№ 2-1202/2018

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Тобольск 25 июля 2018 года

Тобольский городской суд Тюменской области в составе: 

председательствующего судьи Гавриковой М.А., 

при ведении протокола секретарем Хусаиновой Э.М. 

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Век» к ФИО2 о возмещении прямого действительного ущерба, причиненного недостачей товарно–материальных ценностей,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Век» (далее – ООО «Век») обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работодателю.

В обоснование иска указало, что ФИО2 работала в ООО «Век» заведующей складом, с нею был заключен договор о полной материальной ответственности. Непосредственно перед увольнением ФИО2 была произведена инвентаризация вверенных ей товарно–материальных ценностей (далее ТМЦ). По результатам инвентаризации выявлена недостача противогазов в количестве 32 штуки на общую сумму 67 840 рублей. Ссылаясь на положения статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации, истец просил взыскать с ФИО2 денежные средства в возмещение прямого действительного ущерба. Кроме того, просил взыскать расходы по уплате госпошлины и на оплату услуг представителя за составление искового заявления.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий на основании ордера №001764 от 19 июня 2018 года (л.д. 35), просил об удовлетворении иска. Дополнительно пояснил, что ФИО2 участвовала в пересчете ТМЦ. От подписи акта и сличительной ведомости отказалась, о чем составлен акт. 

Ответчик ФИО2, просила об отказе в удовлетворении иска. Пояснила, что участвовала в пересчете ТМЦ, но такой недостачи выявлено не было. С актом о недостаче и сличительной ведомостью её не знакомили, не смотря на то, что в период их составления она еще работала, а после увольнения неоднократно приходила в офис и звонила бухгалтеру по вопросам не выплаты заработной платы, эти документы подписать ей не предлагали. Когда сообщили, что будет удержание из заработной платы суммы недостачи - обратилась в трудовую инспекцию, по предписанию которой, заработная плата была выплачена работодателем в полном объеме. Просила обратить внимание суда на то, что часть выданных ею со склада противогазов некоторыми сотрудниками при увольнении не возвращалась, о чем она указывала в обходных листках, т.е. информировала работодателя о фактах не сдачи вверенного ей имущества. Работодатель в таком случае должен был удерживать стоимость противогаза из заработной платы увольнявшихся работников. Кроме того, в период с октября по декабрь 2017 года (3 месяца) она была на больничном, т.к. сломала ногу. В день травмы позвонила бухгалтеру и сообщила о случившемся. Её ключи от склада остались у начальника материально-технического обеспечения ФИО3, возможно, у кого-то еще.

Суд, заслушав пояснения представителя истца и ответчика, пояснения свидетелей, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, в соответствии с положениями статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не находит оснований для удовлетворения иска. 

Судом установлено и следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами, что ФИО2 с 04 мая 2016 года по 29 января 2018 года работала в ООО «Век» заведующей складом (л.д.8-10, 14, 15).

В день приема на работу с ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности (л.д. 11).

13 мая и 22 мая 2017 года ФИО2 приняла в подотчет 100 штук противогазов (л.д.16-17).

Из приказа об увольнении от 29 января 2018 года следует, что с заявлением об увольнении ФИО2 обратилась 29 января 2018 года, т.е. была уволена в день подачи заявления (л.д.15). 

Приказом руководителя от 15 января 2018 года, утверждена комиссия, которой поручено проведение инвентаризации на складе. Председателем комиссии назначен заместитель директора ФИО4, членами комиссии утверждены начальник отдела материально-технического обеспечения ФИО3, инженер отдела материально-технического обеспечения ФИО5 и заведующая складом ФИО2 (л.д.12,13). Как пояснили стороны в судебном заседании проведение инвентаризации инициировано руководством по причине поступления от ФИО2 заявления об увольнении.

Из акта № 1 от 16 января 2018 года следует, что при проведении инвентаризации выявлена недостача 32 противогазов (лицевая часть ШМП, фильтр ДОТ про 460+марки, сумка для противогаза).

Акт пописан ФИО4, ФИО3, ФИО5, подпись ФИО2 отсутствует (л.д. 21).

В судебном заседании ФИО5, опрошенный в качестве свидетеля по ходатайству истца, пояснил, что являлся членом инвентаризационной комиссии, но в инвентаризации (пересчете ТМЦ) фактически не учавствовал. Подписал акт о недостаче, т.к. доверял ФИО3 и ФИО4, подписи которых уже имелись в акте.

В сличительной ведомости от 25 января 2018 года указана стоимость недостающих противогазов – 67 840 рублей (лицевая часть ШМП, фильтр Бриз-3001, сумки).

Имеется запись о том, что ФИО2 от подписи сличительной ведомости отказалась в присутствии ФИО6 и начальника МТО ФИО3 (л.д.18-20).

