П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Иркутск 22 ноября 2017 года

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Шовкомуда С.П.,

при секретаре судебного заседания Салуниной А.Д.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Свердловского района г. Иркутска Сидоровой Н.Д.,

потерпевшего К.С.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Байкальской коллегии адвокатов Иркутской области ФИО2, представившей удостоверение 

<

Номер обезличен> и ордер 

<

Номер обезличен> от 13 сентября 2017 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-755/2017 в отношении

ФИО1, ....

....

....

....,

находящегося с мерой пресечения в виде заключения под стражу с 19 апреля 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

17 апреля 2017 года подсудимый ФИО1 совершил покушение на убийство двух лиц - О.А.А. и К.С.В., то есть покушение на умышленное причинение смерти двум лицам, с целью скрыть другое преступление, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Преступление подсудимым ФИО1 совершено при следующих обстоятельствах:

17 апреля 2017 года в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 20 минут, более точное время предварительным следствием не установлено, ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, где у него на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возник умысел, направленный на причинение смерти О.А.А. Реализуя возникший преступный умысел, находясь в вышеуказанном месте и указанный период времени, ФИО1 вооружился имевшимся при нем ножом, после чего, действуя умышленно, с целью причинения смерти О.А.А., осознавая, что в результате его действий наступит смерть потерпевшего и, желая ее наступления, с силой нанес один удар указанным ножом, используя данный предмет в качестве оружия, в жизненно важную часть тела О.А.А. – грудную клетку, отчего последний упал на пол и перестал подавать признаки жизни.

В результате умышленных преступных действий ФИО1 потерпевшему О.А.А. было причинено телесное повреждение в виде колото-резаного ранения на передней поверхности грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с ранением верхней доли левого легкого, с гемопневмотораксом слева (скоплением крови и воздуха в плевральной полости), которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

После этого, 17 апреля 2017 года в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 20 минут, более точное время предварительным следствием не установлено, у ФИО1, находящего в состоянии алкогольного опьянения в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, полагавшего, что от его умышленных действий наступила смерть О.А.А., осознавая, что К.С.В. стал очевидцем убийства О.А.А. и может сообщить о совершенном им преступлении в правоохранительные органы, указав на ФИО1 как на лицо, совершившее преступление, желая избежать уголовной ответственности, с целью скрыть ранее совершенное убийство О.А.А., возник преступный умысел, направленный на убийство К.С.В., то есть на убийство второго лица. С целью реализации преступного умысла, ФИО1, держа нож в руке, которым ранее нанес удар О.А.А., используя данный предмет в качестве оружия, находясь в вышеуказанном месте и в вышеуказанное время, действуя умышленно, с целью убийства К.С.В., нанес множественные удары в жизненно важную часть тела К.С.В. – грудную клетку, а также в область его левого плеча.

В результате умышленных преступных действий ФИО1 потерпевшему К.С.В. были причинены следующие телесные повреждения:

- колото-резаное ранение грудной клетки слева (между передней подмышечной и средней ключичной линиями на уровне 2-го межреберья), проникающее в левую плевральную полость с пересечением 3-го ребра, со слепым ранением 3-го сегмента левого легкого, сопровождавшееся гемопневмотораксом, относящееся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- колото-резаное ранение грудной клетки справа (на 1 см кнутри и ниже правого соска), проникающее в правую плевральную полость с пересечением 5-го ребра, со сквозным ранением средней доли легкого, насечкой 8-го сегмента легкого, сопровождавшегося гемопневмотораксом, относящееся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- колото-резаные ранения: внутренней поверхности верхней трети левого плеча (1), наружной поверхности средней трети левого плеча (1), задней поверхности средней трети левого плеча (1) без повреждения сосудисто-нервного пучка, относящиеся как в отдельности, так и в совокупности к категории повреждений, причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья менее 3-х недель.

После чего, будучи убежденным, что в результате его умышленных действий наступит смерть потерпевшего О.А.А. и неминуемо наступит смерть потерпевшего К.С.В., ФИО1 покинул место происшествия.

Умышленные действия ФИО1, направленные на причинение смерти О.А.А. и К.С.В., не были доведены до конца по не зависящим от него обстоятельствам, поскольку потерпевшим была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

Подсудимый ФИО1 виновным себя в совершенном преступлении признал частично и пояснил, что не отрицает факт нанесения ударов ножом потерпевшим О. и К., но не согласен с квалификацией его действий, так как умысла на убийство потерпевших у него не было.

Подсудимый ФИО1 суду показал, что 17 апреля 2017 года он проснулся в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, пошел на железнодорожный вокзал, чтобы купить джин-тоник. Там увидел двоих молодых людей, О. и Ж., они спорили по поводу телефона. У О. не было денег на гостиницу, он предложил ему переночевать у него. Они сидели, выпивали, потом подошел К., присоединился к ним выпивать спиртное. Ж. уже не было. С К. они поборолись в шутку. Потом пришли на 

<

адрес обезличен>, О. остался, а они с К. сходили купили водки объемом 0,5 литра, начали выпивать. К. обратился к О., просил деньги 500 рублей, иначе сломает шею. К. стал придираться к О., он попросил К. выйти, стал оттаскивать его от О.. К. схватил его, начал душить, увидел у него нож, пытался схватить его. Почему он нанес удар ножом О., не знает, был пьян, возможно когда О. вмешался в их борьбу с К.. Он махал ножом, возможно нанес удары К.. Потом он ушел из квартиры и уехал домой. Задержали его в Усть-Орде.

Судом по ходатайству стороны обвинения в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания подсудимого ФИО1, данные при производстве предварительного расследования, при наличии существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в ходе предварительного расследования и в суде.

Допрошенный при производстве предварительного расследования 19 апреля 2017 года в качестве подозреваемого ФИО1, которому перед началом допроса были разъяснены права, предусмотренные ч. 4 ст. 46 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, объявлено, что он подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в присутствии своего защитника по существу подозрения показал, что 16 апреля 2017 года он приехал в г. Иркутск купить запчасти на автомобиль своей матери. В баре, который находится в районе Центрального рынка, он познакомился с парнем по имени Р., они с ним выпивали, он его пригласил к себе домой, предложил переночевать у него. Он согласился. 17 апреля 2017 года Р. уехал по своим делам, забрал его телефон временно попользоваться. Он проснулся в состоянии похмельного синдрома, поехал на железнодорожный вокзал г. Иркутска, думал встретит кого-либо из знакомых, хотел занять денег, так как денег у него почти не было. Днем на улице возле железнодорожного вокзала он познакомился с О.А.А., на его деньги купили водку объемом 0,5 л, вина объемом 0,7 л и стали на улице распивать. Ближе к вечеру, примерно в 18 часов, мимо проходил ранее незнакомый К.С., с которым они познакомились и стали распивать алкоголь вместе. Он пригласил О. домой к Р., который проживает по адресу: 

