Дело №2-4728/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 декабря 2017 года г. Владивосток 

Ленинский районный суд г. Владивостока Приморского края в составе: 

председательствующего судьи Пономаревой М.Ю., 

при секретаре Полевой А.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ООО «Баунти Бьютифул» об определении периода трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации неиспользованного отпуска, морального вреда, обязанности произвести расчет и оплатить взносы в ПФР,

У С Т А Н О В И Л:

Истец подал в суд названный иск, указав, что ФИО4 в январе 2017 года обратилась в ООО «Баунти Бьютифул» для трудоустройства.

Руководитель ответчика поручила ей выполнять работу по должности врача косметолога ООО «Баунти Бьютифул», в салоне по адресу: 

<

адрес>.

ФИО4 фактически была допущена к работе с 01.02.2017. С указанного времени администратор салона вела запись пациентов к ней на прием, который проводился в предоставленном для работы кабинете, а также в процедурном кабинете и кабинете лазерной терапии, оборудованных техникой, необходимой для проведения процедур и косметологических манипуляций. 

Клиенты оплачивали оказанные истицей медицинские услуги в кассу администратору салона. ФИО4 была обязана подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка, установленного у ответчика. Работодатель два раза в месяц выдавал расчетные листки для ознакомления, которые потом забирал, и выплачивал ей заработную плату из расчета 17 840 руб. в месяц. Страховые платежи в ПФР по страхователю с регистрационным номером № не оплачивал.

Несмотря на то, что истица по поручению управляющей ФИО7, с ведома директора ФИО6 приступила к работе по должности врача косметолога, трудовой договор не был заключен и отношения не были оформлены.

ФИО4 неоднократно обращалась к управляющей салона с вопросом заключения с ней трудового договора, который был заключен только 01.04.2017 Прием на работу оформлен работодателем приказом от 01.04.2017 № 4 и в трудовую книжку внесена соответствующая запись за номером 24 о приеме на работу на должность врача косметолога 01.04.2017.

После оформления трудового договора истица стала ежемесячно вносить в кассу работодателю по 8 050 руб., для перечисления за нее страховых взносов в ПФР.

В конце мая 2017 управляющая салоном ФИО7 предложила истице написать заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на три месяца, с условием что в течение срока отпуска к истице будут записывать клиентов, и она будет выходить на работу по записям и получать заработную плату.

Приказом генерального директора ей был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы. В период отпуска она продолжала вести прием клиентов в салоне по адресу: 

<

адрес>.

12.07.2017 работодатель потребовал, чтобы она написала заявление об увольнении по собственному желанию. Приказом от 13.07.2017 № 8 прекращено действие трудового договора, истица уволена с работы по основаниям п. 3 ст. 77 ТК РФ, о чем в трудовую книжку внесена соответствующая запись за № 25.

При увольнении работодатель не произвел с ней окончательный расчет: не выплатил заработную плату за работу в июне и июле 2017, а также компенсацию за неиспользованный отпуск, с учетом периода работы с 01 февраля по 13 июля 2017

Просит:

отношения, возникшие между ФИО4 и ООО «Баунти Бьютифул» с 01.02.2017 признать трудовыми;

обязать ООО «Баунти Бьютифул» внести в трудовую книжку истицы запись о приеме на работу на должность врача косметолога ООО «Баунти Бьютифул» 01.02.2017г.;

взыскать с ООО «Баунти Бьютифул» в пользу ФИО4 заработную плату за отработанное время в июне 2017 в размере 17 840 руб. и июле 2017г. в размере 7 645 руб., а всего в размере 25 485,71 руб.;

взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за период работы с 01.02.2017г. по 13.07.2017г. за 15 календарных дней в размере 9 133,05 руб.;

обязать ответчика произвести расчет страховых взносов от суммы заработной платы, выплаченной в феврале, марте, июне, июле 2017г. и оплатить страховые взносы в ПФР по страхователю регистрационный номер в № за периоды: февраль, марта, июнь, июль 2017г.;

взыскать моральный вред в размере 20 000 руб.

