части требования истца так же не подлежат удовлетворению в связи с непредоставлением доказательств, свидетельствующих об отнесении этой информации непосредственно к нему. 

Из копии заявления от . . .г., поданного от имени ревизионной комиссии СТ «Надежда» ФИО2 и ФИО4, видно, что они обратились в Отдел МВД России по г. Полевскому с заявлением о проведении проверки финансово-хозяйственной деятельности СТ «Надежда» (

<

. . .>), а именно в отношении председателя товарищества ФИО1, на предмет возможного хищения денежных средств, принадлежащих садоводческому товариществу. Иной информации заявление не содержит.

Согласно частям 1 и 2 статьи 2 Федерального закона от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения, включая обращения объединений граждан, в том числе юридических лиц, в государственные органы, органы местного самоуправления и их должностным лицам, в государственные и муниципальные учреждения и иные организации, на которые возложено осуществление публично значимых функций, и их должностным лицам. Граждане реализуют право на обращение свободно и добровольно. Осуществление гражданами права на обращение не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 6 указанного Федерального закона запрещается преследование гражданина в связи с его обращением в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу с критикой деятельности указанных органов или должностного лица либо в целях восстановления или защиты своих прав, свобод и законных интересов либо прав, свобод и законных интересов других лиц.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 10 Постановления от 24 февраля 2005 г. № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснил, что в случае, когда гражданин обращается в государственные органы и органы местного самоуправления с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, каждый гражданин имеет право свободно и добровольно обращаться в государственные органы, органы местного самоуправления и к должностным лицам в целях защиты своих прав и законных интересов либо прав и законных интересов других лиц. При этом гражданин может указать в обращении на известные ему факты и события, которые, по его мнению, имеют отношение к существу поставленного в обращении вопроса и могут повлиять на его разрешение. То обстоятельство, что изложенные в обращении сведения могут не найти своего подтверждения, не является основанием для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если соответствующее обращение обусловлено его попыткой реализовать свои конституционные права, имеющие выраженную публичную направленность, в целях привлечения внимания к общественно значимой проблеме.

Иное означало бы привлечение лица к гражданско-правовой ответственности за действия, совершенные им в пределах предоставленных ему конституционных прав, а равно при исполнении им своего гражданского долга.

Таким образом, обращаясь в Отдел МВД России по г. Полевскому после составления акта . . .г., выявившего наличие недостачи за 2017г. в размере 

<

данные изъяты>., ответчики ФИО2 и ФИО4 реализовали конституционное право на обращение в орган государственной власти от имени ревизионной комиссии СТ «Надежда». Более того, в обращении не содержится какого-либо суждения о факте совершения ответчикам противоправных уголовно-наказуемых действий. В заявлении указано, что эти лица обратились по вопросу проведения проверки финансово-хозяйственной деятельности СТ «Надежда» (

<

. . .>), а именно в отношении председателя товарищества ФИО1, на предмет возможного хищения денежных средств, принадлежащих садоводческому товариществу. То есть суждение (об совершении истцом уголовно-наказуемого деяния) носит вероятностный характер, является выражением субъективного мнения, сформировавшегося после проведенной проверки.

Каких-либо доказательств того, что действия ФИО2 и ФИО4 по обращению в Отдел МВД России по г. Полевскому . . .г. имели цель причинения вреда истцу, последний не представил. Изъятие финансовых документов органом, проводившим проверку, не свидетельствует о возникновении вреда непосредственно истцу. 

. . .г. по итогам проверки ОУ ОЭБиПК Отдела МВД России по г. Полевскому ФИО11 принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 

Доводы истцы о том, что на его устные обращения Отдел МВД России по г. Полевскому не возвращает финансовую документацию, суд не принимает во внимание, поскольку они ничем не подтверждены, более того, не являются подтверждением факта причинения вреда лично истцу как гражданину, безотносительно к занимаемой должности председателя СТ «Надежда».

Что касается требований о признании не соответствующими действительности и порочащей честь, достоинство и деловую репутацию истца, видеозаписи, распространенной в сети «Интернет» по ссылке на странице https://yadi.sk/d/tJWGR-5Z3ahKKM, то в этом случае суд так же пришел к мнению, что иск удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Факт размещения какой-либо видеозаписи в телекоммуникационной сети «Интернет» истцом не подтвержден какими-либо доказательствами. Со слов истца и ответчиков, в судебном заседании установлено, что по указанному адресу в настоящее время какая-либо информация отсутствует, страница не существует. 

