78RS0005-01-2020-001131-84 

Дело № 2-3240/2020 24 сентября 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи Кольцовой А.Г.

при секретаре Мелконян Л.Т.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и ленинградской области, ФСИН России о компенсации морального вреда причиненного не обеспечением индивидуальным рационом питания при этапировании 21.08.2017 года, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам в вышеуказанной формулировке. В обоснование иска указал, что содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 19.07.2017 по 23.04.2018 года, при этапировании 21.08.2017 года не был обеспечен индивидуальным рационом питания, чем был причинен моральный вред, оцененный истцом в размере 70 000 рублей с каждого из ответчиков.

Истец ФИО1 о времени и месте рассмотрения дела извещен, в судебное заседание не явился, представителя в судебное заседание не направил, в заявлении просил отложить разбирательство в связи с болезнью, однако доказательств подтверждающих уважительность причин неявки не представил.

Представитель ответчиков в судебное заседание явился, требования не признал, не согласился ни по праву, ни по размеру.

Третье лицо – Министерство Финансов РФ - УФК по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом, ранее представил письменные возражения.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суду первой инстанции не представлено доказательств в подтверждение невозможности явки в судебное заседание по уважительным причинам, не заявлено ходатайств о переносе судебного заседания, в связи с чем все неблагоприятные последствия неявки в судебное заседание несут лица, участвующие в деле. В условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав неявку лиц, перечисленных в ст. 35 Гражданского процессуального кодекса РФ, в судебное заседание, нельзя расценивать как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

Суд, изучив позицию сторон, исследовав письменные доказательства во всей их совокупности, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, в обоснование которых ссылается в своих требованиях и возражениях.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной нормы, для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине.

В своем заявлении истец ссылается, что ответчиком было нарушено право истца на обеспечение индивидуальным рационом питания при этапировании 21.08.2017 года.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года, ст. ст. 17. 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу регулируются Федеральным законом от 15.07 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Согласно ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международною права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно ст. 28 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" администрация мест содержания под стражей по указанию следователя, лица, производящего дознание, или суда (судьи) обеспечивает прием подозреваемых и обвиняемых в места содержания под стражей и передачу их конвою для отправки к месту назначения.

В силу пункта 9 части 1 статьи 17 и статьи 22 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые имеют право получать бесплатное питание, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях. Обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, которые согласованы с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, зарегистрированы в Министерстве юстиции Российской Федерации 08.11.2005 года, регистрационный N 7139, опубликованы в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти 14.11.2005 года, N 46.

Согласно п. 161 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 года N 189, подозреваемые или обвиняемые перед отправкой для участия в следственных действиях за пределами СИЗО или в судебных заседаниях должны получить горячее питание по установленным нормам. В случае невозможности обеспечения горячим питанием указанные лица обеспечиваются сухим пайком.

Относительно даты 21.08.2017 года суд учитывает, что Приказом ФСИН России от 02.09.2016 года N 696 утвержден Порядок организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы (далее - Порядок).

Согласно пунктам 41, 42 данного Порядка режим питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых определяет количество приемов пищи в течение суток, соблюдение физиологически обоснованных промежутков времени между ними, целесообразное распределение продуктов по приемам пищи, положенных по нормам питания в течение дня, а также прием пиши в строго установленное распорядком дня время.

В соответствии с пунктом 2 указанного Порядка, в учреждениях УИС обеспечение осужденных, подозреваемых и обвиняемых питанием осуществляется на основании ежедневных справок, составляемых и направляемых в бухгалтерию учреждения УИС подразделениями интендантского и хозяйственного обеспечения, утверждаемых начальником учреждения УИС, об общей численности осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждении УИС.

Утверждённые начальником учреждения УИС справки, а также списки осужденных, подозреваемых и обвиняемых, нуждающихся в повышенных нормах питания, передаются в бухгалтерию учреждения УИС для оформления накладных и последующего отпуска продуктов в столовую (пищеблок) учреждения УИС.

Судом установлено, что в периоде 19.07.2017 года по 23.04.2018 года ФИО1 содержался в Федеральном казенном учреждении «Следственный изолятор № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Санкт-Петербургу и Ленинградской области».

Как следует из содержания искового заявления ФИО1 21.08.2017 года был подготовлен к этапированию в ИК-5 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (п. Металлостой) для отбывания наказания.

В свою очередь представитель ответчика, возражая против заявленных требований истца, указал, что относительно довода истца по факту нарушения его права на восьмичасовой сон подтвердить или опровергнуть данный факт не представляется возможным, ввиду того, что записи с камер видеонаблюдения СИЗО-4 на момент подачи искового заявления не сохранились, так как срок хранения видеоархива составляет 30 дней, в соответствии с положениями приказа Минюста РФ от 04.09.2006 года № 278 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы». Требование истца о нарушении его прав при этапировании 21.08.2017 года в виду того, что он не был обеспечен индивидуальным рационом питания суд находит не состоятельными в виду следующего.

Согласно п. 130 Приказа ФСИН России от 02.09.2016 N 696 Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы (Зарегистрировано в Минюсте России 13.12.2016 N 44689.) при конвоировании из одного учреждения УИС в другое, с пребыванием в пути более шести часов, осужденные, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются учреждением-отправителем на путь следования индивидуальными рационами питания по установленным нормам»

Таким образом для установления нарушения прав истца необходимо было указать и представить доказательства о продолжительности этапа более 6 часов. Таких доказательств суду не представлено.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ «если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда».

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 № 10 «под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частой жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина».

При этом, как указано в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 при рассмотрении дел о компенсации морального вреда необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим.

Суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку истцом факт причинения ему каких-либо нравственных и физических страданий ничем объективно не подтвержден, допустимых доказательств в соответствии с требованиями ст. 55, 59. 60 ГПК РФ не представлено.

Помимо этого, истцом не доказана причинно-следственная связь между его нравственными и физическими страданиями и какими-либо действиями (бездействием) ответчиков.

ФИО1 обратился с требованиями о компенсации морального вреда, причиненного тем, что ответчиком было нарушено право истца на обеспечение индивидуальным рационом питания при этапировании из одного учреждение в другое для отбывания наказания, при этом доказательств того что этапирование длилось более 6 часов суду не представлено. Данные факты не могут служить основанием в удовлетворении заявленных требований.

Кроме того, в соответствии со ст. ст. 151, 1064, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным условием наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Однако истцом не представлено доказательств вины ответчиков в причинении ему морального вреда, как предусмотрено ст. 56 ГПК РФ.

Суд, также учитывая позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении Верховного Суда РФ от 14.11.2017 N 84-КГ17-6 согласно которой в случае причинения гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требовании о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий».

В данном случае ФИО1 факт причинения ему физических и нравственных страданий не доказан.

Кроме того, Верховный Суд РФ в вышеназванном определении указал, что при установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Также в соответствии со п. 3 п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как предусмотрено ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Между тем, доказательства наличия физических или нравственных страданий истцом, отвечающие требованиям допустимости, суду не представлены. В связи с чем у суда не имеется оснований для их удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56,67,167,194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Калининский районный суд в апелляционном порядке в течение одного месяца.

Судья: 

Решение в окончательной форме изготовлено 30.09.2020 года.