Дело № 44 г-57/18 

Судья: Москвин К.А.

Суд апелляционной инстанции: 

ФИО1, Аверченко Д.Г., ФИО2

Докладчик: судья Аверченко Д.Г.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 95

президиума Московского областного суда

г. Красногорск, Московской области 14 марта 2018 года

Президиум Московского областного суда в составе: 

председательствующего Гаценко О.Н., 

членов президиума Бокова К.И., Лащ С.И., Мязина А.М., Самородова А.А.,

ФИО3, 

при секретаре Иванове А.В., 

рассмотрел гражданское дело по иску Одинцовского городского прокурора в интересах Российской Федерации, неопределенного круга лиц, муниципального образования «Одинцовский муниципальный район», муниципального образования с.п. Никольское к ФИО4, администрации Одинцовского муниципального района о прекращении права собственности и восстановлении положения, существовавшего до нарушения права,

по кассационной жалобе ФИО4 на решение Одинцовского городского суда Московской области от 18 июля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 11 октября 2017 года.

Заслушав доклад судьи Абдулгалимовой Н.В., 

объяснения представителя ФИО4 – ФИО5, поддержавшего доводы кассационной жалобы,

заместителя прокурора Московской области Можаева М.В., полагавшего судебные постановления подлежащими оставлению без изменения, а кассационная жалоба - без удовлетворения,

У С Т А Н О В И Л :

Одинцовский городской прокурор Московской области в интересах неопределенного круга лиц и органов местного самоуправления обратился в суд с иском к ФИО4 и администрации Одинцовского муниципального района о признании недействительным постановления администрации Одинцовского муниципального района от 11.10.2007 № 2849 по распоряжению земельным участком; о признании отсутствующим права собственности ФИО4 на жилой дом; об истребовании земельного участка № … с кадастровым номером … площадью … кв.м., расположенного по адресу: … ФИО4 в распоряжение администрации Одинцовского муниципального района Московской области.

В обоснование требований прокурор ссылался на те обстоятельства, что ФИО4 незаконно оформила спорный участок в собственность при отсутствие на нем жилого дома, являющегося объектом недвижимости.

Ответчик ФИО4 иск не признала, просила применить срок исковой давности.

Решением Одинцовского городского суда Московской области от 18 июля 2017 года исковые требования удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 11 октября 2017 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить судебные постановления.

По запросу от 21 декабря 2017 года дело истребовано для изучения в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Ризиной А.Н. от 28 февраля 2018 года вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения в президиум Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражения на нее, президиум находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса основания для отмены в кассационном порядке апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 11 октября 2017 года.

В силу ст. 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера существенные нарушения норм права были допущены судебными инстанциями при разрешении настоящего дела и выразились в следующем.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 20.12.2005г. постановлением № 450 Территориального управления по с.п. Никольское Одинцовского муниципального района Московской области ФИО6 предоставлен в аренду свободный от строений земельный участок с кн … площадью … кв.м. по адресу: … с видом разрешенного использования «для индивидуального жилищного строительства».

В тот же день между Территориальным управлением с.п. Никольское Одинцовского муниципального района и ФИО6 заключен договор аренды указанного земельного участка. 

25.12.2006г. в соответствии с соглашением права и обязанности по договору аренды переданы от ФИО6 к ФИО4

11.10.2007г. постановлением администрации Одинцовского муниципального района №2849 спорный земельный участок предоставлен ФИО4 в собственность за плату для индивидуального жилищного строительства.

27.02.2008г. Комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации Одинцовского муниципального района с ФИО4 заключен договор купли-продажи названного земельного участка по цене … руб. из расчета десятикратной ставки земельного налога.

Условием заключения указанного договора явилось наличие у ФИО4 зарегистрированного права собственности на жилой дом, расположенный на спорном земельном участке.

В соответствии с заключением по определению границ земельного участка с кн …, имеющихся в границах участка строений и характеристик имеющихся строений, выполненным ООО «АВС» на основании договора от 18 декабря 2015 года, по совокупности признаков рассматриваемое строение, возведенное на участке признаками (характеристиками) объекта капитального строительства не обладает. Строение не имеет прочной связи с землей, не подключено к сетям водопровода, канализации, газа и теплоснабжения (л.д. 127-132).

