Дело № 2-104/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2020 года гор. Снежинск

Снежинский городской суд Челябинской области в составе:

- председательствующего - судьи Кругловой Л.А.,

- при секретаре Федченко К.П., 

с участием:

истца ФИО1,

третьего лица со стороны истца, не заявляющего самостоятельные требования ФИО2,

представителя ответчика жилищной комиссии Войсковой части 3468 и представителя третьего лица со стороны ответчика Войсковой части 3468 ФИО3, действующего на основании доверенностей (л.д. 30, 34),

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда с использованием средств аудиофиксации гражданское дело по иску ФИО1 к жилищной комиссии Войсковой части 3468 о признании ее и членов ее семьи нуждающимися в жилых помещениях, признании права на предоставление жилого помещения по договору социального найма как уволенного военнослужащего с учетом состава семьи два человека,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 первоначально обратилась в суд с исковым заявлением к жилищной комиссии Войсковой части 3468 о признании незаконным решения жилищной комиссии Войсковой части 3468 от 28.09.2018 о снятии ее с учета в качестве нуждающейся в жилом помещении, признании права на предоставление жилого помещения для постоянного проживания, признании нуждающейся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма (т.1 л.д.4-6).

До рассмотрения дела по существу истец уточнила свои исковые требования, в окончательном варианте просит:

- признать за ней и членами ее семьи право состоять на учете в Войсковой части 3468 в качестве нуждающихся в жилых помещениях, для постоянного проживания;

- признать за ней право на предоставление жилого помещения для постоянного проживания с составом семьи два человека (она и ее супруг ФИО2);

- признать ее нуждающейся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма с составом семьи два человека (она и ее супруг ФИО2) (т.1 л.д. 126-127).

В судебном заседании 20.02.2020 ФИО1 изменила исковые требования, сформулировав первый абзац требований в следующей редакции: признать за ней и членами ее семьи право состоять на учете в Войсковой части 3468 в качестве нуждающихся в жилых помещениях, для постоянного проживания, по состоянию на 2018 год (протокол судебного заседания от 20.02.2020).

В обоснование иска ФИО1 указала, что она проходила военную службу в Войсковой части 3468. В феврале 2018 года уволена с военной службы в отставку.

28.04.2017 на основании ее заявления жилищной комиссией (протокол № 5-2017) было принято решение, которым на основании п.п.1 п.1 ст.51 Жилищного кодекса РФ она (состав семьи 2 человека) признана нуждающейся в жилом помещении для постоянного проживания, как не являющаяся нанимателем жилых помещений по договору социального найма, либо собственником жилых помещений или членом семьи собственника жилого помещения.

28.09.2018 решением жилищной комиссии (протокол № 16-2018), п.1.1, решение жилищной комиссии, оформленное протоколом №5-2017 от 28.04.2017 в части, касающейся признания ФИО1 нуждающейся в жилом помещении для постоянного проживания, признано неправомерным. ФИО1 и члены ее семьи по основаниям п.6 ч.1 ст.56 Жилищного кодекса РФ сняты с учета нуждающихся в жилых помещениях в связи с выявлением неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет.

Не оспаривая решение от 28.09.2018, она обратилась в суд с настоящим иском, полагая, что после отчуждения 05.04.2012 своей доли в праве собственности на жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, истек предусмотренный ст.53 Жилищного кодекса РФ срок. Она и члены ее семьи – муж ФИО2 от федерального органа исполнительной власти или федерального государственного органа, в котором предусмотрена военная служба, жилым помещением никогда не обеспечивались, несмотря на наличие у нее такого права в связи с достижением 20 лет календарной выслуги. 

