<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

05RS0031-01-2022-015185-14

Решение

Именем Российской Федерации 

16 июня 2025 г город Махачкала

Ленинский районный суд г.Махачкалы Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Магомедовой З.А., при секретаре судебного заседания Чагшучиевой Н.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 и ЖСК «Семейный» о признании договоров купли-продажи недействительными, аннулировании записи в ЕГРН и восстановлении запись в ЕГРН, 

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 и ЖСК «Семейный», указывая, что он является собственником земельного участка общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», согласно записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № от ДД.ММ.ГГГГ. Ему стало известно, что неизвестные лица без его согласия переоформили принадлежащий ему земельный участок с кадастровым номером №. В соответствии с полученными данными из Управления Росреестра по 

<

адрес> ему стало известно об оспариваемых вышеуказанных договорах купли-продажи земельного участка.

Просит суд:

- признать недействительным договор купли-продажи земельного участка общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО1;

- признать недействительным договор купли-продажи земельного участка общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ЖСК «Семейный»;

- аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости записи регистрации права собственности ФИО1 на земельный участок общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г»;

- аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости записи регистрации права собственности ЖСК «Семейный» на земельный участок общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г»;

- восстановить в Едином государственном реестре недвижимости записи регистрации о праве собственности ФИО3 на земельный участок общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г».

ФИО3, будучи надлежаще извещенным о времени и месте рассмотрения настоящего дела, в судебное заседание не явился.

Представитель истца ФИО7 в судебном заседании иск поддержал и просил суд удовлетворить исковые требования по изложенным в заявлении основаниям.

ФИО1, будучи надлежаще извещенным о времени и месте рассмотрения настоящего дела, в судебное заседание не явился, до начала судебного заседания обратился с заявлением о применении срока исковой давности.

Представитель ЖСК «Семейный» ФИО6 возражала против удовлетворения исковых требований, указывая на пропуск срока исковой давности, несмотря на вторичную не явку истца, настаивала на рассмотрении дела по существу.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствии не явившихся участников судебного заседания.

Выслушав представителя ЖСК «Семейный» ФИО6, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно выписке из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, правообладателями земельного участка № расположенного по адресу: 

<

адрес>, являлись ФИО1, а затем ЖСК «Семейный». Основанием для государственной регистрации перехода права собственности послужил договор купли-продажи земельного участка и передаточный акт от ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО3 указывает на недействительность договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО1, и последующего договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ЖСК «Семейный».

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 ст. 168 указанного кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Согласно абз. 1 п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Ответчиками заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ, срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 8 апреля 2010 N 456-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб закрытого акционерного общества "Викон" и гражданки ФИО2 на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации ", в порядке исключения из общего правила применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, законодателем в пункте 1 статьи 181 ГК Российской Федерации предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение указанного срока по данным требованиям определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК Российской Федерации), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц. 

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной не правовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока исковой давности.

Таким образом, поскольку сделка заключена ДД.ММ.ГГГГ и зарегистрирована в установленном порядке, а запись о переходе права собственности внесена в ЕГРН, суд приходит к выводу о том, что сделка приведена в исполнение с момента ее заключения.

Между тем истец, обращаясь в суд с иском о признании ее ничтожной, спустя более 6 лет с момента ее заключения, не приводит оснований для признания столь существенного срока пропущенным по уважительным причинам. Сам факт неосмотрительности истца в отношении своего имущества не может быть признан уважительной причиной для пропуска срока исковой давности.

Исследовав доказательства по делу и объяснения, данные представителями истца и ответчика, суд пришел к выводу, что ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ не оплачивал предусмотренные законом налоги и сборы за спорный земельный участок, не использовал его по назначению и не обращался в соответствующие органы и учреждения за получением сведений о судьбе принадлежащего ему земельного участка.

При этом ФИО3 пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим исковым заявлением, уважительных причин пропуска срока исковой давности не приведено, о восстановлении срока исковой давности не заявлено.

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" от 29 сентября 2015 г. N 43 разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам без исследования иных обстоятельств дела.

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При этом установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не может рассматриваться как нарушающее права заявителя.

Указанные обстоятельства безусловно свидетельствуют о пропуске истцом срока исковой давности, о восстановлении которого, как и о наличии уважительных причин его пропуска, не заявлено, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении заявленных по делу исковых требований.

В связи с отказом в удовлетворении основанного требования о признании договора купли-продажи недействительным требования, вытекающие из него, также не подлежат удовлетворению, в частности требование о признании недействительным договора купли-продажи от 02.03.2017.

Также суд учитывает, что при заявлении требования о признании недействительным договора купли-продажи от 02.03.2017 в качестве последующей сделки после договора купли-продажи от 19.02.2016 истцом выбран неверный способ защиты права.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю. При этом применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон.

Следовательно, в случае удовлетворения требования о признании сделки недействительной суду надлежит разрешить вопрос о последствиях ее недействительности.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 34, 35, 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Согласно статье 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

При этом истребование имущества из чужого незаконного владения является самостоятельным способом защиты прав и не может быть последствием признания сделки недействительной.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Соответственно, исходя из вышеуказанных норм гражданского законодательства, правовая природа таких способов защиты прав, как признание сделки недействительной или применение последствий недействительности ничтожной сделки, и истребование имущества из чужого незаконного владения исключает одновременное их избрание лицом при выборе способа защиты своих прав, в связи с чем суд приходит к выводу о неверном выборе способа защиты своих прав истцом.

Таким образом, суд, установив совокупность обстоятельств дела, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 к ФИО1 и ЖСК «Семейный» о признании договоров купли-продажи недействительными в связи неверным выбором способом защиты нарушенного права, в том числе и в связи с пропуском срока исковой давности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5 и ЖСК «Семейный» о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», заключенного 19.02.2016 года между ФИО4 и ФИО5, о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», заключенного 02.03.2017 года между ФИО5 и ЖСК «Семейный», об аннулировании в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи регистрации права собственности ФИО5 на земельный участок общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», об аннулировании в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи регистрации права собственности ЖСК «Семейный» на земельный участок общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г», и о восстановлении в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи регистрации права собственности ФИО4 на земельный участок общей площадью 400 кв. м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г».

Отменить меры, принятые в обеспечении иска в виде запрета регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, в районе 

<

адрес> и 18 «г».

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Дагестан через Ленинский районный суд города Махачкалы Республики Дагестан в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 30 июня 2025 г.

Председательствующий З.А. Магомедова