Судья Набока Е.А. 

Дело № 22К-3405

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 7 июня 2024 года 

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Погадаевой Н.И.,

при ведении протокола помощником судьи Бачуриной С.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференцсвязи апелляционные жалобы подсудимого А. и в его защиту адвоката Антоновой Н.И. на постановление Чайковского городского суда Пермского края от 29 мая 2024 года, которым

А., ** года рождения, уроженцу с. ****, изменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на домашний арест сроком на 2 месяца, то есть до 29 июля 2024 года, с установлением следующих запретов:

выходить за пределы жилого помещения, расположенного по адресу: ****, в котором он проживает, за исключением обращения в учреждения здравоохранения на территории г. Чайковский и Чайковского городского округа Пермского края; 

отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;

общаться со свидетелями по уголовному делу;

использовать любые средства связи, в том числе информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, с возложением на А. обязанности о каждом таком звонке и использовании информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информировать контролирующий орган. 

Изложив содержание постановления, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления подсудимого А. и адвоката Антоновой Н.И. по доводам жалоб, мнение прокурора Семенова К.В., полагавшего постановление судьи оставить без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

в производстве Чайковского городского суда Пермского края с 31 января 2024 года находится уголовное дело А. по обвинению в незаконной рубке лесных насаждений, совершенной в особо крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ. 

13 декабря 2023 года постановлением старшего следователя СО Отдела МВД России по Чайковскому городскому округу А. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая сохранена ему при назначении дела к слушанию. 

29 мая 2024 года в период судебного разбирательства постановлением Чайковского городского суда Пермского края А. изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на домашний арест на 2 месяца с установлением запретов в соответствии с ч. 7 ст. 107 УПК РФ, в том числе на выход за пределы жилого помещения, расположенного по адресу: ****, за исключением обращения в учреждения здравоохранения на территории г. Чайковский и Чайковского городского округа Пермского края. 

В апелляционной жалобе адвокат Антонова Н.И., приводя содержание судебного решения, находит его незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. По мнению защитника, оснований для изменения А. меры пресечения на домашний арест не имелось, а представленное стороной обвинения заявление свидетеля С1. об оказании на него давления со стороны подсудимого вызывает сомнения. При этом отмечает, что заявление свидетеля входящего номера регистрации в органах прокуратуры не имеет, следовательно, суд в основу судебного решения положил неподтвержденную информацию относительно действий, совершенных А. в отношении свидетеля С1. Считает, что представленные суду материалы о нанесении С1. телесных повреждений не доказывают причастность к этому ее подзащитного. Вывод суда о том, что А., находясь на свободе, может воспрепятствовать производству по делу, в том числе путем давления и угроз на свидетелей, считает необоснованным, поскольку судебное следствие и рассмотрение уголовного дела по существу окончено, все доказательства по делу исследованы. Просит постановление суда отменить либо отменить запрет на выход за пределы жилого помещения, установив запрет на выход за пределы территории земельного участка.

