Дело №2-395/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 февраля 2019 года г. Магнитогорск

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Макаровой О.Б.

при секретаре Пономаревой В.О.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 , ИП ФИО2 о признании договора цессии недействительным, 

УСТАНОВИЛ:

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1, ИП ФИО2, о признании недействительным в силу ничтожности договора цессии № 

<

номер обезличен>, заключенного между ответчиками 

<

дата обезличена> в соответствии с которым ФИО1 передала ИП ФИО2 свое право требования возмещения ущерба, причиненного ее транспортному средству 

<

данные изъяты> в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 

<

дата обезличена> между указанным автомобилем и автомобилем 

<

данные изъяты>, под управлением Х.Д.Х. В обоснование требований указано, что договор цессии является мнимой сделкой, так как не направлен на возникновение соответствующих ей правовых последствий. Закон предусматривает специальный статус потерпевшего – физического лица, имеющего на праве собственности легковой автомобиль, который зарегистрирован на территории РФ. Цессионарий в рамках договора цессии не приобретает права и обязанности потерпевшего – собственника транспортного средства, в том числе права передать и принять не принадлежащее цессионарию имущество, оценить качество ремонта, достаточность произведенных ремонтных воздействий, в том числе и при дальнейшей эксплуатации в течение гарантийного срока.

Представитель истца ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя истца, на исковых требованиях настаивает.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, причину неявки суду не сообщила. 

Ответчик ИП ФИО2 извещена, в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя ФИО3

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности от 

<

дата обезличена> года (л.д. 63), в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 64-67), просила отказать в удовлетворении заявленных исковых требований ссылаясь на то, что договор цессии не затрагивает личность кредитора, к цессионарию на основании договора цессии перешло право требования к любым лицам на возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП, произошедшего 

<

дата обезличена> года, в том числе к виновному лицу, договор цессии соответствует требованиям закона, предмет договора является определимым, ФЗ «Об ОСАГО» не содержит запрета на заключением договоров на уступку прав, вытекающих из договоров ОСАГО, договор не является мнимым, при этом права истца договором цессии не нарушаются, со стороны истца имеется злоупотребление правом. Кроме того, указала, что цессионарию (ИП ФИО2) по договору цессии передано также право на получение направления на ремонт, то есть возмещение причиненного вреда в натуре, однако истец направление на ремонт не выдал, стоимость ремонта не согласовал, чем нарушил требования закона об ОСАГО.

Суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав пояснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ПАО СК «Росгосстрах» удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Материалами дела подтверждено, что 

<

дата обезличена> года на пересечении 

<

адрес обезличен> произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием автомобилей 

<

данные изъяты>, под управлением Х.Д.Х. , и 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1 

Гражданская ответственность владельца автомобиля 

<

данные изъяты>, застрахована ПАО СК «Росгосстрах», гражданская ответственность владельца автомобиля 

<

данные изъяты>, застрахована САО «ВСК». (л.д. 5, 11-12)

<

дата обезличена> года между ФИО1 (Цедент), являющейся собственником ТС 

<

данные изъяты>, и ИП ФИО2 (Цессионарий) был заключен договор цессии № 

<

номер обезличен>, в соответствии с условиями которого цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право (требование) к любым лицам на возмещение ущерба, вытекающего из повреждения автомобиля Цедента (

<

данные изъяты> произошедшего в результате ДТП 

<

дата обезличена> года (л.д. 6-8). 

В соответствии с протоколом согласования договорной цены размер оплаты по договору цессии устанавливается в сумме восстановительных расходов по ремонту транспортного средства, уменьшенной на 3%. 

Пунктом 2 Протокола предусмотрено, что восстановительный ремонт транспортного средства осуществляется согласно Направления на ремонт выданного страховой компанией либо, согласно иного договора на техническое обслуживание и ремонт автомобиля. 

Помимо прав (требований) и документов, касающихся ДТП и автомобиля, Цессионарию был передан и поврежденный автомобиль для организации восстановительного ремонта. (л.д. 95)

<

дата обезличена> года ИП ФИО2 обратилась в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о прямом возмещении убытков (л.д. 5), после чего ПАО СК «Росгосстрах» 

<

дата обезличена> организовало осмотр поврежденного транспортного средства (л.д. 44, 45-46), получило экспертное заключение о стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля 

<

данные изъяты> (л.д. 47-51), однако 

<

дата обезличена> сообщило, о невозможности осуществления выплаты, в связи с тем, что в САО «ВСК» застрахована гражданская ответственность Х.Д.Х. при использовании иного транспортного средства (л.д. 40, 41)

В САО «ВСК» 

<

дата обезличена> были внесены изменения в страховой полис 

<

номер обезличен>, указан государственный регистрационный знак автомобиля, после чего страховой полис был предъявлен истцу (л.д. 11-12). 

