РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2018 года Железнодорожный районный суд гор. Самары в составе: председательствующего- Ефремовой Т.В. 

с участием представителя истца – ФИО1, ФИО2

с участием ответчицы - ФИО3

с участием представителя ответчицы – ФИО4

при секретаре - Внучковой Е.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО5 ФИО17 к ФИО3 ФИО18 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки 

установил:

истица ФИО6 обратилась в суд с исковыми требованиями о признании недействительным договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО3 и приведении сторон в первоначальное положение, об изменении записей в ЕГРП и восстановлении права собственности на квартиру. 

В обосновании данных требований в исковом заявлении указала, что данный договор заключен с её племянницей, которой ДД.ММ.ГГГГ получено свидетельство о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу 

<

адрес>.

Она при заключении договора дарения была введена в заблуждение ФИО3, не отдавала отчет в последствиях заключаемой сделки. На момент заключения договора дарения ей было 85 полных лет. В виду возраста и болезней она не в состоянии самостоятельно обеспечить себя всем необходимым для жизни, стирать, убирать, готовить пищу, ходить в магазин за продуктами, лекарствами. Для оказания помощи к ней приходит 2 раза в неделю социальный работник ФИО7 ФИО19. Располагая информацией о её состоянии здоровья, её племянница ФИО3 предложила заключить договор, на основании которого она регулярно будет ухаживать за ней, обеспечивать её всем необходимым, а в последствии, квартира, принадлежащая ей, истице, после её смерти перейдет племяннице. Как назывался договор ей озвучено не было, юридических последствий она не понимала. Была уверена, что заключает такой договор, по условиям которого ФИО3 обязана будет осуществлять уход. Договор же дарения был заключен у нотариуса г.Самары 

<

данные изъяты> Нотариус и ФИО3 обсуждали предмет и детали заключаемой сделки в её отсутствие, после чего её попросили подписать какие-то документы, какие именно она назвать не может, в связи с тем, что является инвалидом первой группы, зрение очень плохое, ничего не видит, плохо слышит. В связи с этим договор дарения был подписан Черенковой ФИО20 в виду её, ФИО6, болезни.

Она только в ДД.ММ.ГГГГ узнала, что заключила с ФИО3 договор дарения. Это произошло после того, как ФИО3 сказала ей, чтобы она собирала вещи и покинула квартиру, так как собирается продавать её. Информация о продаже квартиры, которая является для неё единственным жильем, в котором она проживала многие годы, повергла в шок, отрицательно сказалось на её физическом здоровье.

С момента заключения договора дарения квартиры ФИО3 ухаживала за ней очень мало, приезжала один раз в неделю, мыла полы, привозила 3-х литровую банку щей или рыбного супа, эта вся еда которой её обеспечивала ФИО3 Она живет одна, обратиться за помощью ей не к кому, поэтому она довольствовалась тем, что ей хотя бы оказывают помощь. Социальный работник ФИО7 соц.работник оплачивала ей коммунальные услуги, ходила в магазин и аптеку, обеспечивала её минимальным набором продуктов и лекарственных средств, необходимых для жизни. Данная квартира является для неё единственным местом жительства, там она зарегистрирована с 1974 года по настоящее время. После совершения сделки дарения, она осталась проживать в квартире, полностью несет бремя содержания данной квартиры, своевременно оплачивает коммунальные услуги, что подтверждается чеками и квитанциями. Материально ей никто не помогает, все затраты на обеспечение своей жизни, поддержания состояния здоровья, оплата коммунальных платежей, несет самостоятельно из тех денежных средств, которые выплачиваются ей в качестве пенсии. Поскольку она в момент заключения договора дарения не понимала какой-именно договор она заключала, считая, что квартира после смерти перейдет в право собственности ФИО3, а по договору дарения передача одаряемому дара после смерти невозможна, данный договор дарения считает ничтожным. В связи с этим обратилась в суд исковом требованиями, уточнив их в части порядке приведения сторон в первоначальное положение.

