Дело № 2-3/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27февраля 2018 года п.Бреды

Брединский районный суд в составе:

Председательствующего судьи Сысуевой С.В.

При секретаре Бородиной А.В.

С участием прокурора Самойловой С.Н.

Адвокатов Пономарева Ю.П., Саудиновой Ж.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о выселении из жилого помещения, иску ФИО3 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным, аннулировании записи в ЕГРПН о регистрации прав

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Брединский районный суд с иском к ФИО2 о выселении из квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес> обосновав свои требования тем, что указанная квартира принадлежит ей на праве собственности, приобретенной по договору дарения от матери ФИО3. В квартире проживает ФИО2, являющаяся её племянницей, на имя которой ранее был заключен договор дарения, отмененный её матерью в июне 2016года. После получения в ноябре 2016года квартиры от матери и оформления своих прав на квартиру, предложила ответчице освободить квартиру, от чего та отказалась. При этом она не является членом её семьи, а нахождение ответчицы в квартире нарушает её права как собственника квартиры, препятствует распорядиться квартирой, при том, что согласия на проживание ответчицы в квартире она не давала, каких либо договоров с ФИО2 не заключала.

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 с учетом уточнений (л.д.151) о признании сделки договора дарения от 30.11.2016года недействительной, аннулировании записи в ЕГРПН на имя ФИО1, обосновав свои требования тем, что в 2016году ей была предоставлена жилищная субсидия на приобретение жилья в размере 1077444рубля, после получения которой по её поручению и на основании доверенности, её внучкой ФИО2 приобретена в собственность квартира в 

<

адрес> в которой проживала ФИО2, а она проживала с 2011года у матери ФИО2- ФИО4, поэтому подарила внучке квартиру по договору дарения, который отменила по настоянию второй дочери ФИО1 в ноябре 2016года, после чего ФИО1 забрала её жить к себе, а затем заставила её оформить договор дарения чтобы передать квартиру в собственность как она пояснила обеих дочерей, то есть ей и ФИО4, чтобы избежать между ними скандала после её смерти, в силу престарелого возраста – 92лет, плохого зрения, наличия заболеваний, она была вынуждена подписать данный договор дарения 30.11.2016года, но впоследствии в августе 2017года от ФИО4 узнала, что договор дарения оформлен только на ФИО1, а второй дочери в нем не указано, что не соответствовало тому, о чем ей говорила ФИО1 при подписании договора. Она не предвидела таких обстоятельств, поскольку данным договором нарушены её права, так как зная о его содержании она не стала бы его подписывать.

Определением суда от 28сентября 2017года гражданские дела были соединены в одно производство(л.д.89).

Истица-ответчик в суде ФИО1 свой иск поддержала, против иска ФИО3 возражала, пояснив, что после приобретения квартиры мать, проживавшая в то время у сестры ФИО4, в июне 2016года подарила её ФИО2 дочери ФИО4, а затем отменила данный договор в регистрационной службе в п.Бреды и переехала жить к ней, после чего сама предложила оформить квартиру на неё, и настояла, что хочет подарить спорную квартиру именно ей, для чего они оформили договор дарения и обратились за его регистрацией в МФЦ г.Карталы, чтобы об этом не было известно ФИО4, это была инициатива именно ФИО3, которая несмотря на свой возраст 92года на момент заключении договора, чувствовала себя хорошо, заболеваниями не страдала, очками не пользовалась, была адекватна. При подаче документов в МФЦ ФИО3 разъясняли все про договор, она согласилась с ним и подписала, затем они еще дважды ездили, вносили изменения в него, связанные с площадью и мать никаких возражений против договора не высказывала. В 2017году она хотела воспользоваться своей квартирой, но там жила ФИО2 которой она предложила освободить квартиру, та отказалась, после чего ФИО4 забрала мать к себе проживать, и мать стала оспаривать договор дарения. Полагает он заключен правильно, законно, мать понимала все свои действия и добровольно подписала договор, осознавая что в нем содержится. Указала о пропуске ФИО3 срока исковой давности для оспаривания сделки. Просит в иске ФИО3 отказать, её иск удовлетворить, выселить ФИО2 из принадлежащей ей квартиры.

