Гражданское дело № 2-2670/2021 

УИД: 66RS0001-01-2021-001750-16

Мотивированное 

решение

 составлено 30 июля 2021 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июля 2021 года г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С., 

при секретаре судебного заседания Федунивой Т.Я.,

с участием представителя истца помощника прокурора Верх – Исетского района г. Екатеринбурга – 

<

ФИО>4, истца ФИО1, представителя ответчика ТСЖ «Уютный дом» - 

<

ФИО>10, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Верх – Исетского района г. Екатеринбурга, действующего в интересах ФИО1 к Товариществу собственников жилья «Уютный дом» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда,

установил:

истец обратилась в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга с иском, в котором, с учетом уточнений, принятых к производству суда просит суд признать фактический допуск ФИО1 к исполнению должностных обязанностей 

<

иные данные>; установить факт совмещения ФИО1 профессий (должностей) 

<

иные данные>; взыскать с ответчика в пользу ФИО1 сумму невыплаченной оплаты труда и иных выплат в размере 568 366 руб. 57 коп., компенсацию за задержку зарплаты в соответствии со ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Помощник прокурора Верх – Исетского района г. Екатеринбурга – 

<

ФИО>4, истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования, с учетом уточнений поддержали в полном объеме. ФИО1 указала, что срок давности обращения в суд с настоящим иском ею не пропущен, поскольку о нарушении своих прав истец узнала в январе 2021 года, когда получила расчетные листки за весь период трудовой деятельности. Помощник прокурора Верх - Исеткого района г. Екатеринбурга в судебном заседании указала, что не выплаченная заработная плата подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, в том числе и за 2019 год, изначально ответчик признавал обязанность выплатить истцу денежные средства, в том числе за указанный период, указания ответчика на пропуск срока обращения с настоящим иском несостоятелен, данный срок должен быть восстановлен. Указала на наличие совмещения должностей 

Представитель ответчика ТСЖ «Уютный дом», в судебном заседании доводы иска не признала, в том числе по доводам, изложенным в письменном отзыве на иск. Настаивала на пропуске истцом срока обращения в суд с настоящим заявлением по требованиям за 2019 год. 

В судебном заседании в качестве свидетеля по ходатайству стороны ответчика была допрошена 

<

ФИО>5, которая показала, что работает в должности 

<

иные данные> ТСЖ «Уютный дом» с 06.04.2020. В ее должностные обязанности входит принимать звонки от жильцов, собирать заявки и передавать их по принадлежности, уборка рабочего места. График изначально был установлен сутки через трое, затем один из диспетчеров заболел, впоследствии она уволилась, стали работать сутки через двое. При этом истец настаивала, на том, чтобы никого на место уволившегося работника не принимали. Затем еще один диспетчер уволилась, стали работать с истцом сутки через сутки, свидетель днем работала, истец в ночную смену, ей так было удобно из – за внуков. Расчетные листки получала ежемесячно у 

<

ФИО>11. Совмещение должностей не было, дополнительную работу диспетчера не выполняли, только если по собственному желанию, могли убрать холл после дождя, обход подъездов не совершали. На момент трудоустройства свидетелей уже должности консьержей не было. 

По ходатайству истца в судебном заседании допрошена в качестве свидетеля 

<

ФИО>6, которая показала, что видела лично как истец производила уборку первого этажа своего подъезда, где осуществляла трудовую деятельность по должности 

<

иные данные>, о совмещении должностей и порядке оплаты не смогла ничего пояснить, поскольку подробностей не знает. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст.37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на вознаграждение за труд. Принудительный труд на территории Российской Федерации запрещен.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовым договором является соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Судом установлено и ни кем из лиц, участвующих в деле не оспорено, что ФИО1 в период с 25.02.2019 по 31.12.2020 работала в ТСЖ «Уютный дом» в качестве 

<

иные данные> на основании трудового договора № от 25.02.20219. 

Пунктом 2.1. договора установлено, что работодатель назначает, а работник принимает на должность: 

<

иные данные> в ТСЖ «Уютный дом» со всеми обязанностями, полномочиями и правами, установленными в договоре и в Должностной инструкции.

В силу п. 8.1. договора зарплата работника состоит из должностного оклада в размере 12 565,00 рублей без учета уральского коэффициента и дополнительного ежемесячного премиального вознаграждения.