Истица ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще. Ранее участвовала в судебном заседании, исковые требования поддерживала, ссылаясь при этом, что она у нотариуса была только в коридоре, полагала, что заключает договор, по которому будет получать помощь от племянницы, больше никаких условий в договоре не было. Также ФИО3 передавала денежные средства более 400 000 рублей, меняя при этом пояснения о их назначении, то для племянницы, то для оформления другого счета на её имя в другом отделении банка, то часть из них передавала ответчицы на похороны. Также утверждала, что никакое освидетельствование она не проходила, никуда не ходила и не обращалась. Вместе с тем судом была опрошена по вопросам, поставленным врачами психиатрами и психологом при обследовании, давала последовательные ответы, соответствующие, изложенным в акте. Также давала противоречивые объяснения в части того, когда ей стало известно о договоре дарения, ссылаясь при этом только на то обстоятельство, что в момент когда племянница высказала намерение продавать квартиру. В силу своего возраста, инвалидности по зрению, она заблуждалась относительно договора, заключенного нотариусом. Вместе с тем не отрицала, что действительно к ней племянница приезжала и оказывала помощь и до заключения договора и после в том же объеме. Кроме того ей помогала социальный работник и знакомая Елена, которая ей покупала молочные продукты и иногда ночевала. Все коммунальные услуги за квартиру она оплачивала из своих средств, возмущалась пропажей личных вещей, в исчезновении и подмене которых без представления доказательств обвиняла ответчицу.

Представитель истицы по доверенности ФИО1, ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, об обстоятельствах взаимоотношений с племянницей и обстоятельствах заключения договора, им известно со слов ФИО6 При этом полностью поддержали доводы исковых требований, изложенные в заявлении. Считают, что истице не известно было о природе и характере заключенного договора, её намерение было заключение договора для осуществления ухода в силу возраста и наличия болезней, она в нем нуждалась. Договор она не читала и не подписывала. Они не могут не доверять истице, которая отрицает, что она проходила какое- то освидетельствования, она это отрицает. Она была уверена, что заключила такой договор, по условиям которого ФИО3 будет осуществлять уход за ней до смерти. Договор действительно был заключен нотариусом, но нотариус и ФИО3 вдвоем обсуждали предмет и детали заключаемой сделки в её отсутствие, после чего её попросили подписать какие-то документы, какие именно она не знает, в связи с тем, что является инвалидом первой группы, зрение плохое, ничего не видит, а также плохо слышит. Подпись при этом ставила социальный работник ФИО7. После заключения договора дарения, она осталась проживать в квартире, оплачивать коммунальные услуги, а потому полагает, не состоялась передача дара ФИО3, тем считают договор дарения ничтожным и стороны подлежат возвращению в первоначальное положение и восстановлено право собственности на истицу.

Ответчица ФИО3, представитель по доверенности исковые требования не признали, считают, что ответчицей не представлено каких-либо доказательств того, что она заблуждалась относительно природы и существа заключаемого договора и не могла осознавать всех обстоятельств совершаемой сделки. Истица является её родной тетей. После того, как дочь, её ФИО3 приехала в Самару для поступления в медицинский институт, она приехала вместе с ней. В Самаре они для дочери купили квартиру, где та и проживала, а она приезжала к ней, так как экзамены были очень тяжелые и ей было тяжело адаптироваться в городских условиях. Поскольку она сама часто была в Самаре, приезжая из Сергиевского района, стала навещать свою тетю, которая проживала одна, так как давно у неё испортились отношения с семьей дочери и она не поддерживала с ней связь. Бывала у тети раз в неделю, производила уборку, стирала, покупала необходимые продукты, готовила, оказывала ту помощь, о которой её просила тетя. Все это она делала безвозмездно, так как они родственники, также два раза в неделю к тете приходил социальный работник, какая- то знакомая Елена покупала по просьбе тети деревенское молоко. Через несколько лет в 2015 году тетя сама выразила желание подарить ей, ФИО3, квартиру, она её об этом не просила. В жилье не нуждалась, тетя объясняла тем, что у неё никого нет и эта благодарность ей за её внимание к ней. Она попросила её свозить к нотариусу, она её свозила, там с тетей беседовал нотариус. После этого она от своего желания не отказалась. Нотариус попросила представить справку от психиатров, а также чтоб был человек в качестве рукоприкладчика, так как у тети плохое зрение. Принимая во внимание возраст тети, её недостаток со зрением она предложила пройти психолого-психиатрическое обследование, на что та согласилась и лично обратилась с данным заявлением о прохождении этого обследования. Данным заключением установлено, что она, ФИО6 на момент освидетельствования не имела психиатрического расстройства, может правильно оценивать и осмысливать юридически значимую ситуацию, критически её оценивать, а также прогнозировать последствия своего решения, осознанно и независимо регулировать свое поведение и действия, направленные на совершение гражданско-правовой сделки. Также в рамках данного обследования, она наоборот поясняла о своем намерение именно заключить договор дарения. Тем самым её воля направлена именно на совершение договора дарения и передаче ей, ФИО3 безвозмездно спорной квартиры. Никаких обещаний, выдвижение условий перед заключением договора не имело место. Её внимание к тете, помощь и уход, как были до заключения договора, так и оставались ею предоставлялись безвозмездно. После оформления договора, она зарегистрировала своё право собственности, заплатила налоги, приезжала в квартиру раз в неделю, следила за ней, убиралась, квартиру продавать никогда не намеревалась и ей в этом необходимости не было, так как она проживает и работает в Сергиевском районе, а в Самаре есть квартира, в которой также живет дочь. Доводы истицы о том, что она собиралась её выселять надуманны, это связано с влиянием появившегося внука и знакомых. Это она поняла уже сейчас, до этого момента тетя изменила к ней отношение, придиралась, высказывала какие –то надуманные претензии по пропаже её вещей, которые ей вообще не нужны, что считает абсурдным. Лицевой счет она действительно не меняла, так как в этом не было необходимости, жила в квартире тетя, так и оставили, чтоб не нарушать сложившейся у неё порядок, деньги за оплату она передавала, а оплачивала социальный работник. Считает, что в настоящее время на тетю оказывают влияние, она обеспокоена, что та может остаться без жилья. 