Представитель ФИО1 адвокат Пономарев Ю.П. поддержал её мнение, указав, что ФИО3 по уточненным требованиям пропущен годичный срок для оспаривания сделки, так как уточнение к иску было подано в феврале 2018года, а сделка совершена в ноябре 2016года, кроме того сделка совершена в соответствии с законом, нарушений не допущено, проведенной психиатрической экспертизой не сделано выводов о том, что ФИО3 не отдавала отчета своим действиям, следовательно, могла руководить ими и соответственно осознавала, какую именно сделку совершает.

Ответчик ФИО2 в суд не явилась, о дне слушания извещена надлежащим образом по месту регистрации и проживания (л.д.160-161).

Истец ФИО3 свой иск поддержала, пояснив, что в силу своего престарелого возраста, наличия заболевания, плохого слуха и зрения, была введена в заблуждение дочерью ФИО1 относительно того кому она дарит квартиру, она полагала что квартира будет подарена обеим дочерям, а зная, что дарение оформляется только на одну из дочерей, не стала бы подписывать договор. Ранее с 2011года проживала постоянно у ФИО4, которая осуществляла уход и которая в настоящее время осуществляет за ней уход. В 2016году ФИО1 узнав, что свою квартиру, купленную на жилищную субсидию она подарила внучке ФИО2, забрала её к себе жить и заставила отменить договор дарения на имя ФИО2, что она и сделала. После чего отношение ФИО1 к ней изменилось, она стала настаивать чтобы она подарила квартиру обеим дочерям, чтобы между ними не было скандала, на что она согласилась, её возили в г.Карталы где подали документы на регистрацию, договор она не читала в силу плохого зрения, ей его также никто не читал, она плохо слышит, просто сказали подписать, она подписала. Полагает, что её ввели в заблуждение, так как она не понимала какой документ подписывает. Просит иск свой удовлетворить, так как в результате заключения данного договора она осталась без жилья. 

Представитель ФИО3- ФИО4 поддержала иск ФИО3, пояснив, что мать престарелого возраста, плохо видит и слышит, чем воспользовалась ФИО1 заставив мать подписать договор дарения на свое имя, о котором мать думала, что он заключается в пользу обеих дочерей. Полагает, что указанный договор является недействительным.

Представитель ФИО3 адвокат Саудинова Ж.А. иск ФИО3 поддержала, дополнив, что согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО3 не правильно осознавала цель сделки, а именно не понимала в пользу кого она её заключает, следовательно была введена в заблуждение ФИО1 относительно данного договора, при этом сама договор прочитать не могла, ей никто его не читал, что свидетельствует о недействительности указанного договора. Просит иск ФИО3 удовлетворить, в иске ФИО1 отказать.

Представитель ГУ Федеральной Регистрационной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в г.Карталы в судебное заседание не явился, о дне слушания извещены надлежащим образом. 

Выслушав стороны, представителей, свидетелей, прокурора, полагавшего иск Крысиной подлежащим удовлетворению, в иске ФИО1 отказать, исследовав письменные материалы дела, суд полагает, что иск ФИО3 подлежит удовлетворению, в удовлетворении иска ФИО1 надлежит отказать в силу следующих обстоятельств:

В соответствии с правилами ч.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания её судом таковой (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожное).

Согласно положениям п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью и недействительна с момента её совершения. 

В силу ст.177 ГК РФ сделка совершенная гражданином, хоть и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина, либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз.2 п.1 ст.171 ГК РФ настоящего Кодекса, согласно которым каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить в натуре – возместить его стоимость в деньгах.

Как установлено правилами п.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка( пункт 1 ст.179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что между сторонами возник спор, связанный, с заключенным между ФИО3 и ФИО1 договором дарения квартиры по адресу 

<

адрес> Из показаний участников процесса следует, что истица ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ рождения является матерью ответчика ФИО1, в силу возраста имеет сниженный слух и плохое зрение.

