Дело № 2-745/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 мая 2017 года г. Чебоксары

Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Мулеевой С.М., при секретаре Фуражниковой А.В., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, прекращении записи о регистрации договора дарения и перехода права собственности по договору дарения, включении имущества в состав наследства, 

установил:

ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО5 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, прекращении записи о регистрации договора дарения и перехода права собственности от ДД.ММ.ГГГГ, включении ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3 Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец истицы и ответчицы - ФИО3, после смерти которого открылось наследство в виде ? доли в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>. В 2005 году ФИО3 составил завещание, по которому 1/4 доли в спорной квартире он завещал истице. При оформлении документов о принятии наследства по завещанию после смерти отца, истице стало известно, что ? доля в праве общей долевой собственности на спорную квартиру по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ была передана в дар ее сестре ФИО5, которая скрыла от нее этот факт, а отец в силу беспомощности и психического состояния не смог рассказать. На дату совершения сделки ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 имел проблемы с памятью, обнаруживал признаки психического расстройства, вел себя неадекватно, не ориентировался во времени и пространстве, отмечалось снижение памяти, не узнавал родственников, иногда проявлял агрессию, был внушаем, не мог понимать значения своих действий и руководить ими. 

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, реализовав свое право на участие в суде через представителя ФИО1, которая поддержала исковые требования по основаниям, изложенным в нем, вновь приведя их суду, также просила восстановить срок исковой давности.

Ответчица ФИО5 в судебное заседание не явилась. Свое право на участие в суде реализовала через представителя ФИО2, которая исковые требования не признала, пояснив, что в момент совершения сделки ФИО3 был вменяем, мог руководить своими действиями и отдавать им отчет. 

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике, извещенный надлежащим образом, в суд не явился.

Третье лицо – нотариус Чебоксарского нотариального округа 

<

адрес> ФИО6 в судебное заседание не явилась, будучи надлежащим образом извещена о месте и времени рассмотрения дела, представила заявление о рассмотрении дела без ее участия.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу. 

Статья 1111 ГК РФ, предусматривает, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. 

В соответствии со ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО3, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ №II-РЛ № (л.д.12). Наследниками первой очереди после его смерти являются дочери: истица ФИО4 и ответчица ФИО5

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО3 составлено завещание, согласно которому из принадлежащего ему на праве собственности имущества- ? доли в праве собственности квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, он завещал дочери ФИО4

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним истице ФИО4 на праве собственности принадлежит ? доли в праве общей долевой собственности на 

<

адрес> 

<

адрес>. 

Ответчице ФИО5 принадлежит на праве собственности ? доля в праве общей долевой собственности на 

<

адрес> на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГг., заключенного между ФИО3 и ФИО5, по условиям которого даритель ФИО3 передал в дар ФИО5 ? долю, принадлежащую ему на праве собственности в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>. Указанный договор дарения зарегистрирован в Управлении Федеральной регистрационной службы по Чувашской Республике ДД.ММ.ГГГГг.

Согласно материалам наследственного дела №, копия которого представлена нотариусом 

<

адрес> ФИО10 и приобщена к материалам настоящего дела, истица ФИО4 ДД.ММ.ГГГГг. обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти отца ФИО3

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. ст. 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал.

Истица ФИО4 в исковом заявлении и в своих объяснениях, данных на предыдущих судебных заседаниях, указала, что ФИО3 в момент подписания договора дарения доли в спорной квартире не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить, так как длительное время болел, страдал психическим расстройством, находился на учете у психиатра, в связи с чем просила признать договор дарения квартиры недействительным по правилам ст. 177 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность стороны сделки в момент заключения договоров купли-продажи понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания таких договоров недействительным.Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны договора в момент его заключения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ, обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

По ходатайству истца судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза. 

Согласно заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы, проведенной экспертами БУ «Республиканская психиатрическая больница», у ФИО3 в момент составления и подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГг., зарегистрированного в Едином государственном реестре недвижимости №, обнаруживались признаки выраженного органического расстройства личности в связи со смешанным заболеванием. ФИО3 по психическому состоянию во время составления и подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГг., зарегистрированного в Едином государственном реестре недвижимости №, не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Экспертами исследована вся представленная медицинская документация ФИО3, материалы гражданского дела. Экспертиза проводилась в Государственном судебно-экспертном учреждении по определению суда. Квалификация и уровень знания экспертов не вызывают сомнения.

Выводы экспертов подтверждаются также показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Так, свидетель ФИО11 показала, что дед ФИО3 уже в 2013г. вел себя неадекватно, мог оставить газовую конфорку открытой, не узнавал соседей, в связи с чем в 2015г. ФИО3 был осмотрен врачами психиатрической больницы.

Свидетель ФИО12 показала, что живет в 

<

адрес>, где ранее проживал ФИО3, который после смерти жены тяжело переживал ее утрату. За полтора-два года до смерти стал теряться в пространстве, заговариваться, перестал узнавать жильцов.

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что в 2012г. ФИО4 рассказывала ей, что отец может забыть выключить газовую конфорку, закрыть водопроводный кран, появились странности в поведении, поэтому она тогда посоветовала ей обратиться к психиатру. 

Свидетель ФИО14, работающая медсестрой в поликлинике, показала, что она приходила в квартиру к ФИО3 для оказания медицинской помощи. В апреле 2016г. он уже перестал выходить из квартиры. В 2016г. произошли резкие изменения, стал апатичным, забывался, путался в мыслях, разговор не поддерживал, не мог обслуживать себя. Ему был поставлен диагноз «дисцикуляторная энцефалопатия».

Оценив с учетом положения ст. 67 ГПК РФ все представленные сторонами и полученные в ходе рассмотрения дела доказательства в их совокупности, суд полагает, что требования истца о признании недействительным договора дарения от 19.11.2014г., заключенного между ФИО3 и ФИО5, согласно которому ФИО3 передал в дар ФИО5 ? доли в 

<

адрес>, подлежат удовлетворению.

В связи с удовлетворением указанного требования, иск в части прекращения записи о регистрации № от 02.12.2014г. договора дарения и перехода права собственности также подлежат удовлетворению. 

Каких-либо достоверных, допустимых и достаточных доказательств в обоснование своих доводов о том, что ФИО3 во время заключения договора дарения отдавал отчет своим действиям и мог ими руководить, ответчиком в силу ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Свидетели ФИО15, ФИО16,ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, допрошенные в судебном заседании, пояснили об особенностях поведения ФИО3 в 2015-2016 гг., то есть, о периодах, не относящихся к совершению оспариваемой сделки, и поэтому их показания правового значения при разрешении данного спора не имеют.

Истицей заявлены требования о восстановлении срока исковой давности.

Согласно ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор дарения заключен ДД.ММ.ГГГГг.

Согласно пояснениям истицы ФИО4, о данном договоре дарения она узнала только после смерти наследодателя ФИО3, то есть, после 

<

данные изъяты>. Ответчица ФИО5 подтвердила в предыдущем судебном заседании указанные обстоятельства. 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что истцом не пропущен предусмотренный ч. 2 ст. 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л :

Признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО5, недействительным.

Прекратить запись о регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и перехода права собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, на ФИО5.

Включить ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру жилой площадью 

<

данные изъяты> кв.м., находящуюся по адресу: 

<

адрес>, в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд Чувашской Республики через Калининский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда. 

Судья С.М.Мулеева 

Мотивированное решение составлено 26 мая 2017 года.