Судья Замышляев С.В. 

Дело № 22-2503

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 14 мая 2020 года 

Пермский краевой суд в составе председательствующего судьи Быстровой Е.Л., 

при секретаре Ирдугановой Ю.В., 

с участием прокурора Жигалова Е.О.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Индустриального районного суда г. Перми от 4 марта 2020 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 300 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года. 

Рассмотрев материалы дела, заслушав выступление осужденного ФИО1, поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Жигалова Е.О., полагавшего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 признан виновным в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи ранее подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено 3 ноября 2019 года в г. Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда. Излагая свою версию произошедших событий, считает, что его вина в совершении инкриминируемого преступления не доказана. Указывает, что в момент дорожно-транспортного происшествия он был трезвый, спиртное употребил после этого в машине. Свидетель К. претензий к нему не имела, видела, чем он занимается в автомобиле, сотрудников ДПС вызвала из-за сказанных в ее адрес слов. Личность указанного свидетеля ни в ходе дознания, ни в судебном заседании не исследовалась, не учтен тот факт, что она самостоятельно для дачи показаний не являлась, потеряв интерес к произошедшему. Отрицает, что умышленно привел в движение автомобиль, что было зафиксировано видеокамерой сотрудников ДПС. Полагает, что его показания и показания свидетеля К1. по данному факту ничем не опровергнуты. Считает, что нормы п. 3 ст. 49 Конституции РФ и уголовно процессуального законодательства нарушены, ставит вопрос об отмене приговора, прекращении уголовного дела.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтвержден совокупностью доказательств, исследованных и проверенных в судебном заседании, подробный анализ которых с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности содержится в приговоре.

При этом суд, вопреки доводам жалобы, исследовав обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в соответствии со ст. 307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу выводов положены одни доказательства и отвергнуты другие.

Так, в обоснование виновности ФИО1, суд первой инстанции правильно, как того требует уголовно-процессуальный закон, сослался на совокупность доказательств, в том числе:

показания свидетеля К. о том, что в тот момент, когда она в ночь на 3 ноября 2019 года проезжала по сквозному проезду парковки по ****, на ее автомобиль осуществил наезд автомобиль «Лада-Калина» под управлением ФИО1, когда она вышла осмотреть повреждения, поняла, что тот находится в состоянии алкогольного опьянения, поскольку от него исходил резкий запах алкоголя, кроме того, была неустойчивая походка и невнятная речь. ФИО1, убедившись, что повреждений на автомобилях нет, сел за руль своей машины и заехал обратно на парковочное место, она припарковалась неподалеку и вызвала сотрудников полиции; 

показания инспектора ДПС Д., допрошенного в качестве свидетеля, из содержания которых следует, что он, получив 3 ноября 2019 года сообщение из дежурной части о ДТП, приехал на место происшествия, где его встретила К. и указала на автомобиль под управлением ФИО1 В этот момент автомобиль осужденного совершил движение назад на расстояние около 1 метра, затем вперед и снова назад, после чего остановился. Он подошел к водительской двери машины, водитель, как впоследствии оказалось – ФИО1, вышел из машины, от которого он почувствовал сильный запах алкоголя, речь его была невнятной, поза неустойчивой. В этот момент он получил сообщение о другом ДТП, в связи с чем вызвал другой экипаж для оформления документов по данному факту; 

показания свидетеля З., из которых следует, что он является инспектором ДПС, 3 ноября 2019 года от экипажа ДПС Д. поступило сообщение о задержании пьяного водителя, по приезду на место коллеги передали им ФИО1, от которого исходил сильный запах алкоголя, речь была невнятной. Инспектор З1. отстранил того от управления транспотным средством, после чего предложил пройти освидетельствование с помощью алкотестера. Результат освидетельствования составил 1,157 мг/л, с ним ФИО1 не согласился, в связи с чем ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, по результатам которого составлен акт, установлено состояние опьянения – 0,93 мг/л;

показания свидетеля К1., согласно которым 3 ноября 2019 года они поругались с ФИО1 и около 1 часа ночи он трезвый ушел из дома. Через некоторое время она пошла его искать и обнаружила в состоянии алкогольного опьянения в машине. Она села к ФИО2 в машину. В ее присутствии тот пил водку из бутылки, заводил двигатель автомобиля, чтобы прогреть его. После того, как приехали сотрудники ДПС, она ушла домой.

Анализ этих и иных, изложенных в приговоре доказательств в совокупности, позволил суду первой инстанции сделать правомерный вывод о том, что ФИО1, будучи ранее привлеченным к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, в ночь на 3 ноября 2019 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, умышленно управлял автомобилем «Лада Калина», совершил наезд на автомобиль «Лада Гранта» под управлением К. Через непродолжительное время, продолжая свои действия, вновь привел свой автомобиль в движение, совершив не более двух движений «вперед-назад» в парковочном кармане.

Оснований не доверять показаниям свидетелей К., Д., З. не имеется, поскольку они подтверждаются другими исследованными судом доказательствами, противоречий по обстоятельствам, имеющим значение для дела, не содержат. Какой-либо заинтересованности в исходе дела и мотивов для оговора ФИО1 данными лицами судом не установлено.

Доводы об обратном, как видно из протокола судебного заседания, выдвигались осужденным в ходе судебного следствия, были предметом тщательной проверки в суде первой инстанции, в результате которой мотивированно, со ссылкой на установленные обстоятельства, отвергнуты. 

Версия осужденного о том, что в состоянии алкогольного опьянения он автомобилем не управлял, двигатель машины не был заведен, опровергаются не только показаниями инспектора ДПС Д., но и записью с видеорегистратора, на которой отчетливо видно, что автомобиль ФИО1 осуществляет движение по парковочной площадке вперед, а затем назад, что по инерции машина при выключенном двигателе осуществить не может. 

Наряду с этим суд, излагая показания свидетелей Д. и З., необоснованно указал на обстоятельства, которые им стали известны со слов свидетеля К., а также из видеозаписи с регистратора служебного автомобиля.

По смыслу закона следователь, дознаватель, оперуполномоченный сотрудник полиции могут быть допрошены в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения показаний допрошенного лица. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед либо во время допроса подозреваемого или обвиняемого, а также иных опрошенных по делу лиц, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.

В связи с тем, что показания вышеуказанных свидетелей являются способом воспроизведения показаний свидетеля К., а также видеозаписи с регистратора служебного автомобиля, они в этой части подлежат исключению из числа доказательств. 

Данное обстоятельство не влияет ни на вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, поскольку он подтверждается совокупностью иных исследованных и приведенных в приговоре доказательств, ни на правовую оценку содеянного осужденным, которая соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела и является правильной.

Назначенное осужденному как основное, так и дополнительное наказание соответствует требованиям ст. ст. 6, 60 УК РФ, представляется справедливым и достаточным для обеспечения достижения его цели – восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения новых преступлений.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ :

приговор Индустриального районного суда г. Перми от 4 марта 2020 года в отношении ФИО1 изменить: 

исключить из описательно-мотивировочной части ссылку на показания свидетелей Д. и З. в части, ставшей им известной в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей, со слов К., а также показания З. в части, ставшей ему известной из видеозаписи с регистратора служебного автомобиля.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через Индустриальный районный суд г. Перми.

Председательствующий: подпись