Требования ФИО3 основаны на том, что она была введена в заблуждение ФИО1 относительно того, в пользу кого она заключает договор, в связи с чем дарение квартиры только ФИО1 не отвечало её желанию и намерению. Утверждает о том, что указанная сделка нарушает её права, так как лишает её собственности, а также возможности распоряжения квартирой по своему усмотрению, о заключении договора дарения на имя ФИО1 узнала от второй дочери ФИО4 в августе 2017года.

Ответчик ФИО1 утверждая о действительности сделки дарения указывает на отсутствие у матери каких либо заболеваний, препятствовавших ей осознавать обстоятельства заключенного договора, а зрение и слух в период проживания в их доме были в норме, именно мать настаивала на заключении такой сделки, что они и сделали. При этом не оспаривала обстоятельств наличия заболевания зрения у матери, а также что сопровождала мать на операцию на глаза несколько лет назад.

Судом проведена очная судебно-психиатрическая экспертиза, из заключения которой следует, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ рождения обнаруживает признаки эмоционально лабильного(астенического) расстройства, что подтверждается данными анамнеза, материалами гражданского дела, имеющейся медицинской документацией, выявившими, что она с 1997года страдает катарактой левого глаза, с 2008года катаракта правого глаза, артифакией обоих глаз, что привело к значительному снижению зрения у испытуемой, с 1998-ишемической болезнью сердца, с 2013года – ИБС с нарушением ритма сердца(мерцательной аритмией, фибрилляцией предсердий), артериальной гипертензией с 2012года, деформирующим остеоартрозом коленных суставов, на фоне данных заболеваний существует стойкая церебрастеническая симптоматика( жалобы на головные боли, шум в голове, головокружение), а также данными настоящего амбулаторного психиатрического обследования, выявившими у испытуемой затрудненность контакта в связи со сниженным слухом, эмоциональную лабильность, некоторую обстоятельность мышления с трудностью переключения, не грубое снижение памяти, истощаемость. Данные особенности психики выражены не столь значительно и не лишали испытуемую способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора дарения 30.11.2016года. Однако значительное снижение зрения в процессе совершения сделки( практически не видела, не читала подписываемый документ) не позволило испытуемой правильно осознавать цель сделки(т.н. «порок воли»), таким образом, сама цель сделки сформирована не в соответствии с реальностью, а под влиянием не отвечающих действительности представлений о сущности сделки. (л.д.138-140).

Таким образом из указанного заключения следует, что ФИО3 вследствие наличия заболеваний не осознавала цель заключаемой сделки, а также её сущность в части того, в отношении кого сделка заключается, что препятствовало ей осуществить свои права в отношении принадлежащего ей имущества надлежащим образом в соответствии со своими желаниями и намерениями.

Не доверять указанному заключению экспертизы у суда оснований не имеется, доводы, изложенные в заключении ответчиком ФИО1 и её представителем не опровергнуты. При этом суд учитывает, что самой ФИО1 не оспаривалось проведение операции на оба глаза ФИО3, на одну из которых именно она сопровождала мать, в связи с чем ФИО1 не могла не знать на момент заключения сделки о том, что ФИО3 страдает плохим зрением и не имеет возможности самостоятельно прочесть как ввиду престарелого возраста, так и плохого зрения текста подписываемого договора.

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым удовлетворить требования ФИО3 признав договор дарения квартиры недействительным и применяя последствия недействительности сделки, прекратить возникшее на основании этой сделки право собственности истца –ответчика ФИО1 на спорную квартиру, признав (восстановив) право собственности истца ФИО3 на эту квартиру.

Согласно п.11 постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2003года № 23 « О судебном решении» исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств. В связи с чем в ней должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд по иску(ст.138ГПК РФ), кто какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем, чтобы решение не вызвало затруднений при его исполнении (ч.5 ст.198, статья 204-207 ГПК РФ).

В связи с указанными обстоятельствами суд полагает необходимым изложить в резолютивной части решения указанные выше последствия недействительности сделки, в целях исполнимости решения суда в дальнейшем. 