<

адрес обезличен>, так как у О. были проблемы, ему нужен был ночлег. К. пошел с ними. Они пешком дошли до указанного адреса, взяли еще водки объемом 0,5 л и стали распивать. Потом еще купили водки объемом 0,5 л. В ходе распития водки между О. и К. произошел конфликт. К. требовал у О. 500 рублей, лазал по его карманам, они боролись, он их разнимал. Он и К. вышли на улицу покурить, он стал высказывать К., что он ведет себя неадекватно, чтобы прекратил так себя вести. К. согласился и успокоился. До этого К. рассказывал, что он обладает навыками каратэ. Они продолжили распивать втроем водку. К. снова стал лезть в драку с О., говорил, что сломает ему шею. У него при себе имелся нож с пластиковой рукоятью, красного цвета, с металлическим лезвием, общая длина ножа примерно 15 см, ширина лезвия примерно 1,5-2 см. Нож хранился в чехле в кармане его штанов. К. и О. было известно о том, что у него имеется нож, так как ранее при распитии водки около железнодорожного вокзала, он доставал данный нож и резал им лимон. К. уронил О. на пол и стал ломать ему шею. Он стал оттаскивать К. от О.. К. переключился на него, стал наносить ему удары руками и ногами по голове, лицу и телу. Он стал также в ответ наносить ему удары руками и ногами по голове и корпусу тела. К. попытался достать нож из его кармана, но у него не получилось, он вытащил первым, из чехла, то есть чехол остался в кармане. Он держал нож за рукоять по разному, крутил его в руках, и стал наносить удары К. данным ножом по телу, попадая в грудную клетку. Нанес несколько ударов, не менее 5 ударов. К. ростом его немного выше. Он наносил удары с целью оборониться от нападения на него К.. Потом в их конфликте появился О., и он не помнит, каким образом нанес ему удары ножом, сколько ударов не помнит. Все произошло очень быстро. О. он нанес удары случайно, так как он попался случайно под нож. Умысла на убийство К. и О. у него не было. Что ему говорили К. и О., он не помнит. Угроз никаких он никому не высказывал. Потом он схватил куртку, пиджак и побежал из данного дома. Забежал в какой-то подъезд, увидел там кресло, хотел переночевать, но его оттуда выгнал мужчина, он ушел в другой подъезд, переночевал там до утра, потом пешком направился в центр г. Иркутска, чтобы уехать домой в 

<

адрес обезличен>. В течение дня он скитался по городу, распивал алкоголь с разными людьми. Утром 19 апреля 2017 года он приехал к себе домой в 

<

адрес обезличен>, поставил стирать в стиральную машину все вещи, в которые он был одет. Он не видел на своей одежде пятен крови. Периоды времени всего происходящего он не может назвать в данное время, так как не помнит, потому что при совершении преступления находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Убежал из дома, в котором произошло преступление, так как у него был испуг от происходящего. Он осознавал, что от его действий, а именно, от нанесения ударов ножом К. и О., могла наступить смерть последних. Когда он зашел в подъезд, где было кресло, стал все обдумывать и понял, что они могли умереть или умерли. Он не вернулся и не оказал им помощь, так как боялся возвращаться, боялся быть привлеченным к уголовной ответственности, хотя понимал, что его все равно найдут сотрудники полиции, так как в данной квартире остались его отпечатки пальцев на подоконнике, на посуде, на кружке, на бутылках (т. 1, л.д. 53-57).

Подсудимый ФИО1 подтвердил свои показания, ранее данные при производстве предварительного расследования в качестве подозреваемого.

Вина подсудимого ФИО1 в покушении на убийство двух лиц, с целью скрыть другое преступление, не смотря на частичное признание своей вины подсудимым, подтверждается совокупностью представленных сторонами и исследованных в судебном заседании следующих доказательств.

Потерпевший К.С.В. суду показал, что 17 апреля 2017 года после 18 часов он поехал с работы домой. Он доехал до железнодорожного вокзала г. Иркутска, в павильоне около железнодорожного вокзала купил банку пива и напротив здания железнодорожного вокзала, недалеко от лестницы, ведущей к поликлинике 

<

Номер обезличен>, увидел двух ранее незнакомых ему мужчин, которыми оказались ФИО3 и О.. Один из них предложил ему покурить сигарету. Он согласился и остановился рядом с ними. ФИО3 и О. распивали водку, рядом на газете лежал лимон. Когда он подошел к ним, ФИО3 резал ножом лимон, потом убрал нож к себе. Нож длиной около 20 см, рукоять костяная, коричневого цвета, лезвие шириной около 2 см. Он присоединился к ним, они стали вместе распивать водку. В ходе общения ФИО3 спросил у него, занимался ли он какой-нибудь борьбой. Он ответил, что ранее занимался дзюдо. ФИО3 предложил помериться силами, они с шуткой поборолись, но не конфликтовали. Потом ФИО3 предложил ему и О. пойти к нему домой, чтобы продолжить распитие спиртного, они согласились и пришли в дом, расположенный в районе Затона по 

<

адрес обезличен>. Там О. остался в квартире, так как уже находился в сильном алкогольном опьянении, а он и ФИО3 сходили в магазин, купили бутылку водки объемом 0,5 литра на деньги ФИО3. В ходе распития водки он и ФИО3 в шутку боролись на руках, никакого конфликта у него с ФИО3 не было, как и не было конфликта с О.. Потом между ФИО3 и О. произошел конфликт. Он в это время смотрел свой телефон и в их разговор не вникал. Помнит, что разговор был про какие-то деньги и карточные игры. Они все находились в состоянии алкогольного опьянения. О. требовал у ФИО3 какие-то деньги, они разговаривали на повышенных тонах, потом ФИО3 два раза ударил кулаком О. по лицу и шее. О. был сильно пьян и даже не пытался наносить в ответ удары ФИО3. Время было около 19 часов 30 минут, они сидели втроем за столом. В это время он увидел, как ФИО3 достал из штанины нож, которым ранее резал лимон на улице около железнодорожного вокзала, и нанес им один удар в область грудной клетки О.. От полученного удара О. сражу же упал на пол около стола и не подавал никаких признаков жизни. ФИО3 в это время стоял около стола и чем-то вытирал нож. Он сказал ФИО3, что он сделал, что он же убил О.. В это время Минов встал из-за стола, подошел к нему и сказал, чтобы он тоже нанес удар ножом О.. Он отказался выполнить требование ФИО3 и сказал, что уходит отсюда. ФИО3 сказал, что он не уйдет отсюда и нанес ему один удар ножом в область грудной клетки сверху спереди. Он накинулся на ФИО3 с целью самообороны, так как реально воспринял его слова и понимал, что он убьет его, поскольку он стал свидетелем убийства О., так как на тот момент и он и ФИО3 думали, что О. мертв. Он оттолкнул ФИО3 от себя и сказал ему, чтобы он дал ему выйти из квартиры. Но ФИО3 снова подбежал к нему и нанес несколько ударов ножом в область грудной клетки спереди. Он снова попытался оттолкнуть ФИО3 от себя, но он схватил его за кофту и нанес еще несколько ударов ножом в левую руку ближе к плечу. В итоге он смог оттолкнуть ФИО3 от себя и убежал из квартиры на улицу, где встретил незнакомых людей, которые вызвали скорую медицинскую помощь, после этого потерял сознание и пришел в себя только в палате больницы. Когда он выбежал из квартиры, О. оставался лежать на полу и не подавал признаков жизни. Оснований оговаривать ФИО3 у него не имеется, ранее он с ним не был знаком и никаких отношений не поддерживал. Ни он, ни О. не нападали на ФИО3. Между ним и О. конфликта и драки не было, поэтому у ФИО3 не было повода и основания, чтобы их разнимать. ФИО3 первым нанес удары кулаком руки О. по лицу и шее, потом нанес удар ножом О. в область грудной клетки, а после того, как он отказался выполнить требование ФИО3, взять нож в руки и тоже нанести удары О., нанес удары ножом ему. Сам он не пытался выхватить нож у ФИО3 и умысла на причинение телесных повреждений ФИО3 у него не было. ФИО3 не отмахивался ножом, а целенаправленно нанес удар ножом О., а потом нанес удары этим же ножом ему.