В судебном заседании ФИО1 поддержала измеленные исковые требования, при этом пояснила, что проходила военную службу по контракту с июля 1993 года по февраль 2018 года. В январе 1998 года её отцу ФИО5, ей, её бывшему супругу ФИО6, и ее дочери ФИО7 по обменному ордеру №15 от 22.01.1998, выданному Комитетом по жилищной политике администрации г. Снежинска, была предоставлена трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> жилой площадью 53,1 кв.м. и общей площадью 78,1 кв.м.. 11.03.2009 Администрация г. Снежинска Челябинской области с ней, как нанимателем заключила договор социального найма данной квартиры. В 2009 году она и ее дочь ФИО25 (ранее ФИО26 приватизировали указанную квартиру по 1/2 доле каждый (договор безвозмездной передачи квартиры в собственность граждан №17186 от 13.05.2009). В апреле 2012 года она за символическую плату продала свою долю в праве собственности на данную квартиру своему хорошему знакомому ФИО8, при этом дочери не предлагала приобрести ее долю по праву преимущественной покупки. В последующем ее дочь ФИО9 купила указанную долю у ФИО8 и до настоящего времени проживает со своей семьей по данному адресу. После продажи доли в данной квартире, она (ФИО1) другого жилья себе не приобретала, со своим супругом ФИО2 проживали в принадлежащей ее дочери ФИО9 квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>. В настоящее время она с супругом проживают в доме её дочери ФИО9 по адресу: 

<

адрес>. Решение жилищной комиссии от 28.09.2018 она не оспаривает, но считает, что она не была обеспечена жилым помещением как военнослужащий от органа исполнительной власти. Имеющееся жилье она продала с целью встать на учет по месту прохождения службы в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий и последующего получения жилья или субсидии на его приобретение. В связи с истечением предусмотренного ст.53 ЖК РФ пятилетнего срока после отчуждения своей доли в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, она может быть принята на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, поэтому просит удовлетворить исковые требования.

Представитель истца ФИО4 извещен о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не прибыл. В судебном заседании 05.02.2020 поддержал измененные исковые требования, просил суд их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо со стоны истца, не заявляющий самостоятельные требования, ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 согласился, полагал их подлежащими удовлетворению. Пояснил, что он на основании договора социального найма №№ от 13.10.2011 проживал в квартире по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>. Данная квартира на основании договора безвозмездной передачи квартир в собственность граждан № от 02.05.2012 была приватизирована на него, его отца ФИО10 и сестру ФИО11, ее детей ФИО12 и ФИО13 по 1/5 доле в праве собственности на каждого. 11.03.2014 на основании договора купли-продажи он продал свою долю в праве собственности на данную квартиру своей сестре ФИО15 (ранее Авакян) для улучшения ее жилищных условий. После продажи доли в данной квартире он другого жилья себе не приобретал для того, чтобы являться нуждающимся в улучшении жилищных условий и получить жильё.

Представитель ответчика и третьего лица ФИО3, действующий на основании доверенностей (л.д. 30, 34), возражал против удовлетворения требований, поскольку ФИО1 не оспорила решение жилищной комиссии от 28.09.2018. Истец и ее супруг ФИО2 ранее получали за счет бюджета по установленным нормам жилые помещения, в дальнейшем распорядились ими по своему усмотрению, намеренно ухудшив свои жилищные условия, поэтому могут сдать жилье в установленном порядке. В настоящее время ФИО1 не является военнослужащей, в связи с чем право требовать повторного предоставления жилого помещения, в том числе по истечению срока, предусмотренного ст. 53 ЖК РФ, у нее не имеется. Сверхнормативное обеспечение ФИО1 и ее супруга жильем законом не предусмотрено. Просит в иске отказать.

Заслушав участников, исследовав представленные материалы дела, суд полагает следующее.

Военная служба по смыслу части 1 статьи 37 и статьи 59 Конституции Российской Федерации представляет собой особый вид государственной службы, а лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем предопределяется их специальный правовой статус, регулируя который федеральный законодатель вправе устанавливать в рамках своей дискреции - исходя из задач, принципов организации и функционирования военной службы - ограничения в части реализации военнослужащими гражданских прав и свобод и возлагать на них особые обязанности, обусловленные специфическим характером их деятельности.

Жилищное обеспечение военнослужащих ввиду их особого правового статуса осуществляется на основе специального законодательства и по специальным правилам.

Таким специальным законом является Федеральный закон от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», в статьях 15 и 23 которого закреплены основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, а также определен порядок реализации права на жилище.

Государство гарантирует отдельным категориям военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, безвозмездное предоставление жилья, что закреплено в статье 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.09.1998 №1054 утверждены Правила учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, военнослужащих и сотрудников Государственной противопожарной службы, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства (далее - Правила).