Вместе с тем в установленный законом срок ПАО СК «Росгосстрах» направление на ремонт не выдало, восстановительный ремонт не согласовало, что следует из ответа на запрос суда (л.д. 85), а письмом от 

<

дата обезличена> сообщило о невозможности выплаты страхового возмещения в связи с несоответствием представленного договора цессии нормам законодательства (л.д. 57).

<

дата обезличена> истцу была вручена досудебная претензия (л.д. 56), в ответ на которую ответчикам было сообщено, что оснований для пересмотра ранее принятого решения и удовлетворения заявленных требований не имеется (л.д. 57 оборот).

ИП ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, убытков, неустойки, судебных расходов (л.д. 75), после чего ПАО СК «Росгосстрах» предъявил исковые требования о признании договора цессии недействительным.

В обоснование своей правовой позиции истец указывает на следующее:

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года N 58 разъяснено, что поскольку прямое возмещение убытков осуществляется страховщиком гражданской ответственности потерпевшего от имени страховщика гражданской ответственности причинителя вреда (пункт 4 статьи 14.1 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" - Закона об ОСАГО), к такому возмещению положения Закона об ОСАГО применяются в редакции, действовавшей на момент заключения договора обязательного страхования гражданской ответственности между причинителем вреда и страховщиком, застраховавшим его гражданскую ответственность.

В соответствии с п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется в соответствии с п. 15.2 или в соответствии с п. 15.3 статьи 12 путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Таким образом, по мнению истца, Закон об ОСАГО предусматривает специальный статус потерпевшего - физическое лицо, имеющее на праве собственности легковой автомобиль, который зарегистрирован на территории РФ.

В данном случае к цессионарию при передаче прав требования не могут перейти права, неразрывно связанные с цедентом, - право собственности на автомобиль; следовательно, договор цессии подпадает под положения ст. 383 ГК РФ, когда личность, специальный статус кредитора имеет значение для определения возможности передачи прав.

Кроме того истец считает, что договор цессии обладает признаками мнимой сделкой, как совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, и в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ является ничтожным, так как право потерпевшего на получение страхового возмещения в виде возмещения причиненного вреда в натуре неразрывно связано с личностью потерпевшего.

Разрешая исковые требования ПАО СК «Росгосстрах» суд исходит из следующего:

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В соответствии со ст.170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно разъяснениям п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая.

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО). В соответствии с ч. 2 ст. 390 ГК РФ обязательным для цессии условием является факт существования требования в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

По правилам пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Согласно пункту 2 указанной нормы не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Из положений статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что кредитор может передать право, которым сам обладает.

Согласно пункту 3 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.

Пунктом 1 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы (пункт 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд полагает, что в действующем законодательстве, в том числе положениях статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 13 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", не содержится запрета на передачу потерпевшим (выгодоприобретателем) принадлежащего ему требования другим лицам.

Так, по смыслу пункта 1 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации замена страхователем выгодоприобретателя допустима во всех договорах имущественного страхования. Согласия страховщика в этом случае не требуется, необходимо только письменное его уведомление. Ограничение прав страхователя по замене выгодоприобретателя установлено для защиты прав последнего только для случаев, перечисленных в пункте 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых такая замена может производиться по инициативе самого выгодоприобретателя. Возможность уступки права потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования другому лицу подтверждается и разъяснениями, приведенными в пунктах 19, 20, 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года №58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Исходя из спорных правоотношений уступка права ФИО1 - потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования, другому лицу – ИП ФИО2 не противоречит и разъяснениям, данным в пунктах 2, 57, 60, 68, 69, 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года №58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года №58, договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, то есть возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным.

В оспариваемом договоре указано, что ФИО1 передает ИП ФИО2 право (требование) на возмещение ущерба, возникшего вследствие повреждения принадлежащего ей автомобиля в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 

<

дата обезличена> года, при участии автомобиля 

<

данные изъяты>, и автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением Х.Д.Х. то есть предмет договора сторонами определен надлежащим образом и более чем определим.

Суд считает, что предмет и условия договора цессии не противоречат каким-либо императивным правовым нормам.

Все сомнения истца относительно данного договора касаются только вопроса организации ремонта поврежденного транспортного средства. При этом в данном случае, вопреки доводам иска, уступка требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, не имеет места, поскольку выгодоприобретателем уступлены не права по договору, а право требования возмещения вреда, причиненного его имуществу, в рамках этого договора.