Третье лицо нотариус 

<

данные изъяты> пояснила, что исковые требования не обоснованы. Она при исполнении своих обязанностей нотариуса, очень внимательно относится к оформлению пожилыми людьми договоров дарения, так как дорожит своей лицензией, а также они несут гражданско-правовую и уголовную ответственность за составление документов. Данную истицу она хорошо помнит, так как с ней встречалась дважды, очень долго беседовала с ней одной, разъясняла последствия оформления договора дарения и отговаривала, рассказывала о возможности оформления договора ренты или завещания. Однако напротив она с полным пониманием, выражала желание оформление квартиры племяннице именно в дар, поясняя при этом, что у неё есть родственники, с которыми она не общается и могут впоследствии оспаривать договора, а договор дарения оспаривать тяжелее. Также с её слов известно, что она дарит своей племяннице, так как нуждается в её внимание, которая та оказывает, а речь об уходе не шла. Зная о её проблемах со зрением, на сделку было рекомендовано пригласить кого-нибудь в качестве рукоприкладчика, так как в договоре следует ставить не только подпись, а полностью расшифровку фамилии, имя и отчества. Также просила представить справку из психдиспансера о том, что она не состоит на учете. Когда стороны пришли на сделку, она вновь принимала истицу в своем кабинете, где еще раз разъяснила все условия и последствия оформления договора дарения, ФИО6 выразила твердое желание оформить квартиру в дар, с этой целью по её просьбе были подготовлены договор дарения, доверенность от её имени на осуществление регистрации квартиры, данные документы были ей прочитаны вслух, с ними она согласилась и попросила подписать, приглашенную ею, как она поняла социального работника. Перед сделкой стороны по своему желанию еще представили психолого-психиатрическое обследование.

Третье лицо Управление Росреестра по Самарской области не явились, извещены надлежаще, возражений не представили. 

Заслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела : том №1-выписка из ЕГРП на ООО « Сурков и Партнёры» (л.д.16-27);доверенность на ООО «Сурков- Партнеры»(л.д.28); паспортные данные на имя истицы со сведениями о регистрации (л.д.29-30); справка об инвалидности (л.д.32-33); удостоверение ветерана ВОВ на имя истицы (л.д.34); свидетельство о регистрации права собственности от ДД.ММ.ГГГГ года спорной квартиры на имя ФИО6 (л.д.35); договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.36-37); свидетельство о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.38); сведения Самарского психиатрического диспансера об отсутствии сведения о нахождении истицы на учете от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.63-64); доверенность ответчика представителю (л.д.67); заключение врачебной психиатрической комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ по первичному психиатрическому освидетельствованию ФИО6 (л.д.68-69)(т.3 –л.д.49-50); сведения пенсионного фонда об индивидуальном счете ФИО3(л.д.83-86); выписка из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ года со сведениями о собственниках квартиры (л.д.87-89); выписка из ЕГРП о переходе прав собственности (л.д.90-91); копии документов, представленных нотариусом по сделке дарения (л.д.96-103); карточка лицевого счета на ФИО6 (л.д.115); справка о зарегистрированных лицах в квартире (л.д.116);характеристика на ФИО6 (л.д.117); копия свидетельства от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности на имя ФИО3 и К.В. о приобретении квартиры в 