В судебном заседании по ходатайству стороны обвинения в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон были оглашены показания потерпевшего О.А.А., ранее данные при производстве предварительного расследования, в случае неявки потерпевшего, из которых следует, что 15 апреля 2017 года он прилетел с вахты, остановился в гостинице «....», которая расположена возле железнодорожного вокзала г. Иркутска. 17 апреля 2017 года в дневное время он пошел в магазин приобрести алкогольные напитки, находился в состоянии похмельного синдрома. На улице к нему подошел ранее незнакомый мужчина, как позже стала известна его фамилия ФИО3. Они познакомились и решили вместе распить спиртные напитки, которые приобрели на его деньги, а именно водку. Сначала находились в кафе, потом на улице. При каких обстоятельствах появился К., который на тот момент был ранее ему не знаком, не помнит. Они вместе распивали алкоголь на улице, после ФИО3 пригласил их к себе домой, они дошли пешком, адрес не помнит. Он находился в сильном алкогольном опьянении, подробности не помнит. Они втроем распивали алкоголь в квартире, в которую их пригласил ФИО3. Между ним и К. конфликтов не было, так же как между ним и ФИО3. Помнит, что на улице ФИО3 и К. шуткой боролись. Он не помнит, кто и как нанес ему удар ножом. Помнит с того момента, как на улице было темно, но не как ночью, он увидел девушку и попросил вызвать скорую медицинскую помощь. Он чувствовал боль в грудной клетке, ему было тяжело дышать, на нем была кровь. Потом снова помутнение, временами приходил в себя, когда транспортировали в больницу (т. 1, л.д. 70-73).

Дополнительно допрошенный при производстве предварительного расследования потерпевший О.А.А. показал, что 16 апреля 2017 года он возвращался с вахты из г...., направлялся к себе домой в 

<

адрес обезличен>, где постоянно проживает, и в связи с пересадкой остановился в г. Иркутске в гостинице напротив железнодорожного вокзала г. Иркутска. 17 апреля 2017 года днем он находился в состоянии похмельного синдрома, в связи с чем, вышел на улицу, чтобы купить пиво. На улице он познакомился с мужчиной, данных его не помнит, с которым они стали распивать пиво в кафе около железнодорожного вокзала, после чего расстались и больше не виделись. Далее он вышел на улицу и увидел ранее незнакомого ему мужчину, как позже ему стали известны его данные ФИО1. С ФИО3 они стали разговаривать, при этом купили спиртного, одну бутылку водки. Спиртное распивали на улице. На улице они познакомились с мимо них проходящим мужчиной, как позже ему стали известны его данные К.С.. В ходе распития спиртного на улице, ФИО3 пригласил его и К. к себе в гости по адресу: г

<

адрес обезличен>. Он, ФИО3 и К. пешком дошли до данного адреса. Дома никого не было, они продолжили распивать спиртное втроем. В квартире расположились на кухне. Квартира расположена в 2-х этажном деревянном здании, на 1 этаже. На протяжении всего дня он выпил большое количество спиртного, в связи с чем, когда они пришли к ФИО3, он уже был достаточно пьян. По дороге к ФИО3 они приобрели еще бутылку водки. Они сидели за столом и разговаривали на разные темы. Примерно в 20 часов, точное время не помнит, может раньше, было еще светло, между ним и ФИО3 начался конфликт, из-за чего уже не помнит. В ходе конфликта ФИО3 ударил его 2 раза кулаком в область шеи. При этом, они втроем сидели на табуретках за столом в кухне. К. в их разговор и конфликт не вмешивался. Потом он и Минов встали со стульев, ФИО3 ему что-то сказал, после этого неожиданно для него наклонился и достал из-под правой брючины снизу, из ботинка, свой нож, которым еще в момент знакомства с ним в районе железнодорожного вокзала г. Иркутска резал лимон. Так как он был пьян и за давностью событий характеристики ножа не помнит. ФИО3 ударил его ножом в левую часть груди, от данного удара он почувствовал боль и, потеряв силы, стал падать, при этом схватился рукой за грудь, так как из нее потекла кровь. Он упал на пол на спину около стола и помнит, что К. сказал ФИО3, что он наделал, что ФИО3 его убил, не дословно, но смысл такой. Что было потом, он не знает, так как потерял сознание и очнулся уже в областной больнице г. Иркутска, где ему сообщили, что у него проникающее ранение грудной клетки и что его прооперировали. Он ФИО3 удары не наносил, почему он ударил его ножом, не знает. ФИО3 после выпитого большого количества алкоголя стал агрессивным. Он не высказывал ФИО3 каких-либо угроз избиением или убийством. Между К. и ФИО3 конфликтов не было вообще, они не ругались, К. в основном молчал в ходе распития. Он не помнит, чтобы ФИО3 и К. выходили вдвоем на улицу. Угроз никаких ФИО4 не высказывал. За нож К. не хватался. Когда они были на улице около железнодорожного вокзала, К. и ФИО3 в шутку боролись, но это было в шутку и не долго (т. 2, л.д. 14-17).

Свидетель Г.С.С. суду показала, что 17 апреля 2017 года утром ее супруг К. уехал на работу. Около 19 часов 30 минут она позвонила К., так как в это время он должен был быть уже дома, но его не было. Изначально на звонки никто не отвечал, а спустя какое-то время телефон стал недоступен. Она стала переживать за К., не понимала, что происходит, по какой причине он не пришел. Около двух часов ночи 18 апреля 2017 года поступил звонок на ее сотовый телефон с неизвестного номера. Это звонил К., который сообщил, что находится в реанимации в областной больнице. 18 апреля 2017 года днем она приехала в больницу, где К. рассказал ей, что 17 апреля 2017 года после работы он познакомился на улице с двумя мужчинами, как позднее она узнала их фамилии ФИО3 и О., с которыми стал распивать спиртные напитки. Потом ФИО3 пригласил их к себе домой, где они продолжили распивать спиртное. В ходе распития спиртного ФИО3 ударил ножом О., после чего К. стал заступаться за О. и ФИО3 нанес К. несколько ножевых ранений. Ранее у К. таких ситуаций не было, после работы он всегда возвращался домой. По характеру К. спокойный, не вспыльчивый, не конфликтный, никогда первым не полезет в драку.

В судебном заседании по ходатайству стороны обвинения в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон были оглашены показания свидетелей Е.Т.П. и Л.Е.А., ранее данные при производстве предварительного расследования, в случае неявки свидетелей.