Доводы ФИО1 и её представителя о том, что здоровье ФИО3 несмотря на возраст было хорошим и не вызывало опасений, со ссылкой на показания свидетелей Б. А.Ю, Б. Ю.Н., Б. Н.А., суд считает несостоятельными, поскольку указанные доводы опровергнуты письменными доказательствами, в частности заключением экспертизы содержащими описания заболеваний, которыми страдает ФИО3 в течении длительного времени. При этом суд полагает, что показания данных свидетелей не могут являться доказательствами, ввиду того, что указанные лица не имеют специального медицинского образования, при этом состоят в родственных связях с ответчиком-истицей, что свидетельствует о наличии у них заинтересованности в исходе дела.

Доводы представителя Пономарева Ю.П. о том, что сотрудником МФЦ при принятии документов разъяснялось существо сделки, со ссылкой на показания свидетеля М. Т.А, является несостоятельным, поскольку указанный свидетель пояснил в суде о том, что обстоятельств приема документов от ФИО3 и ФИО1 по данной сделке 30.11.2016года не помнит, как и стороны, а разъяснение действий, которые должен производить при приеме документов специалист МФЦ, не является доказательством, что указанные обязанности были выполнены при приеме документов от сторон оспариваемого договора, а также, что у ФИО3 выяснялись условия договора, и его условия, в том числе кому подарена квартира. 

Доводы представителя Пономарева Ю.П. о том, что ФИО3 заявлены различные три требования, которые подлежат рассмотрению каждое, является несостоятельным, истицей ФИО3 в феврале 2018года уточнены свои требования, поданные 11.09.2017года, в связи с оспариванием сделки дарения квартиры.

Доводы ФИО1 и адвоката Пономарева Ю.П. о пропуске ФИО3 срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, так как уточнения к заявлению поданы в феврале 2018года, а сделка совершена в ноябре 2016года, о чем было известно истцу, также являются несостоятельными и не могут быть приняты судом как основание к отказу в удовлетворении иска. 

По мнению суда, учитывая возраст истицы ФИО3, установленные у неё заболевания, в том числе зрения и слуха, вследствие которых она не могла правильно осознавать цель заключаемой сделки, которая была для неё сформирована не в соответствии с реальностью, а под влиянием не отвечающих действительности представлений о сущности, указанный довод является ошибочным. Действительно уточнения к исковым требованиям истцом поданы 20.02.2018года, вместе с тем суд учитывает, что из пояснений самой истицы, а также представителя ФИО4 следует, что о сделке в пользу ФИО1, истица узнала от ФИО4 в августе 2017года, когда переехала жить к ней, в суд с заявлением об отмене договора дарения по тем же основаниям истица обратилась в сентябре 2017года, а в последующем воспользовавшись своим правом уточнила свои требования. А исходя из заключения судебно-психиатрической экспертизы следует, что существо сделки ФИО3 в момент её заключения не знала, ввиду наличия заболевания. В связи с чем суд полагает однозначно установленной датой, с которой начинается течение срока исковой давности является август 2017года, когда ФИО3 переехала для проживания к ФИО4, с указанной же даты срок исковой давности не истек, а потому основания для удовлетворения ходатайства стороны ответчика об отказе в удовлетворении иска не имеется.

Иных доводов ФИО1 и её представителем не заявлено.

На основании изложенного суд полагает необходимым защитить права истца ФИО3, признать договор от 30.11.2016года дарения квартиры, расположенной по указанному в иске адресу недействительным, прекратить право собственности ответчика-истца ФИО1 на эту квартиру, отменить государственную регистрацию её права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним и признать право собственности на указанную квартиру за истицей ФИО3.

Удовлетворение иска ФИО3 свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения иска ФИО1 о выселении из спорной квартиры ответчика ФИО2, поскольку установленных судом обстоятельств право собственности ФИО1 на спорную квартиру прекращается, что свидетельствует об отсутствии у неё установленных законодательством оснований для заявления требований о выселении, поскольку она не является собственником указанной квартиры, в удовлетворении иска ФИО1 таким образом надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.197,198 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО3 к ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор от 30ноября 2016года дарения квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО1.

Прекратить право собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес>, отменить регистрацию её права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок и признать право собственности на указанную квартиру ФИО3. 

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о выселении из квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>,отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Брединский районный суд в течении месяца со дня изготовления в окончательной форме. 

Председательствующий Сысуева С.В.