В соответствии с приказом о приеме работника на работу №3от 25.02.2019 ФИО1 принята на должность 

<

иные данные> (основное место работы, полная занятость) с окладом 9 600 руб., районным коэффициентом 1,15, оплатой по ХВ 2 965 руб., премия по ТСЖ ежемесячно 1 920 руб. 

Согласно раздела 9 договора продолжительность рабочей смены составляет 20 часов с 9 часов утра, время отдыха с 01:00 до 05:00, время работы определяется графиком сменности, продолжительность рабочей недели составляет 40 часов, работодатель ведет суммированный учет рабочего времени, учетный период один год.

Пунктом 4.5 правил внутреннего трудового распорядка также установлено, что для 

<

иные данные> вводится суммированный учет рабочего времени. При этом переработка в одни дни (недели) может погашаться недоработкой в другие, с тем, чтобы в пределах учетного периода общая продолжительность рабочего времени не превышала нормального числа рабочих дней для этого периода, учетный период устанавливается один год.

В разделе 6 должностной инструкции установлено, что 

<

иные данные> устанавливается посменный график, продолжительность смены 24 часа с 9:00, в ночное время с 01:00 до 5:00 предоставляется перерыв на рабочем месте, который в рабочее время не включается.

Таким образом, в ТСЖ «Уютный дом» установлена оплата за посменную работу диспетчеров за 24 часа в сутки с перерывом для сна 4 часа, и ведется годовой суммированный учет рабочего времени.

Ежемесячно независимо от фактически отработанного диспетчером количества смен и часов в месяц производится оплата в размере оклада. В конце года производится учет переработанных часов, работы в ночное время, работы в праздничные дни.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением (до обращения в суд данные доводы были заявлены истцом при обращении в Прокуратуру Верх – Исетского района г. Екатеринбурга, Государственную инспекцию труда в Свердловской области) истец ссылалась на то, что ее трудовая деятельность табелируется и оплачивается из расчета 20 часов рабочего времени за смену, что не соответствует действительности.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика указанно на то, что фактически оплата истцу за отработанное время (без учета дополнительной оплаты за ночные часы, повышенного размера оплаты в дни, когда смены сотрудника приходились на праздничные дни, оплаты сверхурочных часов) производилась из расчета 24 часового рабочего времени, указание в расчетных листках на расчета 20 часов рабочего времени за смену, является ошибкой бухгалтера. 

Указания истца о невыплате ей премиальной части заработной платы, суд находит несостоятельными, поскольку исходя из расчетных листков, представленных в материалы дела, следует, что дополнительное ежемесячное премиальное вознаграждение в размере, определенном работодателем по своему усмотрению, и предусмотренному трудовым договором, приказом о приеме работника на работу, - «до 20% от должностного оклада», выплачивалось истцу ежемесячно (1 920 руб.). 

Разрешая заявленные исковые требования, исследовав приставленные в материалы дела доказательства, в том числе, отчет о принятых мерах по устранению выявленных нарушений трудового законодательства отмеченных в представлении №ж-2021 от 26.02.2021, аудиторское заключение 

<

ФИО>7 по специальному заданию ТСЖ «Уютный дом», в которых приведен подробный расчет оплаты отработанных истцом часов за весь период работы истца у ответчика (с 25.02.2019 по 31.12.2020), следует, что выплаты заработной платы ФИО1 за период 2019 – 2020 годы производилась в соответствии с действующим законодательством (всего выплачена заработная плата в общем размере на сумму 369 810, 92 руб.), исходя из того, что фактически в соответствии с графиком сменности, продолжительность рабочей смены составляла 24 часа. В указанной части заложенность у ответчика перед истцом отсутствует. 

В силу ст. 104 Трудового кодекса Российской Федерации, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная пая данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц; квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными (или) опасными условиями труда, - три месяца.

Работодатель обязан обеспечить уточный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.

Выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Согласно ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы не менее чем в двойном размере.

Как следует из материалов дела и не оспорено сторонами, в 2019 году, при норме часов по производственному календарю 1699 часов истцом фактически отработано 1848 часов, то есть сверхурочная работа составила 149 часов, которые работодателем оплачены не были. В 2020 году, при норме часов по производственному календарю 1970 часов, истцом фактически отработано 2 448 часов, то есть сверхурочная работа составила 469 часов.