Надлежащим доказательством в данном случае, могло бы является обеспечение доказательств нотариусом, в порядке статьи 102, 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, однако, такое доказательство суду не представлено.

Доказательств того, что видео размещено в сети именно ответчиками, суду так же не представлено.

Более того, из представленной видеозаписи, проводившейся . . .г. (файл «запрос док-тов из 1С.avi», имеющийся на приобщенной к материалам дела флэш-карте, видно в ходе разговора участников ревизионной комиссии ФИО4 и ФИО2 и инициативной группы с членом правления Т.А.А. и кассиром К. (состав участников не оспаривается истцом и ответчиком), ФИО4 употребила выражение (время записи 10:25): «Я, например, не уверена, в том, сдают ли взносы члены правления, платят ли они за электроэнергию». ФИО2 употребила выражение в обращении к одному из участников встречи (время записи 15:20): «Вот они деньги 560 000 хотели скинуть на ФИО5, что это у него недостача, а ФИО5 денежки-то внес». 

Высказывание ФИО4 является ее личным оценочным мнением, относительно вопроса уплаты/неуплаты членских взносов членами правления, в связи с чем оно не может являться предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не может быть проверено на предмет соответствия их действительности.

Высказывание ФИО2 в этой видеозаписи каким-либо образом не относится к личности ФИО1, поскольку она употребляет в своей речи местоимение «они» (множественное число) без указания конкретных лиц. 

При таких обстоятельствах в связи с отсутствием доказательств распространения видеозаписи именно ответчиками, отсутствие доказательств порочащего личность истца характера этих фраз, суд считает, что в этой части иска так же следует отказать.

Использование ответчиками ФИО2 и ФИО4 оскорбительных выражений, форм, унижающих честь, достоинство, деловую репутацию истца из оспариваемых им сведений по всем эпизодам не усматривается.

Кроме того, доказательств участия ФИО3 в распространении сведений по всем указанным истцом эпизодам суду не представлено. Сам оно этот факт отрицает, за исключением членства в составе ревизионной комиссии СТ «Надежда». Отсутствие его участия в распространении информации не оспаривается и истцом. Таким образом, в удовлетворении иска к этому ответчику следует отказать. 

Так же, по мнению суда, высказывания ответчиков ФИО4 и ФИО2 по всем указанным истцом эпизодам, не нарушают права ФИО1 лично. 

Оспариваемые истцом сведения изложены в отношении финансово-хозяйственной деятельности СТ «Надежда» и его руководства. Приведенные в ответчиками суждения по своей сути направлены на критику профессиональной деятельности истца как руководителя товарищества. Правление товарищества и его председатель являются исполнительными органами юридического лица, которое в свою очередь наделено самостоятельной процессуальной право- и дееспособностью, а права истца, как физического лица, не затрагиваются, поскольку каких-либо высказываний именно в адрес ФИО1 как гражданина без взаимосвязи с занимаемой им должностью, а также конкретных точных сведений о лице и событии, которое представлено ложным, спорные фразы не содержат. Все они являются мнением авторов о существующих проблемах в деятельности этого товарищества, что, по сути, является критикой профессиональной деятельности истца.

Истец, принимая на себя должность председателя садоводческого товарищества, одновременно согласился стать возможным объектом общественной дискуссии и критики, поскольку деятельность товарищества имеет социальное значение. Должностное положение истца обязывает его быть готовым к негативной оценке выполняемой им работы, а также терпимым к критике, свободомыслию и плюрализму, защищаемым статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский суд по правам человека в своих Постановлениях придерживается аналогичной правовой позиции, исходит из допустимости резких высказываний в отношении публичных лиц. Резкий и шокирующий, однако, добросовестный комментарий и отношении должностного или частного лица допустим, если он касается вопроса, которому был проявлен общий интерес, не выходит за рамки допустимого и не является оскорбительным. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что в удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации следует отказать.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Поскольку судом не установлен факт распространения ответчиками сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию истца, требования о компенсации морального вреда так же не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о защите чести, достоинства и деловой репутации и о компенсации морального вреда. 

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента принятия судом решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Полевской городской суд.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате с применением технических средств.

Председательствующий