В пункте 7 Правил определены основания признания указанной категории граждан нуждающимися в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий.

Согласно подпункту «д» пункта 10 Правил нуждающимися в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий не признаются военнослужащие и граждане, уволенные с военной службы, в случае если их жилищные условия ухудшились в результате обмена, мены, купли-продажи или дарения ранее полученного от государства жилья.

Указанный порядок полностью согласуется с положениями пункта 14 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», согласно которому обеспечение жилыми помещениями военнослужащих-граждан и членов их семей осуществляется федеральными органами исполнительной власти, в которых предусмотрена военная служба. При этом право на обеспечение жилым помещением на данных условиях предоставляется гражданам один раз.

Из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что если военнослужащий распорядился полученным ранее от государства жилым помещением и не может его сдать в установленном порядке, то он не имеет права требовать повторного предоставления жилого помещения в порядке, определенном статьей 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», даже по истечении срока, предусмотренного статьей 53 Жилищного кодекса Российской Федерации, в связи с чем ссылка в жалобе на истечение пятилетнего срока после отчуждения жилого помещения является несостоятельной.

Последующее обеспечение таких военнослужащих жильем возможно на общих основаниях в порядке, предусмотренном главой 7 Жилищного кодекса Российской Федерации.

О специальном характере положений Федерального закона «О статусе военнослужащих», регламентирующих жилищные права военнослужащих, говорится и в статье 49 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой жилые помещения по договорам социального найма предоставляются иным определенным федеральным законом категориям граждан, признанных по установленным Жилищным кодексом Российской Федерации и (или) федеральным законом основаниям нуждающимися в жилых помещениях. Данные помещения предоставляются в установленном Жилищным кодексом Российской Федерации порядке только в том случае, если иной порядок не предусмотрен федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим предоставление жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение в порядке и на условиях, которые устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Положения подпункта «д» пункта 10 указанных Правил закрепляют такие условия для предоставления дополнительных гарантий в жилищной сфере определенной категории граждан, как отсутствие сделок по распоряжению жильем, полученным от государства, повлекших ухудшение жилищных условий, и необходимость (для военнослужащих) представления документов о сдаче жилого помещения.

Указанные условия, как неоднократно указывалось Конституционным Судом Российской Федерации (в частности, в его определениях от 20.11.2014 № 2655-О и 20.04.2017 №890-О) основаны на вытекающем из Конституции Российской Федерации принципе социальной справедливости и направлены на предотвращение необоснованного сверхнормативного предоставления жилищных гарантий в рамках специальной системы обеспечения государством жильем определенной категории граждан.

Согласно абз. 13 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие признаются федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ, в порядке, утверждаемом Правительством РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 51 ЖК РФ нуждающимися в жилых помещениях признаются, в том числе граждане, являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1, ранее имевшая фамилии Бохан, ФИО20, ФИО22 (т.1 л.д.70, 29, 55-59), с 15.07.1993 по 05.02.2018 проходила военную службу по контракту в войсковой части 3468 г. Снежинска (т.2 л.д.35).

Согласно свидетельству о заключении брака ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ вступила в брак с ФИО2 (т.1 л.д.29).

ДД.ММ.ГГГГ на основании совместного заявления брак межу ними был расторгнут, что подтверждается свидетельством о расторжении брака (т.1 л.д.59).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 повторно вступили в брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака (т.1 л.д.58).

28.04.2017 на основании заявления ФИО1, жилищной комиссией войсковой части 3468 (протокол № 5-2017) было принято решение, которым на основании п.п.1 п.1 ст.51 Жилищного кодекса РФ, истец (состав семьи 2 человека) признана нуждающейся в жилом помещении для постоянного проживания, как не являющаяся нанимателем жилых помещений по договору социального найма либо собственником жилых помещений или членом семьи собственника жилого помещения (л.д.98-99).