В апелляционной жалобе подсудимый А., выражая несогласие с постановлением суда, считает, что суд необоснованно изменил ему меру пресечения на домашний арест. По мнению подсудимого уголовное дело в отношении него сфабриковано сотрудниками полиции на почве личных неприязненных отношений, связанных с его обращением в прокуратуру г.Чайковский Пермского края на незаконные действия сотрудников уголовного розыска, совершенные ими 16 июня 2023 года при производстве следственных мероприятий по его месту жительства, которое для проведения проверки перенаправлено в Следственный комитет, однако решение по нему до сих пор не принято. Учитывая, что все следственные действия по уголовному делу проведены после указанной даты, считает, что свидетели оговорили его из-за жалобы в прокуратуру. Так, об оговоре со стороны С1. ему стало известно от него самого, в телефонном разговоре, состоявшемся 1 ноября 2023 года, запись которого сделана им на сотовый телефон, вследствие чего свидетель не подтвердил первоначальные показания в ходе очной ставки с ним и в судебном заседании, когда у сотрудников полиции отсутствовала возможность оказания на него давления. Подробно излагая и анализируя показания С1., данные в досудебном производстве и в судебном заседании, описывая ход судебного разбирательства по уголовному делу, акцентирует внимание на телефонном разговоре между ним и свидетелем С1. об обстоятельствах дела, состоявшемся 14 мая 2024 года, по результатам которого он по своей инициативе пригласил свидетеля в судебное заседание 17 мая 2024 года для повторного допроса, приехав для этого накануне в с. **** Чернушинского района Пермского края за своей сестрой С2. с целью доставки ее в судебное заседание, предложив проехать с ним и С1., проживающему в том же населенном пункте. Во время поездки свидетель сообщил ему об угрозах в свой адрес со стороны сотрудников полиции и об обстоятельствах его беседы с государственным обвинителем, инструктировавшим его перед допросом в судебном заседании, что было им записано на видеокамеру своего телефона. Утверждает, что содержание заявления С1., приобщенное прокурором в судебном заседании, в котором он просит признать недействительными его показания, данные суду 17 мая 2024 года, не соответствует действительности и не имеет юридической силы, поскольку в прокуратуре это заявление не зарегистрировано, проверка по нему правоохранительными органами в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ не проводилась, в проведении психофизиологической судебной экспертизы в отношении данного свидетеля с целью выяснения обстоятельств написания заявления и почерковедческой экспертизы ему судом отказано. Наличие у него аудио и видеозаписей, сделанных им на свой телефон при общении со свидетелем С1., подтверждающих отсутствие с его стороны давления, оставлены судом без внимания. Со слов сестры С2. об обстоятельствах получения С1. травм 20 мая 2024 года ему стало известно, что его избили неустановленные лица, которые фамилию А. не называли и о знакомстве с ним не спрашивали, в связи с чем изложенную в объяснении С1. информацию о связи избиения с ним считает недостоверной, сфабрикованной сотрудниками полиции, которые передвигались на автомобиле, похожем по описанию С1. на автомобиль с лицами, подвергшими его избиению. Считает, что подача заявления С1. об оказании, якобы, на него психологического давления и факт нанесения ему побоев сделаны стороной обвинения предумышленно с целью изменения ему меры пресечения и оказания таким способом психологического давления на него. Обращает внимание, что его общение со свидетелями С1. и Г. фиксировалось на камеру телефона, чтобы исключить возможность обвинения его в оказании давления на свидетелей, а телефонные переговоры записывались специальной программой и сохранены в памяти сотового телефона, однако заявленные им ходатайства о приобщении данных видео и аудиоматериалов к делу и проведение судебной экспертизы на отсутствие признаков монтажа или иных изменений оставлены судом без удовлетворения. Считает, что факта давления на свидетеля С1. в целях воспрепятствования осуществлению правосудия не установлено, а с Г. общался только по поводу рубки деревьев, выделенных ему уже в 2023 году. Кроме того, просит учесть, что проживает в сельской местности в частном доме с приусадебным участком, туалет и баня находятся на огороженной территории его земельного участка, но в связи с запретом выхода за пределы жилого помещения он не имеет возможности проведения гигиенических процедур. Обращает внимание, что судебное следствие закончено, суд перешел в стадию подготовки к судебным прениям, в связи с чем изменение меры пресечения считает нецелесообразным и расценивает это как психологическое давление на него, чтобы он не мог подготовиться к прениям по уголовному делу в нормальных условиях. Просит отменить постановление, сохранить меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении либо отменить запрет на выход за пределы жилого помещения, установив запрет на выход за пределы территории земельного участка по месту его жительства.

Проверив материалы дела, выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и ст. 99 УПК РФ.

При разрешении вопроса об изменении А. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на более строгую судом первой инстанции требования закона соблюдены, решение принято в соответствии с обстоятельствами, о которых стало известно в период судебного разбирательства по уголовному делу, и для создания условий, обеспечивающих рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции по существу.

Как видно из представленных материалов, А. обвиняется в совершении умышленного тяжкого преступления, максимальное наказание за которое предусмотрено до 7 лет лишения свободы, при этом он нарушил меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, данной 13 декабря 2023 года, при избрании которой обязался не покидать место жительства по адресу **** без разрешения следователя и суда, в назначенный срок являться по вызовам суда, а также иным путем не препятствовать производству по делу, которому разъяснялось, что при нарушении данных обязательств к нему может быть применена более строгая мера пресечения (л.д. 3).

Как было установлено судом первой инстанции, несмотря на требования уголовно-процессуального закона, предъявляемые к поведению лица, в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, подсудимый выехал за пределы Чайковского городского округа по месту проживания свидетелей обвинения С1. и Г. в с. ****, где разыскал С1., преследуя которого, просил об изменении им уличающих его – А. показаний в свою пользу, инициировал повторный допрос свидетеля в судебном заседании 17 мая 2024 года, дав ему предварительно указания о содержании показаний, которые помогут избежать ему (А.) наказание за инкриминируемое деяние, с фиксацией их на свой сотовый телефон, о чем свидетельствует заявление последнего, сделанное 17 мая 2024 года на имя прокурора г. Чайковского, а также материалы КУСП № ** от 20 мая 2024 года по факту причинения телесных повреждений неустановленными лицами С1., содержащие его объяснения, позволяющие сделать вывод о взаимосвязи данного события с уголовным делом в отношении А. (л.д.16-23).

Вместе с тем подобное поведение подсудимого справедливо расценено судом, как свидетельствующее о нарушении избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Вопреки утверждению стороны защиты, заявление С1. от 17 мая 2024 года представлено в судебном заседании государственным обвинителем Курниковым С.А. с визой заместителя прокурора г. Чайковского Суслова А.А. для приобщении к уголовному делу, с личного приема свидетеля прокурором, как и материалы КУСП № ** от 20 мая 2024 года, которые заверены печатью Чайковской городской прокуратуры, их достоверность сомнений не вызывает, несмотря на отсутствие данных о регистрации, и показания свидетеля защиты С2., допрошенной в суде апелляционной инстанции, не подтверждают обратное, учитывая ее заинтересованность в судьбе подсудимого в силу их родственных отношений как брата и сестры.

