Дело № 1-849/2017

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Одинцово 20 декабря 2017 года

Одинцовский городской суд Московской области в составе: председательствующий судья Савинов С.С., при секретаре Малышеве К.А., с участием: государственного обвинителя – помощника Одинцовского городского прокурора Петровской Е.Л., подсудимого ФИО7, защитника - адвоката Пешехоновой Е.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца АДРЕС, гражданина ....., со "образование", "семейное положение", ....., зарегистрированного: АДРЕС, ранее судимого

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного следствия ФИО7 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, а именно:

18.03.2017 около 04 часов 30 минут у АДРЕС ФИО7 приобрел сверток с психотропным веществом амфетамин массой не менее 1,68 грамм, что соответствует крупному размеру, часть из которого тут же употребил, а оставшуюся хранил до момента его задержания сотрудниками полиции в 04 часа 40 минут 18.03.2017 по тому же адресу и изъятия в ходе личного досмотра в период с 05 часов 10 минут до 05 часов 30 минут в 1-м отделе полиции по г. Одинцово.

Пунктом 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ предусмотрено право суда по ходатайству сторон или по собственной инициативе возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 N 1 (ред. от 01.06.2017) "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" установлено, что в тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

По итогам рассмотрения данного уголовного дела, судом установлено, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, а именно: время, место и обстоятельства вмененного преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, поскольку суд, не может устранить такое нарушение самостоятельно.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Существо обвинения должно соответствовать п. 4 ч. 2 ст. 171 УК РФ, согласно которому в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого помимо прочего должны быть указаны: описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 части первой статьи 73 УПК РФ.

Рассмотрев уголовное дело, исследовав все представленные сторонами доказательства, выслушав показания свидетелей, подсудимого, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу, что органами следствия в вину подсудимого вменены события преступления не соответствующие фактическим обстоятельствам дела в части времени, места и обстоятельств произошедших событий. 

Так, допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО7 показал, что он неоднократно судим за корыстные преступления, однако никогда не привлекался за преступления, связанные с наркотическим и психотропными веществами. По данному делу он был без каких-либо причин задержан сотрудниками ППС ФИО6 и ФИО2 в другом месте (у АДРЕС) в другое время (около 23 часов 17.03.2017), что может подтвердить свидетель ФИО1 При этом сотрудник полиции ФИО6 в момент его задержания сделал вид, что поднял что-то с земли и сообщил ФИО2, что задерживает его за хранение наркотиков. С момента его задержания в 23 часа 17.03.2017 он находится в ведении правоохранительных органов, более его не отпускали, с ним проводили различные процессуальные действия, после чего он был помещен под стражу.

После задержания в указанное им время в указанном им месте, он был доставлен сотрудниками ППС ФИО6 и ФИО2 в 1-й отдел полиции по г. Одинцово, где ему сотрудник полиции ФИО6 попытался подбросить сверток с веществом, однако он этому воспрепятствовал. Тогда он был этими же сотрудниками ППС ФИО6 и ФИО2 доставлен в наркологический диспансер около 1 часа ночи 18.03.2017, где ему было проведено освидетельствование, которое не выявило у него факта употребления наркотических и психотропных веществ.

После проведенного освидетельствования он был доставлен сотрудниками ППС ФИО6 и ФИО2 обратно в 1-й отдел полиции по г. Одинцово, где в течении нескольких часов его убеждали подписать документы об обнаружении и изъятии у него свертка с веществом, который ему пытался подбросить ФИО6, обещая что вес будет незначительный и он не понесет за это уголовной ответственности, угрожая в случае его отказа подписать необходимые документы, оформить изъятие у него крупного веса, который будет квалифицирован как приготовление к сбыту. Под угрозой незаконного привлечения к ответственности он подписал ряд процессуальных документов. При этом фактически личный досмотр сотрудником полиции ФИО3 не проводился, понятых не было, он просто подписал несколько документов. Так же он видел, что пришел какой-то человек, который тоже расписался как понятой. Но при этом понятом никаких досмотров не проводилось. Второго понятого он вообще не видел.

