в окончательной форме 25.09.2018 

Дело № 2-2163/2018 

17.09.2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Н. А. Бурдановой, 

при секретаре Г. А. Прорубщикове,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о восстановлении срока принятия наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недостойным наследником, признании права на наследственное имущество,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику, после изменения требований просил о восстановлении срока принятия наследства после отца ФИО7, признании недействительным свидетельства о праве на наследство от 13.09.2012, признании ответчика недостойным наследником, признании истца наследником по закону после ФИО7, признании права на наследственное имущество – ? долю в праве собственности на: 

земельный участок по адресу: 

<

адрес>

квартиру 

<

адрес>.;

квартиру 

<

адрес>

В обоснование иска истец указал, что ответчик приходится истцу матерью. Ответчик скрыл от истца смерть отца. О данном факте истец узнал случайно от общих знакомых.

В судебном заседании истец и представители истца иск поддержали. Представитель ответчика против иска возражал, представил отзыв (л.д. 128-135), просил возместить расходы на представителя 60 000 руб. (л.д. 114). Третье лицо нотариус ФИО3 извещена о рассмотрении дела, возражений не представила, дело рассмотрено в ее отсутствие по статье 167 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Выслушав объяснения явившихся лиц, изучив материалы дела, обозрев медицинскую карту, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В соответствии с пунктом 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 "О судебной практике по делам о наследовании" требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Судом установлено, что истец приходилась дочерью наследодателю ФИО7 (л.д. 15, 17). Он умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 20). Наследственное дело № 65/2012 (л.д. 156-185) заведено по заявлению ответчика – ФИО2, супруги наследодателя (л.д. 32). Наследственное имущество состоит из доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, денежных вкладов. Свидетельство о праве на наследство выдано ответчику. Истцу постановлением от 22.02.2018 отказано в выдаче свидетельства в связи с пропуском срока (л.д. 188). 

В силу близкого родства истец обязан заботиться о родителе, в том числе получать информацию о состоянии здоровья отца. Истец данных действий не выполнил, чем принял на себя ответственность за распоряжение принадлежащими ему правами.

В обоснование ходатайства о восстановлении срока истец ссылается на то, что плохо слышит. Данный факт не оспаривается, ограничение здоровья по слуху диагностировано у истца с детства. Доводы истца о том, что проблемы со слухом возникли в связи с избиением матерью (ответчик по делу) в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами не подтверждены. Ограничение здоровья истца по слуху не может быть положено в основу восстановления срока принятия наследства, поскольку истец социализирован. Многочисленные допрошенные судом свидетели пояснили, что общались с истцом неоднократно, в том числе и устно. В суде истец участвовал лично, в переводчике не нуждался. Истец создал семью, судом допрошен бывший супруг истца, двое взрослых детей истца. Свидетели, в том числе со стороны истца поясняли, что имели возможность общаться с истцом без сурдоперевода. При таком положении само по себе ограничение здоровья истца по слуху не препятствовало в течение периода с 2012 г. по 2017 г. (пропущенного срока принятия наследства) узнать о смерти отца.

Истец ссылается на то, что ответчик намеренно скрывал смерть отца. Истец как совершеннолетний гражданин РФ был вправе обратиться в правоохранительные органы, в том числе путем подачи письменного заявления, о розыске отца. Учитывая достаточно высокую социализацию истца, заведение им знакомств с окружающими, посещение собраний, годичное проживание в Таиланде, суд приходит к выводу, что истец своим правом на получение информации об отце не воспользовался. 

При таком положении не имеют существенного значения многочисленные противоречивые показания свидетелей. 

Свидетель ФИО4 пояснила, что знакома с истцом с 2015 г. Со слов истца знает, что о смерти отца истцу стало известно только в 2017 г. О данных обстоятельствах впервые свидетель узнал от истца на курсах психологической помощи.

Свидетель ФИО5 показала, что знакома с истцом с 2017 г., познакомились на почте. Истец рассказывал, что отец болеет раком. Истец в сентябре 2017 г. узнал о смерти отца.

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что приходится бывшим супругом истцу, у них двое общих детей. С ФИО7 свидетель периодически общался после расторжения брака с истцом. О смерти узнал от ответчика, известил об этом посредством СМС-сообщения истца. Через несколько месяцев свидетель встречался с истцом, указал на то, что истец должен был прийти на похороны отца. Истец ответил, что отца любит, а похороны носят формальный характер. 