Истец и ее представитель настаивали на удовлетворении заявленных требований, дополнительно пояснили, что ФИО4, факт трудовых отношений в спорный период может быть подтвержден показаниями свидетелей, о допросе которых ходатайствовали. Также истица указала о том, что ранее обращалась за юридической помощью, но заявлений ни в суд, ни в ГИТ не писала. О том, что ГИТ была проведена проверка по заявлению от ее имени ей известно.

В обоснование требований ФИО4 указала, что в январе 2017 закончился договор аренды помещений по 

<

адрес>, где ранее располагался салон. С конца января и в начале февраля 2017 сотрудники ответчика проводили рекламную акцию: обзванивали потенциальных клиентов для целей информирования об открытии салона по 

<

адрес>, приглашали на рекламный прием.

В это же время был организован переезд из помещения салона по 

<

адрес>, в салон по 

<

адрес>. В переезде и оборудовании кабинетов (рабочих мест) участвовали все сотрудники салона, в том числе и врачи-косметологи.

С начала февраля администраторы салона располагалась по адресу 

<

адрес> и вели запись пациентов на прием.

Истец вела прием не только по указанному адресу, но и при отсутствии необходимого оборудования в салоне по 

<

адрес>

Отсутствие акта приемки ремонтных работ не исключало прием клиентов в салоне по 

<

адрес>.

Согласно данным, которыми располагает истец, в июле 2017 она приняла 8 клиентов, в том числе в салоне по 

<

адрес>:

03.07.2017 ФИО2 процедура LPG; 07.07.2017 ФИО3 процедура LPG; 12.07.2017 ФИО3 процедура LPG.

В рабочем кабинете по 

<

адрес> 02.07.2017 ФИО15 приём по абонементу; 02.07.2017 ФИО16 процедура LPG; 02.07.2017 ФИО17 процедура озонотерапия; 03.07.2017 ФИО18 процедура озонотерапия; 07.07.2017 ФИО19 процедура комбинированная чистка.

В июне истец так же принимала клиентов (ФИО8, ФИО14, ФИО9) однако истец не располагает полным списком граждан, которые были у нее на приеме. Следовательно, приказ от 18.05.2017 № 4 о предоставлении ФИО4 врачу косметологу отпуска без сохранения заработной платы с 01.06.2017 по 31.08.2017 не был реализован. Доказательств иного ответчик не предоставил. 

Согласно выписки из реестра ЕГРЮЛ ответчик осуществляет деятельность по адресу 

<

адрес> и 

<

адрес> на основании лицензии, выданной Департаментом здравоохранения Приморского края 24.04.2017 № №. Документы на получения лицензии поданы ответчиком 08.12.2017. В числе документов, поданных на получение лицензии, имеется трудовой договор по должности главного врача, заключенный между ответчиком и свидетелем ФИО3

Свидетель ФИО3 как главный врач знала, что ФИО4 является врачом косметологом салона и пришла к ней на приём как к врачу салона.

Согласно выписке из реестра ЕГРЮЛ, в числе заявленных видов деятельности ответчика, значится: продажа препаратов, что подтверждает приобретение ФИО4 косметических препаратов для ФИО8, которая была записана на прием администратором салона.

Поскольку ФИО4 с иным исковым заявлением в суд не обращалась, доверенность или иной документ, удостоверяющий полномочие представителя на подписание искового заявления и подачу иска в суд не выдавала, то она заявила ходатайство об оставлении искового заявления по гражданскому делу № 2-4014/2017 без рассмотрения. 

Вопросы допуска истца к работе без оформления, начала врачебной деятельности салона ответчика без лицензии, выход на работу в период отпуска без сохранения заработной платы, отсутствие оплаты за фактическую работу в июне-июле 2017, не перечисление взносов в ПФР за периоды фактической работы истца в феврале, марте, июне и июле 2017, Государственная инспекция труда по ПК не проверяла.

Согласно справке о состоянии вклада ФИО4 за период с 07.04.2017 по 28.07.2017 заработная плата за июнь и июль 2017, а так же окончательный расчет, истице не перечислялись. Трудовой договор, в числе прочих документов, был предоставлен истице на основании её заявления от 25.09.2017, что подтверждено представителем ответчика под протокол в судебном заседании 27.11.2017.