После составления процессуальных документов об изъятии у него свертка с порошком, он вновь был теми же сотрудниками ППС ФИО6 и ФИО2 доставлен на медицинское освидетельствование в наркологический диспансер, где уже после 6 часов утра ему было проведено повторное освидетельствование, которое вновь не выявило у него факта употребления наркотических и психотропных веществ. На его вопрос для чего было проведено повторное освидетельствование, сотрудники полиции пояснили, что освидетельствование должно было по времени проводиться после времени составления документов по личному досмотру.

После этого он был арестован по ч. 2 ст. 228 УК РФ. Осознав, что его обманули, что вес психотропного вещества, которое у него якобы обнаружили не является незначительным, а ему вменяют тяжкое преступление, он за весь период следствия больше никаких показаний не давал. Настаивает, что его задержание проведено в другое время в другом месте при других обстоятельствах.

Допрошенные в судебном заседании сотрудники полиции ФИО6, и ФИО2 показали, что задержали ФИО7 18.03.2017 поздно ночью, в период с 3 до 5 часов у АДРЕС, после чего доставили его в отдел полиции, в личном досмотре участия не принимали, передав его дежурному. Им известно, что дежурный ФИО3 непосредственно сразу после доставления ФИО7 провел его личный досмотр, в ходе которого у ФИО7 обнаружен сверток с веществом. Проводилось ли освидетельствование они не помнят. Доводы подсудимого о том, что они задержали его в другое время в другом месте названные сотрудники полиции опровергли, указав, что тот просто пытается уйти от ответственности. Никаких веществ они ФИО7 не подбрасывали и не пытались этого сделать. Задержали ФИО7 только 1 раз в ту ночь.

Допрошенный в судебном заседании сотрудник полиции ФИО3 показал, что ближе к утру 18.03.2017 в 1-й отдел полиции по г. Одинцово сотрудниками ППС ФИО6 и ФИО2 был доставлен ФИО7, которого он, как дежурный офицер, с участием понятых досмотрел и обнаружил у него сверток с веществом, который тот добровольно выдал.

По ходатайству защиты судом истребованы сведения из Одинцовского наркологического диспансера. Согласно поступивших ответов, ФИО7 доставлялся для медицинского освидетельствования на состояние опьянения 18.03.2017 дважды: 

- в 01 час 37 минут на основании направления 1-го отдела полиции МУ МВД России «Одинцовское» – результат освидетельствования отрицательный, акт получил доставивший задержанного сотрудник полиции ФИО6, о чем в соответствующем журнале имеется его подпись; 

- а также в 06 часов 11 минут на основании направления 1-го отдела полиции МУ МВД России «Одинцовское» – результат освидетельствования отрицательный, акт получил доставивший задержанного сотрудник полиции ФИО2, о чем в соответствующем журнале имеется его подпись.

Свидетель защиты ФИО1 показал, что около 23 часов 17.03.2017 он шел вместе со своим знакомым ФИО7 у АДРЕС, когда рядом с ними остановился автомобиль ППС. Один из сотрудников вышел из машины, проверил их документы, что-то поднял с земли или сделал вид, что что-то поднимает и сказал водителю, что ФИО7 необходимо везти в отдел полиции за хранение наркотиков, видимо имея в виду предмет который он поднял с земли. На его возмущение сотрудник полиции сказал ему, что и его могут тоже арестовать. После чего они забрали ФИО7 и уехали. 

После истребования сведений из наркологического диспансера, судом по ходатайству стороны обвинения были повторно допрошены сотрудники полиции, задержавшие ФИО7

Повторно допрошенные сотрудники полиции ФИО6, и ФИО2 вновь показали, что задержали ФИО7 18.03.2017 поздно ночью ближе к утру у АДРЕС, после чего доставили его в отдел полиции, в личном досмотре участия не принимали, передав его дежурному. Более в ту ночь они его не задерживали. Т.е. задержали ФИО7 они 1 раз и сразу же передали дежурному. На медицинское освидетельствование задержанных возят по направлению дежурного только после проведенного личного досмотра в случае обнаружения запрещенных веществ. Возили ли они ФИО7 на освидетельствование уже не помнят, не исключают что могли возить после досмотра.

После оглашения рапорта, из содержания которого следует, что ФИО6 задержал ФИО7 в 4 часа 40 минут 18.03.2017, доставив для досмотра в 1-й отдел полиции, названный сотрудник полиции содержание данного рапорта подтвердил, указав, что в период с 23 часов 17.03.2017 по 1 час 35 минут 18.03.2017 он ФИО7 не видел, не задерживал, не доставлял, не возил на освидетельствование, не получал акт освидетельствования. Все действия с ФИО7 были после 4 часов 40 минут. Все доводы подсудимого в части времени свидетель расценил как защитную позицию с целью избежать ответственности за содеянное.