Решением жилищной комиссии от 28.09.2018 (протокол № 16-2018), решение жилищной комиссии п.1.1, оформленное протоколом №5-2017 от 28.04.2017 в части, касающейся признания ФИО1 нуждающейся в жилом помещении для постоянного проживания, признано неправомерным. ФИО1 и члены ее семьи по основаниям п.6 ч.1 ст.56 Жилищного кодекса РФ сняты с учета нуждающихся в жилых помещениях в связи с выявлением неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет (т. 1 л.д.100-103).

Основанием для принятия данного решения послужило то, что ФИО1 администрацией г. Снежинска было предоставлено жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, которое в последующем истцом было приватизировано и продано. 

В соответствии с п. 2 решения Челябинского облисполкома от 27.03.1984 №112 (в редакции решения Исполнительного комитета Челябинского областного Совета народных депутатов от 20.01.1987 №26), действовавшего по 25.11.2005, минимальный размер предоставления жилой площади в Челябинской области был равен 9 кв.м. на одного человека (т.1 л.д.160-161). На основании решения Исполнительного комитета городского Совета народных депутатов г. Челябинск-70 (г. Снежинска) от 13.09.1984 №213 единая норма жилой площади для принятия граждан на учет в г. Челябинск-70 с 01.01.1985 была равна 8 кв. м. на одного человека (т. 2 л.д. 37).

Судом установлено, что в период прохождения ФИО1 военной службы на основании ордера администрации г. Снежинска Челябинской области от 22.02.1998 №15, на состав семьи четыре человека (ФИО1, ее отцу ФИО5, ее супругу ФИО6, ее дочери ФИО7) предоставлена трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.89, 149).

На основании решения Совета депутатов г. Снежинска от 22.11.2006 №179 учетная норма жилой площади для определения уровня обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения в целях их принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях была равна 12 кв.м. на одного человека (т.1 л.д.147).

11.03.2009 ФИО1 (имевшая фамилию ФИО22) с Администрацией г. Снежинска, в лице МУ «УКЖКХ», заключила договор социального найма №№, по которому ей была предоставлена благоустроенная трехкомнатная квартира жилой площадью 53,1 кв.м. и общей площадью 78,1 кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.90-92). Данная квартира была предоставлена нанимателю ФИО16 и постоянно проживающей совместно с ней ее дочери ФИО9 (ранее ФИО20 т.2 л.д. 41,42 и т.1 л.д. 150-155).

13.05.2009 на основании договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан №, заключенного между муниципальным образованием «Город Снежинск» и истцом ФИО1 (ФИО22), а также ее дочерью ФИО9, каждая получили по 1/2 доле в праве собственности на указанную квартиру, что составляет 39,05 кв.м (т.1 л.д.95, 172-173).

Таким образом, истец ФИО1 в период прохождения службы безвозмездно была обеспечена жилой площадью, превышающей более чем в три раза действующую на том момент учетную норму.

Также судом установлено, что 05.04.2012 ФИО1 на основании договора купли-продажи продала свою долю в вышеуказанной квартире ФИО8 за 15 000,0 руб. (т.1 л.д.96, 187).

11.06.2014 ее дочь ФИО9 со своим супругом ФИО17 на основании договора купли продажи приобрели у ФИО18 его долю в праве собственности на указанную квартиру за 429 408,5 руб. (т. 1 л.д.207-208).

Рассматривая обстоятельства обеспечения жилым помещением супруга ФИО1 - ФИО2 жилой площадью, суд установил, что на основании ордера № от 15.10.1982, родителям третьего лица ФИО10 и ФИО19, а также ФИО23 предоставлены две комнаты в трехкомнатной квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> (т.1 л.д.157).

На основании договора социального найма №№ от 13.10.2011 муниципальная трехкомнатная квартира общей площадью 54,0 кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> передана ФИО2, его сестре ФИО14, его отцу ФИО10, детям сестры ФИО12 и ФИО13 (т.1 л.д.158-159).

В материалы дела представлен договор № от 02.05.2012 о безвозмездной передаче квартиры в собственность граждан, согласно которому ФИО2, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 передана в общую долевую собственность по 1/5 доле в праве собственности каждому занимаемая по договору социального найма №№ от 13.10.2011 благоустроенная трехкомнатная квартира жилой площадью 38,4 кв.м. и общей площадью 54,0 кв.м. по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, что составляет 10,8 кв.м. (т.1 л.д.94, 234). 