Из показаний свидетеля Е.Т.П. следует, что она проживает по адресу: 

<

адрес обезличен>. У нее есть племянница А., которая постоянно проживает в 

<

адрес обезличен>, но в г. Иркутске у нее есть квартира по 

<

адрес обезличен>. Она присматривает за данной квартирой. 8 марта 2017 года ей позвонил ранее незнакомый мужчина по имени Р. и поинтересовался, сдает ли она квартиру. Каких-либо документов у Р. она не проверяла, договор не заключала. 8 марта 2017 года Р. заселился в квартиру. 17 апреля 2017 года ночью ей позвонили сотрудники полиции и сказали, чтобы она подошла к квартире по 

<

адрес обезличен>. Она пришла, проживает недалеко от данной квартиры. Сотрудники полиции попросили ее открыть входную дверь в квартиру. Так как у нее были запасные ключи, она открыла. В квартире был бардак, стены в крови, в квартире никого не было. С ее участием провели осмотр места происшествия. После, она помыла квартиру, закрыла и ушла. Со слов соседей ей известно, что они видели мужчину, который лежал на улице в крови, зажимал рукой область грудной клетки или живота, просил помощи, чтобы вызвали скорую медицинскую помощь (т. 1, л.д. 164-166).

В соответствии с показаниями свидетеля Л.Е.А. она проживает по адресу: 

<

адрес обезличен> с мужем Л.. 17 апреля 2017 года она и супруг находились в гостях у свекрови. Около 23 часов вернулись домой, к ним обратились сотрудники полиции, спрашивали, известно ли им что-нибудь о преступлении в квартире 

<

Номер обезличен>. Она пояснила, что им ничего неизвестно, так как весь день их не было дома. Со слов соседей слышала, что один мужчина вышел 17 апреля 2017 года в вечернее время из квартиры 

<

Номер обезличен>, был в крови, изрезанный, просил, чтобы ему вызвали скорую медицинскую помощь (т. 1, л.д. 168-170).

Объективно вина подсудимого ФИО1 подтверждается:

Иным документом от 18 апреля 2017 года (т. 1, л.д. 6), из которого следует, что К.С.В. обратился в полицию с заявлением о том, что просит привлечь к уголовной ответственности ФИО3, который около восьми часов вечера 17 апреля 2017 года попытался убить его по адресу 

<

адрес обезличен>.

Иным документом от 18 апреля 2017 года (т. 1, л.д. 7), согласно которому О.А.А. обратился в полицию с заявлением о том, что просит привлечь к уголовной ответственности неизвестное лицо, которое причинило ему тяжкий вред здоровью.

Протоколом осмотра места происшествия от 17 апреля 2017 года с прилагаемыми к протоколу фото-таблицами (т. 1, л.д. 17-29), в соответствии с которым осмотрено место совершения преступления – квартира 

<

адрес обезличен>. В ходе осмотра общий порядок в квартире нарушен. В прихожей на полу в дверном проеме и на стене с правой стороны имеются следы красно-бурого цвета. В комнате зале на полу имеются множественные следы красно-бурого цвета в виде мазков и капель. При производстве следственного действия изъяты 4 отрезка ленты скотч со следами рук, 3 смыва с веществом бурого цвета, нож, фрагменты подошвы обуви.

Протоколом задержания подозреваемого от 19 апреля 2017 года (т. 1, л.д. 46-49), согласно которому основанием задержания ФИО1 явилось то, что потерпевшие указали как на лицо, совершившее преступление. ФИО1 сообщено, что он подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. По поводу задержания ФИО1 заявил, что согласен.

Протоколом проверки показаний на месте от 21 апреля 2017 года (т. 1, л.д. 95-101), в соответствии с которым обвиняемый ФИО1 с участием своего защитника показал, что необходимо проследовать по адресу: 

<

адрес обезличен>. По прибытии на место, обвиняемый ФИО1 показал, что 17 числа ближе к вечеру в этом доме у него произошло преступление. Он, О. и К. сидели, выпивали. К. начал до О. докапываться, душить, хотел забрать немного денег. Он начал заступаться, разнимал несколько раз, потом у них с К. началась драка. У него находился нож в кобуре, смотрит, он полез за ножом, несколько раз руку отводил, в итоге первым схватил нож и начал наносить неизвестно куда, потом схватил куртку, пиджак и выбежал на улицу.

Протоколом выемки от 17 мая 2017 года (т. 1, л.д. 121-124), из которого следует, что в Иркутской областной клинической больнице изъяты медицинская карта 

<

Номер обезличен> на имя К.С.В. и медицинская карта 

<

Номер обезличен> на имя О.А.А.

Протоколом осмотра предметов (документов) от 18 мая 2016 года (т. 1, л.д. 125-129), в соответствии с которым осмотрены три бумажных пакета со смывами вещества бурого цвета, марлевые салфетки с веществом бурого цвета, похожего на кровь, медицинская карта 

<

Номер обезличен> на имя К.С.В., согласно которой с 17 апреля 2017 года по 28 апреля 2017 года он находился на стационарном лечении в отделении торакальной хирургии ИОКБ, медицинская карта 

<

Номер обезличен> на имя О.А.А., согласно которой с 17 апреля 2017 года по 4 мая 2017 года он находился на стационарном лечении в отделении торакальной хирургии ИОКБ.

Протоколом очной ставки от 18 июля 2017 года (т. 1, л.д. 176-180), проведенной между обвиняемым ФИО1 и потерпевшим К.С.В., в ходе которой потерпевший К.С.В. подтвердил свои показания в части того, что 17 апреля 2017 года в вечернее время, находясь по адресу: 

<

адрес обезличен>, ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, нанес 1 удар ножом в область грудной клетки О., после чего О. упал на пол в бессознательном состоянии, ФИО3, полагая, что О. мертв, сказал взять в руки нож и тоже нанести удары в тело О.. После того, как он отказался взять нож и нанести удары в тело О., ФИО3 стал нападать на него, сказал при этом, что он с этой квартиры не выйдет, после чего нанес ему 5 ножевых ударов в область грудной клетки и левой руки.

Обвиняемый ФИО1 не подтвердил показания потерпевшего К.С.В., потому что был в состоянии алкогольного опьянения, возможно и было, но не помнит из-за сильного состояния алкогольного опьянения. Он помнит, что у него началась драка с К., из-за чего, не помнит, К. попытался выхватить нож, который находился при нем в ножнах. Он стал сопротивляться, успел выхватить нож из ножен, стал отмахиваться от К., не акцентируя удары по конкретной части тела. Также он не помнит, чтобы говорил К., что он не выйдет из квартиры.

Заключением эксперта 

<

Номер обезличен> от 20 июня 2017 года (т. 1, л.д. 220-221), из которого следует, что согласно анализу представленных медицинских документов у гр. К.С.В. имелись повреждения в виде:

а) колото-резаного ранения грудной клетки слева (между передней подмышечной и средней ключичной линиями на уровне 2-го межреберья), проникающего в левую плевральную полость с пересечением 3-го ребра, со слепым ранением 3-го сегмента левого легкого, сопровождавшегося гемопневмотораксом. Описанное ранение относится к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

б) колото-резаного ранения грудной клетки справа (на 1 см кнутри и ниже правого соска), проникающего в правую плевральную полость с пересечением 5-го ребра, со сквозным ранением средней доли легкого, насечкой 8-го сегмента легкого, сопровождавшегося гемопневмотораксом. Описанное ранение относится к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

с) колото-резаных ранений: внутренней поверхности верхней трети левого плеча (1), наружной поверхности средней трети левого плеча (1), задней поверхности средней трети левого плеча (1) без повреждения сосудисто-нервного пучка. Описанные ранения как каждое в отдельности, так и в совокупности относятся к категории повреждений, причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья менее 3-х недель.

Все вышеописанные телесные повреждения причинены действиями колюще-режущего предмета, чем мог быть нож, имеют срок давности в пределах до нескольких часов на момент поступления в стационар.

Учитывая характер и локализацию обнаруженных у К.С.В. телесных повреждений, принимая во внимание обстоятельства их причинения, не исключается возможность причинения обнаруженных у него колото-резаных ранений грудной клетки справа и слева при указанных обстоятельствах.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 не отрицал, что телесные повреждения, указанные в заключении эксперта, могли быть причинены потерпевшему К.С.В. его действиями.

Отсутствие в заключении и выводах эксперта каких-либо сведений о наличии повреждений в области головы и лица К.С.В., опровергает доводы подсудимого ФИО1 о том, что он в ответ на нападение К.С.В. стал наносить ему удары руками и ногами по голове.

Заключением эксперта 

<

Номер обезличен> от 19 июня 2017 года (т. 1, л.д. 226-227), из которого следует, что согласно анализу представленных медицинских документов у гр. О.А.А. имелось повреждение в виде колото-резаного ранения на передней поверхности грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с ранением верхней доли левого легкого, с гемопневмотораксом слева (скоплением крови и воздуха в плевральной полости), которое причинено действием колюще-режущего орудия, чем мог быть нож, имеет срок давности причинения в пределах до нескольких часов на момент обращения за медицинской помощью, могло образоваться в срок, указанный в постановлении, то есть 17 апреля 2017 года, при обстоятельствах, изложенных О.А.А., и оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 не отрицал, что телесное повреждение, указанное в заключении эксперта, могло быть причинены потерпевшему О.А.А. его действиями.

Отсутствие в заключении и выводах эксперта сведений о наличии у О.А.А. каких-либо повреждений в области шеи, опровергает доводы подсудимого ФИО1 о том, что К.С.В. уронил О.А.А. на пол и стал ломать ему шею.

Заключением эксперта 

<

Номер обезличен> от 20 июня 2017 года (т. 1, л.д. 214-215), согласно которому, в представленных медицинских документах у ФИО1 отражены повреждения в виде ссадин на левом предплечье, гематом на правой голени в верхней трети, царапин на руках, которые оцениваются как в своей совокупности, так и каждое в отдельности как не причинившие вреда здоровья. Высказаться о количестве повреждений, механизме их образования, сроке давности причинения, более точной локализации не представляется возможным, так как в медицинских документах не описаны количество повреждений, их форма, размеры, более точная локализация, цвет гематом, состояние дна ссадин и царапин.

Из анализа медицинских документов следует, что подсудимый ФИО1 каждый раз давал противоречивые объяснения по поводу имевшихся у него повреждений.

Так, при осмотре 20 апреля 2017 года в ИВС .... пояснил, что повреждения получены от падения, жалоб и претензий нет. Далее, из объяснения ФИО1 следует, что он не помнит, где получил телесные повреждения на правой ноге, левой руке (царапины), в связи с тем, что был в алкогольном опьянении. При осмотре фельдшером 20 апреля 2017 года пояснил, что травмы получил 18 апреля 2017 года в драке.

Данные обстоятельства в их совокупности опровергают доводы подсудимого ФИО1 о том, что потерпевший К.С.В. наносил ему удары кулаками рук и ногами по голове, лицу и телу, а он наносил удары ножом К.С.В. с целью оборониться от нападения на него К.С.В.

Суд, исследовав и оценив собранные по уголовному делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, которые признает относимыми, допустимыми, достоверными, поскольку они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, а все в совокупности - достаточными для разрешения уголовного дела, находит вину подсудимого ФИО1 в совершенном преступлении установленной и доказанной, а его действия подлежат правильной юридической квалификации по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство двух лиц, то есть покушение на умышленное причинение смерти двум лицам, с целью скрыть другое преступление, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Об умысле подсудимого ФИО1 на убийство двух лиц - О.А.А. и К.С.В. свидетельствуют характер и последовательность его действий, направленных на причинение смерти потерпевшим, выразившихся в способе и выборе орудия преступления – ножа, нанесение со значительной силой одного удара ножом в жизненно важную часть тела О.А.А. – грудную клетку потерпевшего, в результате которого ему было причинено колото-резаное ранение на передней поверхности грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с ранением верхней доли левого легкого, с гемопневмотораксом слева (скоплением крови и воздуха в плевральной полости), которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и нанесение со значительной силой множественных ударов ножом в жизненно важную часть тела К.С.В. – грудную клетку потерпевшего и в область левого плеча, в результате которого ему были причинены колото-резаное ранение грудной клетки слева (между передней подмышечной и средней ключичной линиями на уровне 2-го межреберья), проникающее в левую плевральную полость с пересечением 3-го ребра, со слепым ранением 3-го сегмента левого легкого, сопровождавшееся гемопневмотораксом, относящееся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; колото-резаное ранение грудной клетки справа (на 1 см кнутри и ниже правого соска), проникающее в правую плевральную полость с пересечением 5-го ребра, со сквозным ранением средней доли легкого, насечкой 8-го сегмента легкого, сопровождавшегося гемопневмотораксом, относящееся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; колото-резаные ранения: внутренней поверхности верхней трети левого плеча (1), наружной поверхности средней трети левого плеча (1), задней поверхности средней трети левого плеча (1) без повреждения сосудисто-нервного пучка, относящиеся как в отдельности, так и в совокупности к категории повреждений, причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья менее 3-х недель, что не повлекло наступление смерти О.А.А. и К.С.В. связи с тем, что подсудимый ФИО1 не довел свои умышленные действия до конца по не зависящим от него обстоятельствам, покинул место происшествия, а потерпевшим была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

Действия подсудимого ФИО1 были направлены именно на лишение жизни О.А.А. и К.С.В., о чем свидетельствует нанесение ударов ножом со значительной силой в жизненно-важные части тела потерпевших. Подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, что он посягает на жизнь других лиц, предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, что, используя нож, и, нанося этим ножом удары в жизненно важные части тела потерпевших, совершает деяние, опасное для жизни других лиц, своими действиями лишает жизни потерпевших и сознательно допускал эти последствия, что в совокупности свидетельствует о том, что умысел подсудимого ФИО1 был направлен именно на совершение убийства О.А.А. и К.С.В.

Квалифицируя действия подсудимого ФИО1 в отношении потерпевшего К.С.В. как покушение на убийство, совершенное с целью скрыть другое преступление, суд учитывает обстоятельства совершенного преступления, показания потерпевшего К.С.В., а также то, что между потерпевшим К.С.В. и подсудимым ФИО1. отсутствовали неприязненные отношения и поэтому иного мотива совершения покушения на убийство потерпевшего у подсудимого не было.