Однако обозрев документы из наркологического диспансера, ФИО6 подтвердил, что в журнале стоит его подпись о доставлении ФИО7 на освидетельствование в 01 час 37 минут на основании направления дежурного по 1-му отделу полиции по г. Одинцово и получении соответствующего акта освидетельствования, в связи с чем допускает, что он мог возить ФИО7 на освидетельствование на основании направления дежурного по 1-му отделу полиции, однако этого сейчас уже не помнит. Почему в материалах дела отсутствует акт, который он получил пояснить не может.

Свидетель ФИО2 также категорически заявил, что до 4 часов 40 минут 18.03.2017 он ФИО7 не видел, не задерживал и не доставлял в отдел полиции или на освидетельствование. Было ли освидетельствование ФИО7 он не помнит, но направление выписывает дежурный только после проведенного личного досмотра. На освидетельствование если ФИО7 и возили, то только после личного досмотра. Категорически утверждает, что с 23 часов 17.03.2017 по 1 час 35 минут 18.03.2017 они не могли задерживать ФИО7, доставлять в отдел полиции и на освидетельствование, в противном случае, об этом были бы составлены соответствующие документы. 2 раза ФИО7 возить на освидетельствование они не могли. Категорически утверждает, что все действия с ФИО7 проводились 1 раз, после 04 часов 40 минут.

Однако обозрев документы из наркологического диспансера ФИО2, подтвердил, что в журнале стоит его подпись в связи с доставлением и проведением освидетельствования ФИО7 после 6 утра, о чем он получил акт. Почему в материалах дела отсутствует акт, который он получил пояснить не может. Также в журнале стоит подпись ФИО6 в связи с доставлением и проведением освидетельствования ФИО7 в 1.37. Их экипаж состоит из двух человек, в течении смены они всегда находятся вместе, ФИО6 не мог ездить в диспансер с ФИО7 в 1 час ночи без него, так как именно он является водителем. Допускает, что ФИО7 могли возить на освидетельствование, раз стоят их подписи, но он таких обстоятельств не помнит. ФИО7 они задерживали только 1 раз в ту ночь.

Повторно допрошенный свидетель ФИО3 показал, что о задержании ФИО7 задолго до момента проведения им личного досмотра в период с 5.10 до 5.30 ему не известно. Основанием для направления задержанного на освидетельствование является обнаружение запрещенных веществ. До проведения личного досмотра задержанные на освидетельствование не направляются. Оснований для повторного освидетельствования нет. Лица освидетельствуются только 1 раз. К показаниям подсудимого, что его возили на освидетельствование 2 раза просит отнестись критически, как к выбранному способу защиты. Направление на освидетельствование выписывает офицер дежурной части только после досмотра. В ту ночь досмотрами задержанных занимался он. К материалам личного досмотра должен прилагаться акт проведенного после досмотра освидетельствования. Почему в деле данный акт отсутствовал он не знает. 

Обозрев документы из наркологического диспансера о дважды проведённом ФИО7 18.03.2017 освидетельствовании на основании направления дежурного по 1 отделу полиции по г. Одинцово, свидетель затруднился пояснить, как такое могло произойти.

При этом, он подтверждает, что в протоколе досмотра в графе «по факту изъятия досматриваемый пояснил», он собственноручно написал за ФИО7 объяснение. Тот сам никаких письменных пояснений не давал, лишь подписал протокол. Причины, по которым в протоколе личного досмотра имеются только подписи ФИО7, без каких-то собственноручных пояснений задержанного объяснить не может, обычно в этой графе свои объяснения пишут сами задержанные. Подсудимый в ходе личного досмотра сам выдал сверток, он из его предметов одежды ничего не доставал.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании показал, что являлся понятым при личном досмотре ФИО7. Сотрудник полиции ФИО3 сам достал из штанов ФИО7 сверток. Сверток при нем не разворачивали, что в нем он не видел. Более он никогда никем не вызывался и не допрашивался по данному делу.