Ссылка С2. и подсудимого А. на аудио и видео-фиксацию объяснений С1., полученных ими непроцессуальным путем, не влияет на правильность оценки документов, представленных государственным обвинителем в подтверждение оказания давления на свидетеля, и основанием для производства их экспертных исследований не является. Проведение психофизиологического исследования на полиграфе показаний свидетеля С1. для оценки их достоверности действующим законодательством не регламентировано, не отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам, предусмотренным ст. 74 УПК РФ, а оценка доказательств отнесена к исключительной компетенции суда, в связи с чем такое заключение доказательственного значения иметь не может.

Вопреки доводам жалоб, ходатайство государственного обвинителя об изменении А. меры пресечения рассмотрено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Из протокола судебного заседания следует, что сторонам созданы все необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в установленном порядке, принятые по ним решения являются правильными.

Решение об изменении А. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на более строгую принято в соответствии с обстоятельствами, о которых стало известно в период судебного разбирательства по уголовному делу, для обеспечения выполнения задач уголовного судопроизводства на данной стадии, охраны прав и законных интересов всех участников процесса и создания условий, обеспечивающих окончание рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции по существу.

Тот факт, что судебное следствие и исследование доказательств по делу закончено, не исключает риска воспрепятствования подсудимым производству по уголовному делу, находящемуся на завершающей стадии – стадии судебных дополнений, в которой одним из оснований для применения меры пресечения может являться необходимость обеспечения исполнения приговора.

Доводы подсудимого об оговоре его в совершении инкриминируемого деяния свидетелями, в частности С1. и Г. и недопустимости их показаний, касаются оценки доказательств по существу рассматриваемого уголовного дела, а потому предметом рассмотрения при решении вопроса о мере пресечения являться не могут.

Судебное решение в отношении А. соответствует объективным данным, содержащимся в представленных материалах, и принято с соблюдением закона. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену данного постановления, не имеется.

Вместе с тем, по смыслу закона, домашний арест заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя, либо на иных законных основаниях, с установлением запретов, предусмотренных пп. 3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, и осуществлением за ним контроля. Установление иных запретов, равно как и исключений из требования об изоляции подозреваемого (обвиняемого) от общества в жилом помещении, законом не предусмотрено.

Таким образом, избрание домашнего ареста допустимо лишь в тех случаях, когда для обеспечения надлежащего поведения подозреваемого (обвиняемого) и нейтрализации совершения им действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, требуется полная изоляция его от общества в занимаемом жилом помещении. При этом вывод о достаточности для этих целей частичной изоляции свидетельствует о возможности применения к подозреваемому (обвиняемому) более мягкой меры пресечения.

Данные положения не были в полной мере учтены судом при вынесении обжалуемого постановления.

Избирая А. меру пресечения в виде домашнего ареста, суд вместе с тем посчитал возможным для предупреждения действий, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, не применять полной изоляции подсудимого от общества в жилом помещении, что составляет основу данной меры пресечения, и фактически разрешил ему покидать жилое помещение для посещения учреждений здравоохранения на территории г. Чайковского и Чайковского городского округа Пермского края.

Однако при наличии ходатайства прокурора об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и отсутствии апелляционного представления суд апелляционной инстанции не вправе исключить запрет выходить за пределы жилого помещения. 

В тоже время указанные процессуальные нарушения являются существенными и влекут за собой изменение судебного решения.

Учитывая, что А. не судим, имеет постоянное место жительства и стабильный доход в виде пенсии, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что его надлежащее поведение может быть обеспечено путем применения к нему запрета определенных действий с установлением запретов выходить за пределы жилого помещения в определенное время, общаться с представителем потерпевшего и свидетелями, кроме близких родственников, круг которых определен законом, использовать средства связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», но не более мягкой меры пресечения – в виде подписки о невыезде, условия которой им нарушены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Чайковского городского суда Пермского края от 29 мая 2024 года в отношении А. изменить:

избрать подсудимому А. меру пресечения в виде запрета определенных действий, возложив обязанность своевременно являться по вызовам в суд. 

Установить запреты: 

выходить за пределы жилого помещения по адресу: **** в период с 19.00 до 06.00 часов на срок 2 месяца, то есть до29 июля 2024 года;

общаться с представителем потерпевшего и свидетелями по уголовному делу, кроме близких родственников, круг которых определен законом;

использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования Интернет-ресурсов российских органов власти и суда, Интернет-ресурсов в сфере банковских услуг, а также телефонной связи в целях вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с судом и контролирующим органом, с допущенным к участию в деле адвокатом, близкими родственниками, возложив на А. обязанность информировать контролирующий орган о каждом таком звонке и использовании информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Контроль за соблюдением А. установленных запретов возложить на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

В остальном постановление оставить без изменения, а апелляционные жалобы подсудимого А. и адвоката Антоновой Н.И. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий: /подпись/.