Также материалами дела подтверждается, что ответчиком на момент рассмотрения дела по существу оплачено истцу сверхурочная работа за 2020 год в размере 108 501, 02 руб., при этом расчет произведен из сходя из часовой ставки 87,83 руб. (14 485 руб. (оклад по должности диспетчера - 9 600 руб., надбавку за хозяйственную часть 2 965 руб., ежемесячную премию - 1 920 руб., а также районный коэффициент - 15%)*12/1979 (количество часов по производственному календарю). 

Размер доплаты за сверхурочную работу за 2019 год составляет 26 204, 31 руб., расчет произведен из сходя из часовой ставки 88,23 руб. (14 485 руб. (оклад по должности диспетчера - 9 600 руб., надбавку за хозяйственную часть 2 965 руб., ежемесячную премию - 1 920 руб., а также районный коэффициент - 15%)*12/1970 (количество часов по производственному календарю), указанная сумма ответчиком истцу не выплачена. Подробные расчеты указанных сумм приведены в аудиторском заключении по специальному заданию ТСЖ «Уютный дом», которые суд признает обоснованными и арифметически верными. 

Работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере (ч. 1 ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации).

Оплата в повышенном размере производится всем работникам за часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день. Если на выходной или нерабочий праздничный день приходится часть рабочего дня (смены), в повышенном размере оплачиваются часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день (от 0 ч до 24 ч) (ч. 3 ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в случае, если смена работника приходится на праздничный день, работодатель должен оплатить ее не менее чем в двойном размере.

В соответствии со ст. 112 Трудового кодекса Российской Федерации нерабочими праздничными днями в Российской Федерации являются: 1, 2, 3, 4, 5, 6 и 8 января - Новогодние каникулы; 7 января - Рождество Христово; 23 февраля - День защитника Отечества; 8 марта - Международный женский день; 1 мая - ФИО2; 9 мая - День Победы; 12 июня - День России; 4 ноября - День народного единства.

Принимая во внимание, что в рассматриваемом случает у истца установлен суммированный учет рабочего времени, учетный период олдин год, продолжительность рабочей смены 24 часа, при этом смена сожжет приходиться как на праздничный, так и на обычный (непраздничный) день, при оплате работнику праздничных часов в двойном размере необходимо определять часовую ставку. 

Ранее часовая ставка определена – 2019 год – 88,23 руб., 2020 год – 87,83 руб. 

Судом установлено и не оспорено сторонами, что в 2019 году истцом отработано 33 часа в праздничные дни (01.05.2019 – 9 часов, 09.05.2019 – 9 часов, 04.11.2019 – 15 часов), с учетом изложенного доплата за работу в праздничные часы в 2019 году составила 2 911,59 руб., которые не были выплачены истцу. В 2020 году истцом отработано 75 часов в праздничные дни (03.01.2020 – 15 часов, 04.01.2020 – 9 часов, 07.01.2020 – 15 часов, 08.01.2020 – 9 часов, 08.03.2020 – 9 часов, 09.05.2020 – 9 часов, 04.11.2020 – 9 часов), с учетом изложенного доплата за работу в праздничные часы в 2020 году составила 6 587,25 руб., которые были выплачены истцу в полном объеме на момент рассмотрения дела по существу. Факт выплаты указанной суммы истцом не оспорен. 

Согласно ст.154 Трудового кодекса Российской Федерации каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового законодательства.

Как установлено п. 9.2 трудового договора №, заключенного между ФИО1 и ответчиком рабочая смена составляет 20 часов, с 9.00 утра, пересменка с 8.30-9.00, время отдыха составляется с 01.00 до 05.00. Фактически за весь рассматриваемый период времени, ответчик работала 24 часовую смену с 9.00 до 9.00 следующего дня.

Постановлением Правительства РФ от 22.07.2008 №554 «О минимальном размере повышения оплаты труда за работу в ночное время» предусмотрено, что время с 22.00 до 6.00 оплачивается, как минимум 20% часовой тарифной ставки (оклада (должностного оклада), рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время.