Учитывая, что свидетель заявил, что никогда не допрашивался по делу, по ходатайству государственного обвинителя оглашены его показания в ходе следствия, свидетелю предъявлен на обозрение протокол. Свидетель заявил, что таких показаний не давал, следователем не допрашивался, подписи в протоколе не его. При визуальном сопоставлении подписей в протоколе допроса с иными подписями данного свидетеля в документах, составленных 18.03.2017, принадлежность которых он подтвердил, установлено, что подписи в протоколе допроса действительно разительно отличаются от иных подписей данного свидетеля в документах от 18.03.2017.

Стороной обвинения более месяца принимались меры к установлению местонахождения свидетеля ФИО5, указанного в качестве понятого при личном досмотре. Установлено, что ФИО5, является подозреваемым в совершении преступления, объявлен в федеральный розыск. В результате комплекса проведенных розыскных мероприятий установить его местонахождение не представилось возможным. 

Исследовав все доказательства по делу, судом поставлен на обсуждение вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Обсудив указанные обстоятельства с участниками процесса, выслушав мнение сторон: подсудимого и защитника ходатайствовавших об этом, прокурора, возражавшего против возвращения дела, полагавшего, что нарушений, влекущих безусловный возврат дела прокурору не имеется, суд пришел к выводу, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Так, из фабулы предъявленного обвинения следует, что ФИО7 приобрел психотропное вещество 18.03.2017 около 04 часов 30 минут, тут же употребил его часть и хранил оставшуюся часть до момента его задержания.

Вместе с тем, из показаний подсудимого и свидетеля защиты следует, что задержание ФИО7 имело место еще около 23 часов 17.03.2017. С этого момента он находился в ведении и под контролем сотрудников полиции, которые проводили с ним необходимые процессуальные действия, в том числе направили на медицинское освидетельствование, которое, по словам этих же сотрудников полиции, невозможно без проведения личного досмотра.

Все сотрудники полиции, принимавшие участие в задержании, доставлении, личном досмотре и направлении на освидетельствование данные обстоятельства отрицали, пояснив, что ФИО7 до 04 часов 40 минут 18.03.2017 не задерживали, не доставляли, не направляли на освидетельствование. Просили к показаниям подсудимого отнестись критически, как к выбранному способу защиты, пояснив, что в ту ночь он был задержан и доставлен лишь после 4 часов 40 минут.

Однако представленные наркологическим диспансером документы свидетельствуют о том, что в части времени задержания подсудимого стоит отнестись критически именно к показаниям сотрудников полиции, отрицавших факт задержания ФИО7 задолго до инкриминируемого ему периода. 

Так, из представленных наркологическим диспансером документов следует, что в 01 час 37 минут 18.03.2017 ФИО7 был доставлен для освидетельствования именно сотрудником полиции ФИО6, представившим направление на освидетельствование от дежурного 1-го отдела полиции по г. Одинцово. Освидетельствование окончено в 02 часа 02 минуты, состояние опьянения не установлено. 

Учитывая пояснения сотрудников полиции об установленной процедуре (задержание по подозрению в совершении правонарушения, доставлении в отдел полиции, проведения досмотра задержанного, изготовление дежурным направления на освидетельствование, доставление задержанного в диспансер), суд полагает что документы, представленные диспансером не противоречат утверждениям ФИО7, что задержание имело место около 23 часов 17.03.2017, что подтверждается показаниями свидетеля защиты.

Учитывая, что освидетельствование окончено в третьем часу ночи, после чего сотрудник полиции ФИО6 получил акт освидетельствования и расписался за это в журнале, суд полагает надуманными утверждения сотрудников полиции, что они задержали ФИО7 только в 4 часа 40 минут, до этого не задерживали, не доставляли и никаких процессуальных действий в отношении него не проводили, поскольку это полностью опровергается документами, в которых стоят подписи этих же сотрудников полиции, принадлежность которых они подтвердили. 

При таких обстоятельствах не доверять сведениям, представленным наркологическим диспансером у суда не имеется. Учитывая, что эти сведения полностью опровергают слова сотрудников полиции о времени задержания ФИО7 и напротив подтверждают его версию о времени фактического задержания, суд полагает, что сведения в обвинении о времени совершения преступления противоречат установленным по делу обстоятельствам. 