Разрешая заявленный спор по существу при указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что при передаче в собственность ФИО4 спорного земельного участка, предназначенного для индивидуального жилищного строительства, в отсутствие на нем объекта недвижимости в виде жилого дома, отвечающего требованиям ст. 130 Гражданского кодекса РФ, были допущены нарушения требований ст. ст. 35, 36 Земельного кодекса Российской Федерации, действовавших до 01.03.2015 года.

Суд со ссылкой на положения ст. 13, ч. 1 ст.167, ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации признал оспариваемое постановление администрации Одинцовского муниципального района от 11.10.2007г. № 2849 недействительным с момента его издания, право собственности ФИО4 на жилой дом отсутствующим. Суд, руководствуясь ст.ст. 301, 302 Гражданского кодекса РФ, указав на то, что спорный земельный участок выбыл из владения пдминистрации муниципального района помимо воли органа местного самоуправления, истребовал земельный участок из владения ответчика в распоряжение администрации Одинцовского муниципального района. 

Данные выводы суд апелляционной инстанции признал правильными. 

Суд апелляционной инстанции также пришел к выводу об отсутствии оснований для отказа в иске, в связи с пропуском срока исковой давности для обращения с иском в суд, о применении которого было заявлено ответчиком в суде первой инстанции. 

При этом судебная коллегия исходила из того, что о допущенных нарушениях при передаче спорного земельного участка в собственность ответчика прокурору стало известно с момента поступления соответствующего сообщения в адрес прокуратуры в 2015 г. 

Президиум с такими выводами судебных инстанций согласиться не может, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права и при существенном нарушении норм процессуального права.

Из материалов дела видно, что договор купли-продажи спорного земельного участка между Комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации Одинцовского муниципального района и ответчиком ФИО4 был заключен 27.02.2008 г. во исполнение п.3 оспариваемого постановления администрации Одинцовского муниципального района Московской области от 11.10.2007 №2849 (л.д. 27-32).

Договор купли-продажи исполнен. Земельный участок передан ФИО4 по акту-приему передачи от 27 февраля 2008 г., покупателем была оплачена выкупная стоимость земельного участка (л.д. 31).

На основании договора купли-продажи и постановления органа местного самоуправления произведена государственная регистрация права собственности ФИО4 на спорный земельный участок, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 24 апреля 2008 года (л.д.17). ФИО4 до разрешения спора по существу оставалась собственником спорного земельного участка.

Суд первой инстанции, признавая, что оспариваемое постановление органа местного самоуправления и как следствие заключенный на его основании договор купли-продажи спорного земельного участка, противоречат закону, руководствовался положениями ст. ст. 167, 168 Гражданского кодекса РФ.

Удовлетворяя исковые требования прокурора об истребовании спорного земельного участка из владения ФИО4 по правилам ст. ст. 301, 302 Гражданского кодекса РФ, суд пришел к выводу, что имущество в виде земельного участка выбыло из владения администрации муниципального района помимо воли органа местного самоуправления.

Однако судом при разрешении спора не было учтено следующее.

Поскольку договор купли-продажи, заключенный во исполнение оспариваемого постановления, был совершен 27.02.2008 г., то в спорных правоотношениях в силу пункта 1 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", применимы положения Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок, в редакции, действующей до 01.09.2013.

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно требований статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 74 и 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса РФ определен правовой принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Статьей 36 Земельного кодекса Российской Федерации, действовавшей до 1 марта 2015 года, установлено, что граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации.

Таким образом, в силу вышеприведенных норм закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению, предоставление земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в собственность граждан и юридических лиц с нарушением порядка, предусмотренного нормами Земельного кодекса Российской Федерации, в частности, ранее действовавшей статьей 36, лицу, не имеющему исключительного права на приватизацию земельного участка, нарушает как права соответствующего публичного образования, так и интересы неопределенного круга лиц, заинтересованных в приобретении земельного участка в общем порядке (публичные интересы), противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Суд первой инстанции, установив допущенные нарушения законодательства при издании оспариваемого постановления органа местного самоуправления, во исполнение которого был заключен договор купли-продажи спорного земельного участка, и признав его недействительным, пришел к выводу о наличии правовых основания для истребования спорного земельного участка из владения ФИО4 в распоряжение администрации Одинцовского муниципального района.