Покушение на убийство К.С.В. совершено подсудимым ФИО1 непосредственно после покушения на убийство О.А.А., когда потерпевший К.С.В. увидел в руке у подсудимого ФИО1 нож, которым последний нанес удар в область грудной клетки О.А.А., последний упал на пол и не подавал признаков жизни, являясь очевидцем преступления, реально предполагая, что подсудимый ФИО1 совершил убийство О.А.А., в это время находился рядом с подсудимым и спросил последнего, что он наделал, он же убил О.А.А., отказался выполнить требование подсудимого ФИО1 о том, чтобы он взял нож и тоже нанес им удар О.А.А. с целью стать соучастником преступления и не сообщить о нем в правоохранительные органы, что в свою очередь позволило бы подсудимому обезопасить себя и дать гарантию избежать уголовной ответственности, после чего, подсудимый ФИО1, получив отказ К.С.В. нанести удар ножом О.А.А., боясь быть изобличенным, со словами о том, что К.С.В. не выйдет из этой квартиры, подошел к последнему и нанес ему удары ножом в грудную клетку, причинив тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых смерть потерпевшего К.С.В. не наступила по не зависящим от подсудимого обстоятельствам, в связи с тем, что К.С.В. удалось выбежать из квартиры на улицу, где посторонними лицами была вызвана скорая медицинская помощь и позднее потерпевшему своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь, а затем подсудимый скрылся с места преступления, что свидетельствует о стремлении подсудимого ФИО1 скрыть преступление, очевидцем которого являлся потерпевший К.С.В., что и является мотивом для совершения его убийства.

Подсудимый ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве возникших личных неприязненных отношений к потерпевшим, испытывая чувство злости на них, в состоянии эмоционального возбуждения, возникшего на фоне алкогольного опьянения, а не в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение, умышленно покушался на убийство двух лиц.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершенном преступлении признал частично и пояснил, что он не согласен с квалификацией его действий, так как ударил К. ножом, защищаясь от последнего, а О. ударил ножом случайно, умысла на убийство последних у него не было.

Суд, заслушав доводы подсудимого ФИО1 в этой части, и, оценив их в совокупности с другими доказательствами, представленными суду сторонами, находит их несостоятельными и надуманными, расценивает как способ и право подсудимого на защиту, а потому относится к ним критически, отвергает их и признает недостоверными, поскольку они полностью опровергаются совокупностью собранных по уголовному делу и исследованных в судебном заседании доказательств, и такие его доводы не колеблют выводов суда о квалификации его действий и виновности в совершении покушения на убийство двух лиц, с целью скрыть другое преступление, поскольку ничем, кроме показаний самого подсудимого, не подтверждаются.

Из показаний подсудимого ФИО1, ранее данных при производстве предварительного расследования, следует, что он убежал из дома, в котором произошло преступление, так как у него был испуг от происходящего. Он осознавал, что от его действий, а именно, от нанесения ударов ножом К. и О., могла наступить смерть последних. Когда он зашел в подъезд, где было кресло, стал все обдумывать и понял, что они могли умереть или умерли. Он не вернулся и не оказал им помощь, так как боялся возвращаться, боялся быть привлеченным к уголовной ответственности.

В ходе судебного следствия установлено, что ни один из потерпевших не давал показания о драке и борьбе непосредственно между потерпевшими О.А.А. и К.С.В., а наоборот, потерпевшие показали, что между ними не было конфликта.

Так, потерпевший К.С.В. показал, что в ходе распития водки он и ФИО3 в шутку боролись на руках, никакого конфликта у него с ФИО3 не было, как и не было конфликта с О.. Потом между ФИО3 и О. произошел конфликт. Он в это время смотрел свой телефон и в их разговор не вникал. Помнит, что разговор был про какие-то деньги и карточные игры. Они все находились в состоянии алкогольного опьянения. О. требовал у ФИО3 какие-то деньги, они разговаривали на повышенных тонах, потом ФИО3 два раза ударил кулаком О. по лицу и шее. О. был сильно пьян и даже не пытался наносить в ответ удары ФИО3. В это время он увидел, как ФИО3 достал из штанины нож, которым ранее резал лимон на улице около железнодорожного вокзала, и нанес им один удар в область грудной клетки О.. От полученного удара О. сражу же упал на пол около стола и не подавал никаких признаков жизни. ФИО3 в это время стоял около стола и чем-то вытирал нож. Он сказал ФИО3, что он сделал, что он же убил О.. В это время Минов встал из-за стола, подошел к нему и сказал, чтобы он тоже нанес удар ножом О.. Он отказался выполнить требование ФИО3 и сказал, что уходит отсюда. ФИО3 сказал, что он не уйдет отсюда и нанес ему один удар ножом в область грудной клетки сверху спереди. Он накинулся на ФИО3 с целью самообороны, так как реально воспринял его слова и понимал, что он убьет его, поскольку он стал свидетелем убийства О., так как на тот момент и он и ФИО3 думали, что О. мертв. Он оттолкнул ФИО3 от себя и сказал ему, чтобы он дал ему выйти из квартиры. Но ФИО3 снова подбежал к нему и нанес несколько ударов ножом в область грудной клетки спереди. Он снова попытался оттолкнуть ФИО3 от себя, но он схватил его за кофту и нанес еще несколько ударов ножом в левую руку ближе к плечу. В итоге он смог оттолкнуть ФИО3 от себя и убежал из квартиры на улицу, где встретил незнакомых людей, которые вызвали скорую медицинскую помощь, после этого потерял сознание и пришел в себя только в палате больницы. Когда он выбежал из квартиры, О. оставался лежать на полу и не подавал признаков жизни. Оснований оговаривать ФИО3 у него не имеется, ранее он с ним не был знаком и никаких отношений не поддерживал. Ни он, ни О. не нападали на ФИО3. Между ним и О. конфликта и драки не было, поэтому у ФИО3 не было повода и основания, чтобы их разнимать. ФИО3 первым нанес удары кулаком руки О. по лицу и шее, потом нанес удар ножом О. в область грудной клетки, а после того, как он отказался выполнить требование ФИО3, взять нож в руки и тоже нанести удары О., нанес удары ножом ему. Сам он не пытался выхватить нож у ФИО3 и умысла на причинение телесных повреждений ФИО3 у него не было. ФИО3 не отмахивался ножом, а целенаправленно нанес удар ножом О., а потом нанес удары этим же ножом ему.

Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения с согласия сторон показаний потерпевшего О.А.А., ранее данных при производстве предварительного расследования, следует, что между ним и К. конфликтов не было. Между ним и ФИО3 начался конфликт, из-за чего уже не помнит. В ходе конфликта ФИО3 ударил его 2 раза кулаком в область шеи. При этом, они втроем сидели на табуретках за столом в кухне. К. в их разговор и конфликт не вмешивался. Потом он и Минов встали со стульев, ФИО3 ему что-то сказал, после этого неожиданно для него наклонился и достал из-под правой брючины снизу, из ботинка, свой нож, которым ударил его в левую часть груди, от данного удара он почувствовал боль и, потеряв силы, стал падать, при этом схватился рукой за грудь, так как из нее потекла кровь. Он упал на пол на спину около стола и помнит, что К. сказал ФИО3, что он наделал, что ФИО3 его убил, не дословно, но смысл такой. Что было потом, он не знает, так как потерял сознание и очнулся уже в областной больнице 

<

адрес обезличен>, где ему сообщили, что у него проникающее ранение грудной клетки и что его прооперировали. Он ФИО3 удары не наносил, почему он ударил его ножом, не знает. Угроз никаких ФИО4 не высказывал. За нож К. не хватался.

