Санкт-Петербургский городской суд

Рег. № 22-8759/2025 

Дело № 1-23/2024 Судья: Матвеева О.М.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 25 ноября 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего - судьи Васюкова В.В., 

судей: Максименко Ю.Ю., Сафоновой Ю.Ю.,

с участием:

ст. прокурора отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга Денищица Е.А.,

осуждённого ФИО1,

защитника – адвоката Радзевичус С.Н., 

при секретаре Санжижаповой А.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление старшего помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО2 и апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 с дополнениями к ней и адвоката Радзевичус С.Н. с дополнениями к ней на приговор Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 01 июля 2024 года, которым

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин 

<

...>, имеющий высшее образование, холостой, имеющий несовершеннолетнего ребенка 

<

дата> года рождения, трудоустроенный в должности 

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимый,

Осуждён 

по ч.3 ст. 159 УК РФ, к наказанию виде лишения свободы на срок три года, со штрафом в доход государства в размере в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей. 

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком два года.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности: не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, куда являться не реже одного раза в месяц на регистрацию.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлению приговора в законную силу.

Судом первой инстанции также разрешена судьба вещественных доказательств и вопрос процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Васюкова В.В., доводы прокурора Денищица Е.А., поддержавшего апелляционное представление, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, доводы осуждённого ФИО1 и его защитника - адвоката Радзевичус С.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, Судебная коллегия, 

УСТАНОВИЛА:

Органом предварительного расследования ФИО3 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст. 290 УК РФ, а именно, в совершении получения взятки, то есть получения должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, в крупном размере.

Приговором Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга 01 июля 2024 года ФИО1 осужден за совершение мошенничества, совершенного лицом с использованием своего служебного положения.

Дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства.

В апелляционном представлении с учётом дополнений к нему старший помощник прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО2 просит приговор Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 01.07.2024 в отношении ФИО1 отменить, квалифицировать действия ФИО1 по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, назначить ФИО1 к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет, со штрафом в размере 5 000 000 рублей в доход государства, с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере оказания образовательных услуг на срок 6 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, избрать осуждённому меру пресечения в виде заключения под стражу. В остальной части государственный обвинитель просит оставить приговор без изменения.

Государственный обвинитель полагает, что при постановлении приговора судом допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела, исказившие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, поскольку судом неверно квалифицированы действия ФИО1 по ч. 3 ст. 159 УК РФ, а также в нарушение требований ст. 43 УК РФ осужденному назначено несправедливое вследствие чрезмерной мягкости наказание, не отвечающее характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления, данным о его личности.

В ходе следствия было установлено, что ФИО1, занимая должность директора института физической культуры и спорта ФГБОУ ВПО «РГПУ им. А.И. Герцена», в период времени с 14.07.2017 по 03.08.2017, находясь на территории г. Санкт-Петербурга, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью личного материального обогащения получал взятку в виде денег на общую сумму в размере не менее 200 000 рублей за обеспечение беспрепятственного зачисления на обучение в указанный институт С.К., С.О., Ш.А., и последующее их прохождение обучения.

Данное преступление имеет высокую общественную опасность, относится к коррупционной направленности. Обвинение ФИО1 в совершении указанного преступления обоснованно, подтверждается собранными по делу доказательствами и должно быть квалифицировано по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Государственный обвинитель полагает, что виновность ФИО1, а также наличие в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, подтверждаются собранными в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Прокурор считает, что выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, не мотивированы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на ст. 6, ч. 2 ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ, п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», полагает назначенное ФИО1 наказание несправедливым.

Указывает на неверное применений судом ч. 1 ст. 73 УК РФ.

При постановлении приговора суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, однако прокурор полагает, что суд необоснованно назначил его с применением ст. 73 УК РФ.

Полагает, что все учтенные судом данные о личности ФИО1 являются его социально-демографическими и нравственно-психологическими свойствами, наличие которых не повлияло на формирование моральных качеств, не позволивших ему преступить закон, совершить особо тяжкое умышленное преступление коррупционной направленности, представляющее повышенную общественную опасность.

Указывает, что в приговоре суд не привел достаточно убедительных мотивов, на основании которых пришел к выводу о наличии обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и позволяющих сделать вывод о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительном учреждении, что привело к необоснованному применению положений ст. 73 УК РФ, то есть к назначению ФИО1 несправедливого вследствие чрезмерной мягкости наказания, не соответствующего характеру и степени общественной опасности совершенного преступления.

Полагает, что вынесенным приговором в нарушение положений ст.ст. 6, 43 УК РФ социальная справедливость не восстановлена, так как назначенное наказание не будет служить исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений, оставит у него чувство безнаказанности, в связи с чем его исправление возможно только при реальном отбывании наказания в виде лишения свободы.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 просит приговор Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 01 июля 2024 года в отношении него отменить, принять законное судебное решение об отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ.

Обжалуемый приговор ФИО1 считает незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда о его виновности не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела, а поэтому подлежащим отмене, а также в связи с неправильным применением уголовного закона, по следующим основаниям.

Суд самостоятельно сформулировал иное обвинение, которое не было предложено государственным обвинителем и против которого ФИО1 не защищался, грубо нарушив тем самым его конституционное право на защиту против обвинения, которое не было предъявлено. Суд сделал вывод о наличии в действиях ФИО1 состава мошенничества, несмотря на отсутствие установленных признаков субъективной стороны преступления. 

Суд первой инстанции, вопреки необходимости всесторонне, полно и объективно исследовать все представленные доказательства и доводы, не вникая в фактические обстоятельства произошедшего события, должным образом не оценил и не подверг судебной проверке и оценке показания свидетелей, письменные доказательства, необоснованно пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ.

Суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда о наличии в действиях ФИО1 признаков субъективной и объективной стороны преступления и наличия события преступления как такового.

Суд первой инстанции, вопреки необходимости всесторонне, полно и объективно исследовать все представленные доказательства и доводы, не вникая в фактические обстоятельства произошедшего события, должным образом не оценил и не подверг судебной проверке и оценке показания свидетелей обвинения и защиты, письменные доказательства, формально скопировал в приговор из обвинительного заключения, при отсутствии в действиях ФИО1 состава получения взятки, необоснованно пришел к выводу о наличии в действиях осуждённого иного состава преступления - мошенничества, которое он не совершал.

В обжалуемом приговоре суд привел доказательства без их оценки, в точной копии с обвинительным заключением.

Несмотря на длительные сроки рассмотрения дела и вручения осуждённому копии приговора, приговор в части перечня и содержания письменных доказательств, а также показаний допрошенных в суде и оглашенных протоколов допросов свидетелей, скопирован в точном совпадении из обвинительного заключения, без учета результатов проведенного судебного разбирательства, с сохранением речевых оборотов следователя, в той же последовательности предложений, слов, знаков препинания, с теми же орфографическими и пунктуационными ошибками, что противоречит п.8 Постановления Пленума ВС РФ №55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре».

Приведение в приговоре перечня доказательств из обвинительного заключения свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции об установлении фактических обстоятельств деяния заранее предрешены выводами органа предварительного расследования.

Подтверждением факта технического переноса (не перепечатывания, а именно переноса с электронных носителей) перечня письменных доказательств в приговор является перечисление письменных доказательств в том же порядке и том же объеме их содержания, что и в обвинительном заключении, в то время как государственным обвинителем, согласно протоколов судебных заседаний, были оглашены письменные доказательства 14.12.2021- из тома 1 уголовного дела. 13.01.2022 - из томов 2 и 3.

При этом государственным обвинителем письменные доказательства оглашены из томов уголовного дела в ином объеме и количестве, нежели чем в приговоре. Суд не привел мотивов, по которым положил в основу приговора только те доказательства, которые включены следователем в обвинительное заключение, а иные, оглашенные прокурором, а также представленные защитой, отверг. 

В силу положений статьи 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. В нарушение указанной нормы закона, в судебном заседании содержание письменных доказательств в таком объеме, в каком они изложены в приговоре судом, государственным обвинителем не оглашались и не исследовались, что подтверждается аудиопротоколами судебного заседания.

Показания подсудимого в приговоре приведены с существенным искажением их содержания и не в соответствии с фактически данными в суде показаниями.

В судебном заседании суда первой инстанции, как и в ходе расследования по делу, ФИО1, не признавая вину в инкриминируемом преступлении, но не оспаривая факта получения денежных средств, по обстоятельствам дела пояснил, что действительно, обращался к Б.И., просил оказать помощь в виде покупки компьютера для нужд института, которая в последующем предложила оказать спонсорскую помощь в виде денежных средств и самим приобрести оргтехнику. Условия об оказании кому-либо содействия в поступлении в институт не обговаривались, какие-либо требования и угрозы не высказывались. Речь шла о добровольном оказании помощи.

Свою просьбу об оказании институту спонсорской помощи ФИО1 адресовал Б.И., так как, будучи тренером сборной команды по художественной гимнастике, она имела профессиональные отношения с Федерацией по художественной гимнастике. О том, что такую просьбу она адресовала не Федерации спорта, а тренерам спортивной школы г.Иваново и родителям абитуриентов, ФИО1 не знал, сведениями о лицах, от которых поступили средства (при участии Б.И.) не обладал, Б.И. об этом не сообщала. Обращение к тренерам Ивановской спортшколы, а последних- к родителям абитуриентов, являлось личной инициативой Б.И., не согласованной с ФИО4.

ФИО1 обращался к Б.И. с просьбой приобрести для учебного процесса компьютер, но Б.И. сообщила о переводе средств. К моменту получения средств, когда Университетом должен был быть разрешён, но не был решен вопрос о выделении финансирования на питание студентов при прохождении в июле обязательной практики с выездом и проживанием студентов на базе в Ленинградской области, ФИО1 израсходовал полученные средства на нужды указанного процесса - при отсутствии у Университета заключенного договора на оказание услуг по питанию, принял меры для найма повара на период проведения выездной практики, и полученные средства израсходовал на приобретение продуктов и оплату услуг повара и другие текущие расходы (в т.ч. приобретение медикаментов), обусловленные объективной необходимостью, при этом финансирование за счет бюджетных средств на эти цели не выделялось.

Вопрос финансирования практики РГПУ им. А.И. Герцена в части касающейся организации питания не был решен по неоднократным обращениям ФИО1, средства на оплату повара и продуктов питания не были выделены. Проведение практики было обязательным, и ФИО1, как директор института, нес должностную ответственность за ее организацию. Никакие действия за полученные средства в пользу родителей студентов (в том числе при отсутствии у ФИО1 вообще информации о лицах, оказавших спонсорскую помощь), не были обусловлены и осуждённым не выполнялись. Никаких корыстных намерений на личное обогащение осуждённый не имел.

Показания, данные правдиво и подробно в судебном заседании 03.06.2024, 21.06.2024, 01.07.2024, изложены в протоколе судебного заседания с большими искажениями их фактического содержания. В период с 03.07.2024 и на дату подачи настоящей апелляционной жалобы (основной) аудиозаписи к протоколам судебного заседания не представлены. Из материалов уголовного дела следует, что на даты допросов 03.06.2024 и 21.06.2024 аудиозаписи заседаний вообще отсутствуют, что подтверждается некими актами о сбоях в работе компьютера секретаря, ввиду чего осуждённый лишен возможности оспорить не только изложенные в приговоре его показания, но и их содержание в протоколах судебного заседания.

Осуждённый просит судебную коллегию ознакомиться с его показаниями, поскольку их изложение в приговоре приведено не в соответствии с протоколом судебного заседания, их содержание в приговоре существенно искажено судом, при этом сведения о значимых для справедливого разрешения дела обстоятельствах из его показаний судом не приведены.

Одновременно судом не приведена и та часть показаний, которая соответствует по фактическим обстоятельствам показаниям свидетелей и не противоречит им, а в совокупности с оглашенными свидетельскими показаниями тренеров спортшколы, представителей абитуриентов, допрошенных в суде свидетелей - студенток по обстоятельствам обвинения позволяли суду прийти к выводу об отсутствии в действиях осуждённого состава взятки либо мошенничества.

Не приняв показания подсудимого за достоверные, суд не привел доказательств, которые бы опровергали такие показания, как не привел и доказательства, их подтверждающие.

Указанное нарушает п.11 Постановления Пленума ВС РФ №55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре», в соответствии с которым в приговоре отражается отношение подсудимого к предъявленному обвинению и дается оценка доводам, приведенным им в свою защиту.

Суд не дал оценки показаниям осуждённого о том, что деньги были получены и потрачены не на личные нужды должностного лица, а как спонсорская (материальная) помощь, на нужды учреждения, с позиции их соответствия показаниям тренеров, родителей - представителей абитуриентов, которые показали, что обращение тренера института Б.И. содержало просьбу оказать помощь институту и не содержало обещаний благоприятных последствий при сдаче экзаменов абитуриентками. Никто из допрошенных свидетелей не сообщил, что ими высказывались просьбы о помощи в поступлении в институт, с другой стороны, никто такой помощи не предлагал. Никакие действия в интересах студенток не обговаривались. Все допрошенные лица сообщили о переводе ими средств для помощи институту.

Суд не привел в приговоре доказательства, которые с достаточной убедительностью опровергали бы данные осуждённым показания об отсутствии корыстных намерений и о получении спонсорских средств и расходовании их на нужды института.

При этом, суд, без приведения таких опровергающих доказательств, пришел к голословному выводу: «к показаниям подсудимого суд относится критически и расценивает их как попытку избежать ответственности за содеянное», уклонившись от анализа исследованных доказательств, которые, напротив, подтверждали показания осуждённого.

Сам факт получения ФИО1 средств не свидетельствует о наличии в его действиях корыстного мотива. Указание в описательной части приговора на наличие у него «цели незаконного личного обогащения», судом не проверялось и не нашло своего подтверждения исследованными доказательствами.

Стороной обвинения не представлено и судом не получено сведений об обращении полученных в качестве благотворительности денежных средств на личные нужды.

Напротив, в суде были допрошены свидетели, подтверждающие показания об организации питания студентов на практике и расходовании средств на эти нужды, - С.Я. и К.С.

Свидетель М.О., будучи допрошенной в суде 12.02.2024, показала, в 2017 году ФИО1 высказывал желание купить на кафедру компьютер и говорил о поиске спонсоров, она высказала намерение помочь. Летом 2017 года, перед тем, как на ее счет поступили средства, ФИО4 сообщил, что РГПУ не выделил средства на практику, а именно имелись проблемы с оплатой питания на практике. Такая проблема существовала регулярно. Предыдущий директор института, например, для этих целей выписывал преподавателям премии, на которые организовывали питание. Перевела средства ФИО4, который позже говорил, что использовал средства для питания на базе практики.

В приговоре данные в судебном заседании показания свидетелей С.Я., К.С., М.О. не приведены и остались без оценки суда, хотя такие доказательства имели существенное значение для вывода суда об отсутствии в действиях осуждённого состава хищения, поскольку такие показания подтверждали позицию осуждённого о расходовании полученных средств на нужды института, при отсутствии у него корыстных желаний распорядиться средствами в своих интересах

С учетом принципа судопроизводства и положений ст.14 УПК РФ о том, что обвиняемый не должен доказывать свою невиновность, его показания подлежали проверке стороной обвинения.

Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения, однако государственный обвинитель, не принимая никаких действий по проверке показаний осуждённого, фактически устранилась от их опровержения в условиях принципа состязательности судебного процесса, а в прениях высказала позицию, что доводы ФИО1 о том, что он не тратил денежные средства на личные нужды, являются голословными и не подтвержденными.

Оценив показания осуждённого как голословные, обвинитель в свою очередь в итоговой речи не привела доказательств, опровергающих его позицию об использовании денежных средств, поступивших от представителей С., Ш. и С. для обеспечения деятельности летнего выездного лагеря студентов при проведении практики, а именно для организации питания.

Одним из способов проверки показаний о финансировании питания студентов за счет полученных спонсорских средств и не выделения на эти цели средств Университетом, было бы направление стороной обвинения запроса в Университет. Проявив процессуальное бездействие, при заявлении защитником ходатайства о направлении такого запроса в учебное заведение, обвинитель активно возражала, и такие необоснованные возражения были приняты судом, а в получении сведений из Университета по ходатайству защиты судом было немотивированно отказано.

Вместе с тем, в итоговом решении суд, заняв сторону обвинения, немотивированно и бездоказательно повторил вывод обвинения о том, что ФИО1 полученные денежные средства потратил на свои личные нужды. Такой вывод не основан на исследованных доказательствах и носит характер предположения.

Обвинительный приговор не может быть построен на предположениях, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу. При этом в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся формы вины, степени и характера участия в совершении преступления. Такие основополагающие принципы уголовного закона судом первой инстанции не соблюдены, а их нарушение является существенным основанием для отмены обжалуемого приговора и прекращении уголовного дела.

Таким образом, по результатам судебного рассмотрения дела, не согласившись с квалификацией действий ФИО1 по ст.290 УК РФ, при отсутствии подтвержденных сведений о личном обогащении ФИО1, суд, не принял обоснованное решение об отсутствии в действиях осуждённого состава преступления, а прибегнул к новой конструкции обвинения по статье 159 УК РФ с неясными формулировками о совершенном ФИО1 обмане и невозможности осуществить действия в интересах студенток по их поступлению в институт. Представители студенток, а также сами студентки не сообщили в своих показаниях такие сведения, которые бы позволили суду прийти к таким выводам о введении кого-либо в заблуждение относительно обещаний оказать содействие кому-либо в поступлении. Студентки сообщили суду об отсутствии такой необходимости, их представители - вообще не осведомлены о таких условиях, поскольку перевели средства на хозяйственные нужды института.

Ключевой свидетель обвинения- Б.И. в судебном заседании не допрошена. Ее показания, данные на стадии предварительного расследования, 20.05.2024 оглашены в порядке п.3 и п.5 ч.2 ст.281 УПК РФ по мотивам не установления местонахождения свидетеля, по ходатайству государственного обвинителя, при наличии возражений подсудимого и защитников.

Оглашенные в нарушение п. 2.1 ст.281 УПК РФ показания свидетеля Б.И. положены в основу обжалуемого приговора. На стадии предварительного расследования подсудимому не были предоставлены возможности оспорить показания Б.И.

Стороной обвинения за 2,5 года судебного разбирательства не были приняты меры к допросу основного свидетеля обвинения, при этом неоднократно заявлялись ходатайства об оглашении показаний Б.И., в то время как защита особо ходатайствовала перед судом о ее вызове, об организации привода либо ее допроса с применением видеоконференц-связи.

В материалах дела имеются «телефонограммы», согласно которым секретарь суда уведомляла Б.И. по телефону о вызове ее в суд либо направляла ей смс-сообщения о дате заседания. Из телефонограмм следует, что Б. по телефону ссылалась на свою занятость в тренировочном процессе за пределами Санкт-Петербурга.

Судом единожды, 10.01.2024, принято решение о приводе свидетеля Б.И., однако, как следует из материалов дела, невозможность осуществления принудительного привода в отношении Б.И. была связана с тем, что та не находилась по месту жительства.

Никаких иных мер ни стороной обвинения, ни судом, в том числе ее допроса с использованием видеоконференц-связи, к допросу Б.И., принято не было.

При этом судом достоверно было установлено, что Б.И. зарегистрирована и проживает в Санкт-Петербурге по месту судебного разбирательства, является действующим сотрудником РГПУ им. А.И. Герцена в Центральном районе Санкт-Петербурга в соответствии с ответом учебного заведения.

Настаивая на вызове свидетеля и принятии судом мер к ее явке в суд, осуждённым обращено внимание суда, и это отражено в протоколе судебного заседания, что в свободном доступе на сайте РГПУ им. А.И.Герцена имеются сведения о проведении преподавателем Б.И. ежедневных занятий в институте в г.Санкт-Петербурге по расписанию в период судебного процесса.

Вместе с тем, при указанных обстоятельствах, при отсутствии законных оснований, позволяющих суду прийти к выводу о возможности оглашения неявившегося в суд свидетеля, местонахождение которого судом установлено, судом принято решение об оглашении показаний основного свидетеля обвинения - Б.И., показания которой имели существенные противоречия с показаниями иных допрошенных по делу лиц, не согласовывались с обстоятельствами дела и показаниями подсудимого.

Оценка причин неявки свидетеля при указанных обстоятельствах не основана на положениях примененной судом нормы уголовно-процессуального закона при разрешении данного вопроса.

Сторона защиты в итоговой защитной речи обращалась к суду об исключении незаконно оглашенных показаний свидетеля Б.И. из перечня доказательств обвинения, однако такой довод защиты не был рассмотрен судом по существу, и ему не дана правовая оценка.

Аналогичные нарушения ч.2.1 ст.281 УПК РФ были допущены судом при принятии решения об оглашении показаний свидетелей Ч.А., Ч.И., Р.И.., С.Е., С.Д., Ш.Ю., С.К., Х.Е., не явившихся по вызову в суд, местонахождение которых было установлено.

Закон исключает возможность оглашения без согласия сторон и использования показаний неявившихся свидетелей даже в случае, указанном в п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, если подсудимому ранее не была предоставлена возможность оспорить данные показания. В ходе предварительного следствия очные ставки между обвиняемым ФИО1 и указанными свидетелями не проводились. В судебное заседание свидетели не явились, их привод осуществлен не был. По ходатайству государственного обвинителя суд принял решение об оглашении показаний свидетелей со ссылкой на п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, поскольку в результате принятых мер установить местонахождение свидетелей для вызова в судебное заседание не представилось возможным. 

Судом единожды, без согласования даты и времени с судами по месту жительства свидетелей, вынесены решения о проведении их допроса путем видеоконференц-связи, которые не были реализованы по причине занятости каналов ВКС на назначенное Смольнинским судом Санкт-Петербурга время.

Исчерпывающие меры к допросу свидетелей, местонахождение которых суду было известно, приняты не были. Решение суда о проведении допроса с применением ВКС носило формальный характер, поскольку время, возможное для проведения ВКС, Смольнинским судом в суде г.Иваново не выяснялось. ВКС с судом Москвы, где проживают представители абитуриентов, не организовано, при этом местожительство свидетелей судом установлено.

На стадии расследования следователь ФИО4, 30.08.2021, в последний день расследования, не имея процессуальных сроков на продолжение расследования и проведение очных ставок со свидетелями, под надуманным предлогом представить ей медицинские справки, не уведомив защитников, вызвала осуждённого и убедила в необходимости отказаться от защитников по соглашению, уведомила его об окончании расследования и представила на подписание протокол ознакомления с делом без защитника, а затем с защитниками по назначению, которые не разъяснили осуждённому право ходатайствовать на стадии ознакомления с делом о проведении очных ставок, а пояснили о возможности допросить свидетелей в суде.