Однако статья 302 Гражданского кодекса Российской Федерации не связывает возможность ее применения недействительностью распоряжения органа местного самоуправления и сделок. 

Названная норма материального права связывает возможность истребования имущества из чужого незаконного владения юридическим фактом выбытия такого имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли.

Соответствующее разъяснение содержится в абзаце втором пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которому недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, сама по себе не свидетельствует о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли.

Вместе с тем, указав, что спорный земельный участок поступил в собственность ФИО7 по договору купли-продажи, заключенному по исполнение оспариваемого постановления, изданного администрацией Одинцовского муниципального района, суд пришел к выводу, что спорное имущество выбыло из владения помимо воли органа местного самоуправления. 

Суд не установил, могли ли такие действия администрации Одинцовского муниципального района, как издание оспариваемого постановления и заключение во исполнение оспариваемого акта органа местного самоуправления договора купли-продажи, свидетельствовать об отсутствии воли муниципального образования на распоряжение земельным участок и передаче его в собственность ответчика ФИО4

Как указал суд первой инстанции, условием заключения договора купли-продажи являлось наличие у ФИО4 зарегистрированного права собственности на объект недвижимости – жилой дом на участке, который в действительности не имел физических характеристик объекта недвижимого имущества, придаваемого в понятии ч. 1 ст. 130 ГК РФ.

Между тем такие выводы основаны на неполном исследовании представленных в дело доказательствах и установлении обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, поскольку предъявление ФИО4 свидетельства о праве собственности на жилой дом, само по себе не свидетельствует с бесспорностью о выбытии спорного земельного участка помимо воли органа местного самоуправления.

Так, из материалов дела усматривается, что постановлением главы сельского поселения Никольское Одинцовского муниципального района от 26.01.2007 № 40 ФИО4 было дано разрешение на строительство жилого дома и хозяйственных построек на земельном участке, переданном ей в аренду (л.д.157).

05.02.2007 г. главным архитектором Одинцовского района было утверждено архитектурно-планировочное задание на проектирование индивидуального жилого дома площадью до … кв.м. с привлечением разработчика ООО «Зодчий.ру» (л.д.158-160).

Управлением архитектуры и градостроительства администрации Одинцовского района Московской области от 09.02.2007 г. ФИО4 выдано разрешение на строительство; заключен договор №48 на застройку земельного участка (л.д.161, 162-163).

На основании технического паспорта на дом от 06.03.2007 г. ФИО4 было выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности на жилой дом площадью … кв.м., которое являлось условием для издания оспариваемого постановления и заключения договора купли-продажи.

Согласно сведениям технического паспорта, составленного по состоянию на 01.03.2007 г. Звенигородским филиалом ГУП «МОБТИ», в описании жилого дома с мансардой, общей площадью, 19,1 кв.м. отсутствуют сведения о наличии у дома фундамента, коммуникаций. В частности, в техническом паспорте отсутствуют сведения об обеспечении объекта недвижимости водопроводом – от бурового колодца, канализации – с использованием септика, горячего водоснабжений – от автономного источника АОГВ, что было предусмотрено архитектурно-планировочным заданием (л.д.165-171).

В ходе судебного разбирательства по делу ответчик ФИО4 последовательно утверждала, что на момент возникновения спорных правоотношений воля органов местного самоуправления была направлена на распоряжение спорным земельным участком, поскольку до издания оспариваемого постановления истцы были осведомлены о строительных характеристиках спорного объекта.

Факт того, что на момент распоряжения спорным земельным участком орган местного самоуправления располагал сведениями о том, что жилой дом имеет площадь 19, 10 кв.м. и данное строение находится на земельном участке площадью 1500 кв.м., значительно превышающим площадь строения, не опровергнут.

Данные обстоятельства в нарушение требований ст. 67 ГПК РФ судом оставлены без правовой оценки.

Из системного толкования п. 3 ст. 33, п. 2 ст. 35, п. 1 ст. 36 (в редакции, действовавшей до 1 января 2015 г.) следует, что при предоставлении в собственность арендуемого земельного участка без публичных торгов орган государственной власти обязан учитывать потребность в данном земельном участке, исходя из назначения объекта недвижимости, расположенного на участке, градостроительных и иных требований, предъявляемых к эксплуатируемым объектам недвижимости, а также проектов планировки и развития территории соответствующего населенного пункта.