<

адрес> (л.д.118); копии документов об оплате ФИО3 налога с имущества (л.д.119-131) квитанции по оплате начисленных коммунальных платежей (л.д.132-250); том 2. (л.д.1-246), том 3- документы психиатрического диспансера от ДД.ММ.ГГГГ об обращении ФИО6 за выдачей справки для нотариуса (л.д.29-32); заявление ФИО6 главному врачу психдиспансера о проведении обследования от ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.51) ; копия реестра № регистрации нотариальных действий от ДД.ММ.ГГГГ в части регистрации договора дарения и доверенности (л.д.52-54); договор № от ДД.ММ.ГГГГ года о предоставлении платных услуг (л.д.56); медицинская карта ГБУЗ СО « Самарской городской поликлиники № Железнодорожного района» №, суд полагает исковые требования удовлетворению не подлежат.

Как следует из материалов дела, собственником квартиры по адресу 

<

адрес> являлась ФИО5 ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 заключила договор дарения указанной квартиры со своей племянницей ФИО3 Данный договор удостоверен нотариусом ФИО8, о чем внесена запись в реестровую книгу за № от ДД.ММ.ГГГГ

Указанные обстоятельства подтверждаются договором дарения, свидетельством о государственной регистрации права, выпиской из ЕГРП ответом нотариуса. 

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам. Согласно ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно, объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п.1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

- сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

-сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются существенными;

-сторона заблуждается в отношении природы сделки;

-сторона заблуждается в отношении лица, с которым вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой ;

-сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточным существенным для признания сделки недействительной. 

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьими лицами.

В силу установленного правового регулирования граждане свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий в соответствии со ст.1, 421, 434 ГК РФ.

С учетом ст.153 ГК РФ, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны должна быть направлена на достижение определенного правового результата с учетом согласованных и принятых условий договорного обязательства. 

В силу положений ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. 

По условиям договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ года стороны заключили договор о нижеследующем : ФИО5 ФИО22 дарит, а ФИО3 ФИО23 принимает в дар квартиру, назначение : жилое помещение, площадью 

<

данные изъяты> этаж 3, по адресу 

<

адрес>

<

адрес>

Никаких условий данный договор не содержит, зарегистрированных нотариусом в установленном порядке, о чем внесена запись в реестровую книгу, где также проставлена подпись рукоприкладчика по просьбе истицы.

Согласно п.10 договора даритель гарантирует, что заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельства на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для неё кабальной сделкой. 

Тем самым суд считает претензии истицы к ответчице о предоставлении ей не полного и надлежащего ухода, не обоснованы, ответчица не принимала на себя никаких условий, какие-либо другие договора отсутствуют, договор дарения регистрируется и зарегистрирован в данном случае на безвозмездной основе, что отвечает нормам закона.

Факт того, что истица не имела копии данного договора также противоречит условиям договора, в соответствии с п.17договора« настоящий договор составлен в трех экземплярах, один в делах ФИО24, нотариуса гор. Самары, 

<

адрес> два другие передаются сторонам.

Текст договора сторонам прочитан. Юридические последствия совершенной сделки сторонам нотариусом разъяснены. После чего проставлены подписи.

В силу сит.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая заявленные исковые требования по существу, суд приходит к выводу об их необоснованности, поскольку в судебном заседании истицей не было представлено каких-либо доказательств того, что в момент заключения оспариваемой сделки она заблуждалась относительно её природы и подразумевала иной вид договора, не могла отдавать отчет своим действиям, равно как и не было представлено доказательств того, что договор дарения она не подписывала. 

В своих доводах она ссылается на то обстоятельство, что она не была нотариусом осведомлена о существе договора, он ей не был прочитан, она находилась в коридоре при его заключении не присутствовала и подпись в договоре не ставила. 

Данные доводы изложили в судебном заседании свидетель ФИО9 внук истицы, свидетель ФИО10 знакомая ФИО11, которая иногда ночевала у неё и по её просьбе покупала молочные деревенские продукты, которые пояснили, что о событиях заключения договора им известно только со слов истицы, которая жаловалась, что ФИО3 осуществляет плохой уход и сообщила, что хочет продать квартиру. Также пояснила, что она думала, что договор оформила по уходу и квартира отойдет племяннице после её смерти. 