В судебном заседании ФИО3, опрошенный в качестве свидетеля по ходатайству истца, пояснил, что данная запись хоть скреплена его подписью, но при нём ФИО2 не вручали сличительную ведомость для ознакомления и подписания, отказывалась она действительно подписать ведомость ему не известно, поставил свою подпись, т.к. был членом комиссии. По этой же причине подписал акт о недостаче.

Акт об отказе ФИО2 от подписания акта о недостаче и сличительной ведомости отсутствует.

В акте о недостаче ТМЦ и сличительной ведомости имеются указания на различные фильтры для противогазов: в сличительной ведомости указано недостача фильтр Бриз-3001, в акте - фильтр ДОТ про 460+марки (л.д.19,21).

25 января 2018 года руководителем ООО «Век» было издано два приказа № 09/пп и № 10/пп об удержании из заработной платы ФИО2 денежных средств за недостачу противогазов и стоимость сетевого ресурса (МТС) (л.д.23-24).

Как следует из акта от 22 февраля 2018 года от подписи этих двух приказов ФИО2 отказалась. Акт подписан ФИО7, ФИО6 и ФИО3 (л.д.22).

В судебном заседании ФИО2 подтвердила, что в феврале 2018 года, т.е. после увольнения, ей было предложено ознакомиться с приказами об удержании денежных средств из зарплаты и подписать. От подписи она отказалась, поскольку считала это незаконным, после чего обратилась в трудовую инспекцию. При этом с актом о недостаче ТМЦ и сличительной ведомостью ей ознакомиться не предлагали. 

В материалах дела имеется расчетный лист и платежное поручение, подтверждающее перечисление ФИО2 заработной платы в мае 2018 года, т.е. спустя три месяца после увольнения (л.д.26,27).

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству ответчика, суд запросил в ООО «Век» личные карточки работников, которым выдавались противогазы, обходные листы, подтверждающие возвращение/невозвращение противогазов при увольнении, листки нетрудоспособности ФИО2

Из представленных истцом карточек учета ТМЦ, представленных по запросу, следует, что заведующей склада ФИО2 противогазы выдавались работникам, при увольнении им возвращено - 9 шт., не возвращено – 17 шт., при этом в обходных листках имеется запись ФИО2 о не сдаче противогазов сотрудниками при увольнении, сведения о сдаче некоторыми сотрудниками – отсутствуют, остальные обходные листы ООО «Век» не представлены. 

Согласно листкам нетрудоспособности ФИО2 была нетрудоспособна (находилась на больничном) с 24 сентября до 14 декабря 2017 года (более 2 месяцев).

Свидетель ФИО3 пояснил, что ФИО2 участвовала непосредственно в пересчете товара, фактическое количество ТМЦ комиссия записывала на листки ручным способом, потом листки передали в бухгалтерию для сверки. Сообщали ли результаты сверки остатков с данными бухгалтерского учета ФИО2, не знает, т.к. сам при этом не присутствовал, все документы подписывал, как назначенный член комиссии. Ключ от склада, на котором находились ТМЦ в период больничного ФИО2, был у него, еще ключ был у ФИО5, и скорее всего у заместителя директора ФИО4 Доступ к складу был необходим, т.к. для работы нужны были ТМЦ.

Согласно статье 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу пункта 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае, когда на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей. 

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» указано, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; размер причиненного ущерба.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

В пункте 5 указанного Пленума разъяснено, что работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

В соответствии со статьей 247 Трудового кодекса РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Основным способом проверки соответствия фактического наличия имущества путем сопоставления с данными бухгалтерского учета признается в силу статьи Федерального закона «О бухгалтерском учете» инвентаризация имущества, порядок проведения которой определен в Методических указаниях по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49 (далее – Методические указания).

Согласно пункту 1.5 Методических указаний проведение инвентаризаций обязательно, в том числе при смене материально ответственных лиц.

Исходя из указанных выше положений, при отсутствии материально ответственного лица в связи с его нетрудоспособностью, в данном случае в период нахождения ФИО2 на больничном с октября по декабрь 2017 года, работодатель, допуская к вверенным ей ТМЦ иных лиц, должен был перевести их на временную работу, провести инвентаризацию товарно-материальных ценностей и заключить с ними договор о полной материальной ответственности.

Проведение инвентаризации при смене материально ответственного лица на период временного отсутствия одного из работников возможно не осуществлять только в случае заключения письменных договоров с материально ответственными лицами о коллективной (бригадной) материальной ответственности за вверенное им имущество.