Свидетель ФИО8 суду показал, что знаком со сторонами, в настоящее время проживает вместе с ответчиком. На момент знакомства с ответчиком супруг ФИО7 скончался. Каких-либо сведений о сокрытии смерти отца от истца свидетель не имеет.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что является соседкой ответчика. После смерти ФИО7 ответчик из квартиры свидетеля немедленно сообщил истцу о смерти отца. Свидетель общался с истцом, у него проблем с общением не возникло, трудностей с пониманием собеседника у истца не имеется.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что приходится дочерью истцу, внучкой ответчику. Последний раз видела дедушку – наследодателя ФИО7 в возрасте 10-11 лет. Обучалась и проживала с 2014 г. до 2017 г. в Таиланде. Там же с ней проживала в течение года мама (истец). На телефонные звонки мамы всегда отвечает свидетель. Текстовые сообщения отправляет мама. На 10.01.2012 истец сделал пирог, попросил дочь отнести пирог бабушке. Когда свидетель пришел, бабушка по домофону сказала, что свидетель не вовремя, дедушка спит, передала книгу от деда, взяла пирог. Впоследствии бабушка сказала, что дедушка уехал лечиться в Украину. С бабушкой свидетель до недавнего времени общался по Интернету.

Свидетель ФИО11 суду пояснил, что приходится сыном истцу, внуком ответчику. Свидетель поддерживает общение с отцом, с матерью не общается. О смерти дедушки свидетель узнал от отца, был в детском спортивном лагере. Позже был на кладбище. Истца не было. Свидетель говорил матери, что следует посетить могилу деда. Она ответила, что не хотела бы видеть тело отца. Для матери телефон является сложным видом связи. Мать читает по губам, может общаться посредством видеосвязи.

Свидетель ФИО12 показала, что является подругой истца. В период с 2011 г. по 2016 г. неоднократно свидетель приходил к домофону у дома, который указывал истец, по просьбе истца звонил по домофону. Мать истца отвечала, что истцу делать нечего, когда вернется отец, мать сообщит. Ответчика свидетель никогда не видел, лично не знаком.

Не доверять показаниям свидетелей у суда оснований не имеется, они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Вместе с тем, часть свидетелей утверждает, что ответчик сообщал истцу о смерти отца, другая не осведомлена о данном обстоятельстве, некоторые утверждают, что ответчик скрывал от истца факт смерти. Показания носят субьективный характер, очевидцем значимых событий свидетели не были. Так, свидетель ФИО12 разговаривала в течение многих лет по домофону с лицом, однако кто отвечал свидетелю, сведений не имеется. Суд учитывает, что ответчик не нес на себе обязанности сообщить дочери о смерти отца, напротив истец как дочь наследодателя и лицо, младшее по возрасту по отношению к своей матери (ответчику), обязан был интересоваться судьбой отца. Действительно, в случае намеренного сокрытия факта смерти наследодателя от наследника ответчик может быть отстранен от наследования, однако таких фактов судом не установлено. То обстоятельство, что ответчик в заявлении нотариусу указал себя как единственного наследника, подтверждено документально, однако в отсутствие других доказательств не свидетельствует безусловно о сокрытии смерти наследодателя от истца. Как пояснил ответчик, он полагал, что истец по закону не привлекается к наследованию.

Кроме того, суд отмечает, что ответчик длительное время, в том числе после смерти наследодателя постоянно посредством сети Интернет общался с дочерью истца. Старший сын с матерью (истцом) не общается, однако дочь поддерживает близкие отношения с матерью. Таким образом, истец имел возможность обратиться к дочери с просьбой выяснить судьбу наследодателя, однако правом своим не воспользовался.

Истец ссылался на то, что в квартире, в которой проживает истец (в настоящее время является собственностью ответчика), квитанции приходили на имя наследодателя. Из представленных по запросу суда сведений ООО «Жилкомсервис № 2 Московского района» усматривается, что по адресу: 

<

адрес>, лицевой счет по февраль 2013 г. числился за ФИО7, по устному обращению на основании представленных документов с марта 2013 г. – за ФИО2 Таким образом, ответчик не предпринимал действий, как утверждал истец, по сокрытию от управляющей компании сведений о смене собственника имущества. Суду представлена квитанция от 10.03.2013, в которой плательщиком указан ответчик. Представленные истцом квитанции за электроэнергию и газ на имя ФИО7 не могут свидетельствовать о сокрытии ответчиком сведений о смерти супруга, поскольку ответчик предоставил сведения о переходе собственности в управляющую компанию.

Ответ истцу от СПб ГУП «Ритуальные услуги» о получении праха ФИО7 ответчиком не свидетельствует о наличии оснований для восстановления срока принятия наследства. Получение данного ответа зависело от субъективных действий истца.

Оценив доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для восстановления срока принятия наследства и удовлетворения остальных исковых требований как производных.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ судебные расходы истца не возмещаются. С истца в пользу ответчика подлежат возмещению расходы на представителя. Определяя размер подлежащих взысканию сумм, суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 17.07.2007 № 382-О-О, действия другой стороны, обычно применяемые в регионе рассмотрения дела расценки за оказание юридической помощи, вследствие чего присуждает ответчику выплатить в пользу истца 30 000 руб.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 12, 56, 67, 98, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 - отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы об оплате услуг представителя 30 000 (тридцать тысяч) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.

Судья 

Н. А. Бурданова