Свидетель Г.С.С. показала, что 18 апреля 2017 года днем она приехала в больницу, где К. рассказал ей, что 17 апреля 2017 года после работы он познакомился на улице с двумя мужчинами, как позднее она узнала их фамилии ФИО3 и О., с которыми стал распивать спиртные напитки. Потом ФИО3 пригласил их к себе домой, где они продолжили распивать спиртное. В ходе распития спиртного ФИО3 ударил ножом О., после чего К. стал заступаться за О. и ФИО3 нанес К. несколько ножевых ранений.

Более того, непосредственно после совершения преступления ФИО1 скрылся с места преступления, являясь убежденным в том, что в результате его умышленных действий наступила смерть потерпевшего О.А.А. и неминуемого наступит смерть потерпевшего К.С.В.

Согласно заключениям экспертов, у К.С.В. имелись повреждения в виде колото-резаного ранения грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с пересечением 3-го ребра, со слепым ранением 3-го сегмента левого легкого, сопровождавшегося гемопневмотораксомб), колото-резаного ранения грудной клетки справа, проникающего в правую плевральную полость с пересечением 5-го ребра, со сквозным ранением средней доли легкого, насечкой 8-го сегмента легкого, сопровождавшегося гемопневмотораксом, колото-резаных ранений внутренней поверхности верхней трети левого плеча, наружной поверхности средней трети левого плеча, задней поверхности средней трети левого плеча без повреждения сосудисто-нервного пучка, у О.А.А. имелось повреждение в виде колото-резаного ранения на передней поверхности грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с ранением верхней доли левого легкого, с гемопневмотораксом слева, которые у каждого потерпевшего причинены действиями колюще-режущего орудия, чем мог быть нож.

Таким образом, принимая во внимание выводы экспертов, доводы подсудимого ФИО1, не отрицавшего, что имеющие у О.А.А. и К.С.В. повреждения, они получили от его действий, о том, что он размахивал ножом, нельзя признать состоятельными и обоснованными.

Приведенные выше, тщательно исследованные и оцененные судом доказательства, показания потерпевших, показания свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ в отличие от подсудимого, которые не имеют неприязненных отношений к подсудимому, оснований для оговора подсудимого у них не имеется, не установлено таких оснований и судом, которые все в совокупности являются последовательными, не противоречат друг другу и согласуются между собой, подтверждаются объективными доказательствами, в связи с чем, бесспорно изобличают подсудимого в совершении преступления, опровергая доводы последнего, изложенные в судебном заседании, и суд приходит к твердому убеждению, что подсудимый ФИО1 совершил покушение на убийство двух лиц, с целью скрыть другое преступление, а ни какое иное преступление, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Анализ исследованных в судебном заседании доказательств не свидетельствует о том, что телесные повреждения у подсудимого ФИО1 в виде ссадин на левом предплечье, гематом на правой голени в верхней трети, царапин на руках, которые не причинили вреда здоровья, были причинены ему потерпевшими и в частности К.С.В. в результате нападения, так как из показаний потерпевших следует, что они не нападали на ФИО3, ударов ему не наносили, из медицинских документов следует, что сам подсудимый ФИО1 никогда не пояснял, что обнаруженные у него телесные повреждения были причинены ему О.А.А. и К.С.В., а наоборот, каждый раз давал противоречивые объяснения по поводу имевшихся у него повреждений, что они получены от падения, не помнит, где получил телесные повреждения, в связи с тем, что был в алкогольном опьянении, травмы получил 18 апреля 2017 года в драке, из показаний ФИО1 в качестве подозреваемого следует, что утром пешком направился в центр г. Иркутска, в течение дня скитался по городу, распивал алкоголь с разными людьми, ночью 19 апреля 2017 года в районе Центрального рынка познакомился с девушкой, утром приехал к себе домой, и ничего не говорил о получении повреждений 17 апреля 2017 года в день совершения преступления, поэтому версия подсудимого о том, что он защищался, опровергается совокупностью доказательств, является несостоятельной и надуманной.

Доводы стороны защиты о необходимости переквалификации действий подсудимого ФИО1 на ч. 1 ст. 114 УК РФ, изложенные в прениях сторон, исходя лишь из показаний подсудимого, суд признает необоснованными и несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, представленных стороной обвинения.

Доводы подсудимого ФИО1 о необходимой обороне и отсутствии умысла на убийство потерпевших исследовались в судебном заседании и опровергнуты:

- фактом агрессивного поведения самого подсудимого ФИО1, когда он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вооружился ножом, напал на потерпевших, поочередно наносил удары в жизненно-важную часть тела человека – грудную клетку со значительной силой, игнорируя просьбу К.С.В. остановиться, и после того, когда потерпевший О.А.А. лежал на полу, не подавая признаков жизни, а потерпевший К.С.В. не оказывал сопротивления и не представлял для него никакой опасности;

- фактом поведения потерпевших, которые, не смотря на противоправное поведение подсудимого ФИО1 и вооруженного ножом, не отобрали у него нож, не выбросили и не воспользовались им, вели себя спокойно, не проявляя агрессии, на подсудимого потерпевший К.С.В. не нападал, просил его успокоиться и выпустить его из квартиры. При этом потерпевший К.С.В., накинулся на подсудимого с целью самообороны, защищаясь от вооруженного ножом ФИО1, пресекая его противоправное поведение, отталкивая каждый раз от себя, то есть действовал правомерно с учетом обстановки происходящего, а потом убежал из квартиры. Потерпевшие не являлись инициаторами конфликта, ранее и в период инкриминируемого деяния не давали для этого повода, лично не угрожали подсудимому, не совершали в отношении него противоправных и аморальных поступков, находились в квартире с согласия ФИО1, где совместно с последним употребляли алкоголь, поэтому его личное отношение к поведению потерпевших и в частности К.С.В. на квалификацию содеянного не влияет, не является обстоятельством, смягчающим наказание за покушение на убийство.

С учетом изложенного суд не находит оснований для переквалификации преступления, как и для признания факта необходимой обороны, как об этом считает сторона защиты, поскольку общественно опасного посягательства в отношении подсудимого ФИО1 судом не установлено, действия потерпевших и в частности К.С.В. суд признает правомерными, соответствующими обстановке и поведению подсудимого.

Разрешая вопрос о психическом состоянии здоровья подсудимого ФИО1, суд принимает во внимание ....

....

.... что подсудимый ФИО1 как лицо, которое во время совершения преступления могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, подлежит уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд руководствуется требованиями ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающиее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд, назначая наказание подсудимому ФИО1, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, которое относится к категории особо тяжких преступлений в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ, направлено против жизни и здоровья, личность виновного, который ранее судим, не женат, не имеет никого на своем иждивении, ...., у врача психиатра на учете не состоит, является индивидуальным предпринимателем, имеет регистрацию и место жительства, где, согласно характеристике участкового уполномоченного полиции, проживает с матерью, является индивидуальным предпринимателем, осуществляет ремонт и пошив меховых изделий, ранее судим, неоднократно привлекался к административной ответственности, по характеру скрытный, часто употребляет спиртное, замечен в токсикомании, на профилактические беседы реагирует слабо, со стороны соседей характеризуется разноречиво.