Учитывая, что оплате подлежат ночные часы, то при определении размера доплаты за ночное время, необходимо определить часовую ставку (размер которой ранее определен судом). 

Согласно данным табеля учета рабочего времени, количество часов в 2019 год и 2020 год, подлежащих оплате с 20% надбавкой за ночное время ФИО1 составило в 2019 году – 616 часов, то есть размер доплаты составляет 10 869,93 руб., в 2020 году – 816 часов, то есть размер доплаты составляет 14 333,96 руб. 

Из материалов дела следует, что ответчиком на момент рассмотрения дела по существу выплачена сума доплаты за работу в ночное время за 2020 год в размере 14 333, 96 руб., сумма доплаты за работу в ночное время за 2019 год ответчиком в пользу истца не выплачена. 

В соответствии с ч. 1 ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника, установленный ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации (право на получение денежной компенсации за все неиспользованные отпуска при увольнении), является исключением из данного общего правила.

Данная норма, рассматриваемая во взаимосвязи с другими нормами, содержащимися в указанных статьях Трудового кодекса Российской Федерации, представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по соглашению сторон или по инициативе работодателя и по различным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодные оплачиваемые отпуска.

Сроки расчета при увольнении определены и установлены ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму. Право на денежную компенсацию неиспользованных отпусков у работника возникает при его увольнении.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в соответствии с приказом (распоряжением) о прекращении трудового договора с работником № от 31.12.2020 года была уволена - 31.12.2020, на момент ее увольнения числилось 51,33 дня неиспользованного отпуска.

Учитывая, что работодатель не полностью выплатил заработную плату ФИО1 за 2019 год и 2020 год, это повлияло на размер выплаты компенсации за неиспользованный отпуск. 

Порядок расчета среднего заработка при компенсации за ежегодный отпуск, работникам с суммированным учетом рабочего времени, предусмотрен Постановление Правительства РФ от 24.12.2007 № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы». Так, согласно

На основании п. 4 Постановления Правительства №922, в расчетный период включаются начисления за 12 предшествующих месяцев. Из расчетного периода исключается время, когда за работником сохранялся средний заработок, периоды нетрудоспособности и иные периоды, перечисленные в п. 5 Постановления Правительства РФ.

Из материалов дела, в частности, расчетной ведомости, следует, что компенсация за неиспользованный отпуск ФИО1 составила по расчетам бухгалтера, без учета сверхурочной работы, праздничных и оплату в ночные часы - 34 957, 78 руб.

Вместе с тем, с учетом вышеуказанных расчетов, в том числе, выплаченных истцу на момент рассмотрения настоящего гражданского дела по существу, следует, что размер компенсации за неиспользованный отпуск истца составляет 50 679,72 руб., данный расчет произведен исходя из размера среднедневного заработка 974, 61 руб. (342 673,08 руб. (выплаты начисленные истцу за расчетный период с 1 января 2020 года по 31 декабря 2020 года по расчетным листкам, а также выплаты за сверхурочную работу по итогам 2020 года, оплата за работу в ночные часы в 2020 году, оплата за работу в праздничные дни), а также количества дней неиспользованного отпуска – 52. 

Судом установлено, что компенсация за неиспользованный отпуск выплачена истцу на момент вынесения решения ответчиком в полном объеме - в размере 50 679,72 руб. 

Приходя к выводу от отсутствии у ответчика перед истцом задолженности по выплатам за сверхурочную работу за 2020 год, оплату за работу в праздничные дни за 2020 год, ночные часы, компенсации за неиспользованный отпуск, суд исходит из того, что после окончательного расчета, произведенного с истцом при увольнении и обращении истца в Прокуратуру Верх – Исетского района г. Екатеринбурга, Государственную инспекцию труда в Свердловской области, в суд с настоящим исковым заявлением, ответчиком в пользу истца были перечислены денежные средства в общем размере 136 288,33 руб.: платежное поручение № от 15.03.2021 на сумму 50 000,00 рублей, платежное поручение № от 18.03.2021 на сумму 49 467,71 рублей, платежное поручение № от 22.03.2021 на сумму 7 138,62 рублей, платежное поручение № от 12.05.2021 на сумму 1 875,14 рублей, платежное поручение № от 12.05.2021 на сумму 12 726, 34 рублей, № от 21.07.2021 на сумму 15 080,55 рублей. Из указанных денежных средств сумма в размере 129 357, 13 руб. составляет добровольно произведенные ответчиком доплаты, а также сумма в размере 6 931, 29 руб., компенсация за задержку выплат, предусмотренная ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Факт получения данных денежных средств в обозначенном размере истец не оспаривала. 