Суд считает, что данные показания не могут свидетельствовать о недействительности заключенной сделки, данные свидетели очевидцами событий, происходивших в 2015 году не были, им события изложила истец, которая заинтересована в исходе дела. 

Вместе с тем, никаких доказательств заблуждения или непонимания природы сделки либо тождества не представлено, в ходе судебного заседания не отрицала факта того, что она была у нотариуса и знала о заключении договора, длительное время до 2018 года никаких возражений не представляла, хотя отношение ответчицы к ней не изменилось, объем оказываемой помощи остался прежним. Сама не отрицала, что при подписании договора она не высказывала каких-либо конкретных обязательств для ответчицы, что также свидетельствует о проявлении ею воли именно на оформление безвозмездной сделки, а именно передачи квартиры в дар.

Суд считает не имеется оснований не доверять пояснениям ответчицы в той части, что проявление внимания, оказание помощи её родной тети обусловлено с её стороны родственными отношениями и не связаны с оформлением договора дарения, данные отношения у них сложились задолго до оформления договора дарения и после регистрации которого остались в том же виде и объеме.

Доводы истицы, изложенные в иске и в судебном заседании опровергаются пояснениями третьего лица нотариуса ФИО8, которая последовательно рассказала о регистрации указанного договора. Поскольку даритель имела нарушения зрения, пожилой возраст, она рекомендовала предоставить справку из психиатрического диспансера, стороны к тому же представили еще и заключение психолого-психиатрического освидетельствования, которым было установлено отсутствие каких-либо психических заболеваний, свидетельствовало о дееспособности истицы, кроме того содержала сведения о твердом намерении лица именно осуществить дарение своей квартиры. Кроме того она дважды встречалась с ФИО6 и объясняла ей все последствия заключаемого договора дарения. Однако она выразила именно желание заключения договора дарения, поясняя при этом, что его тяжелее оспорить, поскольку она обеспокоена поведением своих родственников, с которыми она не поддерживает отношения и боялась, что они будут после её смерти его оспаривать. Договор был подписан рукоприкладчиком в лице социального работника, которой истица выразила доверие подписать договор. 

Данные обстоятельства были подтверждены в судебном заседании, относительно подписания договора по желанию истицы свидетелем ФИО7

Ссылки на то, что в выдаваемых ею доверенности и договоре дарения, составленном ДД.ММ.ГГГГ за нее расписывался рукоприкладчик, не влекут удовлетворения требований истца, поскольку эти обстоятельства сами по себе не указывают ни на то, что в спорном договоре подпись ФИО6 не выражала её волю на передачу квартиры в дар ответчицы, ни на то, что она в момент заключения договора заблуждалась относительно существа, заключаемой сделки.

Свидетель ФИО7 также пояснила, что она была приглашена ФИО11 в нотариальную контору, как рукоприкладчик, где её попросила подписаться за неё в договоре, что она и сделала, в существо она не вникала, этой ней не относится. также пояснила, что от ФИО6 слышала, что она собирается подарить квартиру племяннице. 

Отсутствуют также основания полагать, что истица в момент оформления договора дарения не осознавала характер и последствия совершенной сделки.

В соответствии со ст. 28 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" в случае, если судебная экспертиза производится в добровольном порядке, в государственное судебно-экспертное учреждение должно быть представлено письменное согласие лица подвергнуться судебной экспертизе.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ истица ФИО6 обратилась в Самарский психиатрический диспансер» с заявлением о проведении первичного психиатрического освидетельствования (экспертное исследование), заключение по результатам освидетельствования, которое необходимо ей для осуществления у нотариуса сделки: дарения квартиры. Указала, что заявление по её просьбе написано ФИО3 по её просьбе, так как она в настоящее время собственноручно писать не может по причине слепоты. Подпись проставлена собственноручно, стороной не оспаривалась. 

В связи с её обращением заключен договор № от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении платных услуг, где также собственноручно расписалась.

Из представленного заключения врачебной психиатрической комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ из опросной части также следует, что ФИО11 поясняла, что проживает одна, дочь уехала в 1992 году, проживает отдельно, отношений не поддерживают. В настоящее время приняла решение оформить дарственную на имеющуюся у неё в собственности квартиру племянницу, дочь своей родной сестры. В связи со своим возрастом, перенесенными заболеваниями, для нотариуса потребовалась справка от врачей психиатров о её психическом состоянии, самостоятельно обратилась к психиатру с письменным заболеванием. Заявление написано по её просьбе её племянницей. Прочитано вслух в присутствии членов комиссии, после чего собственноручно подписано. 