Увольнение имело место по предложению руководителя ответчика, на основании личного заявления истицы и ею не оспаривается, однако подпись в приказе от 13.07.2017 № 8 об увольнении истца выполнена не ФИО4, а с подражанием её подписи, неизвестным лицом.

О нарушении права: отсутствии записи о приеме на работу, истица узнала в день увольнения. О том, что заработная плата за июнь и июль 2017, а так же окончательный расчет, не перечислены на расчетный счет, истица узнала в день получения выписки по счету 28.07.2017.

Возражая по заявленным требованиям, представитель ответчика указал, что в производстве Ленинского районного суда г. Владивостока имеется гражданское дело № 2-4014/2017 по исковому заявлению ФИО4 в котором указано, что трудовые отношения начались с 01.04.2017 и что ее уволили без объяснения причин.

В салоне по адресу 

<

адрес> на 01.02.2017 проводился ремонт. Акт приема-передачи выполненных ремонтных работ подписан 09.02.2017, деятельность в ООО «Баунти Бьютифул» по адресу 

<

адрес> фактически была начата 23.02.2017, полагает, что до этого времени салон не работал, а трудовая деятельность истицы началась с 01.04.2017г., что подтверждается заявлением на прием на работу от 01.04.2017г. и трудовым договором от 01.04.2017г. 

Указал, что обращение от управляющей салоном ФИО5 к ней поступило в конце мая 2017, тогда как ее заявление на отпуск без сохранения заработной платы датировано 16.04.2017. При опросе сотрудника ООО «Баунти Бьютифул» ФИО7, она не подтвердила никаких фактов принуждения ФИО4 к увольнению. Предоставленные истицей документы не подтверждают факт принуждения к увольнению, а свидетельствуют о ее добровольном волеизъявлении взять отпуск без сохранения заработной платы, а в дальнейшем уволиться.

Ранее истица обращалась с жалобой в ГИТ в ПК, трудовая инспекция определили факт начала трудовых отношений как с 01.04.2017г., данное утверждение истицей не оспаривалось.

В производстве Ленинского районного суда г. Владивостока находится дело № 2-4014/2017по заявлению ФИО4 к ООО «Баунти Бьютифул», в котором истица требует выплатить ей заработную плату и признать увольнение незаконным. Истица указывает, что трудовые отношения начались с 01.04.2017г., однако, с ней не заключался трудовой договор, тем самым истица признает факт осуществления ей трудовой деятельности с 01.04.2017г. Также истица указывает, что ее уволили без причин.

Истица требует предоставить компенсацию неиспользованного отпуска в количестве 15 дней. Ответчик не согласен с данным расчетом. Истице при увольнении была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 2 473,42 руб. (за вычетом налога). При проверке Трудовой инспекции Работодателя данный расчет был признан верным.

Ответчик считает незаконным требования о взыскании морального вреда в размере 20 000 руб., т.к. увольнение истицы происходило в рамках закона, по ее личному заявлению. 

В судебном заседании были исследованы доказательства представленные истцом и ответчиком.

Так, согласно скрин-шота с программы Instogramm, 21.02.2017г. ФИО4 оказывала процедуры клиенту в ООО «Баунти Бьютифул».

Согласно договора на оказание услуг от 04.03.2017г. ФИО4 оказывала услуги ФИО10, за которые она оплатила 5000 руб., что подтверждается квитанцией от 04.03.2017г., а также остальная сумма в размере 27 300 была оплачена после, в срок до 04.09.2017г.

Свидетель ФИО11 пояснил, что обращался к истице за косметическими процедурами 21 февраля 2017, его жена фотографировала его в этом салоне, стоимость процедуры около 3 500 рублей, оплачивала жена свидетеля администратору салона. 

Свидетель ФИО8 сообщила, что знакома с истицей в связи с оказанием косметологических процедур в салоне «Баунти». В первой половине февраля 2017 г. свидетелю позвонили из салона «Баунти», и сказали, что открылся новый салон «Баунти», по 

<

адрес>. Она пришла в салон где ей сделали первую. Процедуру другой косметолог, не истица. Затем она заключила с «Баунти» договор 10 ть процедур стоимостью 38 000 рублей, расчет был произведен в кассе салона «Баунти» на 

<

адрес>. Все 10 процедур ей проводила ФИО1, которые были расписаны на несколько месяцев. У истицы был отдельный кабинет для уходовых процедур, аппаратные процедуры истец проводила в салоне «Баунти» на ул. Пушкинской. Кроме того, в феврале 2017 истица подбирала ей косметику. 