11.03.2014 на основании договора купли-продажи ФИО2 продал принадлежащую ему долю в праве собственности на данную квартиру своей сестре ФИО14 за 215 000,0 руб. (л.д.93).

Учитывая, что жилая площадь в предоставленной истцу квартире составляет 53,1 кв.м., и в предоставленной третьему лицу со стороны истца квартире составляет 54,0 кв.м., следует прийти к выводу, что на каждого члена семьи ФИО1 приходилось более 9 кв.м. жилой площади.

То есть, с 13.05.2009 истец была обеспечена жилым помещением по установленным нормам.

Согласно ст. 6 ЖК РСФСР, действовавшего до 01.03.2005, к государственному жилищному фонду относились жилые помещения, находившиеся в ведении местных Советов народных депутатов (жилищный фонд местных Советов) и в ведении министерств, государственных комитетов и ведомств (ведомственный жилищный фонд).

Следовательно, предоставленное истцу за счет органа местного самоуправления жилое помещение по установленным нормам относилось к государственному жилищному фонду.

Как было указано выше в соответствии с подпунктом «д» п. 10 Правил учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, а также военнослужащих и сотрудников Государственной противопожарной службы, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, утвержденных постановлением Правительства РФ от 06.09.1998 №1054, не признаются нуждающимися в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий военнослужащие и граждане, уволенные с военной службы, в случае, если их жилищные условия ухудшились в результате обмена, мены, купли-продажи или дарения ранее полученного от государства жилья.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ граждане, являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма и обеспеченные общей жилой площадью жилого помещения на одного члена семьи более учетной нормы, не могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях.

В соответствии с п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» во взаимосвязи с подп. «д» п. 10 Правил учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, а также военнослужащих и сотрудников Государственной противопожарной службы, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 06.09.1998 №1054, право на жилищное обеспечение военнослужащих, признанных в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляется за счет государства один раз.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 52 ЖК РФ при принятии граждан на учет в качестве нуждающихся в жилье должны быть предоставлены документы, подтверждающие право состоять на учете. Для военнослужащих при постановке на учет необходимо подать рапорт с приложением к нему документов, подтверждающих сдачу ранее полученного жилого помещения или готовность и возможность такой сдачи.

Из положений ст. 15 и 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» следует, что реализация права военнослужащего на жилье осуществляется путем его предоставления за счет государства для постоянного проживания с передачей этого жилья при увольнении в запас им в собственность или с условием его сдачи для последующего обеспечения жильем по избранному месту жительства.

Таким образом, если военнослужащий распорядился полученным ранее от государства жилым помещением и не может его сдать в установленном порядке, вопреки утверждению административного истца и его представителя, то он не имеет права требовать от федерального органа исполнительной власти или федерального государственного органа, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, повторного предоставления жилого помещения по договору социального найма в порядке, определенным ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», даже по истечении срока, предусмотренного ст. 53 ЖК РФ. 

Последующее обеспечение таких военнослужащих жильем возможно на общих основаниях в порядке, предусмотренном главой 7 ЖК РФ, то есть по решению органа самоуправления по месту жительства (избранного места жительства после увольнения в запас) военнослужащего.

Добровольный отказ ФИО1 от жилого помещения, предоставленного ей в собственность, путем его продажи, суд признает умышленными действиями, совершенными истцом с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении, так как она не могла не осознавать того, что была обеспечена жилым помещением по установленным нормам.

Данные обстоятельства ФИО1 и ФИО2 подтвердили в судебном заседании (протокол судебного заседания от 20.03.2020), пояснив, что полученное жилье ими было продано с намерением ухудшить свои жилищные условия для последующей постановки на учет в качестве нуждающихся и повторного обеспечения жильем. 

При таких обстоятельствах, в настоящее время ФИО1 лишена реальной возможности сдать ранее полученную ей приходящуюся на неё долю жилого помещения.

Это подтвердила в судебном заседании и ФИО1, пояснившая, что она не может сдать долю ранее полученного жилого помещения, поскольку доля в квартире была продана.

Следовательно, факт совершения ФИО1 действий с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении, нашел свое подтверждение как при принятии решений жилищной комиссии войсковой части 3468 от 28.04.2017 и от 28.09.2018, так и в ходе судебного заседания по настоящему делу, а все доводы истца, подтверждающие, по ее мнению, необоснованность снятия её с учета в качестве нуждающейся, суд отвергает, как несостоятельные.

Довод ФИО1 о том, что с момента отчуждения жилого помещения прошло более 5 лет, в связи с чем в силу ст.53 ЖК РФ она может быть поставлена на учет в качестве нуждающейся в получении жилого помещения судом отклоняется по следующим основаниям.

В силу статьи 53 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

По смыслу данной нормы отказ в постановке на учет граждан в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий до истечения установленного срока возможен в случае доказанности совершения заявителем таких умышленных и недобросовестных действий, которые свидетельствуют об очевидном намерении приобрести право состоять на учете.

При этом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 19.04.2007 №258-О-О, ограничения в постановке граждан на учет нуждающихся в жилых помещениях должны считаться допустимыми лишь в том случае, если гражданами совершались умышленные действия с целью создания искусственного ухудшения жилищных условий, могущих привести к состоянию, требующему участия со стороны органов государственной власти и местного самоуправления в обеспечении их другим жильем.

Применение статьи 53 Жилищного кодекса Российской Федерации и развивающих ее подзаконных нормативных актов должно осуществляться в системе действующего правового регулирования во взаимосвязи с пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что действия ФИО1 по вселению:

в период с 30.05.2014 по 19.08.2014 в жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, принадлежащее ее подруге ФИО21 (т.1 л.д.79, 81);

в период с 20.08.2014 по 18.12.2018 в жилое помещение по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, принадлежащее ее дочери ФИО9 (т.1 л.д.81, 87);

в период с 19.12.2015 по настоящее время совместно с супругом ФИО2 в жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, принадлежащее ее дочери ФИО9 (т.1 л.д.82, 78, 82);

привели к намеренному ухудшению своих жилищных условий. 

Регистрация истца в указанном жилом помещении (

<

адрес>) не продиктована жизненной необходимостью и является намеренным и умышленным ухудшением жилищных условий, убедительных доказательств вынужденного переезда на новое место жительства суду не представлено.

При этом суд учитывает, что решение жилищной комиссии в/ч 3468 от 28.09.2018 об исключении на основании п.6 ч.1 ст.56 ЖК РФ ФИО1 и членов ее семьи с учета нуждающихся в жилых помещениях в связи с выявлением неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет, ФИО1 не оспорила.

Доводы истца о том, что она не была обеспечена от государства жилым помещением на протяжении военной службы, и что ей было предоставлено жилое помещение до прохождения военной службы, судом отклоняется, поскольку из материалов дела следует, что договор социального найма жилого помещения с ней был заключен 11.03.2009.

Учитывая, что ФИО1 не имеет права повторного обеспечения жилым помещением, принимая во внимание, что она совершила умышленные действия с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении, снятие истца с учета нуждающихся в жилых помещениях, суд признает законным и обоснованным, а исковые требования ФИО1 о:

- признании за ней и членами ее семьи права состоять на учете в Войсковой части 3468 в качестве нуждающихся в жилых помещениях, для постоянного проживания;

- признании за ней права на предоставление жилого помещения для постоянного проживания с составом семьи два человека (она и ее супруг ФИО2);

- признании ее нуждающейся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма с составом семьи два человека по состоянию на 2018 год, не подлежащими удовлетворению.

При этом суд учитывает, что истец не лишена возможности быть обеспеченной жильем на общих основаниях в порядке, предусмотренном главой 7 ЖК РФ.

Руководствуясь требованиями ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к жилищной комиссии Войсковой части 3468 о признании ее и членов ее семьи нуждающимися в жилых помещениях для постоянного проживания по состоянию на 2018 год, признании за ней права на предоставление жилого помещения по договору социального найма как уволенного военнослужащего с учетом состава семьи два человека (она и ее супруг ФИО2) - отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца с момента вынесения мотивированного решения в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Снежинский городской суд.

Председательствующий: Л.А. Круглова 

Мотивированное решение суда изготовлено 26 февраля 2020 года