При этом, в обвинении указано, что ФИО7 употребил часть приобретенного им в 4 часа 30 минут 18.03.2017 психотропного вещества. Вместе с тем никаких доказательств этому в деле нет. Ни один акт медицинского освидетельствования к делу не приобщен, хотя в ту ночь ФИО7 освидетельствован сотрудниками полиции дважды. Истребованные судом акты категорически опровергают названные утверждения обвинительного заключения о том, что ФИО7 в 4 часа 30 минут употребил психотропное вещество. 

ФИО7 утверждает, что видел лишь одного понятого, который просто расписался в документах. Допрошенный свидетель ФИО4 опроверг эти утверждения, пояснив, что присутствовал при личном досмотре, однако указал что видел как сотрудник полиции ФИО3 сам достал из одежды ФИО7 сверток. Что было в свертке он не знает, порошка он не видел. Данные показания противоречат показаниям свидетеля ФИО3, который показал, что ФИО7 сам выдал сверток, он у него ничего не изымал из предметов одежды. При этом свидетель указал, что его допрос не проводился, он протокол допроса не подписывал.

При таких обстоятельствах, учитывая противоречивые показания одного из понятых, ограничится оглашением показаний свидетеля ФИО5 суд не может, поскольку с учетом показаний свидетеля ФИО4 имеются обоснованные сомнения, подписывал ли ФИО5, сам являющийся подозреваемым по другому делу, данный протокол, принимал ли он участие в досмотре, учитывая, что он сам является лицом, привлекаемым к уголовной ответственности, находящимся в розыске, а обеспечить его явку в судебное заседание сторона обвинения не смогла. 

Таким образом, учитывая, что ФИО7 предъявлено обвинение:

- в приобретении психотропного вещества около 04 часов 30 минут 18.03.2017, т.е. в период, когда он уже был задержан и находился в ведении сотрудников полиции, что подтверждается его показаниями, показаниями свидетеля защиты и сообщением наркологического диспансера, записями в журнале учета, где расписался сотрудник полиции ФИО6, показавший что ФИО7 задерживал в ту ночь только 1 раз 

- в употреблении психотропного вещества после его приобретения, что опровергается проведенными освидетельствованиями, и не подтверждается никакими иными материалами дела

- в хранении указанного психотропного вещество до момента его задержания, состоявшегося в 4 часа 40 минут 18.03.2017, тогда как из показаний сотрудников ППС следует, что ФИО7 задерживался ими только 1 раз в ту ночь. Вместе с тем, показаниями подсудимого, свидетеля защиты и сообщением наркологического диспансера подтверждено, что ФИО7 задержан задолго до указанного времени и не позднее 01 часа 37 минут уже находился в ведении сотрудников полиции, в частности сотрудника ФИО6, доставившего его на основании направления дежурного на освидетельствование, категорически утверждавшего, что задерживал ФИО7 в ту ночь только 1 раз;

суд полагает, что в обвинении не указаны все существенные обстоятельства преступления, подлежащие доказыванию: время приобретения психотропного вещества, время задержания ФИО7, обстоятельства инкриминируемого деяния, поскольку сведения, содержащиеся в обвинении противоречат исследованным судом доказательствам.

Данные нарушения неустранимы в судебном заседании и препятствуют вынесению на основании данного заключения приговора или иного решения.

Суд лишен возможности при таком обвинении принять решение как в рамках данного обвинения, так и лишен возможности самостоятельно или по ходатайству государственного обвинителя изменить объем обвинения, например исключить время и обстоятельства приобретения психотропного вещества, его употребления, исключить время и обстоятельства задержания, и рассмотреть дело только в части обнаружения хранящегося психотропного вещества в ходе личного досмотра.

Такое изменение обвинения в судебном заседании, несмотря на формальное уменьшение объема обвинения, фактически выйдет за его пределы, необоснованно расширив рамки обвинения, поскольку предъявленным следствием обвинением ограничено время начала преступления в виде приобретения психотропных веществ в 04 часа 30 минут, которое не соответствует фактическим обстоятельствам дела и не подтверждается никакими доказательствами по делу, поскольку ФИО7 задолго до инкриминируемого времени приобретения был задержан сотрудниками полиции.