Согласно заключения данного освидетельствования установлено, что у ФИО6 на момент настоящего психиатрического освидетельствования нет психического расстройства. Это подтверждается анамнестическими и медицинскими сведениями ( в течение жизни отсутствуют указание на наличие психических нарушений, она работала, создала семью, социально адаптирована, имеет круг общения с налаженными межличностными отношениями), а также результатами настоящего комплексного психолого-психиатрического обследования, свидетельствующими об отсутствии нарушений психической деятельности. ФИО6 может правильно осмысливать и оценивать юридически значимую ситуацию, критически её оценивать, а также прогнозировать последствия своего решения, осознанно и независимо регулировать свое поведение и действия, направленные на совершение гражданско-правовой сделки. 

Допрошенные в судебном заседании врачи в качестве свидетелей –ФИО12 психолог ФИО13, подтвердили факт прохождения ФИО11 психолого-психиатрического освидетельствования, проведенного в соответствии с её личным заявлением и заключенным договором. Данное освидетельствование её было необходимо для подтверждения возможности осуществление гражданско-правовой сделки, а именно дарственной. Процедура данная длительная, проводится с учетом представленной медицинской карты, как они сейчас помнят в соответствии с заключением ФИО11 слепая, то естественно были особенности при психологическом обследовании, а именно вербальным методом. Все выводы соответствуют действительности, так как женщина была адекватная, здоровая, проблем со слухом не было, она воспринимала методику, отвечала на вопросы, лишь имело место в несогласованности окончаний в словах в силу её национальности. 

Также суд полагает не могут быть приняты доводы представителя истца в той части, что сделка совершалась позже, чем имело место обследования истицы. 

Истцом не представлено никаких доказательств, подтверждающих, что к моменту регистрации сделки состояние ФИО6 изменилось настолько, что она не могла сознавать характер своих действий.

Согласно представленной амбулаторной медицинской карты ГБУЗ СО « Самарской городской поликлиники № Железнодорожного района» № следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ истица за медицинской помощью не обращалась, никаких изменений не отмечено. Кроме того в данной же карте отмечено, что с жалобами на слух истица обратилась только ДД.ММ.ГГГГ года. 

Положения вышеназванной ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ конкретизируют один из основных принципов гражданского судопроизводства - принцип осуществления правосудия на основе состязательности и равноправия сторон (ст.12 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 123 Конституции РФ).

В связи с этим, поскольку на недействительность сделки по причине того, что она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, на которые ссылалась ФИО11 в исковом заявлении, следовательно она и должна была представить тому доказательства. Однако таких доказательств истица не представила, что также является основанием для отказа в удовлетворении заявленных ею исковых требований.

Ходатайств о назначении по делу судебной психиатрической экспертизы сторона истца не заявляла, доказательств невозможности заявления такого ходатайства в суде ею не представлялось, представленная медицинская карта, не содержала каких либо сведений об изменении состояния здоровья ФИО11 во время совершения сделки, она длительное время за медицинской помощью не обращалась. 

Факт того, что ответчица приняла в дар квартиру, свидетельствует то, что право собственности зарегистрировано в установленном порядке, оплачивала налоги, сохраняла квартиру в должном состоянии, еженедельно её посещала, проверяла, проводила уборку, предоставила её для проживания ФИО11 

Каждая из сторон утверждала о личном несении расходов по оплате квартплаты, перечисление которых осуществляла социальный работник.

Не исполнение ответчиком обязательства по оплате коммунальных платежей за принадлежащую ей квартиру не может являться основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку не исполнения ответчиком данной обязанности не изменяет природу сделки, а следовательно не доказывает заблуждение истицы относительно данной природы, а лишь влечет для ответчицы, как собственника жилого помещения, обязанного нести бремя содержания принадлежащего ей имущества, возможное возникновение последствий в виде взыскания образовавшейся задолженности, в том числе в судебном порядке. 

Совокупность, изложенных выше доказательств, свидетельствует об отсутствии оснований к удовлетворению исковых требований о признании договора дарения недействительным и применения вытекающих из этого последствий, а потому в иске следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать ФИО5 ФИО25 в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом ФИО8, зарегистрированного в реестре № и применении последствий недействительности сделки. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд в месячный срок с момента изготовления мотивированного решения суда.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