Вместе с тем, судом установлено, что в период нахождения ФИО2 на больничном с октября по декабрь 2017 года, склад не запирался, выдача ТМЦ осуществлялась иными лицами, у которых был доступ к складу, как минимум у двух человек - ФИО3 и ФИО5, новое материально ответственное лицо за сохранность ТМЦ (в том числе кто-либо из сотрудников, имевших доступ на склад) не назначалось, инвентаризация не производилась, сведений о том, что был заключен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности не имеется. 

Таким образом, поскольку ФИО2 находилась на длительном больничном, вместо нее материально ответственное лицо не назначалось, товарно-материальные ценности продолжали движение, ответственность ФИО2 за недостачу и возмещении ущерба исключается, т.к. работодатель на период её больничного не обеспечил надлежащих условий хранения вверенного ей имущества.

Кроме того, ООО «Век» не представлены доказательства размера причиненного ущерба. 

По мнению истца на момент увольнения ФИО2 (на момент инвентаризации) на складе должно было быть 100 штук противогазов (68-в наличии+32-установленная недостача), т.е. то же количество, которое было принято ФИО2 в подотчет в мае 2017 года.

Вместе с тем, материалами дела подтверждено и не оспаривалось истцом, что движение ТМЦ противогазов осуществлялось.

Кроме того, представленные карточки учета не подтверждают факт возвращения на склад всех выданных противогазов.

Следовательно, на момент инвентаризации на складе не могло значиться по остаткам ТМЦ - 100 штук противогазов.

Таким образом, истец, в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представил суду бесспорных доказательств недостачи в заявленном размере.

При этом суд учитывает различие наименований фильтров к противогазам указанных в акте и сличительной ведомости.

Об отсутствии оснований для возмещения недостачи ФИО2 свидетельствуют и нарушения работодателем порядка проведения инвентаризации.

Пунктом 2.4 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 года № 49, предусмотрено, что до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств.

В пункте 2.9. Методических указаний указано, что инвентаризационные описи могут быть заполнены как с использованием средств вычислительной и другой организационной техники, так и ручным способом. Описи заполняются чернилами или шариковой ручкой четко и ясно, без помарок и подчисток. На каждой странице описи указывают прописью число порядковых номеров материальных ценностей и общий итог количества в натуральных показателях, записанных на данной странице, вне зависимости от того, в каких единицах измерения (штуках, килограммах, метрах и т.д.) эти ценности показаны. Исправление ошибок производится во всех экземплярах описей путем зачеркивания неправильных записей и проставления над зачеркнутыми правильных записей. Исправления должны быть оговорены и подписаны всеми членами инвентаризационной комиссии и материально ответственными лицами. В описях не допускается оставлять незаполненные строки, на последних страницах незаполненные строки прочеркиваются. На последней странице описи должна быть сделана отметка о проверке цен, таксировки и подсчета итогов за подписями лиц, производивших эту проверку.

Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение (пункт 2.10).

Ответчик ФИО2 и свидетель ФИО3 пояснили, что при подсчёте ТМЦ велись описи, которые заполнялись ручным способом.

Однако инвентаризационные описи, подписанные ФИО2, истцом не представлены, истец на их наличие не ссылался.

Не имеется и сведений о том, что комиссией были получены все последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей. 

Так же суд учитывает пояснения свидетеля ФИО3, который формально подписывал документы о недостаче, которому не известно, сообщали ли ФИО2 результаты инвентаризации, пояснения свидетеля ФИО5, который не присутствовал при инвентаризации (пересчете) и тоже подписывал документы, доверяя остальным подписавшим, а также факт информирования ФИО2 своего работодателя о фактах не сдачи ТМЦ увольняющимися сотрудниками, как минимум 17 штук.

Учитывая, что ООО «Век» не предпринял надлежащих мер к сохранению ТМЦ в период нетрудоспособности ФИО2; не представил доказательств заявленного размера ущерба и доказательств ознакомления ФИО2 с результатами инвентаризации или отказа её от ознакомления; инвентаризация, по результатам которой была установлена недостача, проведена с нарушением требований Методических указаний, один из утвержденных членов комиссии (ФИО5) при инвентаризации не присутствовал, суд приходит к выводу, что истцом не установлены конкретные причины возникновения недостачи товара, вина ФИО2, а также причинно-следственная связь между её действиями и наступившими неблагоприятными последствиями у истца как работодателя. 

Таким образом, оснований для удовлетворения иска не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку решение суда состоялось в пользу ответчика, оснований для возмещения расходов по госпошлине и услуг представителя за составление иска не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь Трудовым кодексом Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, 

решил:

В удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «Век» к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного недостачей товарно-материальных ценностей, возмещении судебных расходов - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд Тюменской области через Тобольский городской суд Тюменской области.

Судья М.А. Гаврикова

Решение суда в окончательной форме составлено 30 июля 2018 года.