Таким образом, обстоятельства выбытия земельного участка из муниципальной собственности при разрешении спора фактически остались невыясненными.

При таких обстоятельствах вывод суда о том, что земельный участок, принадлежащий на праве собственности ФИО4, выбыл из собственности муниципального органа помимо воли собственника, сделан в нарушение положений статьи 195 ГПК РФ.

В апелляционной жалобе ФИО4 также приводила обоснования неправомерности применения судом первой инстанции к спорным правоотношениям требований ст. 302 ГК РФ. Ответчик обращала внимание суда апелляционной инстанции, что воля органа местного самоуправления на распоряжение земельным участком была выражена путем издания оспариваемого распоряжения, заключением договора купли-продажи, осведомленностью о характеристиках объекта (л.д.210-218).

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").

Приведенные выше требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела выполнены не были.

Нельзя согласиться и с выводом суда апелляционной инстанции о начале течения срока исковой давности по данному спору.

На основании статьи 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ определено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона N 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 г. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 г. и применяться не ранее 1 сентября 2023 г. (пункт 9 статьи 3 Федерального закона N 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 г. N 499-ФЗ "О внесении изменения в статью 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 5 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 2 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1, 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Из искового заявления Одинцовского городского прокурора усматривается, что иск заявлен в порядке ст. 45 ГПК РФ в интересах Российской Федерации, неопределенного круга лиц, муниципального образования «Одинцовский муниципальный район», муниципального образования с.п. Никольское.

В соответствии с п. 1 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

В силу требований пункта 10 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 г. N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органами местного самоуправления муниципальных районов, городских округов.

По данному делу, исходя из заявленных исковых требований, их правового и фактического обоснования, а также заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, одним из юридически значимых и подлежащих доказыванию обстоятельств с учетом подлежащих применению норм материального права являлось выяснение вопроса о том, когда исполнительно-распорядительный орган (администрация Одинцовского муниципального района) узнал или должен был узнать о нарушении прав и выбытии недвижимого имущества из муниципальной собственности (иного вида владения).

По мнению суда апелляционной инстанции, который разрешал вопрос о применении срока исковой давности, поскольку суд первой инстанции оставил без оценки соответствующее заявление ответчика, срок исковой давности полежит исчислению с момента проведения прокурорской проверки в 2015 г. и данный срок прокурором пропущен не был.

Однако данный вывод сделан без учета вышеуказанных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, согласно которым суду надлежало установить, когда муниципальное образование должно было узнать о возможном нарушении своих прав, поскольку целью заявленных исковых требований прокурором являлось возвращение спорного земельного участка в собственность муниципального публичного образования, что непосредственно связано с защитой прав неопределенного круга лиц.

Таким образом, для разрешения требований прокурора в защиту публичных образований наряду с защитой прав неопределенного круга лиц, суду следовало учитывать специфику спорных правоотношений, обусловленную тем, что к публично-правовым образованиям, хотя они и вступают в гражданские правоотношения на равных началах с другими участниками гражданского оборота, нормы гражданского законодательства, относящиеся к юридическим лицам, могут быть применимы, только если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов (пункт 2 статьи 124 ГК Российской Федерации).

Такой подход согласуется с позицией Европейского Суда по правам человека, по мнению которого, если речь идет об общем интересе, публичным властям надлежит действовать своевременно, надлежащим образом и максимально последовательно; ошибки или просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц, особенно при отсутствии иных конфликтующих интересов; риск любой ошибки, допущенной государственным органом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счет заинтересованного лица (постановления от 5 января 2000 года по делу "Бейелер против Италии" и от 6 декабря 2011 года по делу "Гладышева против России")

В связи с этим дата проведения прокуратурой той или иной проверки для определения начала течения срока исковой давности сама по себе правового значения не имеет.

Допущенные нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы.

Принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 ГПК РФ), президиум находит нужным отменить апелляционное определение с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, президиум 

П О С Т А Н О В И Л :

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 11 октября 2017 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий О.Н.Гаценко