Свидетель ФИО3 указала, что около 6-ти лет является клиентом истицы. Примерно в мае-июле 2017 г. она также проходила у истца косметологические процедуры в салоне «Баунти» на ул. Пологой. На прием ее записывал администратор салона «Баунти», к ФИО4. Всего в салоне «Баунти» она посетила 8 процедур, которые оплачивала наличным и безналичным расчетом в кассе администратору. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО10 ( ФИО20) ее муж каждый год он делает чистку лица у истицы, 21 февраля 2017 г. в феврале они вместе были на приеме у истца в новом салоне, после ремонта, по 

<

адрес>. На фотографии, которую она сделала в материалах дела, ее муж Дмитрий в салоне, она выложила это фото в instogramm. На процедуру мужа записывала она, оплачивала процедуру в кассе.

Свидетель ФИО12 ответчика пояснила, что истицу знает с апреля 2017 с момента ее трудоустройства в «Баунти бьютифул» в должности врача косметолог, ей известно об обстоятельствах работы истицы только из документов.

Суд, выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, давая всем доказательствам в совокупности, приходит к выводу об обоснованности исковых требований в части.

В силу статьи 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.(ч.2 ст. 15 ТК РФ).

Согласно статье 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с настоящим Кодексом.

Положениями статьи 56 ТК РФ установлено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

В силу статьи 68 Трудового кодекса РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Кроме того, в силу статьи 60.1 Трудового кодекса РФ, работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

Из системного анализа норм трудового законодательства следует, что сформулированное понятие трудового договора позволяет выделить его основные элементы (признаки), позволяющие отличать трудовой договор от гражданско-правовых договоров, связанных с применением труда, - договора подряда, договора на выполнение научно-исследовательских работ, договора возмездного оказания услуг и т.д.

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять работу по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, то есть обусловленной соглашением сторон трудовой функции; выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка; обязанность работодателя обеспечить работнику условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, а также возмездный характер трудового отношения (оплата производится за затраченный труд) по установленным нормам.

Согласно Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-О-О суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса РФ.

В силу принципа состязательности сторон (ст. 12 ГПК РФ) и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56, части 1 статьи 68 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, в связи с чем, обязанность доказать возникновение трудовых отношений с ответчиком в данном случае возложена на истца.

Как следует из документов, имеющихся в деле, трудовой договор № 01-04-17-ПО был заключен ООО «Баунти Бьютифул» с ФИО4 от 01.04.2017, трудовые отношения оформлены приказом (распоряжением) о приеме на работу от 01.04.2017, ФИО4 была принята врачом косметологом на работу 01.04.2017г. в ООО «Баунти Бьютифул» в 

<

адрес>. Согласно приказа (распоряжения) о прекращении трудового договора с работником, ФИО4 была уволена 13.06.2017 по ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Законность увольнения истицей не оспаривается.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ при фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Суд приходит к выводу о том, что фактическое исполнение истицей трудовых обязанностей в должности врача косметолога с 01.02.2017 и в спорный период в июне и июле 2017 нашло подтверждение на основании показаний свидетелей ФИО11, ФИО8, ФИО3, ФИО10

А также подтверждено иными доказательствами: скрин-шотом с программы Instogramm, 21.02.2017г., договором на оказание услуг от 04.03.2017г. согласно которого ФИО4 оказывала услуги ФИО10, за которые она оплатила 5000 руб., что подтверждается квитанцией от 04.03.2017, а также остальная сумма в размере 27 300 была оплачена после, в срок до 04.09.2017.

Пояснения свидетеля ФИО21 не опровергают показаний свидетелей истицы.

Суд полагает указанные доказательства допустимыми и относимыми, оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется, доказательств заинтересованности свидетелей в исходе дела суду не представлено.