Таким образом, даже исключив на стадии судебного разбирательства время и обстоятельства приобретения, время и обстоятельства задержания, суд все равно будет лишен возможности рассмотреть дело по хранению психотропного вещества на момент личного досмотра, поскольку в обвинении, предъявленном органами следствия, данное преступление начато после первого задержания подсудимого и исключение в суде обстоятельств приобретения и задержания необоснованно расширит объем обвинения, предполагая тем самым возможность приобретения вещества и до момента первого задержания, тогда как такие обстоятельства органами следствия не вменялись.

В данной ситуации только органы следствия, при наличии к тому оснований, могут изменить обвинение в части времени и обстоятельств дела, объема вменяемых действий, которое может стать предметом нового рассмотрения дела, только если такие обстоятельства будут вменены именно следствием на основании совокупности всех имеющихся доказательств. 

В связи с чем, суд полагает необходимым вернуть данное дело прокурору для устранения выявленных нарушений, предъявления обвинения, соответствующего требованиям ст. 171 УПК РФ с учетом всех установленных в ходе расследования и рассмотрения дела обстоятельств имеющих значение для дела.

При возвращении дела прокурору, суду надлежит решить вопрос о дальнейшей мере пресечения подсудимому.

Выслушав мнение государственного обвинителя, полагавшего необходимым меру пресечения подсудимому оставить прежней, самого подсудимого и его защитника, возражавших против этого, суд приходит к выводу о невозможности изменения без ущерба интересам общества и правосудия меры пресечения, ранее избранной в отношении обвиняемого.

Право суда на продление срока содержания обвиняемых под стражей на шесть месяцев со дня поступления уголовного дела в суд, а по истечении данного срока - по тяжким и особо тяжким преступлениям, каждый раз не более чем на три месяца, предусмотрено ст.255 УПК РФ.

При этом содержание под стражей допускается только по судебному решению, независимо от того, на каком этапе уголовного судопроизводства, суд принимает решение, в случае, если сохраняются основания для применения этой меры пресечения и когда такое решение вызвано необходимостью обеспечения условий дальнейшего производства по делу.

Основания по которым в отношении обвиняемого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, к настоящему моменту не отпали.

Он обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание свыше 3 лет лишения свободы, представляющее повышенную общественную опасность, направленное против здоровья населения и общественной нравственности, ранее он неоднократно судим. 

Допущенные следствием нарушения при расследовании данного дела не являются безусловным основанием для изменения меры пресечения, поскольку необходимость предъявления нового обвинение с учетом всех обстоятельств дела не могут безусловно свидетельствовать о виновности или невиновности ФИО7, до принятия окончательного решения по делу. 

При таком положении, существует достаточная степень риска уклонения подсудимого от правосудия под строгостью возможной уголовной ответственности. Изложенное также позволяет суду сделать вывод о том, что находясь на свободе, он может продолжить заниматься преступной деятельностью, иным образом воспрепятствовать производству по делу. 

Причин, препятствующих содержанию обвиняемого в условиях изоляции, в том числе по состоянию здоровья, судом не установлено. Медицинского заключения, свидетельствующего о невозможности его содержания под стражей суду не представлено. 

В связи с изложенным, суд полагает необходимым меру пресечения в отношении обвиняемого оставить прежней - содержание под стражей.

Учитывая, что ранее срок содержания под стражей продлен до 21.03.2018, в настоящее время суд не усматривает оснований для продления этого срока, полагая необходимым оставить меру пресечения прежней.

Учитывая, что дело подлежит возврату прокурору в связи с допущенными нарушениями при составлении обвинения и обвинительного заключения, суд полагает, что на данной стадии ходатайство защиты о признании недопустимыми ряда доказательств является преждевременным и не подлежит удовлетворению

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 237, 109, 255, 256 УПК РФ, 

П О С Т А Н О В И Л:

Возвратить в порядке ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО7 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ Одинцовскому городскому прокурору Московской области для устранения допущенных нарушений.

Меру пресечения в отношении ФИО7 оставить прежней, в виде содержания под стражей, до 21.03.2018 года включительно.

В удовлетворении ходатайства защиты об изменении меры пресечения и признании недопустимыми ряда доказательств по делу отказать

Постановление может быть обжаловано в Московский областной суд в течение 10 суток со дня его вынесения, а подсудимым, содержащимся под стражей в тот же срок с момента получения копии настоящего постановления.

Судья: Савинов С.С.