Суд критически относится к произведенным истцом расчетам вышеуказанных доплат (за сверхурочную работу, оплату за работу в праздничные дни, ночные часы, компенсации за неиспользованный отпуск), поскольку истцом не обосновано определен размер среднедневного заработка, а именно принят в расчет оклад по должности консьержа в размер 100% исходя из предусмотренного штатным расписанием оклада по данной должности в размере 11 280 руб. 

Разрешая требования истца, суд приходит к выводу, что с ответчика надлежит взыскать доплату за сверх урочную работу в 2019 году в размере 26 204,31 руб., доплату за работу в ночные часы за 2019 год в размере 10 869, 93 руб., а также доплата за работы в праздничные дни в 2019 году в размере 2 911,59 руб., в общем размере: 39 985,83 руб. *1,15 (уральский коэффициент)-13% (НДФЛ) =40 005,82 руб. 

При этом суд полагает, что доводы ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд с заявленными требованиями за 2019 год, не свидетельствуют о необоснованности вышеуказанного вывода суда. 

Ссылаясь на позднее получение (в январе 2021 года) расчетных листков за отработанное у ответчика время, а также на обращение в компетентные органы за защитой нарушенных трудовых прав, до подачи настоящего искового заявления в суд, истец фактически указывает на наличие у нее уважительных причин для восстановления срока для обращения в суд с настоящим иском. 

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Согласно абзацу первому ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

В случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств (абзац третий ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

Таким образом, по смыслу ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. При этом перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями ст. 2 (задачи гражданского судопроизводства), ст. 67 (оценка доказательств), ст. 71 (письменные доказательства) ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (пункт 16 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

Признавая требования истца о взыскании доплат за 2019 год обоснованными, суд принимает во внимание совокупность установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, в том числе учитывает тот факт, что изначально ответчик признавал правомерными требования истца, в частности, о взыскании доплат за 2019 год, указывая как в письменном отзыве на исковое заявление от 08.04.2021, так и в отчете о принятых мерах по устранению выявленных нарушений трудового законодательства отмеченных в представлении №ж-2021 от 26.02.2021 о добровольно произведенных доплатах за 2019 год, то есть фактически ответчик признал уважительными причины пропуска истцом срока для обращения в суд с заявленными требованиями. 

Кроме того, исходя из представленного ответчиком в материалы дела проекта мирового соглашения, согласно которого ответчик был намерен в рамках мирного урегулирования спора выплатить истцу задолженность по спорным доплатам за 2019 год в размере 39 985,83руб, что также подтверждает вышеуказанные выводы суда. 

Также суд учитывает тот факт, что до направления искового заявления в суд ФИО1 обращалась в органу прокуратуры, государственную инспекцию труда, которыми были приняты решения о правомерности ее обращений и нарушении трудовых прав работника со стороны работодателя (вынесено представление, работодатель привлечен к административной ответственности). 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что доводы ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд с настоящим исковым заявлением (в отношении всех исковых требований) не могут служить основанием для отказа истцу в удовлетворении иска. 

Разрешая требования истца в части наличия совмещения ею должностей консьержа и диспетчера, суд приходит к следующему. 

В соответствии с трудовым договоров № от 25.02.2019, заключенным между ФИО1 (Работник) и ТСЖ «Уютный дом» (Работодатель), работник - принимается на работу в должность «

<

иные данные>» в ТСЖ «Уютный дом», должностная инструкция 

<

иные данные>» является неотъемлемой частью трудового договора (пункт 2.1 трудового договора№ от 25.02.2019 ).

На основании п. 8.1 трудового договора № от 25.02.2019, установлен размер заработной платы 

<

иные данные> ФИО1: заработная плата работника состоит из должностного оклада в размере 12 565 руб. согласно штатному расписанию, без учета уральского коэффициента и дополнительного ежемесячного премиального вознаграждения.

Пунктом 8.2 трудового договора № от 25.02.2019 предусмотрено, что при добросовестном и качественном выполнении работником своих должностных обязанностей ему выплачивается дополнительное ежемесячное премиальное вознаграждение в размере, определенном работодателем по своему усмотрению, до 20% от должностного оклада».

На основании п. 9.5 трудового договора № от 25.02.2019 рабочее место работника находится «в 

<

иные данные> в 4 подъезде, на 1 этаже».

Как ранее было указанно, согласно приказу (распоряжению) о приеме работника на работу №3 от 25.02.2019 - ФИО1, она принимается в должность диспетчера с полной занятостью и с тарифной ставкой (окладом) - 9 600 руб., районный коэффициент - 1,15, оплата по хозяйственной деятельности - 2 965 руб., премия по ТСЖ ежемесячная - 1920 руб.

В соответствии со штатным расписание №1 от 31.03.2019 года, количество штатных единиц должности «

<

иные данные>» - 3 единицы, количество штатных единиц должности «консьержа» - 2 единицы. Согласно штатному расписанию №1 от 31.12.2019 года, количество штатных единиц должности «диспетчера» - 3 единицы, количество штатных единиц должности «консьержа» - 3 единицы.

Штатным расписанием на 2019 год, было предусмотрено должностей 

<

иные данные> - 2 единицы, как следует из представленной выше таблицы, все должности 

<

иные данные> были фактически заняты, отклонение в количестве единиц по штатному расписанию и количества работников, фактически оформленных на должность 

<

иные данные>, обусловлено тем, что часть консьержей занимали не полную ставку, а только часть ставки. При этом в табелях учета рабочего времени за 2019 год, в должности 

<

иные данные> - ФИО1 не числиться, то есть согласно представленных документов в 2019 голу данную должность она не занимала.

В штатном расписании, действующем в 2020 году, было предусмотрено 3 штатные единицы должности «консьержа» и все они были заняты (отсутствовали свободные должности). Согласно табелям учета рабочего времени за 2020 году, ФИО1 не числилась в должности консьержа, то есть согласно представленным документам данную должность она не занимала.

Условия совмещения должностей определены в статье 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 25 февраля 2016 года №296-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Т. на нарушение его конституционных прав положениями статей 60.2 и 151 Трудового кодекса Российской Федерации» часть первая статьи 60.2 и статья 151 Трудового кодекса Российской Федерации, определяя условия и порядок совмещения профессий (должностей) и обязывая работодателя получить письменное согласие работника на выполнение дополнительной работы, ее продолжительность, содержание и объем, а также оплатить ее, гарантируют надлежащую защиту прав и законных интересов работников как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении от произвольного возложения обязанностей, не предусмотренных трудовым договором.

В силу ст. 151 Трудового кодекса Российской Федерации при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата. Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.

Следовательно, размер доплаты за совмещение не всегда составляет 100%, а может быть любым.

Также ч. 2 ст. 151 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер доплат, устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в установленном законом порядке, стороны такого соглашения не заключали.

Вместе с тем, факт доказанности перераспределения обязанностей 

<

иные данные> в 2010 году (вменение работнику по должности 

<

иные данные>) части должностных обязанностей 

<

иные данные> (в том объеме, в котором требовалось жильцам дома: открытие входных дверей, жильцам, гостям) неоднократно подтвердили представители ответчика в ходе рассмотрения дела по существу (что отражено в протоколе судебного заседания от 17-21.06.2021).

Кроме того, в ходе рассмотрения дела по существу, нашел свое подтверждение и факт выполнения истцом иных дополнительных функций: дополнительная уборка первого этажа, что подтверждено показаниями свидетеля 

<

ФИО>8, оснований не доверять которым у суда не имеется. Вместе с тем есть основания критически отнестись к показаниям свидетеля 

<

ФИО>5 в этой связи, поскольку на момент дачи показаний в судебном заседании она являлась действующим работником ответчика, что могло стать причиной необъективности ее показаний. 

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что за увеличение объема работы предусмотрена доплата к должностному окладу диспетчера (9600 руб., что соответствует штатному расписанию) по ХВ в размере 2 965 руб., факт выплаты истцу на постоянной основе вышеуказанной доплаты подтверждается расчетными листками, в которых имеется указание на выплату «заработной платы консьержей» в установленном размере 2 965 руб. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что истец уже получала повышенную заработную плату (относительно оклада, установленного штатным расписанием по должности диспетчера).