В части материалов проверки Государственной инспекции труда в Приморском крае по ч.1 ст. 5.27 Ко АП РФ в отношении ООО «Баунти Бьютифул» постановление 7-2994-17-ОБ/0073/49/6 от 30.08.2017, следует отметить, что доводы истицы о том, что она не обращалась в ГИТ с заявлением, не давала пояснений, о проведении проверки узнала при получении решения инспекции, не представляла доказательств фактического периода отработанного времени и выполнения работы в период отпуска. 

Кроме того, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ основными принципами правового регулирования трудовых отношений признаются, в том числе запрещение дискриминации в сфере труда, равенство прав и возможностей работников, что закреплено в ст. 2 Трудового кодекса РФ.

Согласно ст. 3 ТК РФ каждый имеет равные возможности при реализации трудовых прав. Установление каких-либо преимуществ в зависимости, в частности, от должностного положения, не связанных с деловыми качествами работника, является дискриминацией в сфере труда.

Применение предусмотренного ст. 10 ГК РФ общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом в полной мере распространяется на сферу трудовых отношений.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что факт возникновения между истицей и ООО «Баунти Бьютифул» трудовых отношений с 01.02.2017 доказан.

Также в судебном заседании получило подтверждение исполнение истицей трудовых обязанностей в период с июня - июля 2017, во время нахождения в отпуске без содержания.

Расчет заработной платы за отработанное время в июне 2017 – 17840 руб. ( 21 рабочий день), в июле 2017 – 7 645 руб. 70 коп. ( 9 рабочих дней), суд признает верным.

Также правильным является расчет компенсации неиспользованного отпуска – 9 133,95 руб., исходя из среднедневного заработка истца- 608,67 руб. и количества дней отпуска – 15, исходя из фактически отработанного времени с 01.02.2017, включая спорный период в июне и июле 2017.

Следует отметить, что на работодателя возложена обязанность по отчислению страховых платежей за работника в ПФР, учитывая, что факт трудовых отношений с ФИО4 в спорный период установлен, ООО «Баунти Бьютифул» обязан произвести расчет страховых взносов от суммы заработной платы выплаченной ФИО4 в феврале, марте, июне и июле 2017 и оплатить страховые взносы в ПФР по страхователю регистрационный номер в ПФР 035-004-020157 за периоды февраль, март, июнь, июль 2017.

В части требований истицы о компенсации морального вреда, в сумме 20 000 руб., основанной на положениях ст. 237 ТК РФ, суд приходит к выводу о том, что сумма компенсации определенной истцом является завышенной, в связи с чем, подлежит удовлетворению в части – 10 000 руб.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика в пользу муниципального бюджета г. Владивостока подлежит взысканию государственная пошлина в размере пропорциональном от суммы удовлетворенных материальных требований - 1238,56 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4 к ООО «Баунти Бьютифул» об определении периода трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации неиспользованного отпуска, морального вреда, обязанности произвести расчет и оплатить взносы в ПФР – удовлетворить частично.

Признать наличие трудовых отношений, между ФИО4 и ООО «Баунти Бьютифул» с 01.02.2017.

Обязать ООО «Баунти Бьютифул» внести в трудовую книжку истицы запись о приеме на работу на должность врача косметолога ООО «Баунти Бьютифул» 01.02.2017.

Взыскать с ООО «Баунти Бьютифул» в пользу ФИО4 заработную плату за отработанное время в июне 2017 в размере 17 840 руб. и июле 2017 в размере 7 645,70 руб., а всего в размере 25 485,71 руб.

Обязать ответчика произвести расчет страховых взносов от суммы заработной платы, выплаченной в феврале, марте, июне, июле 2017 и оплатить страховые взносы в ПФР по страхователю регистрационный номер в № за периоды: февраль, март, июнь, июль 2017.

Взыскать с ООО «Баунти Бьютифул» в пользу ФИО4 денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. 

Взыскать с ответчика госпошлину в доход муниципального бюджета г. Владивостока в размере 1238,56 руб.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Ленинский суд г.Владивостока в течение 30-ти дней с даты изготовления мотивированного решения.

Судья Ленинского районного суда 

г.Владивостока М.Ю. Пономарева