ФИО1 ранее неоднократно судим за совершение умышленных преступлений, направленных против жизни и здоровья, в том числе особо тяжкого, имея не снятые и не погашенные в установленном законом порядке судимости, освободился из мест лишения свободы 27 июля 2015 года по отбытии срока наказания и спустя короткий промежуток времени после освобождения совершил особо тяжкое преступление против жизни и здоровья, что свидетельствует о серьезной степени социальной запущенности подсудимого, нежелании доказывать своим поведением свое исправление, опасности для общества и склонности к совершению умышленных преступлений.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных ст. 61 УК РФ, суд признает у подсудимого ФИО1 иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему К.С.В., выразившиеся в принесении ему извинений, который простил подсудимого и не имеет к нему претензий, в качестве иных смягчающих обстоятельств учитывает частичное признание вины подсудимым, .....

Отягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, суд признает у подсудимого ФИО1 рецидив преступлений, поскольку ранее 6 апреля 2005 года он был осужден за совершение преступления, предусмотренного .... УК РФ, которое относится к категории особо тяжких преступлений в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ, к реальному лишению свободы, освободился от отбывания наказания из мест лишения свободы 16 августа 2010 года условно-досрочно на .... и, являясь лицом, ранее осужденным за особо тяжкое преступление, совершил особо тяжкое преступление, что в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ признается особо опасным рецидивом преступлений.

В соответствии с ч. 5 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК РФ, а также иные последствия, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

На основании ст. 68 ч. 2 УК РФ, срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Судимости ФИО1 по приговорам .... от 25 апреля 2013 года и от 28 января 2014 года не учитываются при признании рецидива преступлений в соответствии с п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд, назначая наказание подсудимому ФИО1, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность виновного, признает у подсудимого отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, что подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, и не оспаривается самим подсудимым в судебном заседании.

При таких обстоятельствах в их совокупности, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, которое направлено против жизни и здоровья, которые является высшей человеческой ценностью и гарантируется Конституцией Российской Федерации, конкретные обстоятельства преступления, при которых оно совершено подсудимым ФИО1 путем нанесения со значительной силой ударов ножом в жизненно важные части тела человека, в отношении двух потерпевших, без необходимых к тому оснований, в состоянии алкогольного опьянения, в период неснятых и не погашенных судимостей, при наличии рецидива преступлений, суд приходит к выводу о том, что цели наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, как восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, не могут быть достигнуты без изоляции его от общества, в связи с чем, считает законным и справедливым назначить подсудимому ФИО1 наказание только в виде реального лишения свободы на определенный срок с ограничением свободы, с установлением осужденному следующих ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после освобождения из исправительного учреждения, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа (уголовно-исполнительной инспекции), осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложением на него обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации, срок которого необходимо исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения после отбытия основного вида наказания.

Суд назначает наказание подсудимому ФИО1 по правилам назначения наказания за неоконченное преступление в соответствии с ч. 3 ст. 66 УК РФ, где срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление.

Не смотря на наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного пунктом «к» части первой статьи 61 УК РФ, положения ч. 1 ст. 62 УК РФ не могут быть применены к назначенному подсудимому ФИО1 наказанию в связи с наличием у него отягчающих обстоятельств.

Назначив наказание в виде лишения свободы, не смотря на установление судом смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, суд не находит оснований для применения к назначенному подсудимому ФИО1 наказанию положений статей 73, 64 и 68 ч. 3 УК РФ за отсутствием таковых, так как обстоятельств, при которых бы суд мог прийти к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного особо тяжкого преступления и личности виновного, склонного к употреблению спиртных напитков и в состоянии опьянения к совершению преступлений, характера и степени общественной опасности ранее совершенных преступлений, обстоятельств, в силу которых исправительного воздействия предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено.

Кроме того, условное осуждение не может быть назначено подсудимому в силу положения п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ, то есть при особо опасном рецидиве.

Суд считает, что только такое наказание, применяемое к подсудимому ФИО1, совершившему преступление, будет справедливым, то есть будет соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, окажет надлежащее влияние на исправление осужденного, формирование у него уважительного отношения к обществу, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения, и не отразится негативно на условиях жизни его семьи, при которых он не женат, не имеет никого на своем иждивении, проживает с матерью, являющейся пенсионеркой по возрасту и не нуждающейся в постороннем уходе.

При постановлении приговора, разрешая вопросы, предусмотренные ст. 299 УПК РФ, суд приходит к выводу, что оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый ФИО1, на менее тяжкую в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ не имеется.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, принимая во внимание, что ФИО1 осуждается к лишению свободы при особо опасном рецидиве преступлений, отбывание лишения свободы ему следует назначить в исправительной колонии особого режима.

На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания подсудимого ФИО1 под стражей до судебного разбирательства следует засчитать в срок лишения свободы.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу при вынесении приговора в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ, суд считает, что выписной эпикриз 

<

Номер обезличен>, хранящийся при уголовном деле, как документ, являющийся вещественным доказательством, подлежит оставлению при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего, четыре отрезка ленты скотч со следами рук, три смыва с веществом бурого цвета, фрагмент подошвы обуви, нож с рукоятью обмотанной изоляционной лентой синего цвета, образцы слюны ФИО1, образец крови ФИО1, сданные в камеру хранения вещественных доказательств ...., как предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, индивидуальная карта амбулаторного больного на имя ФИО1, индивидуальная карта амбулаторного больного 

<

Номер обезличен> на имя О.А.А., индивидуальная карта амбулаторного больного 

<

Номер обезличен> на имя К.С.В., сданные в камеру хранения вещественных доказательств ...., подлежат возвращению в распоряжение законных владельцев, - после вступления приговора в законную силу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок девять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на срок один год.

Меру пресечения осужденному ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок наказания исчислять с 22 ноября 2017 года, в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства с 19 апреля 2017 года по 21 ноября 2017 года засчитать в срок лишения свободы.

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить осужденному ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после освобождения из исправительного учреждения, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа (уголовно-исполнительной инспекции), осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложить на осужденного ФИО1 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Срок ограничения свободы, назначенного в качестве дополнительного вида наказания, исчислять со дня освобождения осужденного ФИО1 из исправительного учреждения.

Вещественные доказательства по уголовному делу: выписной эпикриз 

<

Номер обезличен>, хранящийся при уголовном деле, оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего, четыре отрезка ленты скотч со следами рук, три смыва с веществом бурого цвета, фрагмент подошвы обуви, нож с рукоятью обмотанной изоляционной лентой синего цвета, образцы слюны и крови ФИО1, сданные в камеру хранения вещественных доказательств ...., уничтожить, индивидуальную карту амбулаторного больного на имя ФИО1, индивидуальную карту амбулаторного больного 

<

Номер обезличен> на имя О.А.А., индивидуальную карту амбулаторного больного 

<

Номер обезличен> на имя К.С.В., сданные в камеру хранения вещественных доказательств ...., возвратить в распоряжение законных владельцев, - после вступления приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.