Вышеизложенное свидетельствует, что в сложившейся ситуации, вопреки доводам истца, имеет место быть увеличение объема работы, предусмотренное ст. 151 Трудового кодекса российской Федерации, которое оплачено работодателем в размере, согласованном с работником при заключении трудового договора (факт ознакомления с приказом о приеме работника на работу № от 25.02.2019 истец не оспаривала). 

Доводы истца относительно осуществления доплаты за увеличение объема работы в размере 100% оклада консьержа, предусмотренного в штатном расписании, суд находит несостоятельными, не основанными на законе. Равно как и не доказан истцом в ходе рассмотрения дела факт выполнения истцом функционала по должности «консьержа» в полном объеме (в соответствии с установленной работодателем) должностной инструкцией, в связи с чем суд не находит оснований для указания в резолютивной части решения суда на то, что ФИО1 была допущена к исполнению должностных обязанностей консьержа. 

Более того, в этой связи необходимо отметить, что истец в ходе судебных заседаний неоднократно указывала, что согласно расчетным листкам ей выплачивалась заработная плата за выполнение функций консьержа в размере 2965,00 рублей, которую она считает справедливой и претензий к данной сумме не имела. 

Несогласованная правовая позиция истца в указанной части, не свидетельствует о правомерности заявленных ею требований. 

Разрешая требования истца о взыскании в его пользу денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, суд полагает, что данное требование также подлежит удовлетворению, в соответствии с правилами ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Выплата денежной компенсации (неустойки, процентов) за нарушение работодателем трудового законодательства по день фактического исполнения является обязанностью работодателя. 

Согласно ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, учитывая вышеназванные нормы права, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца в указанной части, так с ответчика в пользу истца надлежит взыскать денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за период с 11.01.2021 по день вынесения решения (23.07.2021) в размере 3377,41 руб. Указанная сумма определена судом исходя из того, что ранее ответчиком выплачена компенсация за задержку выплат, предусмотренная ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 6 931,20 руб. Однако на сумму задолженности выплаченную ответчиком платежным поручением от 21.07.2021 в размере 15 080,55 руб., а также денежную сумму, взысканную в соответствии с настоящим решением суда надлежит исчислить компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы, которая составляет 3377,41 руб.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Истцом доказано и никем не оспорено, что незаконными действиями работодателя ей был причинен моральный вред, который выразился в стрессе и потере времени, суд приходит к выводу, что заявленные требования истца о взыскании с ответчика суммы компенсации морального вреда в размере 7 000 руб., подлежат удовлетворению. При этом суд учитывает, что до обращения в суд и иные компетентные органы истец не обратилась к ответчику с целью урегулировать возникшие разногласия, лишив тем самым возможности ответчика в добровольном порядке исполнить требования истца, что в конечном итоге не повлекло бы для истца переживания, связанные, в частности с рассмотрением дела в суде, о которых было заявленном истцом в ходе рассмотрения дела по существу. 

В силу ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, руководствуясь положениями ст. 333.19 Налогового кодекса российской Федерации, суд взыскивает с ответчика в доход местного бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 800,90 руб.

Каких – либо допустимых и относимых (статьи 59, 60 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации) доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено. 

Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на разрешение суда заявлено не было. 

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст.ст. 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление Прокурора Верх – Исетского района г. Екатеринбурга, действующего в интересах ФИО1 к Товариществу собственников жилья «Уютный дом» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда, удовлетворить в части.

Взыскать с ответчика Товарищества собственников жилья «Уютный дом» в пользу ФИО1 сумму невыплаченной заработной платы в размере 39 985,83 руб., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы, предусмотренную ст. 236 Трудового кодекса российской Федерации за период с по день вынесения решения в размере 3 377,41 руб., компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований Прокурора Верх – Исетского района г. Екатеринбурга, действующего в интересах ФИО1 к Товариществу собственников жилья «Уютный дом», отказать. 

Взыскать с ответчика Товарищества собственников жилья «Уютный дом» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 800 руб. 

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, подачей апелляционной жалобы в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Верх - Исетский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Е.С. Ардашева