Ввиду изложенного, полагает решения суда первой инстанции об удовлетворении ходатайств государственного обвинителя об оглашении показаний свидетелей не основанными на уголовно-процессуальном законе и просит исключить из числа доказательств, положенных в основу приговора, оглашенные показания свидетелей Ч.И.. Р.И... С.Е., С.Д., Ш.Ю., С.К., Х.Е. и Б.И.

Судом грубо нарушено право осуждённого на защиту, поскольку при отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного ст.290 УК РФ, инкриминируемого ФИО1 следственным органом, суд, приняв на себя функции органа расследования, квалифицировал действия осуждённого по иной статье Уголовного закона, признав ФИО1 виновным в совершении мошеннических действий с применением обмана, которые он не совершал.

Из разъяснений Верховного Суда РФ нижестоящим судам, следует, что подсудимый должен иметь возможность подготовиться к защите, возражать против новых обстоятельств, довести до суда свою позицию по данному вопросу и представлять доказательства, опровергающие новое обвинение. Такие возможности защищаться против обвинения по статье 159 УК РФ судом ФИО1 предоставлены не были, суд нарушил право обвиняемого на защиту и ухудшил его положение.

Решение суда об отказе в удовлетворении ходатайства подсудимого о приобщении к делу письменных доказательств, на которые подсудимый ссылался в свою защиту в ходе допроса в суде, является незаконным.

В ходе допроса в судебном заседании 03.06.2024 и 21.06.2024, в подтверждение сообщаемых ФИО1 суду сведений о принятии мер по надлежащему проведению обязательной летней практики студентов с выездом и проживанием на базе в Ленинградской области и его обращениях в ученый совет Университета о выделении финансирования на питание студентов в 2017 году, об отсутствии финансирования со стороны учебного заведения на оплату работы повара и покупку продуктов, ФИО1 ссылался на документы, подтверждающие его показания и имеющие отношение к вопросу расходования полученных ФИО1 спонсорских средств.

По окончании допроса им суду первой инстанции были представлены материалы, на которые он обращал внимание суда при допросе и которые считал необходимым. 

Положительное разрешение судом указанных ходатайств могло существенно повлиять на выводы суда о квалификации действий, о невиновности осуждённого, поскольку сведения, содержащиеся в представленных осуждённым документах, позволяют говорить о его непричастности к совершению преступления, подтвердить показания осуждённого.

Исходя из взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 11 и ч. 2 ст. 16 УПК РФ обязанность обеспечить возможность реализации подсудимым его прав возлагается в ходе судебного разбирательства на суд.

Однако судом в исследовании представленных осуждённым письменных доказательств и приобщении их к материалам дела, в удовлетворении ходатайства защиты о направлении в РГПУ им. А.И. Герцена судебного запроса немотивированно отказано.

Получив в феврале 2025 года (после неоднократных жалоб руководителю суда) протоколы судебных заседаний, при их изучении ФИО1 установил, что протоколы судебных заседаний 03.06.2024 и 21.06.2024 содержат не только искаженные по содержанию и объему его показания, но и выступление осуждённого и защиты по ходатайству о приобщении документов. Аудио протоколы в деле отсутствуют на основании актов о неких технических сбоях, в связи с чем осуждённый лишен возможности полноценно оспаривать приведенное в протоколах содержание своего выступления осуществлять свою защиту надлежащим образом.

По всем ключевым заседаниям - когда были допрошены свидетели защиты, когда осуждённым даны показания, когда рассматривались ходатайства защиты и осуждённого об истребовании и приобщении документов - по всем этим заседаниям отсутствуют аудиозаписи протоколов, ведение которых судом является обязательным.

Просит судебную коллегию принять решение о проведении судебного следствия с исследованием доказательств, которые являлись предметом исследования в суде первой инстанции, но в связи с допущенными нарушениями не нашли своего отражения в судебных протоколах, в приговоре, а аудио протоколы, как средство проверки достоверности содержания протоколов заседаний, отсутствуют.

Суд, приведя в приговоре перечень доказательств, не дал им оценки, а описание преступления в приговоре не соответствует фактическим обстоятельствам, установленным в суде и содержанию исследованных доказательств.

Содержание показаний свидетеля Б.И. не соответствует по сообщаемым ею сведениям описанию события преступления, установленного судом (а фактически скопированному из редакции следственного органа в обвинительном заключении).

Следственный орган, формулируя пространные формулировки о неких действиях, которые осуждённый якобы должен был совершить в интересах абитуриенток, но не мог совершить (по мнению суда), подгоняя описание события под состав взятки, одновременно придя к выводу (в день предъявления обвинения), что лица, предоставившие средства, совсем не взяткодатели. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в томе 3 на л. 89-93, 94, сконструировал обвинение о получении ФИО5 взятки на сведениях, сообщаемых в ходе следствия единственным свидетелем - Б.И.

Все иные свидетели сообщали сведения, ставшие им известными исключительно от Б.И., в ее интерпретации и осмыслении так, как понимала события Б.И. При этом сами ее показания не согласуются с описанием событий в формулировках обвинения следователем. Суд, придя к выводу о наличии некого обмана и мошенничества, не ответил на вопрос: в чем заключался обман, в каких и кем сообщаемых сведениях содержалась недостоверная информация, кто в итоге был обманут, при том, что все тренеры и родители сообщили о перечислении средств на нужды института, в чем и состояла обращенная ФИО1 к Б.И. просьба.

Из показаний Б.И. следует, что от ФИО1 поступила просьба оказать финансовую помощь институту на приобретение компьютеров для института, которую она передала старшему тренеру Ивановской спортшколы Ч., чьи спортсменки были рекомендованы к поступлению в РГПУ им. А.И.Герцена. Б.И. в показаниях высказывает предположения, что при отказе от оказания помощи у студентов могут возникнуть проблемы в обучении. Из текста протокола допроса следует, что Б.И. сама связала отказ в передаче денежных средств родителями с возможными проблемами в обучении детей. При этом в тексте допроса указано о таком вероятностном мнении Б.И.

Из текста допроса Б.И. не следует, что состоялась договоренность о совершении ФИО4 конкретных действий в интересах абитуриентов и ФИО4 принял на себя обязанность совершить такие действия, и тем самым, по мнению суда, совершил обман, т.к. не мог совершить такие действия. Б. вообще ничего не сообщает о процедуре поступления абитуриенток, об их дальнейшем обучении в институте, об участии ФИО4 в процессе их поступления и учебы. А как сообщили сами студентки, они вообще не участвовали в составе сборной РГПУ по гимнастике по разным причинам (набор веса и т.д.), как планировала Б.. Также в протоколе допроса Б. пояснила: «указанные спортсменки были наиболее подготовлены к поступлению и без проблем могли пройти вступительные испытания». Такое утверждение свидетеля явно противоречит формулировкам следственного органа о получении взятки за беспроблемное поступление, сама Б.И. сообщает, что необходимости оказывать какое-либо содействие в поступлении абитуриенток не имелось.

В дальнейшем Б.И. передает тренерам спортшколы Ч.И. и Р., а те - представителям абитуриенток - просьбу оказать спонсорскую помощь именно на нужды института, а не за беспрепятственное поступление абитуриенток-гимнасток. Ни в каких показаниях свидетелей нет никакой информации о перечислении средств за беспрепятственное поступление. Никто не сообщает сведения, которые судом оценены как обман - обещание совершить действия по беспрепятственному поступлению и обучению в институте.

Установив, что ФИО6 никакие действия в чьих-либо интересах не совершались, и не имелось такой договоренности с тренерами либо родителями, при отсутствии каких-либо обманных сведений, суд, тем не менее, не усмотрев состава взятки, пришел к выводу о совершении мошенничества путем обмана. Такой вывод не соответствует исследованным доказательствам.

Совокупность собранных доказательств по делу свидетельствует об отсутствии состава взятки либо мошенничества в действиях ФИО1

Одновременно, в своих показаниях ФИО1 обращался к суду с признанием факта нарушения им установленного порядка оприходования и получения средств в качестве благотворительности и злоупотребления своими должностными полномочиями директора института либо их превышением, т.к. умысел на личное обогащение у него отсутствовал. По ходатайству осуждённого судом приобщены к делу выписки с банковского счета ФИО1, подтверждающие снятие наличных средств, которые были переданы им в августе в оплату услуг повара и приобретения продуктов на питание студентов на практике. Представленным ФИО1 документам судом не дана оценка. В соответствии с позицией осуждённого отрицания расходования полученных средств на личные нужды, защитник в прениях также высказал довод о возможности квалификации действий осуждённого по статье 285 либо 286 УК РФ. Такой довод остался без оценки суда в итоговом решении.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Радзевичус С.Н. просит вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор либо квалифицировать его действия по части 1 статьи 285 УК РФ.

Обжалуемый приговор считает незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда о виновности ФИО1 не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела, а поэтому подлежащим отмене, а также в связи с неправильным применением уголовного закона.

Суд самостоятельно сформулировал иное обвинение, которое не было предложено государственным обвинителем и против которого ФИО1 не защищался, грубо нарушив тем самым его конституционное право на защиту против обвинения, которое не было предъявлено. Суд сделал вывод о наличии в действиях ФИО1 состава мошенничества, несмотря на отсутствие установленных признаков субъективной стороны преступления. Суд первой инстанции, вопреки необходимости всесторонне, полно и объективно исследовать все представленные доказательства и доводы, не вникая в фактические обстоятельства произошедшего события, должным образом не оценил и не подверг судебной проверке и оценке показания свидетелей, письменные доказательства, необоснованно пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ.

Суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда о наличии в действиях ФИО1 признаков субъективной и объективной стороны преступления и наличия события преступления как такового.

Указанная в приговоре квалификация действий подсудимого по ч.3 ст.159 УК РФ и их описание в описательно-мотивировочной части приговора (л. 1-5) являются незаконными и необоснованными, не соответствующими диспозиции статьи 159 УК РФ, а вывод суда о мошенническом характере действий ФИО4 при получении средств путем обмана по причине невозможности совершения им действий при поступлении абитуриенток, не соответствует содержанию исследованных в суде доказательств и установленным в суде фактическим обстоятельствам.

Из описания преступного деяния по ч.3 ст.159 УК РФ, как оно установлено судом, следует, что оно приведено на л. 1-5 приговора в точном соответствии с описанием деяния следственного органа из обвинительного заключения по признакам п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ с изъятиями выражений «лично взятки в виде денег в крупном размере», «в целях перечисления требуемых денежных средств в качестве взятки», «взятки в виде денег» на листах 2-3 обвинительного заключения.

При этом, квалифицируя действия ФИО1 как мошенничество с использованием служебного положения без квалифицирующего признака «в крупном размере», в описательно-мотивировочной части приговора квалифицирующий признак - «крупный размер» указан 5 раз на листах 3 и 4 приговора в описании деяния, квалифицированного судом по ч.3 ст.159 УК РФ, что не является технической ошибкой и не соответствует п.4 примечания к ст.158 УК РФ (при установленной сумме хищения 170 000 рублей).

Установив, что ФИО1 совершено хищение чужого имущества, суд в сформулированном им обвинении не определил, чье именно имущество было похищено.

Так, на листах 3-4 Приговора при описании деяния суд указал, что денежные средства были перечислены Ч.А., С.Д. и Ш.Ю., однако на л.31 приговора, суд указал, что в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 получил от абитуриентов ФИО7 170 000 рублей, при том, что указанные лица в показаниях не сообщали о передаче ими ФИО1 средств в указанном размере.

При квалификации действий подсудимого как хищения чужого имущества суд не установил фактические обстоятельства вновь инкриминируемого деяния, не указал круг лиц - собственников похищенного имущества, которым причинен ущерб, оставил этот вопрос без выяснения, допустив при этом в описании преступного деяния существенное противоречие.

Неконкретность и неопределенность обвинения нарушает право подсудимого на защиту, поскольку лишает его возможности определить объем обвинения, от которого он вправе защищаться.

В приговоре описание судом преступного деяния не содержит выводов и данных о том, что кому-либо причинен имущественный вред - реальный ущерб - как обязательный признак состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ.

С учетом разъяснений в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 09.07.2013 №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и иных коррупционных преступлениях», в случае переквалификации действий обвиняемого в получении взятки лица на мошенничество, владелец переданных ценностей несет ответственность за покушение на дачу взятки, и такое лицо не может признаваться потерпевшим.

Вместе с тем, в судебном заседании сторонами было исследовано решение следственных органов от 30.08.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст.291 УК РФ в отношении лиц, предоставивших средства - представителей абитуриентов - Ш.Ю., С.Д. и Ч.А. (т.3 л. 89-93) ввиду отсутствия у них прямого умысла на дачу взятки.

Таким образом, действия владельцев переданных средств - Ш.Ю., С.Д. и Ч.А. еще на стадии предварительного расследования не расценивались как дача взятки должностному лицу при отсутствии у них умысла на совершение таких действий, соответственно, к ним не применимы приведенные разъяснения Верховного суда РФ. 

Однако суд в приговоре не дал оценки исследованным в судебном заседании письменным доказательствам - постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.08.2021 об отсутствии в действиях Ш.Ю., С.Д. и Ч.А. состава преступления, но, придя к выводу о совершении хищения чужого имущества, не привел выводов о причинении имущественного вреда, то есть не установил обязательный признак состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ.

В том числе, для установления факта хищения при указанных в приговоре обстоятельствах, необходимо установление наличия корыстной цели и умысла именно на безвозмездное обращение средств, достоверно установленного факта распоряжения полученными средствами в личных целях. Такие обязательные признаки состава преступления, квалифицированного судом по ч.3 ст.159 УК РФ, не были установлены и не нашли своего подтверждения исследованными доказательствами. Стороной обвинения не доказано извлечение ФИО1 какой-либо имущественной выгоды для себя, своих родных и близких, вследствие чего выводы суда о наличии у подсудимого корыстного мотива не подтверждаются исследованными доказательствами, квалификация действий подсудимого по ст.159 УК РФ является необоснованной.

Квалифицируя действия осужденного по части 3 статьи 159 УК РФ, суд указал, что им совершено мошенничество с использованием служебного положения (л. 30- 31), однако в описательно-мотивировочной части приговора не указал, в чем именно заключалось использование ФИО1 своего служебного положения при осуществлении им преступных действий по хищению чужого имущества.

Придя к выводу о невозможности совершения ФИО1 действий в интересах абитуриентов С.К., С.О., Ш.А. - «обеспечение беспрепятственного зачисления на обучение абитуриентов и их последующего беспрепятственного прохождения обучения в Университете», по причине отсутствия у него возможности их совершить в силу занимаемой должности, одновременно, суд указал, что в служебные обязанности ФИО1 входили действия по руководству приемной комиссией и зачислением абитуриентов, а именно: ФИО1, занимая должность директора института физической культуры и спорта ФГБОУ РГПУ им. А.И. Герцена (далее - институт) и являясь председателем приемной комиссии института, был обязан обеспечивать выполнение плана приема на обучение в институте, осуществлять работу в составе приемной комиссии, осуществлять формирование состава приемной комиссии, руководство работой приемной комиссии и руководство процедурой зачисления в институт, а в перечне письменных доказательств привел соответствующие Приказы и должностную инструкцию с описанием полномочий, связанных с поступлением абитуриентов в институт.

Одновременно, судом были исследованы письменные доказательства - приказы о принятии на должность директора института физической культуры и спорта, о составе приемной комиссии, в которую входил ФИО1, должностная инструкция директора института (т.3 л.64-68, л.63, т. 1 л. 194-196).

Вместе с этим, на л.31 Приговора, суд привел вывод, прямо противоположный содержанию описания занимаемой ФИО1 должности и должностных полномочий ФИО1 на л.2 Приговора: «При этом в силу занимаемой ФИО1 должности он не осуществлял руководство приемной комиссии, не участвовал при приеме вступительных экзаменов, соответственно априори не мог каким-либо образом повлиять на ход проведения и приема и результаты вступительных испытаний».

В ходе судебного расследования факт выполнения ФИО1 обязанностей председателя приемной комиссии института не ставился сторонами под сомнение и не опровергался.

Таким образом, суд привел два взаимоисключающих вывода: о выполнении обязанностей председателя приемной комиссии и не осуществления руководства приемной комиссии, но пришел к выводу об отсутствии у него возможности влиять на поступление абитуриентов, допустив тем самым существенное противоречие, повлиявшее на исход дела, поскольку оно искажает саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

При этом в описании действий, за которые ФИО1 намеревался получить средства, но не мог осуществить такие действия, судом дана оценка только в отношении действий по обеспечению беспрепятственного поступления в институт, но не высказано суждений по вопросу возможности совершения им, директором института, действий, также указанных в приговоре - по обеспечению «последующего беспрепятственного прохождения обучения в Университете».

Из исследованных в суде доказательств и установленных фактических обстоятельств однозначно было установлено, что ФИО1, являясь директором института и председателем приемной комиссии, указанные в приговоре действия не осуществлял не в связи с отсутствием у него соответствующих должностных полномочий, а в связи с тем, что обещания осуществить такие действия лицам, осуществившим передачу денежных средств, кем-либо, в том числе ФИО1, не высказывались.

Усмотрев в действиях ФИО1 признаки хищения путем обмана, суд в приговоре не раскрыл содержание такого признака преступления как обмана - как способа совершения мошенничества.

Указание на наличие в действиях «обмана» имеется только в итоговом выводе суда о квалификации действий подсудимого в приведенной диспозиции статьи 159 УК РФ (л.31), однако в описательной части приговора, в изложении события преступления как оно установлено судом, на листах 1-4, описание способа совершения хищения с применением обмана не приведено (слово «обман» в тексте отсутствует), не ясно, в чем именно заключался обман, путем которого похищены денежные средства. Суд не указал, какие именно действия ФИО1 совершены обманным путем, кто из указанных лиц действовал под влиянием обмана.

На листе 30 Приговора судом сформулирован вывод: «Суд квалифицирует действия ФИО1, связанные с получением 170 000 рублей, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана с использованием служебного положения, поскольку он, реализуя умысел на приобретение ценностей, получил денежные средства за совершение действий, которые в действительности не мог осуществить ввиду отсутствия служебных полномочий».

Придя к выводу о наличии в действиях подсудимого мошенничества - получения средств за совершение действий, которые ФИО1 не мог осуществить в силу отсутствия должностных полномочий, суд одновременно указал, что представителям абитуриентов были сообщены сведения о необходимости передачи денежных средств якобы в интересах Университета для приобретения компьютерной техники, а после получения средств подсудимый распорядился ими по собственному усмотрению (л.31 Приговора).

Таким образом, в описании деяния в приговоре судом не указано, что представителям абитуриентов, осуществлявшим платежи, сообщались ложные (по причине невозможности их выполнить) сведения о способствовании в поступлении в институт, а сообщались именно предложения об оказании помощи институту.

В чем заключался обман - в недостоверном сообщении сведений об обеспечении поступления в институт и невозможности оказать содействие в поступлении, либо в сообщении сведений о дальнейшем расходовании средств в интересах Университета - из приговора не ясно. Допущенные судом противоречия в описании преступного деяния, и выводе о квалификации действий как мошеннических, совершенных путем обмана, не указание на содержание обмана, являются существенным нарушением уголовно-процессуального закона при вынесении приговора.

Так, ни одно из приведенных в приговоре доказательств не содержит сведений о том, что ФИО1 получил денежные средства путем обмана, высказывая кому-либо обещания (заверения) осуществить действия, которые в действительности не мог совершить в силу отсутствия у него необходимых полномочий.

С учетом вывода суда о наличии в действиях подсудимого обмана и о невозможности совершения ФИО1 действий по «беспрепятственному зачислению на обучение абитуриентов» в силу отсутствия у него соответствующих должностных полномочий, в обоснование выводов о совершенном обмане, при котором ФИО1 такие действия не совершил или не мог совершить, подлежали оценке именно такие доказательства, которые содержали бы сведения об обещаниях (высказанных намерениях) ФИО1 абитуриентам, их родителям, тренерам осуществить такие действия - по «беспрепятственному зачислению на обучение абитуриентов и их последующему беспрепятственному прохождению обучения в университете».

Приведя в приговоре показания свидетелей, а фактически просто перечислив их из обвинительного заключения, суд не подверг их оценке с позиции нового обвинения в мошеннических действиях и наличию в таких доказательствах сведений об обмане как избранном судом способе совершения преступления.

Так, из описательной части приговора следует, что тренеры спортшколы Ч.И. и К.И., получив от Б.И. предложение перечислить денежные средства в интересах института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена, сообщили об этом предложении представителям абитуриентов Х.Е. (мама С.К.), С.Е. (мама С.О.) и Ш.Ю. (мама Ш.А.), которые согласились с предложением перечислить средства (л.3 Приговора).

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля Ч.И., тренера спортивной школы г.Иваново, следует, что гимнастки С.К., С.О., Ш.А., являясь мастерами спорта, были рекомендованы преподавателем РГПУ им.А.И.ФИО8 к поступлению в институт. Летом 2017 года от Б.И. она получила информацию о необходимости приобретения компьютера для института, о чем сообщила тренеру Р.И..

Из оглашенных показаний свидетеля Р.И.. следует, что указанные гимнастки являлись мастерами спорта и к 20 году имели хорошую спортивную форму. От старшего тренера Ч.И. узнала, что РГПУ Герцена имеет потребность в спортсменах для сборной ВУЗа. Процесс прохождения вступительных испытаний спортсменок в институт она лично не курировала, о каких-либо трудностях при их поступлении в РГПУ ей не известно. Никаких просьб об оказании помощи для представителей институтута ей не поступало. От тренера Б.И. тренеру Ч.И. поступила просьба о приобретении ноутбуков либо компьютера. Никем не оговаривалось, что для поступления необходимо обязательно приобрести ноутбук или компьютер. Родители студенток отреагировали на просьбу спокойно, сказали, если надо, то они приобретут.

Как следует из оглашенных показаний свидетеля Х.Е., являющейся законным представителем абитуриентки С.К., она денежные средства не переводила. Вместе с тем, из Приговора следует, что средства переведены Ч.А., действующей, якобы, в интересах С.К., но не являющейся представителем С.К. Однако, в показаниях, оглашенных в судебном заседании, Ч.А. не сообщила никакой информации о наличии у нее интересов действовать в качестве представителя С.К., о платеже, его обосновании, в том числе, сведений, что средства ею переведены в интересах С.К. и за ее поступление в институт. Из показаний Ч.А., не следует, что кто-либо ей высказывал намерения (обещания) оказать помощь кому-либо в поступлении в институт, и она действовала под влиянием обмана.

Также, из оглашенных в суде показаний представителей абитуриенток С.О. и Ш.А.- их родителей С.Д., С.Е., Ш.Ю. - следует, что от тренеров Ивановской спортшколы им поступила просьба оказать спонсорскую помощь институту физкультуры РГПУ им.Герцена. Их дети - С.О. и Ш.А., поступали в институт самостоятельно, необходимости в оказании помощи не имелось, т.к. их уровень подготовки не вызывал сомнений, просьб оказать помощь в поступлении они никому не высказывали, и в их адрес такие предложения об оказании содействия в поступлении детей в институт не поступало. Из приведённых в приговоре показаний С.Д., С.А., Ш.Ю. не следует, что они осуществили платежи за обеспечение беспрепятственного поступления их детей в институт, а показали, что по просьбе тренера добровольно согласились оказать материальную помощь на нужды института.

Из оглашенных показаний свидетеля - абитуриентки С.К., а также из показаний допрошенных в суде свидетелей - абитуриенток С.О. и Ш.А. следует, что они поступали в институт в 2017 году самостоятельно, сдавали вступительные испытания и информацией об обещаниях оказания им помощи при поступлении не обладали, о такой помощи никого не просили, в такой помощи при сдаче экзаменов не нуждались и такую помощь им никто не оказывал. Узнали о перечислении денег в 2021 году от сотрудника полиции.

Таким образом, из оглашенных в судебном заседании показаний свидетелей - тренеров спортивной школы Ч.И. и Р.И.., родителей абитуриентки С.О. - С.Е., С.Д., абитуриентки С.К. - Х.Е., абитуриентки Ш.А. - Ш.Ю., свидетеля Ч.А. (не являющейся законным представителем никакой из абитуриенток) следует, что поступила просьба об оказании спонсорской помощи институту, с учетом высокого уровня подготовки спортсменок проблем с поступлением в институт не имелось, о наличии договоренностей с ФИО1 о помощи в поступлении в институт никто не сообщил.

Показания свидетелей, исследованные судом, не содержат сведений о совершенном в отношении них обмане, связанном с невыполнением ФИО1 действий по «обеспечению беспрепятственного поступления...», а переводили они средства на нужды института. Показания свидетелей не согласуются с выводом суда на л.31 Приговора о наличии в действиях ФИО1 признаков мошенничества, сопряженного с обманом, поскольку ФИО1 не мог осуществить действия по обеспечению поступления абитуриенток в институт, но такие показания соответствуют показаниям подсудимого об обращении к Б.И. с просьбой оказать материальную помощь институту.

Из оглашенных в судебном заседании показаний ключевого свидетеля обвинения - Б.И. следует, что по просьбе ФИО1 она передала тренерам спортшколы предложение оказать помощь институту. Необходимости оказывать содействие абитуриенткам при поступлении не было, т.к. спортсменки Ивановской спортшколы С.О., Ш.А. и С.К. «соответствовали уровню сборной команды ВУЗа, имели звания «мастер спорта», были рекомендованы к зачислению в РГПУ им. А.И. Герцена». Директор института физкультуры РГПУ им. Герцена ФИО1 спросил ее (Б.И.), могут ли спортсменки оказать финансовую помощь, так «он также может проконтролировать процедуру поступления спортсменок и может помочь в трудный момент». При этом, Б.И. в показаниях высказала личное предположение, что ФИО1 выдвинул требование о передаче денежного вознаграждения «за беспроблемное» зачисление, а отказ на требование мог повлечь проблемы в зачислении и обучении спортсменок. 

Свидетель Б.И. не сообщила, что передавала тренерам сведения об оказании содействия абитуриенткам при их поступлении в институт и в дальнейшем беспрепятственном обучении в случае осуществления ими переводов средств. В изложенных в приговоре показаниях Б.И. отсутствуют формулировки о сообщении ей ФИО1 о его готовности обеспечить за денежную сумму «беспрепятственное зачисление на обучение в Университет РГПУ им. А.И. Герцена и последующее беспрепятственное прохождение обучения в Университете», как это изложено в описательной части Приговора и обвинительном заключении (с учетом вывода суда на л.30 приговора).

Таким образом, в ходе судебного разбирательства не было установлено, а органами предварительного следствия не представлено доказательств того, что ФИО1 либо Б.И. высказывали в адрес тренеров спортшколы либо представителей абитуриентов, либо в адрес самих абитуриентов обещания, предложения, намерения совершить действия по беспрепятственному зачислению на обучение и прохождение обучения в Университете.

Выводы суда об имевшем место «обмане», о неких действиях, которые ФИО1 путем обмана высказывал намерения совершить, а именно обеспечить беспрепятственное поступление и обучение студентов, но не мог их совершить ввиду отсутствия соответствующих полномочий, не подтверждаются исследованными в суде доказательствами и их перечнем в приговоре, не соответствуют установленным в суде фактическим обстоятельствам дела.

Такие выводы суда основаны исключительно на формулировке следственного органа из обвинительного заключения, не содержатся ни в каких исследованных доказательствах и не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия, поскольку сведения об исходивших якобы от ФИО1 обещаниях совершить действия по «беспрепятственному зачислению на обучение в Университет РРГУ им. А.И. Герцена и последующему беспрепятственному прохождению обучения в Университете» не сообщил никто из допрошенных свидетелей, не сообщила и Б.И., показания которой суд положил в основу приговора.

Квалификация судом действий подсудимого по иной статье уголовного закона, существенно отличающимся по фактическим обстоятельствам, нарушает права подсудимого на защиту.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия (бездействие) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным (частным) обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам следует считать всякое иное изменение формулировки обвинения (вменение других деяний вместо ранее предъявленных или преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства, форме вины и т.д.), если при этом нарушается право подсудимого на защиту.

В ходе судебного разбирательства, равно как и в прениях, сторона обвинения не предлагала суду иную квалификацию действий подсудимого, а сам подсудимый, как на стадии расследования, так и в суде, не признавал себя виновным, отрицал наличие корыстного мотива, но соглашаясь с нарушением им установленного порядка оприходования спонсорских средств и превышением своих должностных полномочий.

Изменение обвинения судом в части признания иных фактических данных, связанных с обстоятельствами события преступления, повлекло признание судом факта совершения подсудимым иных действий, существенно отличающихся по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного, и такое изменение обвинения судом повлекло нарушение права подсудимого на защиту, лишило его возможности предъявить доказательства защиты от обвинения в мошенничестве путем обмана.

Тем не менее, суд, самостоятельно установив иные фактические обстоятельства по уголовному делу, грубо нарушил правила о пределах судебного разбирательства, установленных статьей 252 УПК РФ, ч.3 ст.15 УПК РФ.

Суд не привел в приговоре исследованные доказательства и не указал мотивы, по которым отверг их.

Допросив в судебном заседании в качестве свидетелей К.С., С.Я., в приговоре суд показания свидетелей оставил без внимания, не привел их и не дал им оценки в соответствии с требованиями статей 87 и 88 УПК РФ относительно допустимости данных доказательств или как не имеющих отношение к делу, при этом недопустимыми доказательствами данные показания не признавались.

ФИО9 в судебном заседании сообщили о проведении институтом физической культуры и спорта летом 2017 года выездной летней практики студентов на базе в Лужском районе Ленинградской области, где было организовано питание студентов.

В протоколе судебного заседания от 03.06.2024 показания свидетеля К.С. приведены из неизвестного источника, поскольку от начала до конца не соответствуют фактически сообщенным свидетелем сведениям. Аудиопротокол заседания 03.06.2024 отсутствует, как и еще 6 значимых для защиты и подсудимого.

В этой связи защитник приводит в жалобе показания свидетелей К.С. на основании стенографирования допроса защитником.

Показания свидетеля М.О. в части ставшей ей известной информации о том, что перечисленные денежные средства были потрачены на организацию питания студентов на практике, так же не приведены в приговоре, как и в протоколе судебного заседания от 12.02.2024.

Показания свидетелей К.С., М.О., С.Я. имели существенное значение для подсудимого в подтверждение его показаний и могли существенно повлиять на выводы суда о виновности подсудимого, квалификации его действий или назначение наказания.

Вместе с тем сведения, сообщаемые в суде свидетелями К.С., С.Я., М.О., суд не сопоставил с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании и положенными в основу приговора, в том числе с показаниями осужденного и свидетелей. Эти доказательства не были приведены в приговоре, и оценка им не дана, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Показания допрошенных в суде свидетелей приведены в приговоре из протоколов допросов следственного органа. Суд не привел мотивов, по которым показания, данные свидетелями в ходе расследования, являются приоритетными по отношению к судебным показаниям.

Показания свидетелей в приговоре изложены частично, а приведенные в приговоре показания - искажены и не соответствуют содержанию показаний, изложенных в протоколах судебных заседаний. Суд не указал в приговоре, почему он не принял показания свидетелей, данные в судебном заседании и не привел их в приговоре.

В судебном заседании допрошены свидетели С.О., Ш.А., М.О., их показания отражены в протоколах судебных заседаний 17.03.2022, 13.04.2024 и 12.02.2024 соответственно. Одновременно, по ходатайству государственного обвинителя, показания указанных свидетелей оглашены судом из протоколов допросов свидетелей на предварительном следствии.

Показания свидетелей, данные ими в ходе судебного заседания, содержат сведения, которые не были сообщены ими следователю, и оценка которых имела существенное значение для подсудимого и признания судом протоколов следственных допросов как недопустимых, однако в приговоре суд привел показания допрошенных свидетелей из оглашенных протоколов следственного органа.

Указанные в приговоре даты допросов свидетелей в суде не являются фактическим временем допроса свидетелей в суде, как это указано в приговоре, а соответствуют датам протоколов допроса свидетелей следователем. При этом именно в таком виде, как приведено в приговоре, с указанием даты допроса следователем, показания С.О., Ш.А. и М.О. изложены в обвинительном заключении.

Само изложение показаний указанных свидетелей приведено в приговоре без учета и оценки данных ими в судебном заседании показаний, а в полном объеме- из протоколов допросов свидетелей в ходе расследования по делу, с теми же допущенными следователем нарушениями правил пунктуации и орфографии, синтаксических оборотов, слово в слово.

Визуальное сравнение текстов показаний свидетелей в приговоре и обвинительном заключении, свидетельствует не только об их дословном воспроизведении из протоколов следственных органов, с сохранением речевых оборотов и аббревиатур, применяемых следователем, но и их техническом переносе судом в приговор путем копирования электронных файлов допросов следователя.

Судебные показания свидетелей С.О., Ш.А. и М.О. не были признаны судом недопустимыми доказательствами и не исключались из доказывания, однако такие допустимые доказательства без приведения мотивов, по которым суд отверг их, не приведены в приговоре и им не дана оценка, что существенно повлияло на выводы суда о виновности подсудимого.

Одновременно с этим, суд, будучи обязанным дать в итоговом решении оценку всем доводам защиты, в приговоре не рассмотрел заявленные в прениях доводы защиты о недопустимости следственных показаний свидетелей С.О. и Ш.А., С.К. и ходатайство об их исключении.

Так, после оглашения 17.03.2022 и 13.04.2022 в судебном заседании первой инстанции протоколов допроса в качестве свидетеля и объяснений, С.О. и Ш.А. сообщили суду, что на самом деле следователь их не допрашивала и показания с их слов не записывала, а подписывали они заранее изготовленный протокол, что 1-й допрос проходил на ул. Мытнинская (адрес РУВД и ОЭБиПК - органа, проводившего проверку по уголовному делу), допрашивали их одновременно обеих, отвечали на вопросы вместе. В дальнейшем второй допрос производился девушкой следователем, у которой имелись готовые тексты.

Таким образом, в судебном заседании фактически установлено, что следователь без участия свидетелей изготовила протоколы допроса, внеся в них по своему усмотрению (не в результате непосредственного допроса лиц) сведения из протоколов доследственной проверки.

Защита при оглашении показаний, полученных следователем, и объяснений, полученных оперуполномоченным ОЭБиПК, обращала внимание суда, что тексты объяснений С.О. и Ш.А., составленные оперуполномоченным в рамках доследственной проверки, идентичны текстам протоколов допросов свидетелей, в т.ч. с теми синтаксическими оборотами и пунктуационными ошибками, что указывает на то, что допросы следователем фактически не проводились, что на самом деле следователь свидетелей не допрашивала и показания с их слов не записывала, а заранее изготовила протоколы, скопировав их содержание с объяснений, полученных иным должностным лицом и до возбуждения уголовного дела.

В том числе, показания свидетелей в протоколах следственных допросов и объяснений С.О. и Ш.А. по содержанию слово в слово повторяют друг друга, что невозможно при получении сведений от разных лиц. При этом показания свидетеля С.К., полученные в ходе предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании ввиду неявки свидетеля в суд, по содержанию идентичны показаниям С.О. и Ш.А., т.е. все 3 протокола допроса имеют абсолютное сходство. Такие замечания защиты отражены в протоколах судебного заседания, от 17.03.2022 и 13.04.2022, а также в прениях сторон 01.07.2024.

Нарушая право подсудимого на справедливое судебное разбирательство, суд:

не дал оценки показаниям Ш.А. и С.О. в судебном заседании 17.03.2022 и 13.04.2022 о процедуре их допроса следователем;

не разрешил вопрос о несоответствии процедуры допроса Ш.А., С.К. и С.О. в качестве свидетелей требованиям ст. ст. 189, 190 УПК РФ; 

содержание трех протоколов допросов не соотнес друг с другом, а также с текстами объяснений указанных лиц, полученных иным должностным лицом;

-не принял решение по ходатайству защиты о признании протоколов допросов указанных лиц недопустимыми доказательствами и их исключении из перечня доказательств обвинения;

показания свидетелей Ш.А., С.К. и С.О., полученные с нарушением требований, предъявляемых к проведению следственного действия - допросу свидетелей, положил в перечень доказательств, подтверждающих виновность подсудимого.

Защитой в настоящей жалобе обжалуется определение суда от 21.06.2024 об отказе в удовлетворении ходатайства защиты об истребовании доказательств и не направлении судебного запроса в учебное заведение как незаконное и необоснованное, нарушающее принцип состязательности сторон и право подсудимого на защиту.

Письменное ходатайство защиты приобщено к материалам дела ( т.5 л. 142-144).

В обоснование заявленного ходатайства защита предоставила суду адвокатский запрос и ответ Университета, которым требуемые документы не представлены по формальным основаниям, мотивировав свое ходатайство к суду конфиденциальным характером запрашиваемых сведений финансового характера, относящихся к охраняемой Законом тайне, и невозможностью получить необходимые письменные доказательства самостоятельно.

Суд, высказав стороне защиты замечание - «суд не является органом дознания и следствия» - отказал в удовлетворении ходатайства о направлении запроса в РГПУ им.А.И.Герцена, не указав на норму закона, которой суд руководствовался при принятии обжалуемого решения. Такой необоснованный отказ суда в отказе защите в направлении судебного запроса носил явно обвинительный уклон, поскольку, приняв позицию стороны обвинения, возражавшей против направления судебного запроса в Университет, суд фактически так же уклонился от оценки и проверки показаний подсудимого о расходовании полученных им средств на организацию питания студентов на практике, как и обвинение устранилось от опровержения позиции подсудимого.

Стороной защиты принесены замечания на действия председательствующего, что не нашло своего отражения в протоколе судебного заседания.

Дополнительные доводы защитников и ФИО1, приведенные при рассмотрении сторонами ходатайства, также не нашли отражения в протоколе судебного заседания от 21.06.2024, а имеющийся в протоколе текст выступлений защиты не соответствует его реальному содержанию. При этом аудиозапись к протоколу заседания отсутствует, что препятствует стороне защиты обосновывать немотивированный характер выводов суда в решений об отказе в удовлетворении ходатайства.

Немотивированный отказ суда об истребовании письменных документов для проверки показаний ФИО1, представления доказательств в его защиту существенно нарушил права осужденного на опровержение доводов обвинения и существенно повлиял на законные и обоснованные выводы суда при постановлении приговора.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27.11.2012 №26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции может оказать содействие сторонам в собирании и представлении доказательств путем производства судебных и иных процессуальных действий, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в том числе, истребования по ходатайству сторон справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций и общественных объединений.

Судом незаконно оглашены показания свидетелей Б.И., Ч.И., Р.И.., С.Е., С.Д., Ш.Ю., С.К.. Х.Е.

В ходе судебного следствия государственный обвинитель, не принимая действенных мер к вызову свидетелей Б.И., Ч.И., Р.И.., С.Е., С.Д., Ш.Ю., С.К., Х.Е. в суд, неоднократно заявлял ходатайства об оглашении показаний свидетелей в связи с их «неявками» в суд.

В материалах дела представлены «телефонограммы» о вызове секретарем суда перечисленных лиц в суд для допроса, а также справки о направлении в их адрес повесток суда. Однако в материалах дела такие повестки, а также данные о том, что свидетели были надлежащим образом извещены о дате, времени и месте судебного заседания в деле не имеются.

Осужденный и его защитники неоднократно ходатайствовали перед судом об обеспечении явки свидетелей в суд и возражали против их оглашения. Одновременно защитой было заявлено ходатайство об организации допроса свидетелей с учетом их проживания в г.Москве и г.Иваново в режиме видео-конференц-связи (ВКС). 

По настоящему делу суд, в нарушение «Регламента организации применения видео-конференц-связи (ВКС) при подготовке и проведении судебных заседаний», утвержденный Приказом №401 Судебного департамента при Верховном Суде РФ 28.12.2015 (в ред. 30.12.2020), формально направил единожды запросы о проведении ВКС в суд г.Иваново, с указанием времени судебного заседания, назначенного Смольнинским судом Санкт-Петербурга ( т.5 л.30)

При таких условиях, не согласовав с судами возможное для проведения ВКС время, без учета расписания использования судами комплексов ВКС (размещенных на сайтах судов), получив ответы судов об отсутствии возможности проведения ВКС в указанное Смольнинским судом Санкт-Петербурга время, суд в дальнейшем уклонился от принятия должных мер к допросу свидетелей, согласования времени ВКС с судами и обеспечения права подсудимого на допрос свидетелей (т.5 л.33).

Указанные свидетели не были допрошены судом, а указанные обстоятельства о фиктивной организации ВКС указывают на отсутствие в ходе судебного заседания необходимых условий для осуществления сторонами предоставленных им прав.

ФИО10 проживают в г.Москве, однако при их неявке в суд Санкт- Петербурга судом не приняты меры к их допросу путем применения видеоконференц-связи. Неоднократные ходатайства защитников и подсудимого об организации ВКС с судом г.Москвы не были рассмотрены и не отражены в протоколах судебного заседания.

28.03.2024 председательствующий удовлетворила ходатайство государственного обвинителя об оглашении протоколов допросов Ч.И., Р.И.., С.Е., С.Д., Ш.Ю., С.К., Х.Е., Ч.А., а 20.05.2024 - показаний Б.И. в связи с их неявкой, при отсутствии согласия подсудимого и защитников.

Основанием такому решению судом указано - «в совокупности п. 5 и п.3 ч.2 ст.281 УПК РФ», то есть по основаниям отказа свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда, а так же ввиду не установления местонахождения свидетелей (т.5 л. 94)

Каких-либо мер к обеспечению участия свидетелей в судебном разбирательстве суд не предпринимал, огласив их показания в одном судебном заседании. Указанные основания для принятия судом решения об оглашении показаний являются надуманными и незаконными, поскольку ни один из свидетелей не являлся иностранным гражданином и местонахождение каждого из них было установлено. В деле имеются справки об осуществлении со свидетелями телефонных переговоров, адреса их проживания указаны в протоколах следственных действий.

Защитник просит судебную коллегию признать решения суда первой инстанции от 28.03.2024 и 20.05.2024 об оглашении показаний свидетелей Ч.И., Р.И.., С.Е., С.Д., Ш.Ю., С.К., Х.Е., Ч.А., Б.И. незаконным и исключить показания свидетелей из перечня доказательств по делу.

Суд не дал оценки доводам защитника и подсудимого о наличии в действиях иного состава преступления.

Стороной защиты в ходе прений приведены доводы, согласующиеся с позицией подсудимого, о том, что при отсутствии в действиях ФИО1 признаков взятки, его действия, связанные с получением от граждан средств, их не оприходования на счет Университета и расходование на нужды института в нарушение установленного порядка оприходования спонсорских средств, охватывались ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Из показаний свидетеля К.С., начальника управления закупок и продаж РГПУ им. А.И. Герцена, оглашенных в судебном заседании, следует, что учебное заведение имело право привлекать средства (пожертвования) и расходовать их. Такие внебюджетные средства оформлялись письменно, перечислялись на расчетный счет Университета.

Таким образом, свидетелем указаны обстоятельства о наличии самого права учебного заведения на получение предоставляемых добровольно гражданами средств в качестве спонсорских (пожертвований), однако их получение, руководителем в нарушение установленного порядка оприходования средств в кассу учебного заведения может расцениваться лишь как нарушение финансовой, трудовой дисциплины, а при причинении ущерба государству и гражданам - влечь уголовную ответственность по ст.285-286 УК РФ.

При получении средств от граждан, не обусловленном корыстной целью личного обогащения, действия подсудимого формально подпадают под признаки преступления, предусмотренного ст.285 УК РФ: ни одним нормативно-правовым актом не предусмотрено право на сбор средств от граждан, даже на нужды института, при этом ФИО1, ложно понимая интересы занимаемой должности, изыскивая средства для организации и проведения мероприятий института, имел цель завоевать авторитет руководителя и организатора, который справляется с мероприятиями, обязательными в деятельности вверенного к руководству института, как то летняя выездная практика студентов.

Вместе с тем, руководитель учебного заведения, как должностное лицо, ни при каких обстоятельствах не вправе был совершать такие действия и не наделен такими полномочиями. А добровольные пожертвования граждан должны были поступить на счет университета, вопрос их назначения решался бы руководством Университета. При этом действиями ФИО1, как руководителя учебного заведения, причинен вред охраняемым законом интересам государства, подрыв авторитета руководящей должности в результате совершения действий, идущих вразрез с их основными целями и.задачами, при ложно понятых ФИО1 должностных обязанностях.

При разграничении преступлений, предусмотренных ст. 290 и ст. 285 УК РФ следует учитывать, что получение взятки как корыстное преступление связано прежде всего с личным обогащением должностного лица. Применительно к злоупотреблению должностными полномочиями под корыстной заинтересованностью следует понимать стремление должностного лица путем совершения неправомерных действий получить для себя или других лиц выгоду, не связанную с незаконным безвозмездным обращением имущества в свою пользу или пользу третьих лиц (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблений должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»).

В случае совершения должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, которые повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, если при этом должностное лицо осознавало, что действует за пределами возложенных на него полномочий, то такие действия подлежат квалификации по ч. 1 ст.286 УК РФ. ФИО1, достоверно зная о недопустимости совершения действий, которые не входили в его служебные полномочия, не преследуя цели извлечения имущественной выгоды для себя, своих родных и близких, инициировал через преподавателя института Б.И. сбор денежных средств от граждан для нужд вверенного ему института без оформления соответствующих документов, не препятствовал этому.

Действия ФИО1 подрывают авторитет должности директора учебного заведения, которую он занимал и дискредитируют в глазах населения престиж и авторитет учебного заведения, что должно быть расценено как существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.

Суд не дал показаниям ФИО1 оценки в части признания им совершения незаконных действий по сбору средств на нужды института, выходящих за пределы его полномочий.

Приводя в свою защиту доводы о совершении им действий по сбору средств на питание студентов на практике ввиду отсутствия финансирования Университета на эти цели, ФИО1, равно как и защита, обращались к суду с ходатайством дать оценку исследованного 13.01.2022 письменного доказательств - постановления Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга.

Указанным судебным решением действия ФИО1 по привлечению для нужд института дополнительных средств путем получения их от преподавателей с выплаченных премиальных средств квалифицированы по ст.285 УК РФ, само дело прекращено по не реабилитирующим основаниям (т.3 л.д. 49-59).

По уголовному делу действия ФИО1 также ошибочно были квалифицированы следственным органом по ст.290 УК РФ как получение взятки, но при отсутствии корыстного мотива у ФИО1 и отсутствия с его стороны каких-либо действий в интересах лиц, предоставляющих добровольно свои средства, а также договоренности и намерений на совершение таких действий по службе, действия ФИО1 были переквалифицированы как злоупотребление должностными полномочиями.

В настоящем уголовном деле следственным органом также допущено неверное применение норм уголовного права, в оценке действий ФИО1 по привлечению спонсорских средств от граждан с последующим их расходованием на нужды института, в нарушение порядка оприходования спонсорских, благотворительных пожертвований от граждан, без оформления суммы на расчетный счет университета

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, судебная коллегия полагает, что приговор суда подлежит отмене с постановлением по делу нового обвинительного приговора на основании ст. 389.20 УПК РФ.

В соответствии с положением ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при постановлении обжалуемого приговора выполнено не в полном объеме.

В соответствии со ст.ст. 389.15, 389.16, 389.17, 389.18 УПК РФ, основанием к отмене или изменению судебного решения в апелляционном порядке являются неправильное применение уголовного закона, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, а также существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Как обоснованно указано в апелляционном представлении прокурора, судом неправильно был применен уголовный закон, существенно нарушены требования уголовно-процессуального закона, и выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела при квалификации действий ФИО1 по ч.3 ст. 159 УК РФ, что повлияло на правильность применения уголовного закона при назначении ФИО1 наказания.

Так, органами предварительного следствия действия ФИО1 были квалифицированы по п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ. ФИО1 органами предварительного следствия обвинялся в получении взятки, то есть в получении должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, в крупном размере, а именно в том, что он, занимая должность директора института физической культуры и спорта Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена» (Далее – РГПУ им. А.И. Герцена, Университет), являясь должностным лицом, то есть лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, будучи обязанным в соответствии с занимаемой должностью и должностной инструкцией директора института физической культуры и спорта Университета, осуществлять непосредственное руководство институтом (п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции), руководить учебной, методической, воспитательной и научной работой в институте (п. 2.3 раздела 2 должностной инструкции), обеспечивать выполнение плана приема для обучения в институте (п. 2.9 раздела 2 должностной инструкции), осуществлять работу в составе комиссии по итоговой государственной аттестации выпускников института, приемной комиссии института (п. 2.26 раздела 2 должностной инструкции), не допускать личной заинтересованности, которая может привести к конфликту интересов (п. 2.40 раздела 2 должностной инструкции), принимать меры и создавать условия противодействию коррупции в пределах своих полномочий (п. 2.41 раздела 2 должностной инструкции), являясь, на основании приказа РГПУ им. А.И. Герцена № 6504 от 15.09.2016 председателем приемной комиссии института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена для организации и проведения приема в Университет в 2017 году, уполномоченный на основании п. 16 Положения о приемной комиссии РГПУ им А.И. Герцена, утвержденного приказом РГПУ им. А.И. Герцена № 6838 от 18.11.2010, осуществлять формирование состава приемной комиссии института, руководство работой приемной комиссии института, прием граждан, поступающих на образовательные программы института, организацию и руководство процедурой зачисления в институт, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, в целях незаконного личного обогащения, в неустановленный период времени, но не позднее 12.07.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, имея умысел на получение лично взятки в виде денег в крупном размере от абитуриентов С.К., С.О., Ш.А., поступающих в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения и их представителей, за обеспечение беспрепятственного зачисления на обучение в ФИО11 и последующее беспрепятственное прохождение обучения в Университете, сообщил Б.И., занимающей должность доцента кафедры физического воспитания и спортивно-массовой работы института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена и приискавшей С.К., С.О., Ш.А. в качестве абитуриентов в Университет и курирующей их последующее поступление в РГПУ им. А.И. Герцена, что за взятку в виде денег в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, обеспечит беспрепятственное зачисление в РГПУ им. А.И. ФИО12, желающих проходить обучение в Университете и получить соответствующее образование, при этом в целях конспирации, сокрытия своего преступного намерения и придания законности своим действиям указал Б.И. о необходимости сообщения С.К., С.О., Ш.А. и их представителям о необходимости передачи денежных средств якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., при этом сообщил реквизиты расчетного счета №..., открытого на имя М.О., являющейся его (ФИО1) знакомой и действующей в интересах последнего, в офисе 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в целях перечисления требуемых денежных средств в качестве взятки.

В свою очередь Б.И., неосведомленная об истинном преступном умысле ФИО1, будучи в служебной зависимости от последнего, в вышеуказанный период времени, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, согласилась на предложение последнего передать вышеуказанное требование представителям С.К., С.О., Ш.А. о перечислении ФИО1 взятки в виде денег в крупном размере.

После чего, Б.И., в неустановленный период времени, но не позднее 12.07.2017, находясь на территории г. Санкт-Петербурга, неосведомленная об истинном преступном умысле ФИО1, будучи в служебной зависимости от последнего, сообщила Ч.И., являющейся одним из тренеров С.К., С.О., Ш.А., о необходимости перечисления денежных средств в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., которая в свою очередь, будучи не осведомленной о преступном умысле ФИО1, передала вышеуказанное требование К.И., осуществляющей непосредственную подготовку С.К., С.О., Ш.А. по художественной гимнастике, которая передала вышеуказанное требование представителям последних Х.Е., С.Д., Ш.Ю., соответственно.

В свою очередь Х.Е., С.Д., Ш.Ю., являясь представителями С.К., С.О., Ш.А., соответственно, неосведомленные об истинном преступном умысле ФИО1, в вышеуказанный период времени, находясь в неустановленном месте, осознавая возможные негативные последствия в виде не поступления С.К., С.О., Ш.А. в Университет, согласились на предложение последнего перечислить денежные средства в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А.

После чего 12.07.2017 на расчетный счет №..., открытый на имя М.О., являющейся знакомой ФИО1 и действующей в интересах последнего, в офисе 

<

...> России», расположенном по адресу: 

<

адрес>, в качестве взятки ФИО1 поступили:

- в 09 часов 45 минут денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя С.Д., являющегося представителем С.О. и действующего в интересах последней, в отделении «

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- в 09 часов 36 минут денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя Ш.Ю., являющейся представителем Ш.А. и действующей в интересах последней, в Ивановском отделении №... 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- в 08 часов 34 минуты денежные средства в размере 60 000 рублей с расчетного счета №..., открытого имя Ч.А., действующей в интересах С.К., в дополнительном офисе №... 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>.

Затем ФИО1 в период времени с 12.07.2017 по 14.07.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, в целях незаконного личного обогащения, имея умысел на получение лично взятки в виде денег в крупном размере от абитуриентов С.К., С.О., Ш.А., поступающих в Институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения и их представителей, лично получил взятку в виде денег путем перечисления денежных средств: 

- 12.07.2017 в 18 часов 57 минут денежные средства в размере 100 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- 14.07.2017 в 16 часов 23 минуты денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>,

на расчетный счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, а всего в размере 170 000 рублей, то есть в крупном размере, которыми распорядился по собственному усмотрению.

После чего, ФИО1, в период времени с 14.07.2017 по 03.08.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, лично подписал как директор института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена два распоряжения, на основании которых 29.07.2017 РГПУ им. А.И. Герцена издан приказ №..., согласно которому С.К. зачислена в Университет на очную форму обучения по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование), 03.08.2017 РГПУ им. А.И. Герцена был издан приказ №..., согласно которому С.О. и Ш.А. зачислены в Университет на очную форму обучения по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование). 

Государственный обвинитель в суде первой инстанции указанную квалификацию действий ФИО1 поддержал.

Суд первой инстанции переквалифицировал действия ФИО1 на ч.3 ст.159 УК РФ, установив вину ФИО1 в том, что он совершил мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. Судом первой инстанции установлено, что ФИО1, занимая должность директора института физической культуры и спорта Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена» (Далее – РГПУ им. А.И. Герцена, Университет), назначенный на указанную должность приказом ректора ФИО13 №... от 

<

дата>, являясь должностным лицом, то есть лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, будучи обязанным в соответствии с занимаемой должностью и должностной инструкцией директора института физической культуры и спорта Университета, утвержденной ректором ФИО13 31.01.2015, осуществлять непосредственное руководство институтом (п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции), руководить учебной, методической, воспитательной и научной работой в институте (п. 2.3 раздела 2 должностной инструкции), обеспечивать выполнение плана приема для обучения в институте (п. 2.9 раздела 2 должностной инструкции), осуществлять работу в составе комиссии по итоговой государственной аттестации выпускников института, приемной комиссии института (п. 2.26 раздела 2 должностной инструкции), не допускать личной заинтересованности, которая может привести к конфликту интересов (п. 2.40 раздела 2 должностной инструкции), принимать меры и создавать условия противодействию коррупции в пределах своих полномочий (п. 2.41 раздела 2 должностной инструкции), являясь, на основании приказа РГПУ им. А.И. Герцена №... от 

<

дата> председателем приемной комиссии института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена для организации и проведения приема в Университет в 2017 году, уполномоченный на основании п. 16 Положения о приемной комиссии РГПУ им А.И. Герцена, утвержденного приказом РГПУ им. А.И. Герцена №... от 

<

дата>, осуществлять формирование состава приемной комиссии института, руководство работой приемной комиссии института, прием граждан, поступающих на образовательные программы института, организацию и руководство процедурой зачисления в институт, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, в целях незаконного личного обогащения, в неустановленный период времени, но не позднее 12.07.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, имея умысел на получение денег с использованием своего служебного положения от абитуриентов С.К., С.О., Ш.А., поступающих в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения и их представителей, за обеспечение беспрепятственного зачисления на обучение в ФИО11 по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) и последующее беспрепятственное прохождение обучения в Университете, сообщил Б.И., занимающей должность доцента кафедры физического воспитания и спортивно-массовой работы института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена и приискавшей С.К., С.О., Ш.А. в качестве абитуриентов в Университет и курирующей их последующее поступление в РГПУ им. А.И. Герцена, что за сумму не менее 200 000 рублей, обеспечит беспрепятственное зачисление в РГПУ им. А.И. ФИО12, желающих проходить обучение в Университете и получить соответствующее образование, при этом в целях конспирации, сокрытия своего преступного намерения и придания законности своим действиям указал Б.И. о необходимости сообщения С.К., С.О., Ш.А. и их представителям о необходимости передачи денежных средств якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., при этом сообщил реквизиты расчетного счета №..., открытого на имя М.О., являющейся его (ФИО1) знакомой и действующей в интересах последнего, в офисе ПАО «Сбербанк России», расположенном по адресу: 

<

адрес>. В свою очередь Б.И., неосведомленная об истинном преступном умысле ФИО1, будучи в служебной зависимости от последнего, в вышеуказанный период времени, находясь в неустановленном месте на территории 

<

адрес>, согласилась на предложение последнего передать вышеуказанное требование представителям С.К., С.О., Ш.А. о перечислении ФИО1 денежных средств в крупном размере. После чего, Б.И. в неустановленный период времени, но не позднее 12.07.2017, находясь на территории г. Санкт-Петербурга, неосведомленная об истинном преступном умысле ФИО1, будучи в служебной зависимости от последнего, сообщила Ч.И., являющейся одним из тренеров С.К., С.О., Ш.А., о необходимости перечисления денежных средств в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., которая в свою очередь, будучи не осведомленной о преступном умысле ФИО1, передала вышеуказанное требование К.И., осуществляющей непосредственную подготовку С.К., С.О., Ш.А. по художественной гимнастике, которая передала вышеуказанное требование представителям последних Х.Е., С.Д., Ш.Ю., соответственно. В свою очередь Х.Е., С.Д., Ш.Ю., являясь представителями С.К., С.О., Ш.А., соответственно, неосведомленные об истинном преступном умысле ФИО1, в вышеуказанный период времени, находясь в неустановленном месте, осознавая возможные негативные последствия в виде не поступления С.К., С.О., Ш.А. в Университет, согласились на предложение последнего перечислить денежные средства в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А. После чего 12.07.2017 на расчетный счет №..., открытый на имя М.О., являющейся знакомой ФИО1 и действующей в интересах последнего, в офисе 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в качестве денежных средств ФИО1 поступили:

- в 09 часов 45 минут денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя С.Д., являющегося представителем С.О. и действующего в интересах последней, в отделении «

<

...>» АО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- в 09 часов 36 минут денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя Ш.Ю., являющейся представителем Ш.А. и действующей в интересах последней, в Ивановском отделении №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- в 08 часов 34 минуты денежные средства в размере 60 000 рублей с расчетного счета №..., открытого имя Ч.А., действующей в интересах С.К., в дополнительном офисе №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>.

Затем ФИО1 в период времени с 12.07.2017 по 14.07.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, в целях личного обогащения в крупном размере от абитуриентов С.К., С.О., Ш.А., поступающих в Институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения и их представителей, лично получил денежные средства путем перечисления денежных средств: 

- 12.07.2017 в 18 часов 57 минут денежные средства в размере 100 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- 14.07.2017 в 16 часов 23 минуты денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на расчетный счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, а всего в размере 170 000 рублей, то есть в крупном размере, которыми распорядился по собственному усмотрению.

После чего, ФИО1, в период времени с 14.07.2017 по 03.08.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, лично подписал как директор института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена два распоряжения, на основании которых 29.07.2017 РГПУ им. А.И. Герцена издан приказ №..., согласно которому С.К. зачислена в Университет на очную форму обучения по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование), 03.08.2017 РГПУ им. А.И. Герцена был издан приказ №..., согласно которому С.О. и Ш.А. зачислены в Университет на очную форму обучения по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование).

Делая вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, суд первой инстанции привел в приговоре доказательства, подтверждающие вину осужденного.

Оценивая собранные доказательства, суд признал их относимыми и допустимыми, а в совокупности достоверными и достаточными для разрешения настоящего уголовного дела по существу. Указал, что оснований для признания перечисленных доказательств недопустимыми не усматривает, так как все доказательства получены без нарушений уголовно-процессуального законодательства, соответствуют требованиям ст.ст.74-84 УПК РФ, отвечают требованиям закона об их относимости и допустимости, предъявляемым УПК РФ к доказательствам. 

В обоснование решения о переквалификации действий ФИО1 с п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ на ч.3 ст.159 УК РФ суд первой инстанции указал, что в силу занимаемой ФИО1 должности он не осуществлял руководство экзаменационной комиссией, не участвовал при приеме вступительных экзаменов, соответственно не мог каким-либо образом повлиять на ход проведения и приема и результаты вступительных испытаний. 

Об этом дал показания свидетель Свидетель №6, который являлся ответственным секретарем приёмной комиссии РГПУ им. Герцена. Экзаменационная комиссия и приемная никак не пересекается. Экзаменационная комиссия только по результатам своей работы сообщает как прошли вступительные испытания. Ответственность за создание ведомости экзаменационной комиссии и ее формирование несет председатель экзаменационной комиссии. В 2017 году председателем экзаменационной комиссии была Ш., которая в иерархии РГПУ подчинялась С.Е., который является председателем экзаменационной комиссии. Окончательное решение о зачислении принимается приемной комиссией университета которая формирует приказ о зачислении на основании рейтинговых конкурсных списков, который утверждается ректором. В условиях конкурса, с учетом того чтобы сообщили, что информация является абсолютно прозрачной, то есть она в открытом доступе для всех абитуриентов какой либо механизм искажения данных в пользу того или иного лица исключен. 

Также суд первой инстанции отметил, что показаниями свидетелей С.О., Ш.А., С.К., исследованных в ходе судебного следствия, подтверждено, что каждая из абитуриенток самостоятельно сдавали вступительные испытания, вступительные испытания заключались в проверке уровня физической подготовки. Уровень физической подготовки проверялся посредством выполнения определенных упражнений. За выполнением каждого отдельного упражнения наблюдал преподаватель, который был закреплен для проверки выполнения конкретного упражнения. В ходе вступительных испытаний каждая набрала баллы, достаточные для нахождения вверху таблицы рейтинга баллов поступающих студентов. В итоге по совокупности результатов ЕГЭ и результатов вступительных испытаний каждая из абитуриенток была зачислена в РГПУ им. А.И. Герцена на бюджетной основе. 

Однако, с данными выводами судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.

Согласно предъявленному ФИО1 обвинению ему не инкриминируется получение взятки за незаконные действия, в том числе за завышение оценок абитуриенток на экзаменах, за их зачисление в университет при отсутствии к тому оснований или без вступительных испытаний. Напротив, согласно указанному обвинению, он получил взятку за действия, которые входят в его полномочия. Согласно установленным судом обстоятельствам, он предложил Б.И. организовать передачу представителями абитуриенток денежных средств, обещая, проконтролировать процедуру их зачисления, и при необходимости помочь в трудный момент. При этом судом установлено, что он, являясь директором одного из институтов РГПУ имени Герцена, в силу занимаемой должности входил в состав приёмной комиссии Университета и являлся председателем приёмной комиссии возглавляемого им института. Согласно показаниям свидетеля Свидетель №6, являвшегося ответственным секретарём приёмной комиссии Университета, зачисление абитуриентов в Университет происходило на основании ранжированных списков, составленных по результатам ЕГЭ и вступительных испытаний. Указанные списки составлялись в автоматизированном режиме специальной программой на основании введённых членами приёмной комиссии данных. После их составления указанной программой данные списки проверялись членами приёмной комиссии под руководством председателя с целью недопущения ошибок, поскольку от правильности составления указанных списков зависела судьба людей. Ввод данных в программу и проверка указанных списков входила как в полномочия членов приёмной комиссии Университета, так и в полномочия членов приёмных комиссий институтов. Кроме того, в силу занимаемой должности директора института ФИО1 по итогам решения приёмной комиссии издавал распоряжение, на основании которого издавался приказ о зачислении абитуриентов в Университет. Таким образом, ФИО1, являясь в силу занимаемой им должности председателем приёмной комиссии института и членом приёмной комиссии Университета, имел полномочия проверки и контроля за процедурой зачисления в возглавляемый им институт абитуриентов, имеющих основания к зачислению, а в случае ошибочного ввода данных в программу, составляющую ранжированные списки, или в случае сбоя в работе данной программы, имел возможность исправлять возникшие ошибки и представлять таким образом возможность зачисления абитуриентам, которые имели на то право по результатам ЕГЭ и вступительных испытаний, то есть имел фактическую возможность при наличии к тому оснований содействовать абитуриентам, имеющим на то право, в их зачислении в Университет и разрешать возможные проблемы указанного характера при их зачислении. Получение взятки именно за эти действия, входящие в его полномочия, ФИО1 инкриминируется органами предварительного следствия. 

Таким образом, данная судом оценка квалификации действий ФИО1 не соответствует его обвинению и установленным судом материалам дела.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления о том, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а действия ФИО1 подлежат квалификации по п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ, а также о том, что неверная квалификация действий осуждённого повлекла назначение чрезмерно мягкого наказания.

Обоснованными являются и доводы апелляционной жалобы защитника в части того, что, переквалифицировав действия ФИО1 на ст.159 УК РФ, суд не указал на способ завладения имуществом потерпевших при описании действий осуждённого, а также при описании действий осуждённого указал о хищении денежных средств в крупном размере, тогда как указанная в приговоре сумма похищенных денежных средств не образует крупный размер хищения.

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Поскольку допущенные судом нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, судебная коллегия полагает необходимым отменить состоявшийся по делу приговор и в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ постановить в отношении ФИО1 новый обвинительный приговор.

Судебная коллегия установила вину ФИО1 в совершении получения взятки, то есть получения должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, в крупном размере, а именно:

ФИО1, занимая должность директора института физической культуры и спорта Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена» (Далее – РГПУ им. А.И. Герцена, Университет), назначенный на указанную должность приказом ректора ФИО13 №... от 

<

дата>, являясь должностным лицом, то есть лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, будучи обязанным в соответствии с занимаемой должностью и должностной инструкцией директора института физической культуры и спорта Университета, утвержденной ректором ФИО13 

<

дата>, осуществлять непосредственное руководство институтом (п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции), руководить учебной, методической, воспитательной и научной работой в институте (п. 2.3 раздела 2 должностной инструкции), обеспечивать выполнение плана приема для обучения в институте (п. 2.9 раздела 2 должностной инструкции), осуществлять работу в составе комиссии по итоговой государственной аттестации выпускников института, приемной комиссии института (п. 2.26 раздела 2 должностной инструкции), не допускать личной заинтересованности, которая может привести к конфликту интересов (п. 2.40 раздела 2 должностной инструкции), принимать меры и создавать условия противодействию коррупции в пределах своих полномочий (п. 2.41 раздела 2 должностной инструкции), являясь, на основании приказа РГПУ им. А.И. Герцена №... от 

<

дата> председателем приемной комиссии института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена для организации и проведения приема в Университет в 2017 году, уполномоченный на основании п. 16 Положения о приемной комиссии РГПУ им А.И. Герцена, утвержденного приказом РГПУ им. А.И. Герцена №... от 

<

дата>, осуществлять формирование состава приемной комиссии института, руководство работой приемной комиссии института, прием граждан, поступающих на образовательные программы института, организацию и руководство процедурой зачисления в институт, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, в целях незаконного личного обогащения, в неустановленный период времени, но не позднее 12.07.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, имея умысел на получение лично взятки в виде денег в крупном размере от абитуриентов С.К., С.О., Ш.А., поступающих в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения и их представителей, за обеспечение беспрепятственного зачисления на обучение в ФИО11 по направлению 4

<

дата> Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) и последующее беспрепятственное прохождение обучения в Университете, сообщил Б.И., занимающей должность доцента кафедры физического воспитания и спортивно-массовой работы института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена и приискавшей С.К., С.О., Ш.А. в качестве абитуриентов в Университет и курирующей их последующее поступление в РГПУ им. А.И. Герцена, что за взятку в виде денег в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, обеспечит беспрепятственное зачисление в РГПУ им. А.И. ФИО12, желающих проходить обучение в Университете и получить соответствующее образование, при этом в целях конспирации, сокрытия своего преступного намерения и придания законности своим действиям указал Б.И. о необходимости сообщения С.К., С.О., Ш.А. и их представителям о необходимости передачи денежных средств якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., при этом сообщил реквизиты расчетного счета №..., открытого на имя М.О., являющейся его (ФИО1) знакомой и действующей в интересах последнего, в офисе ПАО «Сбербанк России», расположенном по адресу: 

<

адрес>, в целях перечисления требуемых денежных средств в качестве взятки.

В свою очередь Б.И., не осведомленная об истинном преступном умысле ФИО1, будучи в служебной зависимости от последнего, в вышеуказанный период времени, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, согласилась на предложение последнего передать вышеуказанное требование представителям С.К., С.О., Ш.А. о перечислении ФИО1 взятки в виде денег в крупном размере.

После этого Б.И. в неустановленный период времени, но не позднее 12.07.2017, находясь на территории г. Санкт-Петербурга, неосведомленная об истинном преступном умысле ФИО1, будучи в служебной зависимости от последнего, сообщила Ч.И., являющейся одним из тренеров С.К., С.О., Ш.А., о необходимости перечисления денежных средств в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., которая в свою очередь, будучи не осведомленной о преступном умысле ФИО1, передала вышеуказанное требование К.И., осуществляющей непосредственную подготовку С.К., С.О., Ш.А. по художественной гимнастике, которая передала вышеуказанное требование представителям последних Х.Е., С.Д., Ш.Ю., соответственно.

В свою очередь Х.Е., С.Д., Ш.Ю., являясь представителями С.К., С.О., Ш.А., соответственно, не осведомленные об истинном преступном умысле ФИО1, в вышеуказанный период времени, находясь в неустановленном месте, осознавая возможные негативные последствия в виде не поступления С.К., С.О., Ш.А. в Университет, согласились на предложение последнего перечислить денежные средства в размере не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере, якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А.

После этого 12.07.2017 на расчетный счет №..., открытый на имя М.О., являющейся знакомой ФИО1 и действующей в интересах последнего, в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, в качестве взятки ФИО1 поступили:- в 09 часов 45 минут денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя С.Д., являющегося представителем С.О. и действующего в интересах последней, в отделении «

<

...>» АО «

<

...> расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- в 09 часов 36 минут денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя Ш.Ю., являющейся представителем Ш.А. и действующей в интересах последней, в Ивановском отделении №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- в 08 часов 34 минуты денежные средства в размере 60 000 рублей с расчетного счета №..., открытого имя Ч.А., действующей в интересах С.К., в дополнительном офисе №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>.

Затем ФИО1 в период времени с 12.07.2017 по 14.07.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, действуя умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, в целях незаконного личного обогащения, имея умысел на получение лично взятки в виде денег в крупном размере от абитуриентов С.К., С.О., Ш.А., поступающих в Институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения, и их представителей, лично получил взятку в виде денег путем перечисления денежных средств: 

- 12.07.2017 в 18 часов 57 минут денежные средства в размере 100 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>;

- 14.07.2017 в 16 часов 23 минуты денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>,

на расчетный счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, а всего в размере 170 000 рублей, то есть в крупном размере, которыми распорядился по собственному усмотрению.

После этого ФИО1, в период времени с 14.07.2017 по 03.08.2017, находясь в неустановленном месте на территории г. Санкт-Петербурга, лично подписал как директор института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена два распоряжения, на основании которых 29.07.2017 РГПУ им. А.И. Герцена издан приказ №..., согласно которому С.К. зачислена в Университет на очную форму обучения по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование), 03.08.2017 РГПУ им. А.И. Герцена был издан приказ №..., согласно которому С.О. и Ш.А. зачислены в Университет на очную форму обучения по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование). 

В судебном заседании суда первой и апелляционной инстанций ФИО1 свою вину в совершении указанного преступления не признал и показал, что с 2015 по 2018 года занимал должность директора РГПУ имени Герцена. В его должностные обязанности входила организация учебного процесса, внесение предложений совершенствования образования. Директор института на основании издаваемых приказов является членом приемной комиссии для организации и проведения приема студентов в Университет, осуществляет общую организацию процесса, но лицом, в части касающегося этого направления деятельности, носящего характер временного поручения, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, не является. Руководство приемной комиссии им не осуществилось. Он (ФИО1) участвовал только в выборе председателя приемной комиссии. Деятельность приемной комиссии регламентируется приказом, где четко прописаны полномочия и обязанности. Подписание приказа о зачислении студентов не входило в его полномочия. Такие студенты как ФИО14 и Ш. ему не знакомы, фамилия С. знакома, так как последняя ездила на практику в Севастополь, где он (ФИО1) был руководителем. Ему не известно, на какую форму обучения и на какой факультет поступали указанные студенты. В 2017 году перед практикой студентов возникли проблемы с медицинским обеспечением и ему самому из собственных средств пришлось оплачивать медикаменты. Также ему пришлось организовывать питание для студентов, на что требовались денежные средства. Под собственными средствами он подразумевает денежные средства, которые были выделены из фонда, из которого формировались премии. Бюджетные средства не предусматривали медицинское обеспечение, и было плохое питание. Относительно денежных средств, поступивших на его счет от М.О., пояснил, что обратился за помощью к Б. в поиске спонсоров для покупки компьютера в университет, Б. пообещала поговорить с федерациями и обществами, с которыми сотрудничает. То, что Б. обратилась к родителям абитуриентов, он (ФИО1) не знал. Полагал, что поступившие на счёт М.О. денежные средства поступили от спонсоров для приобретения на факультет компьютера. Однако ввиду того, что требовались денежные средства для организации питания и медицинского обеспечения студентов во время прохождения летней практики, им было принято решение компьютер в институт не покупать, а израсходовать имевшиеся на счёте М.О. денежные средства, которые, как он полагал поступили от спонсоров, на соответствующие нужды института по организации летней практики студентов. Признаёт, что им был нарушен порядок получения спонсорской помощи институту и её расходования, однако полагает, что данные действия не могут быть квалифицированы ни как получение взятки, ни как мошенничество, а могут быть квалифицированы по ст.285 или ст.286 УК РФ. 

Несмотря на непризнание ФИО1 вины в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.290 УК РФ, его вина в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью доказательств, исследованных судом:

- показаниями свидетеля Свидетель №6, допрошенного в суде первой инстанции, который показал, что он работает преподавателем РГПУ им. А.И. Герцена и является ответственным секретарем приёмной комиссии ВУЗа. Поступление в ВУЗ происходит следующим образом. Гражданин регистрируется в информационной системе приемной комиссии, заносит туда все свои данные, это касается паспортных данных, прописки, образования, семейного положения, также он выбирает направление подготовки вносит данные о вступительных испытаниях, ЕГЭ, и подписывает заявление, которое формируется. Дальше абитуриент приходит в приемную комиссию своего факультета или института, приносит документы. Это паспорт, аттестат об образовании и другие документы, которые требуются для поступления. Ответственный секретарь структурного подразделения проверяет эти документы, если все в порядке, формируется заявление, поступающий его подписывает, и дальше он участвует в конкурсе. Приемная комиссия формируется ежегодно заново, это происходит 01 октября приказом ректора, формируется состав приемной комиссии, туда входит ректор, как председатель, его заместитель, заместителем является председатель экзаменационной комиссии и заместителем является ответственный секретарь, который курирует работу. Также в приёмную комиссию Вуза по должности входят все деканы и директоры институтов. В состав приемной комиссии входят все деканы и директоры, проректор по учебной работе, он (Свидетель №6), его заместители, председатель экзаменационной комиссии и ректор, также входил ФИО4. Состав приемной комиссии формируется на основании приказа университета. Директора и деканы предоставляют служебные записки с перечнем лиц, которые будут входить в приёмную комиссию данного структурного подразделения, то есть помимо центральной комиссии, есть еще приемные комиссии факультетов и институтов, туда входит руководитель, технический секретарь, ответственный секретарь. Прием документов в университет в 2017 году осуществлялся следующим образом. Есть нормативные сроки, они утверждены Министерством просвещения, образования и науки. После того, как приём документов окончен, начинают формироваться конкурсные списки. Сначала есть просто списки всех подавших документы. После того, как сданы вступительные испытания, если таковые требуются, потому что кто –то по ЕГЭ поступает, кто-то по экзаменам, есть творческие факультеты, где требуется сдавать дополнительные экзамены, формируются рейтинговые списки, где все подавшие документы, которые прошли проверку приемной комиссии на соответствие поданным документам, они по количеству баллов ранжируются и создается список по убыванию баллов. Кроме того, к этому времени формируется так называемый протокол приемной комиссии, который формирует каждое структурное подразделение, по сути они дублируют рейтинговый список, только на уровне своего подразделения. На основании конкурных списков приемная комиссия, которую возглавляет ответственный секретарь вместе с ректором, проводят зачисление. Зачисление происходило в 2 этапа, сначала 80 процентов от конкурсного списка, а через несколько дней добирали еще 20 процентов до 100 процентов. 

К вступительным экзаменам он никакого отношения не имеет, потому что за вступительные экзамены отвечает отдельная комиссия, которая называется экзаменационной комиссией, она формируется отдельно приказом ректора. Обычно она формируется в марте-мае, и там председателем комиссии является заместитель ректора по приему в университет, у них свой состав экзаменаторов, свой приказ и свои полномочия. С экзаменационной комиссией из приемной комиссии никто никак не пересекается. Экзаменационная комиссия только по результатам своей работы сообщает, как прошли вступительные испытания. Роль председателя приемной комиссии структурного подразделения Университета - это организация работы приемной комиссии структурного подразделения, назначение ответственного секретаря, технических секретарей, которые потом приказом по университету утверждаются, и дальше – в период подготовки - профориентационная работа, встречи с абитуриентами, а в сам период работы приемной комиссии он курирует своих сотрудников, которые обеспечивают прием, как руководитель структурного подразделения он несет персональную ответственность за выполнение контрольных цифр приема, то есть полностью отвечает за прием своего структурного подразделения.

Экзаменационная комиссия подчиняется непосредственно ректору, а ректор назначает председателя экзаменационной комиссии. В то время был С.Е.. Экзаменационная комиссия не подчиняется председателю приемной комиссии. Председатель приемной комиссии не мог никак находиться в момент получения результатов экзаменационной комиссии. 

Экзаменационная комиссия заканчивает работу и формирует экзаменационные ведомости, она же по этим ведомостям вносит данные в информационную систему. Когда заканчивается прием, в приемную комиссию приносят папки с ведомостями, они хранятся, если какие-то спорные моменты возникают. Списки формируются автоматически, и здесь как раз работа руководителя и его технических секретарей, которые проверяют на ошибки автоматические. В экзаменационной комиссии есть ответственные преподаватели, которые являются председателями предметной комиссии. Для поступления необходимо заявление поступающего. В этом заявлении есть все, все его документы, в том числе результаты его ЕГЭ, и будут результаты его вступительных испытаний. Это основной документ, и к нему прилагаются копии документов которые подтверждают образование, сдачу ЕГЭ, может олимпиады были, достижения и так далее. Затем в прокол заносятся данные о пройденных экзаменах, испытаниях. Там идет итоговая цифра вместе с ЕГЭ вместе с результатами экзамена, это машина все формирует. Члены экзаменационной комиссии принимают только экзамены. Члены приемной комиссии работают со всеми документами и окончательно участвуют в зачислении, и члены приемной комиссии не работают напрямую с абитуриентами в период сдачи экзаменов. 

Ответственность за создание ведомости экзаменационной комиссии и ее формирование несет председатель экзаменационной комиссии. В 2017 году председателем экзаменационной комиссии была Ш., которая в иерархии РГПУ подчинялась С.Е., который является председателем приемной комиссии. Окончательное решение о зачислении, кем принимается приемной комиссией университета, которая формирует приказ о зачислении на основании рейтинговых конкурсных списков, который утверждается ректором. В условиях конкурса, с учетом того чтобы сообщили, что информация является абсолютно прозрачной, то есть она в открытом доступе для всех абитуриентов какой-либо механизм искажения данных в пользу того или иного лица исключен. ФИО1 как председатель комиссии подразделения не мог влиять на количественный показатель балла за пройденный экзамен, испытание конкретного абитуриента, поскольку ФИО1 не входит в экзаменационную комиссию; 

-показаниями свидетеля Б.И. от 24.08.2021, оглашенными в суде первой инстанции, из которых следует, что с 2015 года она является доцентом кафедры физического воспитания и спортивно-массовой работы РГПУ им. А.И. Герцена по ? ставки. В ее (Б.И.) обязанности входит, в том числе, кураторство спортивной команды института по художественной гимнастике. В рамках этой работы она (Б.И.) подбирает спортсменок, готовых к поступлению в РГПУ им. А.И. Герцена и соответствующих уровню сборной команды ВУЗа. При этом она (Б.И.) регулярно взаимодействует с тренерами по художественной гимнастике из разных регионов страны. В 2017 году она (Б.И.) в ходе взаимодействия с тренером сборной команды из г. Иваново – Ч.И., выяснила, что трое спортсменок имеют желание учиться в РГПУ им. А.И. Герцена и соответствовали уровню сборной команды ВУЗа, имели спортивные звания «Мастер спорта», а именно С.О., Ш.А. и С.К. Указанные спортсменки были рекомендованы к зачислению в РГПУ им. А.И. Герцена. В последующем, по окончанию вступительного периода, указанные девушки были зачислены в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. Ориентировочно в начале июля 2017 года, ФИО1, который являлся директором института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена, и в рамках приёмной комиссии курировал вопросы проведения вступительных испытаний, пригласил ее (Б.И.) зайти к нему в рабочий кабинет, расположенный на площадке института на Лиговском проспекте. Под фразой «курировал вопросы проведения вступительных испытаний» она (Б.И.) имела в виду, что ему доподлинно было известно, кто поступал, как и на какие факультеты. Каждый раз, когда в институт собираются поступать спортсменки с таким высоким уровнем подготовки, об этом озвучивается, ввиду того, что они могут выступать в сборной университета и поднять уровень подготовки команды. Когда она (Б.И.) приехала к ФИО1, прошла в его кабинет, он спросил ее (Б.И.), могут ли те трое девушек, которые поступали по ее (Б.И.) рекомендации, то есть С.О., Ш.А. и С.К. оказать финансовую помощь, так как он также может проконтролировать процедуру поступления данных спортсменок с зачислением студенток и может помочь в трудный момент. При этом, находясь в состоянии растерянности, получив такой вопрос, осознав, что это, возможно, связано с дальнейшими проблемами в обучении поступающих по ее (Б.И.) рекомендации студенток, она (Б.И.) согласилась передать требование их тренеру, при этом она (Б.И.) высказала ФИО1 свое мнение о том, что считает действия ФИО1 как минимум неправильными и что она (Б.И.) не может требовать от девочек исполнения таких требований, поскольку уровень подготовки спортсменок позволил бы им пройти вступительные испытания и без какой-либо помощи институту. На что ФИО1 ответил, «скажите, что университету нужны компьютеры, а денег на это у университета нет». Далее, ФИО1 была обозначена сумма 200 000 рублей, и деньги нужно будет перечислить на банковскую карту «его жены», после чего, передал ей (Б.И.) бумажку, на которой была написана фамилия. Забрав эту бумажку от ФИО1, она (Б.И.) ушла, чтобы связаться с тренером и обсудить оплату по указанному ФИО1 требованию. Никакие конкретные компьютеры ни с кем не обсуждались. После, выполняя требования ФИО1, она (Б.И.) по телефону обратилась к Ч.И. и сообщила, что сложилась такая ситуация. Далее она сообщила об этом спортсменкам. Спустя некоторое время, от Ч.И. ей (Б.И.) стало известно, что денежные средства за спортсменок переведены. 

Позже ей (Б.И.) стало известно, что никаких компьютеров для нужд института во время обучения не приобреталось. В связи с этой информацией, она (Б.И.) допускает, что данные денежные средства могли быть перечислены в интересах должностных лиц университета, а именно ФИО1, как лица, выдвинувшего это требование, раз техника на эти средства так и не была куплена. Таким образом, оценивая произошедшее, она (Б.И.) понимает, что ФИО1 выдвинул по отношению к поступившим в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена спортсменкам требование о передаче денежного вознаграждения за «беспроблемное» зачисление, а также исходя из ситуации отказ на поступившее требование мог повлечь последующие проблемы в зачислении и обучении спортсменок. Все студентки, за которых перечислили денежные средства ФИО1, были благополучно зачислены в университет (т. 2 л.д. 52-55).

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем Б.И. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие её явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову Б.И. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание Б.И. не явилась. Судом был осуществлён привод Б.И. в суд по месту её жительства, который результата не принёс, поскольку дверь квартиры никто не открыл. При обращении суда в РГПУ им. Герцена руководство суда обеспечить явку свидетеля Б.И. не смогло, поскольку она находится за границей Российской Федерации в связи с исполнением тренерских обязанностей сборной команды Казахстана по гимнастике. Судом также была получена информация об отсутствии у Б.И. судимости. Согласно заявлению Б.И. она постоянно проживает в 

<

адрес>, явиться в судебное заседание отказывается. При этом, вопреки доводам стороны защиты, указанное заявление Б.И. свидетельствовало о её постоянном проживании в другой стране, а не только в определённую дату судебного заседания. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. Тот факт, что Б.И. числится в списке преподавателей РГПУ им. Герцена, а, согласно расписанию, должна проводить там занятия, не опровергает указанного вывода о невозможности обеспечения явки данного свидетеля в суд. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля Б.И. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем ФИО15 доводам апелляционных жалоб ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля Б.И. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля Ч.И., данными на предварительном следствии в ходе допроса 16.08.2021, оглашенными судом первой инстанции, из которых следует, что она является тренером в МБУСШОР № 9, где занимались художественной гимнастикой С.К., С.О. и Ш.А. К лету 2017 года они являлись мастерами спорта, их спортивная подготовка была на соответствующем уровне. О том, что РГПУ им. А.И. Герцена имеет потребность в спортсменах, готовых выступать за сборную ВУЗа по художественной гимнастике, ей (Ч.И.) стало известно в ходе общения с Б.И. В обязанности Б.И. в университете входит, в том числе, кураторство спортивной команды института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по художественной гимнастике. В рамках этой работы Б.И. подбирает спортсменок, готовых к поступлению в вышеуказанный университет, и соответствующих уровню сборной команды института. Примерно перед началом учебного процесса летом 2017 года она (Ч.И.) получила информацию от Б.И. о необходимости приобретения ноутбуков или компьютеров для использования в процессе дальнейшего обучения С.К., С.О., Ш.А. Б.И. предложила сделать денежный перевод на указанную ей карту для дальнейшего приобретения ноутбуков. Данную информацию она (Ч.И.) передала тренеру Р.И., которая впоследствии довела данную информацию до родителей. Необходимая сумма для приобретения трех ноутбуков составляла около 200 000 рублей. 60 000 рублей от данной суммы не хватало для приобретения данных ноутбуков, поэтому личными тренерами и ей (Ч.И.) было принято решение помочь в приобретении третьего ноутбука. После сбора указанной суммы 12.07.2017 денежные средства в размере 60 000 рублей были переведены Ч.А., которая являлась матерью одной из занимающихся в спортивной школе девочек, на реквизиты, указанные ранее Б.И. При обозначении требования перевода денежных средств Б.И. указала, что это требование исходило от директора института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена ФИО1 В настоящий момент времени ей (Ч.И.) известно, что никакие ноутбуки и компьютеры вышеназванным студентками в процессе обучения не выдавались. В итоге по совокупности результатов ЕГЭ и результатов вступительных испытаний С.О., С.К. и Ш.А. были зачислены в РГПУ им. А.И. Герцена. Согласно существующей договоренности они продолжили заниматься и стали выступать за сборную команду ВУЗа, их зачисление и обучение курировала Б.И. (т.2 л.д. 67-70).

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем Ч.И. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие её явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову Ч.И. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание Ч.И. не явилась. Судом также была получена информация об отсутствии у Ч.И. судимости. Судом была получена информация о том, что Ч.И. проживает в городе Иваново, являться в судебное заседание не желает ввиду её загруженности по работе, в том числе не желает являться в Ивановский городской суд для допроса её с применением систем видеосвязи. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4, ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля Ч.И. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем Ч.И. ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля Ч.И. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля Р.И.., данными на предварительном следствии в ходе допроса 29.08.2021, оглашенными в суде первой инстанции, из которых следует, что она является тренером по художественной гимнастике С.К., С.О. Ш.А. в г. Иваново. Ей (Р.И..) известно, что Ч.И. получила просьбу о приобретении ноутбуков в количестве трех штук либо компьютера от Б.И., а та от ФИО1 Ч.И. передала данную просьбу ей (Р.И..), а она (Р.И..) передала это родителям спортсменок. Реквизиты для перевода ранее сообщила Б.И., по данным реквизитам родителями спортсменок, а также Ч.А., которая являлась родителем одной из спортсменок, занимающихся также в г. Иваново, были переведены денежные средства. Денежные средства, переведенные Ч.А., являлись ее (Р.И..) и Ч.И. деньгами, которые те предоставили для перечисления (т. 2 л.д. 78-82).

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем Р.И.. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие её явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову Р.И.. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание Р.И.. не явилась. Судом также была получена информация об отсутствии у Р.И.. судимости. Судом была получена информация о том, что Р.И.. проживает в городе Иваново, являться в судебное заседание не желает ввиду её загруженности по работе, в том числе не желает являться в Ивановский городской суд для допроса её с применением систем видеосвязи. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4, ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля Р.И.. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем Р.И.. ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля Р.И.. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля С.О., данными в суде первой инстанции и на предварительном следствии, оглашёнными судом первой инстанции в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в 2017 году она оканчивала обучение в школе в г. Иваново, при этом занималась художественной гимнастикой, выступала на соревнованиях, с 2016 года имела спортивное звание «мастер спорта России». Ее (С.О.) основным тренером являлась Ч.И. в ДЮСШ № 9 г. Иваново (ныне МБУ СШОР №9 г. Иваново). Примерно весной 2017 года, ей (С.О.) от тренерского состава поступило предложение поступить в РГПУ им. А.И.Герцена в г. Санкт-Петербурге для обучения на учителя физической культуры. Такое предложение поступило также еще 2 спортсменкам из школы – С.К. и Ш.А. При этом, основным условием упрощенного поступления в ВУЗ являлось то, что они будут продолжать тренироваться и в последующем выступать за сборную команду университета по художественной гимнастике. Далее она (С.О.), получив результаты ЕГЭ, собрала необходимый комплект документов и летом 2017 года поехала в г. Санкт-Петербург для прохождения вступительных испытаний РГПУ им. А.И.Герцена. Вступительные испытания заключались в проверке уровня физической подготовки. Уровень физической подготовки проверялся посредством выполнения определенных упражнений. За выполнением каждого отдельного упражнения наблюдал преподаватель, который был закреплен для проверки выполнения конкретного упражнения. В ходе вступительных испытаний она (С.О.) набрала баллы, достаточные для нахождения вверху таблицы рейтинга баллов поступающих студентов. В итоге по совокупности результатов ЕГЭ и результатов вступительных испытаний она (С.О.) была зачислена в РГПУ им. А.И. Герцена на бюджетной основе. Согласно существующей договоренности она (С.О.) продолжила заниматься и стала выступать за сборную команду ВУЗа. При этом их зачисление и обучение курировала Б.И. О ситуации приобретения в 2017 году компьютеров для института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по требованию директора - ФИО1 она (С.О.) узнала после того, как ей (С.О.) позвонил сотрудник ОЭБиПК и пригласил для проведения опроса. Далее она (С.О.) позвонила родителям выяснить по сути вопроса, и со слов отца С.Д. ей (С.О.) известно, что в 2017 году по реквизитам, которые ему передала мать С.Е., он со своей банковской карты осуществил перевод в размере 70 000 рублей, которые по заверению кого-то из тренеров предназначались на приобретение компьютеров в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. На протяжении всего процесса обучения ей (С.О.) не выдавались какие-либо компьютеры. О каких-либо оформленных пожертвованиях или дарениях в пользу института ей (С.О.) также не известно. Помимо нее (С.О.) денежные средства также переводились от имени С.К. и Ш.А. на покупку компьютеров в период времени, когда они все поступали в РГПУ им. А.И. Герцена (т. 2 л.д. 85-88); 

- показаниями свидетеля С.Е., данными на предварительном следствии в ходе допроса 28.07.2021, оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что она является матерью С.О. С 2007 года С.О. занимается художественной гимнастикой, выступает на соревнованиях, с 2016 года имеет спортивное звание «мастер спорта России». В 2017 году С.О. оканчивала обучение в школе в г. Иваново. Ее основным тренером являлась Ч.И., ДЮСШ № 9 г. Иваново (ныне МБУ СШОР №9 г. Иваново). Примерно осенью 2016 года, С.О. от тренерского состава поступило предложение поступить в РГПУ им. А.И. Герцена в 

<

адрес> для обучения на учителя физической культуры. С.О. полностью соответствовала требованиям, предъявляемым к абитуриентам института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена и каких-либо сложностей в последующем при прохождении вступительных испытаний не имела. Такое предложение поступило ей и еще 2 спортсменкам из школы – С.К. и Ш.А. При этом, основным условием их упрощенного поступления в ВУЗ являлось то, что они будут продолжать тренироваться и в последующем выступать за сборную команду университета по художественной гимнастике. Данное предложение её заинтересовало, в связи с чем они, получив результаты ЕГЭ, собрали необходимый комплект документов и летом 2017 года поехали в г. Санкт-Петербург для прохождения вступительных испытаний РГПУ им. А.И. Герцена. Вступительные испытания заключались в проверке уровня физической подготовки, поскольку поступала С.О. в институт физической культуры и спорта. 10.07.2017 они подали документы в РГПУ им. А.И. Герцена, а 11.07.2017 узнали, что вступительные экзамены по физической культуре назначили на 18.07.2017 и 20.07.2017. 11.07.2017. Ей (С.Е.) от тренера К.И. на телефон пришло сообщение, в котором были указаны банковские реквизиты и текстовое сообщение с просьбой срочно осуществить денежный перевод в размере 70 000 рублей на эти реквизиты за приобретение компьютеров для использования студентами в процессе обучения в институте физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. Номер указанного счета она (С.Е.) переслала своему мужу С.Д. с просьбой перевести требуемые денежные средства. На указанные реквизиты перевод не проходил, в связи с чем она (С.Е.) сказала С.Д. самостоятельно связаться с К.И. и уточнить реквизиты. 12.07.2017 С.Д. сообщил, что осуществил перевод денежных средств в размере 70 000 рублей на уточненные банковские реквизиты. Со слов С.О. никаких компьютеров ей или иным студентам во время обучения в университете не выдавалось. Когда она (С.Е.) в первый раз услышала о необходимости перевода денежных средств за технику для учебы, она (С.Е.) сочла это достаточно странным, поскольку на тот момент С.О. еще не была зачислена и фактически не являлась студенткой. Но, учитывая, что данное требование о переводе денежных средств поступило до проведения вступительных испытаний, по результатам прохождения которого решался бы вопрос о зачислении С.О. в университет, она (С.Е.) предполагала, что в случае отказа от перечисления денежных средств это могло бы негативно повлиять на результат сдачи очного экзамена, и соответственно, воспрепятствовать дальнейшему зачислению С.О. в институт физической культуры и спорта. Она (С.Е.) допускала, что данные денежные средства перечисляются в интересах должностных лиц университета. В итоге по совокупности результатов ЕГЭ и результатов вступительных испытаний С.О. была зачислена в РГПУ им. А.И. Герцена на бюджетной основе (т. 2 л.д. 95-98).

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем С.Е. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие её явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову С.Е. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание С.Е. не явилась. Судом также была получена информация об отсутствии у С.Е. судимости. Судом была получена информация о том, что С.Е. проживает в Москве, являться в судебное заседание не желает ввиду её загруженности по работе, в том числе не желает являться в суд для допроса её с применением систем видеосвязи. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4, ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля С.Е. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем С.Е. ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля С.Е. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля С.Д., данными на предварительном следствии в ходе допроса 28.07.2021, оглашенными в суде первой инстанции, из которых следует, что он является отцом С.О. С 2007 года С.Д. занимается художественной гимнастикой, выступает на соревнованиях, с 2016 года имеет спортивное звание «мастер спорта России». В 2017 году С.О. оканчивала обучение в школе г. Иваново. Ее основным тренером являлась Ч.И., ДЮСШ № 9 г. Иваново (ныне МБУ СШОР №9 г. Иваново). Примерно осенью 2016 года, С.О. от тренерского состава поступило предложение поступить в РГПУ им. А.И. Герцена в 

<

адрес> для обучения на учителя физической культуры. С.О. полностью соответствовала требованиям, предъявляемым к абитуриентам института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена и каких-либо сложностей в последующем при прохождении вступительных испытаний не имела. Такое предложение поступило ей и еще 2 спортсменкам из команды – С.К. и Ш.А. При этом, основным условием их упрощенного поступления в ВУЗ являлось то, что они будут продолжать тренироваться и в последующем выступать за сборную команду университета по художественной гимнастике. Данное предложение её заинтересовало, в связи с чем она, получив результаты ЕГЭ, собрала необходимый комплект документов и летом 2017 года поехала в г. Санкт-Петербург для прохождения вступительных испытаний РГПУ им. А.И. Герцена. Вступительные испытания заключались в проверке уровня физической подготовки, поскольку поступала она в институт физической культуры и спорта. 10.07.2017 С.О. подала документы в РГПУ им. А.И. Герцена, а 11.07.2017 узнала, что вступительные экзамены по физической культуре назначили на 18.07.2017 и 20.07.2017. 12.07.2017 к нему (С.Д.) обратилась жена С.Е., которая передала реквизиты банковской карты и пояснила, что один из тренеров, а именно К.И., передала ей указанные реквизиты, пояснив, что по ним необходимо перевести денежные средства в размере 70 000 рублей для приобретения компьютеров для использования студентами в процессе обучения в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. По данному номеру карты платеж не проходил, в связи с чем он (С.Д.) сам связался с К.И., которая дала новые реквизиты другой банковской карты, на которые 12.07.2017 он (С.Д.) осуществил перевод денежных средств в размере 70 000 рублей, которые являлась личными денежными средствами. Со слов С.О. никаких компьютеров ей или иным студентам во время обучения в университете не выдавалось. Когда он (С.Д.) в первый раз услышал о необходимости перевода денежных средств за технику для учебы, он (С.Д.) счел это достаточно странным, поскольку на тот момент С.О. еще не была зачислена и фактически не являлась студенткой. Но учитывая, что данное требование о переводе денежных средств поступило до проведения вступительных испытаний, по результатам прохождения которого решался бы вопрос о зачислении С.О. в университет, он (С.Д.) предполагал, что в случае отказа от перечисления денежных средств это могло бы негативно повлиять на результат сдачи очного экзамена, и соответственно, воспрепятствовать дальнейшему зачислению С.О. в институт физической культуры и спорта. Он (С.Д.) отдалённо допускал, что данные денежные средства перечисляются в интересах должностных лиц университета. В итоге по совокупности результатов ЕГЭ и результатов вступительных испытаний она была зачислена в РГПУ им. А.И. Герцена на бюджетной основе (т. 2 л.д. 101-104). 

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем С.Д. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие его явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову С.Е. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание С.Д. не явился. Судом также была получена информация об отсутствии у С.Д. судимости. Судом была получена информация о том, что С.Д. проживает в городе Москве, являться в судебное заседание не желает ввиду его загруженности по работе, в том числе не желает являться в суд для допроса его с применением систем видеосвязи. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4, ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля С.Д. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем С.Д. ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля С.Д. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля Ш.А., данными в суде первой инстанции и в ходе допроса на предварительном следствии, оглашёнными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в 2017 году она оканчивала обучение в школе в г. Иваново, при этом занималась художественной гимнастикой, выступала на соревнованиях, с 2016 года имела спортивное звание «мастер спорта России». Ее (Ш.А.) основным тренером являлась Ч.И., ДЮСШ № 9 г. Иваново (ныне МБУ СШОР №9 г. Иваново). Примерно весной 2017 года, ей (Ш.А.) от тренерского состава поступило предложение поступить в РГПУ им. А.И. Герцена в г. Санкт-Петербурге для обучения на учителя физической культуры. Такое предложение поступило ей (Ш.А.) и еще 2 спортсменкам из школы – С.К. и С.О. При этом, основным условием упрощенного поступления в ВУЗ являлось то, что они будут продолжать тренироваться и в последующем выступать за сборную команду университета по художественной гимнастике. Далее она (Ш.А.), получив результаты ЕГЭ, собрала необходимый комплект документов и летом 2017 года поехала в г. Санкт-Петербург для прохождения вступительных испытаний РГПУ им. А.И. Герцена. Вступительные испытания заключались в проверке уровня физической подготовки. Уровень физической подготовки проверялся посредством выполнения определенных упражнений. За выполнением каждого отдельного упражнения наблюдал один или несколько преподавателей, который был закреплен для проверки выполнения конкретного упражнения. В ходе вступительных испытаний она (Ш.А.) набрала баллы, достаточные для нахождения вверху таблицы рейтинга баллов поступающих студентов. В итоге по совокупности результатов ЕГЭ и результатов вступительных испытаний она (Ш.А.) была зачислена в РГПУ им. А.И. Герцена на бюджетной основе. Согласно существующей договоренности она (Ш.А.) продолжила заниматься и стала выступать за сборную команду ВУЗа. При этом, их зачисление и обучение курировала Б.И. О ситуации приобретения в 2017 году компьютеров для института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по требованию директора - ФИО1 она (Ш.А.) узнала после того, как ей (Ш.А.) позвонила Б.И. и спросила, известно ли ей (Ш.А.) что-то по этой ситуации. Далее она (Ш.А.) стала интересоваться у мамы – Ш.Ю. о том, были ли указанные обстоятельства, на что она сообщила, что к ней обратился кто-то из тренеров, которые сообщили, что в срочном порядке, для ВУЗа необходимо оказать спонсорскую помощь в виде приобретения компьютеров, размер пожертвования составлял 70 000 рублей, которые Ш.Ю. перевела на переданные ей реквизиты. На протяжении всего процесса обучения ей (Ш.А.) не выдавались какие-либо компьютеры. О каких-либо оформленных пожертвованиях или дарениях в пользу института ей (Ш.А.) также не известно. Помимо нее (Ш.А.), денежные средства также переводились от имени С.К. и С.О. на покупку компьютеров в период времени, когда они все поступали в РГПУ им. А.И. Герцена (т. 2 л.д. 107-110);

- показаниями свидетеля Ш.Ю., данными в ходе допроса на предварительном следствии 29.08.2021, оглашенными в суде первой инстанции, из которых следует, что она является матерью Ш.А. Ш.А. на протяжении более 5 лет занималась художественной гимнастикой в ДЮСШ № 9 г. Иваново (ныне МБУ СШОР № 9 г. Иваново), в 2016 году ей было присвоено звание мастер спорта России. Ее основным тренером являлась Ч.И. В 2017 году она оканчивала обучение в 11 классе школы и планировала поступать в ВУЗ. Примерно весной 2017 года, Ш.А. от тренерского состава поступило предложение поступить в РГПУ им. А.И. Герцена в г. Санкт-Петербурге для обучения на учителя физической культуры. Такое предложение поступило ей и еще 2 спортсменкам из школы – С.К. и С.О. При этом, основным условием их упрощенного поступления в ВУЗ являлось то, что они будут продолжать тренироваться и в последующем выступать за сборную команду университета по художественной гимнастике. По окончанию школы и получения аттестата и свидетельства о результатах ЕГЭ, Ш.А. уехала в г. Санкт-Петербург для поступления в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. Она успешно сдала внутренние вступительные испытания. При этом, в период работы вступительной комиссии ориентировочно в середине июля 2017 года, ей (Ш.Ю.) от тренера поступила информация о том, что институту физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена необходимо оказать помощь на приобретение компьютеров, для чего необходимо перечислить 70 000 рублей на банковскую карту, реквизиты которой ей (Ш.Ю.) передали. Она (Ш.Ю.) была удивлена такому требованию, и указанная сумма была для семьи крайне значительной. Но понимая перспективы обучения в престижном ВУЗе в г. Санкт-Петербурге, а также полагая, что отказ на указанное требование может повлечь негативные последствия для дочери она (Ш.Ю.) согласилась. Указанную сумму – 70 000 рублей она (Ш.Ю.) перевела в середине июля 2017 года по предоставленным ей (Ш.Ю.) реквизитам банковской карты. В последующем Ш.А. была зачислена в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена в г. Санкт-Петербурге. Со слов Ш.А. никаких компьютеров ей или иным студентам во время обучения в университете не выдавалось. Когда она (Ш.Ю.) в первый раз услышала о необходимости перевода денежных средств за технику для учебы, она (Ш.Ю.) сочла это достаточно странным, поскольку на тот момент Ш.А. еще не была зачислена и фактически не являлась студенткой. Но учитывая, что данное требование о переводе денежных средств поступило до зачисления в институт, она (Ш.Ю.) предполагала, что в случае отказа от перечисления денежных средств это могло бы негативно повлиять на результат сдачи очного экзамена, и соответственно, воспрепятствовать дальнейшему зачислению Ш.А. в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. Она (Ш.Ю.) допускала, что данные денежные средства перечисляются в интересах должностных лиц университета, поскольку реквизиты, которые ей (Ш.Ю.) передали, принадлежали физическому лицу, а не являлись реквизитами расчетного счета университета (т. 2 л.д. 116-119).

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем Ш.Ю. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие её явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову Ш.Ю. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание Ш.Ю. не явилась. Судом также была получена информация об отсутствии у Ш.Ю. судимости. Судом была получена информация о том, что Ш.Ю. проживает в городе Иваново, являться в судебное заседание не желает ввиду её загруженности по работе, в том числе не желает являться в Ивановский городской суд для допроса её с применением систем видеосвязи, поскольку работает за пределами города Иваново. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4, ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля Ш.Ю. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем ФИО16 доводам апелляционных жалоб ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля Ш.Ю. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля Х.Е., данными на предварительном следствии в ходе допроса 29.08.2021, оглашенными в суде первой инстанции, из которых следует, что она является матерью С.К. С.К. занимается художественной гимнастикой с 2005 года, является мастером спорта. Ее (С.К.) тренерами являлись Р.И.. и Ч.И. Примерно в июле 2017 года ей (Х.Е.) позвонил кто-то из тренеров и сказал, что для института необходимо приобрести ноутбук в подарок. Она (Х.Е.) согласилась и предложила уточнить марку и технические характеристики для дальнейшего приобретения. Позже ей (Х.Е.) позвонил кто-то из тренеров и сказал, что необходимости в покупке ноутбука нет, однако нужно перечислить денежные средства в размере 70 000 рублей. Это объяснили тем, что покупкой ноутбука будут заниматься в г. Санкт-Петербурге. Она (Х.Е.) лично не перечисляла указанные денежные средства и не брала реквизиты, этот вопрос решали тренера С.К. (т. 2 л.д. 135-138);

Судом первой инстанции правомерно было принято решение об оглашении показаний, данных свидетелем Х.Е. на предварительном следствии, поскольку имелись чрезвычайные обстоятельства, препятствующие её явке в суд. Так, судом неоднократно предпринимались попытки по вызову Х.Е. в судебное заседание по телефону. Несмотря на вызовы в судебное заседание Х.Е. не явилась. Судом также была получена информация об отсутствии у Х.Е. судимости. Судом была получена информация о том, что Х.Е. проживает в городе Иваново, являться в судебное заседание не желает ввиду её загруженности по работе, в том числе не желает являться в Ивановский городской суд для допроса её с применением систем видеосвязи, поскольку работает за пределами города Иваново. Указанные обстоятельства являются чрезвычайными, препятствующими явке свидетеля в судебное заседание, и в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ дают основания к оглашению показаний свидетеля по ходатайству одной из сторон при наличии возражений другой стороны. Ошибочное указание суда на п.п.3, 5, вместо указания на п.4, ч.2 ст.281 УПК РФ в решении об оглашении показаний свидетеля не свидетельствует об отсутствии оснований к оглашению показаний и не влечёт процессуальной несостоятельности данного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что сторона защиты не была ограничена судом в самостоятельном обеспечении явки свидетеля в судебное заседание. Вопреки доводам апелляционных жалоб, сторона защиты не была ограничена в возможности оспорить показания свидетеля Х.Е. на стадии предварительного расследования. Однако, при ознакомлении с материалами дела обвиняемым и его защитниками не заявлялось ходатайств о проведении очной ставки со свидетелем ФИО18 доводам апелляционных жалоб ФИО1 дважды знакомился с материалами дела: один раз в отсутствие защитника, а другой – с защитником, назначенным следователем. Каждый раз ФИО1 отказывался от участия в ознакомлении с материалами дела ранее участвовавшего защитника. Никаких заявлений о ненадлежащем осуществлении защиты защитником, назначенным следователем, ФИО1 не делал. Между первым и вторым ознакомлением у ФИО1 было достаточно времени для принятия решения о приглашении защитника по соглашению для участия в ознакомлении с материалами дела, а также для обдумывания линии защиты, в том числе для принятия решения о заявлении ходатайств о проведении очных ставок. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что право ФИО1 на защиту при ознакомлении с материалами дела ограничено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции об оглашении показаний свидетеля Х.Е. соответствовало требованиям п.4 ч.2 и ч.2.1 ст.281 УПК РФ;

- показаниями свидетеля Ч.А., данными на предварительном следствии в ходе допроса 26.08.2021, оглашенными судом первой инстанции в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что у нее есть дочь, которая занимается художественной гимнастикой в МБУ СШОР №9 г. Иваново у тренеров Ч.И. и ФИО19 Обстоятельства перевода ею (Ч.А.) денежных средств летом 2017 года на покупку компьютеров для института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена в интересах С.К. не помнит, но допускает, что ей (Ч.А.) могла поступить такая просьба от тренеров (т. 2 л.д. 147-151);

- показаниями свидетеля Свидетель №5, данными на предварительном следствии в ходе лопроса 10.06.2021, оглашенными судом первой инстанции в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в 2017 году, в соответствии с Положением о приемной комиссии, на основании полученных от ФИО1 служебных записок, приказов в Институте физической культуры и спорта была сформирована приемная комиссия в составе: председателя комиссии ФИО1, его (Свидетель №5) в качестве ответственного секретаря комиссии, технических секретарей Д.Т., Л.А. В его (Свидетель №5) обязанности как ответственного секретаря комиссии входил прием документов от абитуриентов бакалавриата и внесение абитуриентов в реестр. Он (Свидетель №5) и технические секретари принимали документы от абитуриентов, проверяли их на корректность, после чего вносили в специальную программу, работающую на базе Университета, где находился список абитуриентов с их результатами ЕГЭ и результатами вступительных испытаний. Соответственно, после того, как абитуриенты проходили вступительные испытания, в программу вносились сведения об их результатах, после чего программа осуществляла ранжирование лиц по местам, чтобы определить, кто из лиц попадает на ограниченное количество мест в рамках квоты. Зачислению подлежат поступающие лица, подавшие заявление о согласии на зачисление и предоставившие оригинал документа об образовании. Зачисление проводится в соответствии с ранжированным списком до заполнения установленного количества мест. Лица определяются посредством использования программы, которая составляет ранжированный список лиц к зачислению, на основании которого потом оформляется документ, который подписывается ответственным секретарем приемной комиссии и директором/деканом структурного подразделения. После этого подписанное распоряжение поступает в центральную приёмную комиссию для формирования на основании его приказа о зачислении, но перед этим бумажный документ сверяется со списком в программе, чтобы исключить возможность допущения каких-либо технических ошибок (т. 2 л.д. 160-163); 

- показаниями свидетеля Свидетель №7, данными на предварительном следствии в ходе допроса 03.06.2021, оглашенными судом первой инстанции в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в 2017 году на основании приказа она входила в состав экзаменационной комиссии по приему вступительных испытаний в качестве председателя предметной комиссии. Вступительные испытания в институт физической культуры и спорта представляли собой выполнение упражнений из блока легкой атлетики и гимнастики. В каждом блоке был свой перечень упражнений, за выполнение каждого из которых начислялась конкретное количество баллов в зависимости от результатов. За выполнением каждого из упражнений следил назначенный преподаватель, который имел на руках ведомости со списком лиц, куда проставлялась баллы за выполнение упражнений. Количество баллов за выполнение каждого упражнения основывалось на утвержденных нормативах. После того, как все абитуриенты сдавали вступительные испытания, все ведомости приносились ей (Свидетель №7), после чего они совместно с преподавателями осуществляли подсчет общих баллов по итогам прохождения вступительных испытаний. На основе представленных абитуриентами документов, по результатам сданных вступительных испытаний далее формировался список поступающих на места в рамках контрольных цифр приема граждан на обучение в институт физической культуры и спорта за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, который формировался ответственным секретарем приемной комиссии института физической культуры и спорта Свидетель №5 ФИО1, который в 2017 году являлся председателем приемной комиссии по институту физической культуры и спорта, она (Свидетель №7) знает с момента его прихода в РГПУ им А.И. Герцена. Охарактеризовать ФИО1 может как человека, который любил всех контролировать (т. 2 л.д. 166-169); 

- показаниями свидетеля К.С., данными на предварительном следствии 

<

дата>, оглашенными судом первой инстанции в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что с 09.04.2018 года он состоит в должности начальника управления закупок и продаж ФГБОУ ВО «РГПУ им. А.И. Герцена». В его (К.С.) должностные обязанности входит руководство вышеуказанным управлением и закупочной деятельностью Университета в части ее оформления Университета. У университета есть несколько источников дохода: субсидии из федерального бюджета и средства, полученные от приносящей доход деятельности. К средствам, полученным от приносящей доход деятельности, относится преподавательская деятельность на платной основе, средства грантов от конкурсов, а также пожертвования. Все пожертвования оформляются письменно, форма зависит от предмета пожертвования. Если предметом пожертвования являются денежные средства, то они перечисляются только на расчетный счет университета, то есть они не могут быть перечислены на личные счета должностных лиц университета. Исходя из этого, закупки осуществляются на основании двух законов: 44-ФЗ, регулирующий деятельность в сфере государственных закупок, и 223-ФЗ, регулирующий деятельность в сфере закупок товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц. При получении субсидии из средств федерального бюджета и итоговой суммы средств, полученных от приносящей доход деятельности, составляется план финансово-хозяйственной деятельности университета. Бюджет выделяется примерно в начале декабря, план финансово-хозяйственной деятельности составляется примерно до конца января. План утверждается Министерством просвещения РФ и согласуется ректором университета. На основе плана размещаются планы-графики закупок в единой информационной системе в сфере закупок. Через эту систему посредством торгов, конкурсов или аукционов размещаются заявки, после чего по итогам торгов подписывается договор, который впоследствии исполняется и после исполнения договора происходит оплата указанных товаров. Если это товары, то они ставятся на баланс Университета. Перед составлением плана финансово-хозяйственной деятельности Университета, каждый институт начиная примерно с сентября подает заявку на приобретение определенных товаров, после чего эти заявки совмещаются и ложатся в основу плана финансово-хозяйственной деятельности. Данные заявки подписываются либо директором института, либо деканом факультета. После того, как товар поступает на баланс университета, он передается материально-ответственным лицам от каждого конкретного института, которые несут ответственность за сохранность вверенного им имущества. Университет является бюджетным учреждением и имеет определенные источники дохода, в связи с чем процедура сбора денежных средств со студентов, на которые впоследствии приобретаются товары для нужд университета, не предусмотрена (т. 2 л.д. 172-175);

- показаниями свидетеля М.О., данными в суде первой инстанции и на предварительном следствии, которые были оглашены судом первой инстанции в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 180-182), из которых следует, что с ФИО1 они познакомились примерно 5 лет назад, он на тот момент состоял в должности директора института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена. Они состоят в хороших дружественных отношений, до сих пор поддерживают с ним связь. Пояснила, что Ш.Ю., С.Д., Ч.А. ей (М.О.) не знакомы. ФИО6 просил в 2017 году её приобрести для Университета компьютер на деньги, поступившие ей на банковскую карту. С его слов данные деньги переводились спонсорами. Однако впоследствии он изменил своё решение и попросил перевести переведённые ей деньги ему на другие нужды института. По существу переводов, поступивших ей (М.О.) на банковскую карту 12.07.2017 от Ш.Ю., С.Д. и Ч.А. на общую сумму 200 000 рублей, пояснила, что в связи с давностью событий не может ответить на этот вопрос. По существу переводов, выполненных ей (М.О.) 12.07.2017 и 14.07.2017 на банковскую карту ФИО1 на общую сумму 170 000 рублей, пояснила, что в связи с давностью событий не может ответить на этот вопрос; 

–иным документом - постановлением о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 26.03.2021, согласно которому заместителем начальника УМВД России по Центральному району г. СПб в адрес следственного отдела по Центральному району Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу направлены результаты оперативно-розыскной деятельности, проведенной в рамках материала проверки №... от 12.02.2021 по факту получения директором института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена ФИО1 денежных средств от представителей С.К., С.О., Ш.А. за беспрепятственное зачисление последних, с приложением в виде 1 оптического диска (т. 2 л.д. 44-45);

–иным документом - постановлением судьи Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга О.М. Матвеевой от 24.02.2021, согласно которому разрешено проведение оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок» для получения сведений, составляющих банковскую тайну, справок по операциям и счетам М.О., обслуживающихся в Северо-Западном банке ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес> (т. 2 л.д. 46);

–иным документом - сопроводительным письмом ПАО «

<

...>» № №... от 

<

дата>, согласно которому в ответ на запрос ПАО «

<

...>» представлен оптический диск, содержащий информацию по движению денежных средств по счетам М.О., открытым в 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес> (т. 2 л.д. 48-49);

–иным документом - выпиской из приказа №... от 

<

дата>, согласно которой Б.И. принята по совместительству на должность доцента кафедры физического воспитания и спортивно-массовой работы института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на 0,25 ставки (т. 2 л.д. 213);

–иным документом - заявлением о приеме С.О. от 

<

дата>, согласно которому С.О. просит допустить ее (С.О.) к участию в конкурсе на базе среднего общего образования на образовательную программу 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на очную форму обучения на бюджетной основе (т. 1 л.д. 238); 

–иным документом - заявлением С.О. о согласии на зачисление в ФГБОУ ВО «РГПУ им. А.И. Герцена» от 

<

дата>, согласно которому она дает согласие на зачисление в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на очную форму обучения на бюджетной основе на место в рамках контрольных цифр приема за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета на образовательную программу 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) (т. 1 л.д. 239); 

–иным документом - справкой о результатах единого государственного экзамена С.О. от 

<

дата>, согласно которым С.О. по результатам сдачи единого государственного экзамена в 2017 году обнаружила следующие знания по общеобразовательным предметам: «

<

...> (т. 1 л.д. 241);

–иным документом - свидетельством №... о результатах вступительных испытаний С.О. в 2017 году от 

<

дата>, согласно которым С.О. по результатам вступительных испытаний в 2017 году обнаружила следующие знания: «

<

...> (т. 1 л.д. 242);

–иным документом - заявлением о приеме Ш.А. от 

<

дата>, согласно которому Ш.А. просит допустить ее (Ш.А.) к участию в конкурсе на базе среднего общего образования на образовательную программу 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на очную форму обучения на бюджетной основе (т. 1 л.д. 244); 

–иным документом - заявлением Ш.А. о согласии на зачисление в ФГБОУ ВО «РГПУ им. А.И. Герцена» от 

<

дата>, согласно которому она дает согласие на зачисление в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на очную форму обучения на бюджетной основе на место в рамках контрольных цифр приема за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета на образовательную программу 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) (т. 1 л.д. 245); 

–иным документом - справкой о результатах единого государственного экзамена Ш.А. от 

<

дата>, согласно которым Ш.А. по результатам сдачи единого государственного экзамена в 2017 году обнаружила следующие знания по общеобразовательным предметам: 

<

...> (т. 1 л.д. 248);

–иным документом - свидетельством №... о результатах вступительных испытаний Ш.А. в 2017 году от 

<

дата>, согласно которым Ш.А. по результатам вступительных испытаний в 2017 году обнаружила следующие знания: 

<

...> (т. 1 л.д. 249);

–иным документом - копией распоряжения по институту физической культуры и спорта № б/н, согласно которому принято решение о зачислении, в том числе, Ш.А. и С.О. в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование). Указанное распоряжение подписано ФИО1 как директором института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена (т. 1 л.д. 99-100); 

–иным документом - копией приказа №... и.о. проректора по учебной работе РГПУ им. А.И. ФИО20 от 

<

дата>, согласно которому Ш.А. и С.О. зачислены в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование). (т. 1 л.д. 113-115); 

–иным документом - заявлением о приеме С.К. от 

<

дата>, согласно которому С.К. просит допустить ее (С.К.) к участию в конкурсе на базе среднего общего образования на образовательную программу 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на очную форму обучения на бюджетной основе на место в пределах целевой квоты (т. 1 л.д. 231); 

–иным документом - заявлением С.К. о согласии на зачисление в ФГБОУ ВО «РГПУ им. А.И. Герцена» от 

<

дата>, согласно которому она дает согласие на зачисление в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на очную форму обучения на бюджетной основе на место в пределах целевой квоты на образовательную программу 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) (т. 1 л.д. 232); 

–иным документом - справкой о результатах единого государственного экзамена С.К. от 

<

дата>, согласно которым С.К. по результатам сдачи единого государственного экзамена в 2017 году обнаружила следующие знания по общеобразовательным предметам: 

<

...> (т. 1 л.д. 234);

–иным документом - свидетельством №... о результатах вступительных испытаний С.К. в 2017 году от 

<

дата>, согласно которым С.К. по результатам вступительных испытаний в 2017 году обнаружила следующие знания: 

<

...> (т. 1 л.д. 234);

–иным документом - договором о целевом обучении №... от 

<

дата>, согласно которому между СПб ГБУ «Центр олимпийской подготовки по баскетболу» и С.К. заключен договор С.К., принятая в ФГБОУ ВО «РГПУ им. А.И. Герцена», обязуется освоить образовательную программу высшего образования в институте физической культуры и спорта по направлению подготовки 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) и заключить трудовой договор с СПб ГБУ «Центр олимпийской подготовки по баскетболу» (т. 1 л.д. 235-236);

–иным документом - копией распоряжения по институту физической культуры и спорта № б/н, согласно которому принято решение о зачислении, в том числе, С.К. институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по направлению 44.03.01 Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование). Указанное распоряжение подписано ФИО1 как директором института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена (т. 1 л.д. 96-97); 

–иным документом - копией приказа №... и.о. проректора по учебной работе РГПУ им. А.И. ФИО20 от 

<

дата>, согласно которому С.К. зачислена в институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по направлению 4

<

дата> Педагогическое образование (профиль Физкультурное образование) (т. 1 л.д. 106-108); 

–иным документом - ответом на запрос № 2726/0113 РГПУ им. А.И. Герцена от 17.06.2021, согласно которому в период с 2017 по 2021 год институту физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена были выданы средства материально-технического обеспечения на общую сумму 

<

...> рублей, среди которых отсутствуют ноутбуки или компьютеры стоимостью 70 000 рублей за единицу (т. 2 л.д. 199-208);

–иным документом - ответом на запрос № 53/0209 РГПУ им. А.И. Герцена от 29.07.2021, согласно которому в период с 2017 по 2018 год в пользу РГПУ им. А.И. Герцена были сделаны пожертвования на общую сумму 

<

...> рублей по договорам целевого пожертвования и договорам пожертвования от С.В., С.В., Ч.А., Л.Ч. (т. 2 л.д. 210-211);

- протоколами осмотра предметов от 28.07.2021, 29.08.2021, согласно которым осмотрены сведения о движении денежных средств по счетам М.О., ФИО21, а именно:

1. Выписка по счету дебетовой карты Ш.Ю. за период с 01.07.2017 по 31.07.2017 ПАО «

<

...>» на 5 листах формата А4. При осмотре обнаружены следующие банковские операции, представляющие интерес для органов предварительного следствия:

1.1. 12.07.2017 в 09 часов 36 минут со счета №..., открытого на имя Ш.Ю., являющейся представителем Ш.А., в Ивановском отделении №... ПАО «

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., принадлежащий М.О., был произведен денежный перевод в размере 70 000 рублей.

2. Оптический диск, предоставленный сопроводительным письмом № SD0157920359 от 27.04.2021 ПАО «

<

...>», содержащий выписку по движению денежных средств по счету Ч.А. При осмотре обнаружены следующие банковские операции, представляющие интерес для органов предварительного следствия:

2.1. 12.07.2017 в 08 часов 34 минуты со счета №..., открытого имя Ч.А., действующей в интересах С.К., в дополнительном офисе №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., принадлежащий М.О., был произведен денежный перевод в размере 60 000 рублей.

3. Оптический диск, предоставленный сопроводительным письмом № 14355-МСК-ГЦО3/21 от 27.05.2021 АО «

<

...>», содержащий выписку по движению денежных средств по счету С.Д. При осмотре обнаружены следующие банковские операции, представляющие интерес для органов предварительного следствия:

3.1. 12.07.2017 в 09 часов 45 минут с расчетного счета №..., открытого на имя С.Д., являющегося представителем С.О., в отделении «

<

...>» АО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., принадлежащий М.О., был произведен денежный перевод в размере 70 000 рублей.

4. Оптический диск, предоставленный сопроводительным письмом № ЗНО0142597039 от 05.03.2021 ПАО «

<

...>», содержащий выписку по движению денежных средств по счету М.О. При осмотре обнаружены следующие банковские операции, представляющие интерес для органов предварительного следствия:

4.1. 12.07.2017 в 09 часов 36 минут со счета №..., открытого на имя Ш.Ю., являющейся представителем Ш.А., в Ивановском отделении №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., принадлежащий М.О., был произведен денежный перевод в размере 70 000 рублей.

4.2. 12.07.2017 в 08 часов 34 минуты со счета №..., открытого имя Ч.А., действующей в интересах С.К., в дополнительном офисе №... ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., принадлежащий М.О., был произведен денежный перевод в размере 60 000 рублей.

4.3. 12.07.2017 в 09 часов 45 минут с расчетного счета №..., открытого на имя С.Д., являющегося представителем С.О., в отделении «

<

...>» АО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., принадлежащий М.О., был произведен денежный перевод в размере 70 000 рублей.

4.4. 12.07.2017 в 18 часов 57 минут со счета №..., открытого на ее (М.О.) имя в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, был произведен денежный перевод в размере 100 000 рублей.

4.5. 14.07.2017 в 16 часов 23 минуты со счета №..., открытого на ее (М.О.) имя в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, был произведен денежный перевод в размере 70 000 рублей.

5. Выписка по банковской карте ФИО1, предоставленная сопроводительным письмом № ЗНО0147064212 от 23.04.2021 ПАО «

<

...>», на 4 листах формата А4. При осмотре обнаружены следующие банковские операции, представляющие интерес для органов предварительного следствия:

5.1. 12.07.2017 в 18 часов 57 минут со счета №..., открытого на ее (М.О.) имя в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, был произведен денежный перевод в размере 100 000 рублей.

5.2. 14.07.2017 в 16 часов 23 минуты со счета №..., открытого на ее (М.О.) имя в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, на счет №..., открытый на имя ФИО1 в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, был произведен денежный перевод в размере 70 000 рублей.

В ходе осмотра установлено, что ФИО1 в период времени с 01.07.2017 по 14.07.2017, имея умысел на получение взятки лично в виде денег в крупном размере от С.К., С.О., Ш.А., поступающих в Институт физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена по очной форме обучения за беспрепятственное зачисление последних в РГПУ им. А.И. Герцена, незаконно лично получил от последних путем перечисления денежных средств на расчетный счет №..., открытый на имя М.О., находящийся в распоряжении ФИО1, в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, взятку в сумме не менее 200 000 рублей, то есть в крупном размере. (т. 2 л.д. 224-227, 230-234);

–иным документом - копией приказа № 6504 «О составе приемной комиссии» и.о. ректора РГПУ им. А.И. ФИО20 от 15.09.2016, согласно которому для организации и проведения приема в РГПУ им. А.И. Герцена в 2017 году по очной, очно-заочной (вечерней) и заочной формам обучения с 01 октября 2016 года утверждена приемная комиссия в состав которой, в том числе, входит ФИО1, как директор института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена (т. 1 л.д. 194-196); 

–иным документом - копией приказа № 6838 «Об утверждении положения о приемной комиссии РГПУ им. А.И. Герцена» ректора РГПУ им. А.И. ФИО22 от 18.11.2010, согласно которому утверждено положение о приемной комиссии РГПУ им. А.И. Герцена, принятое президиумом ученого совета Университета 15 ноября 2010 года (т. 1 л.д. 197); 

–иным документом - положением о приемной комиссии РГПУ им. А.И. Герцена, утвержденным приказом № 6838 «Об утверждении положения о приемной комиссии РГПУ им. А.И. Герцена» ректора РГПУ им. А.И. ФИО22 от 18.11.2010, согласно п. 16 которого в обязанности председателя приемной комиссии института (директора), в том числе, входит формирование состава приемной комиссии института, руководство работой приемной комиссии института, прием граждан, поступающих на образовательные программы института, организация и руководство процедурой зачисления в институт (т. 1 л.д. 198-211); 

–иным документом - выпиской из приказа № 9477 от 31.12.2015, согласно которой ФИО1 принят на должность директора института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена на 1,0 ставки. (т. 3 л.д. 63);

–иным документом - должностной инструкцией директора института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена от 31.01.2015, согласно которой ФИО1 обязан осуществлять непосредственное руководство институтом (п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции), руководить учебной, методической, воспитательной и научной работой в институте (п. 2.3 раздела 2 должностной инструкции), контролировать рациональное расходование материалов и финансовых средств в институте (п. 2.6 раздела 2 должностной инструкции), участвовать в разработке штатного расписания института с учетом объема и форм выполняемых в институте педагогической, учебно-воспитательной и других видов работ (п. 2.19 раздела 2 должностной инструкции), контролировать исполнительскую и трудовую дисциплину работников института (п. 2.32 раздела 2 должностной инструкции), обеспечивать надлежащее и своевременное оформление трудовых отношений с профессорско-преподавательским составом, с сотрудниками, работающими по почасовой форме оплаты труда и другими работниками института (в том числе оформление трудовых договоров, дополнительных соглашений к трудовым договорам, контроль сроков истечения трудовых договоров с ППС, учет рабочего времени при работе по совместительству) (п. 2.34 раздела 2 должностной инструкции), не допускать личной заинтересованности, которая может привести к конфликту интересов (п. 2.40 раздела 2 должностной инструкции), принимать меры и создавать условия противодействию коррупции в пределах своих полномочий (п. 2.41 раздела 2 должностной инструкции), а также несет ответственность за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности – в пределах, определенных действующим административным, уголовным и гражданским законодательством РФ (п. 4.2 раздела 4 должностной инструкции) (т. 3 л.д. 64-68). 

Также судом были исследованы показания свидетелей К.С. и С.Я.

Из показаний свидетеля К.С. следует, что она работает в должности доцента кафедры гимнастики РГПУ им. Герцена. Также она является директором по вопросам организации питания в Университете. Ситуация с организацией питания в Университете довольно сложная. В столовой поваром работал человек по имени Армен. За период работы столовой были единичные случаи оказания ей спонсорской помощи. На летнюю практику выезжает около 33 студентов института физической культуры и спорта. Их питание в основном организовывалось на основании личного участия и сбора средств. 

Из показаний свидетеля С.Я. следует, что в 2016 году она поступила в Институт Физической культуры и спорта РГПУ им. Герцена. Его директором являлся ФИО1 В период её обучения имелись выездные практики. После 2 курса была организована практика в посёлке Железо Ленинградской области. Практика продолжалась 3 недели. В группе было около 80 человек. Во время практики для студентов было организовано трёхразовое питание и полдник. Университет выделял какие-то деньги на организацию сборов. За еду студенты не платили. Но те, у кого была возможность, докупали себе еду. Армен, который был поваром в столовой Университета, был владельцем столовой во время практики. Он сам работал в этой столовой. Выездная практика была только на втором курсе. Кто оплачивал питание студентов во время практики, С.Я. не известно. ФИО1 она может охарактеризовать с положительной стороны. 

Проанализировав исследованные доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, а именно в совершении получения взятки, то есть получения должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, в крупном размере, подтверждается всей совокупностью исследованных судом доказательств. 

Положенные в основу приговора доказательства судебная коллегия оценивает как относимые, допустимые и достоверные, а в совокупности признает их достаточными для разрешения настоящего уголовного дела по существу. Оснований для признания указанных доказательств недопустимыми судебная коллегия не усматривает, так как они получены без нарушений уголовно-процессуального законодательства. 

Вопреки доводам стороны защиты судебная коллегия не находит существенных нарушений при составлении протоколов судебных заседаний, в том числе и тех, в которых зафиксированы показания свидетелей по уголовному делу. При этом судебная коллегия оценивает данные протоколы в совокупности с имеющимися аудиозаписями судебных заседаний, в том числе и в части показаний допрошенных судом свидетелей. При оценке протоколов судебных заседаний судебная коллегия не усматривает существенных расхождений с аудиозаписями, которые могли бы повлиять на итоговые выводы суда. Кроме того, замечания стороны защиты рассмотрены судом в установленном законом порядке, по результатам их рассмотрения было принято законное и обоснованное решение. Вопреки доводам стороны защиты 20.10.2022 судебное заседание не проводилось, дело было снято с рассмотрения, о чём в материалах дела имеется справка. Протоколы судебных заседаний от 16.03.2023, от 19.06.2023, 09.11.2023, 29.11.2023 имеются в материалах дела. Кроме того, в материалах имеются аудиозаписи судебных заседаний от 19.06.2023 и от 09.11.2023. За даты от 16.03.2023 и 29.11.2023 составлены акты о техническом сбое, не позволившем сохранить аудиозаписи протоколов судебного заседания. Кроме того, имеются протоколы судебного заседания от 20.05.2024 и от 03.06.2024. В указанные даты также были составлены акты о техническом сбое, не позволившем сохранить аудиозаписи судебных заседаний. Вопреки доводам стороны защиты Смольнинским районным судом Санкт-Петербурга дополнительно составлена справка о том, что 20.05.2024 и 03.06.2024 произошёл техничесекий сбой, не позволивший сохранить аудиозаписи судебных заседаний, а аудиозаписи указанных заседаний стороне защиты не вручались.

Судебная коллегия не усматривает оснований к признанию недопустимыми доказательствами показаний С.О. и Ш.А., данных на предварительном следствии. В судебном заседании указанные свидетели показали, что их допросы следователем происходили раздельно, следователь перед тем, как распечатать протоколы допросов, задавала им вопросы и фиксировала в протоколах их ответы. Протоколы составлены с учётом их ответов на вопросы. Протоколы они прочитывали и подписывали. Их показания, изложенные в протоколах, в целом соответствуют действительности. Таким образом, в судебном заседании свидетели свои показания подтвердили. Незначительные расхождения в протоколах допросов свидетелей с их показаниями в судебном заседании правового значения не имеют. Тот факт, что следователь, готовясь к допросу, использовала объяснения свидетелей, не свидетельствует о том, что протоколы допросов составлены без учёта фактических показаний свидетелей непосредственно во время допроса. То обстоятельство, что при даче объяснений С.О. и Ш.А. находились вместе, сам по себе не является нарушением уголовно-процессуального закона при их допросе.

Судебная коллегия не рассматривает вопрос о допустимости показаний свидетеля С.К., данных на предварительном следствии, поскольку согласно протоколу судебного заседания показания данного свидетеля судом первой инстанции не оглашались. Аудиозапись данного судебного заседания отсутствует. При таких обстоятельствах судебная коллегия не основывает свои выводы на показаниях свидетеля С.К.

Иные, исследованные в ходе судебного следствия письменные материалы уголовного дела, не противоречат выводу суда о виновности ФИО1 в совершении данного преступления. 

Исследованные судом первой инстанции показания свидетелей Б.И., Ч.И., Р.И.., С.О., С.Е., С.Д., Ш.А., Ш.Ю., Х.Е., Ч.А., Свидетель №6, Свидетель №5, Свидетель №7, К.С. подробны, последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. 

Оснований для оговора ФИО1 со стороны свидетелей обвинения, в том числе со стороны свидетеля Б.И., судебной коллегией не установлено. Между ними не было ни взаимных долговых обязательств, ни личных неприязненных отношений, о наличии таковых суду заявлений не поступало, объективных сведений о заинтересованности свидетелей в исходе данного уголовного дела суду представлено не было, таковых в ходе судебного следствия не выявлено. 

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 получил от родителей абитуриентов и тренеров абитуриенток С.К., С.О. Ш.А., через М.О. денежные средства, а именно: - 12.07.2017 в 18 часов 57 минут денежные средства в размере 100 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>;- 14.07.2017 в 16 часов 23 минуты денежные средства в размере 70 000 рублей с расчетного счета №..., открытого на имя М.О., в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, за обеспечение беспрепятственного зачисления на обучение в Университет. РГПУ им А.И. Герцена и последующее беспрепятственное прохождение обучения в Университете, сообщил Б.И., занимающей должность доцента кафедры физического воспитания и спортивно-массовой работы института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена и приискавшей С.К., С.О., Ш.А. в качестве абитуриентов в Университет и курирующей их последующее поступление в РГПУ им. А.И. Герцена, что за сумму в размере не менее 200 000 рублей, обеспечит беспрепятственное зачисление в РГПУ им. А.И. ФИО12, желающих проходить обучение в Университете и получить соответствующее образование, при этом в целях конспирации, сокрытия своего преступного намерения и придания законности своим действиям указал Б.И. о необходимости сообщения С.К., С.О., Ш.А. и их представителям о необходимости передачи денежных средств якобы в интересах Университета для последующего приобретения компьютерной техники для дальнейшего использования в процессе обучения С.К., С.О., Ш.А., при этом сообщил реквизиты расчетного счета №..., открытого на имя М.О., являющейся его (ФИО1) знакомой и действующей в интересах последнего, в офисе ПАО «

<

...>», расположенном по адресу: 

<

адрес>. 

Как следует из показаний свидетеля Б.И., ФИО1 лично просил её передать представителем абитуриенток С.К., С.О. Ш.А. требование о перечислении ими на банковский счёт указанного им лица (М.О.) денежных средств в размере 200 000 рублей. Кроме однозначных и категоричных показаний об этом Б.И. версию ФИО1 о просьбе обратиться к неким спонсорам, а не к представителям абитуриентов, за денежными средствами опровергает указание ФИО1 на конкретную сумму, поскольку абстрактные спонсоры, к которым могли обратиться за помощью, по сути не могут быть связаны требованием передачи ими конкретной денежной суммы. О просьбе ФИО1 обратиться с соответствующим требованием к представителям абитуриенток Б.И. не только дала показания, но и сообщила Ч.И., передавая соответствующее требование ФИО1, о чём дала показания Ч.И. Никаких данных о заинтересованности Б.И. в оговоре ФИО1 судами первой и апелляционной инстанции не установлено, сторонами приведено соответствующих доводов не было.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности того, что ФИО1 с требованием перечисления денежных средств на банковский счёт указанного им лица обратился через Б.И. именно к представителям абитуриенток, поступавших на возглавляемый им факультет. При этом из материалов дела следует, что заявленные им цели траты данных денежных средств являлись предлогом, под которым он пытался придать вид легальности данному требованию. Так, согласно показаниям свидетеля Б.И., ФИО23 изначально обратился к ней с вопросом о том, могут ли абитуриентки оказать финансовую помощь. При этом изначально целевое назначение данной финансовой помощи ФИО1 не озвучивалось, а данное требование увязывалось с возможностью ФИО1 повлиять на процесс поступления абитуриенток в ВУЗ. Впоследствии, после высказывания Б.И. о возможности рекомендованных ею абитуриенток самостоятельно поступить в ВУЗ, ФИО1 предложил Б.И. в качестве предлога данного требования указать цель приобретения компьютеров для университета. Судебная коллегия отмечает, что данное предложение перечислить денежные средства связывалось ФИО1 именно с его возможностью помочь абитуриенткам с поступлением в ВУЗ, а не являлось предложением оказать ВУЗу добровольную спонсорскую помощь на покупку компьютеров. Как правильно отмечают родители абитуриенток в своих показаниях, со стороны руководства ВУЗа не могло поступить к представителям абитуриенток предложения об оказании спонсорской помощи на приобретение компьютеров, как для использования в учёбе самими девочками, так и для внутренних целей учебного заведения, поскольку абитуриентки на тот момент ещё не поступили и не проходили вступительных испытаний, в связи с чем их поступление в ВУЗ ещё предопределено не было. Кроме того, судебная коллегия отмечает, что деньги от представителей абитуриенток ФИО1 получены были, а никакие компьютеры на указанные денежные средства ФИО1 или другими лицами по его поручению приобретены не были.

Судебная коллегия полагает, что тот факт, что Б.И. при общении с тренером Ч.И. не связывала перечисление представителями абитуриенток денежных средств на расчётный счёт указанного ФИО1 лица с поступлением абитуриенток в РГПУ им. Герцена, правового значения не имеет. Так, правовое значение в данном случае имеет то, что ФИО1 в беседе с Б.И. такую взаимосвязь озвучивал. Кроме того, сам факт требования должностными лицами ВУЗа денежных средств у представителей абитуриенток, находящихся в конкурсе на поступление, по смыслу данного действия такую взаимосвязь подразумевает. 

Доводы стороны защиты о том, что указанные в обвинении денежные средства были ФИО1 израсходованы не на личные нужды, а на нужды возглавляемого им института – для организации питания и медицинского обеспечения студентов во время прохождения ими летней практики с выездом за пределы Санкт-Петербурга правового значения для квалификации действий осуждённого не имеют, поскольку фактически указывают на способ распоряжения полученными ФИО1 в качестве взятки денежными средствами.

Таким образом, собранные доказательства в своей совокупности подтверждают наличие у осужденного умысла на получение от представителей абитуриенток взятки в виде денег за оказание ФИО1 содействия в поступлении абитуриенток в возглавляемый ФИО1 институт РГПУ им. Герцена. 

Учитывая, что установленный судебной коллегией размер полученной ФИО1 взятки превышает сумму в 150 000 рублей, то согласно примечанию 1 к ст.290 УК РФ, в его действиях установлен квалифицирующий признак получения взятки – «в крупном размере». 

Судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления, о том, что исследованными по уголовному делу доказательствами подтверждается именно получение ФИО1 взятки в виде денег за совершение действий, которые входили в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям.

С учетом изложенного, судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1 по п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ как получение взятки, то есть получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, в крупном размере. 

Оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе по ст.159 УК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Так, судебной коллегией установлено, что ФИО1 совершил получение взятки за действия, которые входили в его, как директора института физической культуры и спорта РГПУ им. Герцена, полномочия. Согласно установленным судом обстоятельствам, он, фактически являясь руководителем Б.И., предложил организовать передачу представителями абитуриенток денежных средств, обещая, проконтролировать процедуру их зачисления, и при необходимости помочь в трудный момент. При этом судом установлено, что он, являясь директором одного из институтов РГПУ имени Герцена, в силу занимаемой должности входил в состав приёмной комиссии Университета и являлся председателем приёмной комиссии возглавляемого им института. Согласно показаниям свидетеля Свидетель №6, являвшегося ответственным секретарём приёмной комиссии Университета, зачисление абитуриентов в Университет происходило на основании ранжированных списков, составленных по результатам ЕГЭ и вступительных испытаний. Указанные списки составлялись в автоматизированном режиме специальной программой на основании введённых членами приёмной комиссии данных. При этом указанные данные передавались приёмной комиссии Университета приёмными комиссиями институтов и факультетов. После составления ранжированных списков указанной программой данные списки проверялись членами приёмной комиссии под руководством председателя с целью недопущения ошибок, поскольку от правильности составления указанных списков зависела судьба людей. Ввод данных в программу и проверка указанных списков входила как в полномочия членов приёмной комиссии Университета, так и в полномочия членов приёмных комиссий институтов. Роль председателя приемной комиссии структурного подразделения Университета - это организация работы приемной комиссии структурного подразделения, назначение ответственного секретаря, технических секретарей, которые потом приказом по университету утверждаются, и дальше период работы приемной комиссии он курирует своих сотрудников, которые обеспечивают прием, как руководитель структурного подразделения он несет персональную ответственность за выполнение контрольных цифр приема, то есть полностью отвечает за прием своего структурного подразделения. 

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №5 в 2017 году он являлся ответственным секретарём приёмной комиссии структурного подразделения РГПУ им. Герцена – института физической культуры и спорта. Председателем данной комиссии был ФИО1 в силу занимаемой им должности – директора института. После того, как абитуриенты проходили вступительные испытания, в программу вносились сведения об их результатах, после чего программа осуществляла ранжирование лиц по местам, чтобы определить, кто из лиц попадает на ограниченное количество мест в рамках квоты. Зачислению подлежат поступающие лица, подавшие заявление о согласии на зачисление и предоставившие оригинал документа об образовании. Зачисление проводится в соответствии с ранжированным списком до заполнения установленного количества мест. Лица определяются посредством использования программы, которая составляет ранжированный список лиц к зачислению, на основании которого потом оформляется документ, который подписывается ответственным секретарем приемной комиссии и директором/деканом структурного подразделения. После этого подписанное распоряжение поступает в центральную приёмную комиссию для формирования на основании него приказа о зачислении, но перед этим бумажный документ сверяется со списком в программе, чтобы исключить возможность допущения каких-либо технических ошибок. Таким образом, в силу занимаемой должности директора института ФИО1 по итогам решения приёмной комиссии издавал распоряжение, на основании которого издавался приказ о зачислении абитуриентов в Университет. 

ФИО1, являясь должностным лицом, осуществляющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, имел полномочия в соответствии с занимаемой должностью и должностной инструкцией директора института физической культуры и спорта Университета, утвержденной ректором ФИО13 31.01.2015, осуществлять непосредственное руководство институтом (п. 2.1 раздела 2 должностной инструкции), руководить учебной, методической, воспитательной и научной работой в институте (п. 2.3 раздела 2 должностной инструкции), обеспечивать выполнение плана приема для обучения в институте (п. 2.9 раздела 2 должностной инструкции), осуществлять работу в составе приемной комиссии института (п. 2.26 раздела 2 должностной инструкции), не допускать личной заинтересованности, которая может привести к конфликту интересов (п. 2.40 раздела 2 должностной инструкции), принимать меры и создавать условия противодействию коррупции в пределах своих полномочий (п. 2.41 раздела 2 должностной инструкции), являлся, на основании приказа РГПУ им. А.И. Герцена № 6504 от 15.09.2016 председателем приемной комиссии института физической культуры и спорта РГПУ им. А.И. Герцена для организации и проведения приема в Университет в 2017 году, был уполномочен на основании п. 16 Положения о приемной комиссии РГПУ им А.И. Герцена, утвержденного приказом РГПУ им. А.И. Герцена № 6838 от 18.11.2010, осуществлять формирование состава приемной комиссии института, руководство работой приемной комиссии института, прием граждан, поступающих на образовательные программы института, организацию и руководство процедурой зачисления в институт.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО1, являясь в силу занимаемой им должности директора института физической культуры и спорта РГПУ им. Герцена, председателем приёмной комиссии института и членом приёмной комиссии Университета, имел полномочия проверки и контроля за процедурой зачисления в возглавляемый им институт абитуриентов, имеющих основания к зачислению, а в случае ошибочного ввода данных в программу, составляющую ранжированные списки, или в случае сбоя в работе данной программы, имел возможность исправлять возникшие ошибки и предоставлять таким образом возможность зачисления абитуриентам, которые имели на то право по результатам ЕГЭ и вступительных испытаний, то есть имел фактическую возможность при наличии к тому оснований содействовать абитуриентам, имеющим на то право, в их зачислении в Университет и разрешать возможные проблемы указанного характера при их зачислении. Получение взятки ФИО1 именно за эти действия, входящие в его полномочия, установлены судебной коллегией по предъявленному ему обвинению. При этом ни обвинением не инкриминировалось, ни судебной коллегией не установлено получение ФИО1 взятки за незаконные действия, в том числе за завышение результатов вступительных испытаний абитуриентов, за искажение их проходных баллов, за зачисление без вступительных испытаний или при недостаточных результатах ЕГЭ.

Обоснованным в обвинении является и указание на то, что ФИО1 предлагал через Б.И. представителям абитуриенток перечислить на банковский счёт указанного им лица денежные средства не только за помощь в их поступлении, но и за последующее беспрепятственное обучение. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями Б.И. При этом судебная коллегия исходит из того, что помощь директора института в организации беспрепятственного обучения студентов также входит в должностные обязанности в соответствии с его должностной инструкцией, согласно которой ФИО1 обязан был в соответствии с занимаемой должностью осуществлять непосредственное руководство институтом, руководить учебной, методической, воспитательной и научной работой в институте, осуществлять работу в составе комиссии по итоговой государственной аттестации выпускников института.

Не усматривает судебная коллегия и оснований к переквалификации действий ФИО1 на ст.ст.285 и 286 УК РФ, поскольку представленными доказательствами подтверждается, что ФИО1, являясь директором института физической культуры и спорта РГПУ им. Герцена, получил от представителей абитуриенток, поступавших в возглавляемый им институт, денежные средства за содействие в их поступлении, осуществляемое в рамках его должностных полномочий. Приведённое в апелляционной жалобе защитника толкование п.16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19

(ред. от 11.06.2020) "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий" не соответствует ни его буквальному содержанию, ни его смыслу. В указанном пункте руководящих разъяснений Пленума Верховного суда определяются понятия корыстной и иной личной заинтересованности лица, виновного в совершении преступления, предусмотренного ст.285 УПК РФ, однако разграничения со ст.290 УК РФ не приводится. При этом данное разъяснение не содержит указания о необходимости квалификации как злоупотребления должностными полномочиями действий должностного лица, получившего деньги за совершение действий, входящих в его полномочия. Более того, при производстве судебного следствия было установлено, что на момент предложения ФИО1 через других лиц представителям абитуриенток перевести на указанный ФИО1 банковский счёт, а также на момент указанного перевода ФИО1 не намеревался использовать денежные средства на организацию питания и медицинского обслуживания студентов во время прохождения ими практики. 

При назначении ФИО1 наказания судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, в том числе обстоятельства, влияющие на наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судебная коллегия учитывает: в соответствии с п.п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие у ФИО1 дочери, которая на момент совершения ФИО1 преступления являлась малолетней; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – преклонный возраст подсудимого, его социальную адаптированность (ФИО1 женат, имеет высшее образование, официально трудоустроен, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории г. Санкт-Петербурга), характеристики по месту жительства по месту жительства без замечаний, состояние здоровья ФИО1, страдающего тяжелыми хроническими заболеваниями, оказание помощи матери своего ребенка, которая страдает тяжелым хроническим заболеванием. Кроме того, стороной обвинения не были опровергнуты доводы стороны защиты о том, что полученные при описанных в обвинении обстоятельствах денежные средства были израсходованы ФИО1 для нужд возглавляемого им института – для организации питания и медицинского обеспечения студентов во время прохождения ими практики. Указанное обстоятельство в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ также судебной коллегией учитывается как обстоятельство, смягчающее наказание, поскольку оно снижает степень общественной опасности преступного деяния.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судебной коллегией не установлено. 

Также судебная коллегия принимает во внимание данные о личности ФИО1, его семейное и имущественное положение. 

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, связанных с целями и мотивами преступления, его поведением во время и после совершения преступления, с учетом конкретных обстоятельств дела и данных о личности осужденного, оснований для применения ст. 64 УК РФ, судебная коллегия не усматривает. 

Принимая во внимание, что ФИО1 совершил преступление, отнесенное к категории особо тяжких, обладающее высокой степенью общественной опасности, поскольку совершено против интересов государственной службы, с учетом фактических обстоятельств его совершения, судебная коллегия полагает необходимым назначить ему основное наказание в виде лишения свободы и не усматривает оснований к назначению этого наказания условно, с применением ст.73 УК РФ, поскольку только реальное лишение свободы отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, и является справедливым и соразмерным содеянному, а также дополнительное наказание в виде штрафа не в максимальном размере и в виде лишения права занимать определённой деятельностью.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности и данных о личности подсудимого, судебная коллегия не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ. 

Судебная коллегия оценивает совокупность приведённых обстоятельств, смягчающих наказание, а именно преклонный возраст подсудимого, его социальную адаптированность, наличие у него малолетнего ребёнка на момент совершения преступления, распоряжение полученными в ходе совершения преступления денежными средствами на нужды возглавляемого ФИО1 института, как исключительную, существенно снижающую степень общественной опасности преступления, в связи с чем при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы применяет положения ст.64 УК РФ и назначает указанный вид наказания на срок, ниже минимального, установленного ч.5 ст.290 УК РФ.

Назначая вид исправительного учреждения, судебная коллегия руководствуется положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

При решении вопроса о вещественных доказательствах, судебная коллегия руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ, учитывая обстоятельства совершения преступления, состояние здоровья подсудимого, семейное и имущественное положение, поведение после совершения преступления, суд приходит к выводу, что процессуальные издержки, а именно суммы, выплаченные защитнику Коневой Е.В. за оказание юридической помощи ФИО1 в суде, подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

Апелляционное представление старшего помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО2, подлежит частичному удовлетворению. 

Апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и адвоката Радзевичус С.Н. также подлежат частичному удовлетворению, поскольку в них содержатся доводы о необоснованности осуждения ФИО1 по ч.3 ст.159 УК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.31-389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 01 июля 2024 года в отношении ФИО1 – отменить.

Постановить в отношении ФИО1 апелляционный обвинительный приговор.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ, и назначить ему наказание с применением ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 (три) года, со штрафом в доход государства в трёхкратном размере взятки – в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, - с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере оказания образовательных услуг на срок 5 (пять) лет, с отбыванием наказания в виде лишения свободы исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания ФИО1 наказания в виде лишения свободы исчислять со дня постановления настоящего апелляционного приговора и вступления его в законную силу, то есть с 25.11.2025.

Исчислять срок исполнения наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере оказания образовательных услуг, ФИО1 с момента отбытия осуждённым наказания в виде лишения свободы, распространив действие указанного наказания на все время отбывания ФИО1 лишения свободы.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить.

Взять ФИО1 под стражу в зале суда.

Содержать ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области до их направления к месту отбывания наказания.

Реквизиты для уплаты штрафа: 

получатель: УФК по г. Санкт-Петербургу (Главное следственное Управление Следственного комитета Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу, л.с. 04721А59150). ИНН: 

<

***>. КПП: 783801001. ОГРН: 

<

***>. ОКТМО: 40303000. БИК: 014030106. Расчетный счет: 

<

***>. КБК: 417 116 03130 01 0000 140. Банк: Северо-Западное ГУ Банка России. Адрес: 190000, г. Санкт-Петербург, наб. реки Мойки, д. 86-88.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой защиты по назначению суда и органов предварительного следствия, – отнести на счёт средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства:

- оптический диск, предоставленный сопроводительным письмом № ЗНО0142597039 от 05.03.2021 ПАО «

<

...>», содержащий выписку по движению денежных средств по счету М.О.; оптический диск, предоставленный сопроводительным письмом № SD0157920359 от 27.04.2021 ПАО «

<

...>», содержащий выписку по движению денежных средств по счету Ч.А.; оптический диск, предоставленный сопроводительным письмом № 14355-МСК-ГЦО3/21 от 27.05.2021 АО «

<

...>», содержащий выписку по движению денежных средств по счету С.Д. - хранящиеся в камере вещественных доказательств следственного отдела по Центральному району Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу, расположенного по адресу: 

<

...>, - уничтожить по вступлении приговора в законную силу, 

- выписку по банковской карте ФИО1, предоставленную сопроводительным письмом № ЗНО0147064212 от 23.04.2021 ПАО «

<

...>»; выписку по счету дебетовой карты Ш.Ю. за период с 01.07.2017 по 31.07.2017 ПАО «

<

...>» на 5 листах формата А4 - хранить в материалах уголовного дела.

Апелляционное представление старшего помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО2 и апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и адвоката Радзевичус С.Н. – удовлетворить частично.

Кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев. 

В случае пропуска указанного выше срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции. 

Осужденный, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий В.В. Васюков

Судьи Ю.Ю. Сафонова

Ю.Ю. Максименко