Кроме того, у страховщика имелась возможность соблюдения своей обязанности по выдаче направления на восстановительный ремонт ИП ФИО2, поскольку поврежденный автомобиль ФИО1 передан ей для организации восстановительного ремонта и контроля за проведением ремонта.

В силу п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если договор обязательного страхования заключен причинителем вреда после 27 апреля 2017 года, страховое возмещение вреда в связи с повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации в силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта (обязательный восстановительный ремонт).

Согласно положениям ст. 388.1, п. 5 ст. 454 и п. 2 ст. 455 ГК РФ в их взаимосвязи договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование).

Таким образом, при определенных условиях (например, при невыполнении страховщиком обязанности по выдаче направления на ремонт поврежденного автомобиля) у потерпевшего может возникнуть право на получение страховой выплаты, кроме того, у потерпевшего имеется право требования выплаты размера утраченной товарной стоимости транспортного средства, право требования полного возмещения ущерба с виновного лица, а потому заключенный между ответчиками договор уступки прав (требований) не противоречит законодательству и в настоящий момент времени не нарушает каких-либо прав истца.

Исходя из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ, на который ссылается истец, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных ими результатов, следовательно, установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной. Для обоснования мнимости сделки заинтересованному лицу (истцу) необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Доказательств того, что договор цессии от 

<

дата обезличена> года был заключен лишь для вида и стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия истцом ПАО СК «Росгосстрах» в ходе рассмотрения дела не представлено.

Суд полагает, что на момент рассмотрения дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что оспариваемый договор цессии нарушает права ПАО СК «Росгосстрах», в том числе права страховщика, предусмотренные Законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», учитывая, что в ходе рассмотрения дела не установлены обстоятельства уклонения ответчиков от предоставления транспортного средства на осмотр, от получения направления на ремонт автомобиля. Установлено, что ПАО СК «Росгосстрах» не выдавало потерпевшему направление на восстановительный ремонт транспортного средства, тогда как автомобиль 

<

данные изъяты>, был передан ИП ФИО2 для организации восстановительного ремонта.

Суд считает, что при таких обстоятельствах требования ПАО СК «Росгосстрах» о признании недействительным договора цессии не основаны на законе.

Суд также считает необходимым отметить, что в соответствии с п. 3 ст. 421 Гражданского кодекса РФ стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Как указано в п. п. 48,49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 года «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» в случае если заключенный сторонами договор содержит элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор), к отношениям сторон по договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 ГК РФ). Если из содержания договора невозможно установить, к какому из предусмотренных законом или иными правовыми актами типу (виду) относится договор или его отдельные элементы (непоименованный договор), права и обязанности сторон по такому договору устанавливаются исходя из толкования его условий. При этом к отношениям сторон по такому договору с учетом его существа по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) могут применяться правила об отдельных видах обязательств и договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 ГК РФ).

Из содержания и толкования условий договора, заключенного 

<

дата обезличена> года между ФИО1 и ИП ФИО2, можно усмотреть, что данный договор содержит элементы договора поручения в части обращения с заявлением о выплате страхового возмещения и получения документов на организацию восстановительного ремонта транспортного средства. При таких обстоятельствах, а также при наличии у потерпевшего права при определенных обстоятельствах на получение возмещения ущерба в денежном выражении, в том числе с виновника ДТП, а не только путем проведения восстановительного ремонта транспортного средства по направлению страховщика, оснований для признания спорного договора цессии мнимым и (или) противоречащим требованиям закона, не имеется.

Также суд считает возможным принять во внимание ссылку представителя ответчика ИП ФИО2 на положения ст.10 Гражданского кодекса РФ, п.5 ст.166 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которым заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, учитывая, что из материалов дела следует, что требования о признании недействительным договора цессии были предъявлены истцом в суд после обращения ответчика в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением о взыскании страхового возмещения, обязанности, предусмотренные Законом «Об ОСАГО» страховой компанией не выполняются ни в отношении потерпевшего ФИО1, ни в отношении цессионария ФИО2

Таким образом, суд полагает, что оснований для удовлетворения исковых требований ПАО СК «Росгосстрах» не имеется, в удовлетворении иска следует отказать в полном объеме.

В силу требований ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Суд считает, что судебные расходы, понесенные истцом ПАО СК «Росгосстрах» по данному делу, возмещению истцу не подлежат, в связи с отказом в удовлетворении его исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 , ИП ФИО2 о признании договора цессии № 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> года, заключенного между ФИО1 и ИП ФИО2 , недействительным (ничтожным) отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий: