Председательствующий Киляров М.Х.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22А-307/2020

13 августа 2020 г.

г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего Никитина М.М., при помощнике судьи КорчагинеЭ.А., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа 

<

данные изъяты> Колпикова Е.С., осужденного ФИО17 и защитника Леманской О.Ф. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО17 и его защитника Маракова С.Е. на приговор Грозненского гарнизонного военного суда от 17июня 2020 г., в соответствии с которым военнослужащий войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО17, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, с высшим образованием, несудимый, холостой, имеющий детей ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, 

осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК РФ, к наказанию в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях:

- по эпизоду с 30 мая по 12 июня 2018 г. – сроком на 10 месяцев;

- по эпизоду с 7 по 17 декабря 2018 г. – сроком на 1 год. 

Он же осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч.1ст.2912 УК РФ, к штрафу:

- по эпизоду от 8 августа 2018 г. – в размере 30000 руб.;

- по эпизоду от 18 декабря 2018 г. – в размере 40 000 руб.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО17 назначено путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях на срок 1 год 6 месяцев и штрафа в размере 50000 руб. 

Наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно. 

Судом также разрешены вопросы о мере процессуального принуждения и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад председательствующего Никитина М.М., выступления осужденного ФИО17 и его защитника Леманской О.Ф. в поддержку доводов апелляционных жалоб, а также возражения прокурора Колпикова Е.С., судебная коллегия

установила:

ФИО17 признан виновным в двух эпизодах получения взятки в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, а также в двух эпизодах совершения им, как должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов государства при следующих установленных судом первой инстанции обстоятельствах.

30 мая 2018 г. ФИО17, являясь начальником по служебному положению для 

<

данные изъяты> ФИО1, из корыстных побуждений незаконно освободил его от исполнения обязанностей военной службы, разрешив за вознаграждение находиться по месту жительства в период с 30 мая по 12июня 2018г., в связи с чем ФИО1 обязанности военной службы в указанный период не исполнял. 

8 августа 2018 г. ФИО17 за совершение указанных действий путем банковского перевода получил от ФИО1 10000 руб., которыми распорядился по своему усмотрению. 

7 декабря 2018 г. ФИО17, действуя из корыстных побуждений, незаконно освободил ФИО1 от исполнения обязанностей военной службы, разрешив за вознаграждение убыть к месту жительства в период с 7 по 17 декабря 2018 г., в связи с чем последний в указанный период обязанности военной службы не исполнял. 

18 декабря 2018 г. ФИО17 на территории войсковой части № за совершение указанных действий получил от ФИО1 7000 руб., которыми распорядился по своему усмотрению.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО17 и его защитник Мараков просят приговор отменить как незаконный и несправедливый, постановив по делу оправдательный приговор.

В обоснование жалоб осужденным и его защитником указывается, что свидетель ФИО1 оговорил ФИО17 за требовательность по службе.

Защитник Мараков приводит собственный анализ норм уголовно-процессуального права и указывает, что суд не предоставил стороне защиты время для подготовки к выступлениям в прениях сторон, что свидетельствует об обвинительном уклоне судебного разбирательства. 

При предъявлении обвинения ФИО17 он фактически не был допрошен в качестве обвиняемого, поскольку следователем в нарушение требований ст.173 УПК РФ в протоколе допроса указано лишь о подтверждении ранее данных обвиняемым показаний.

Органом предварительного следствия и судом не установлено, какие именно существенные нарушения интересов государства повлекли действия осужденного.

Стороной защиты в суд представлен ответ из органов военной прокуратуры, согласно которому в период отсутствия ФИО1 на службе никаких чрезвычайных происшествий не произошло, что свидетельствует об отсутствии каких – либо последствий неисполнения им обязанностей военной службы. 

ФИО17 не вменено в качестве последствий его действий существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества, в связи с чем предъявленное обвинение не соответствует содержанию ч. 1 ст. 286 УК РФ. 

Поскольку телефон ФИО17 не изъят и не приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, использование в приговоре сведений о телефонных соединениях недопустимо. 

Предъявленное обвинение противоречиво, так как по ч. 1 ст. 286 УК РФ ФИО17 обвиняется в совершении действий, выходящих за пределы его полномочий, а по ч. 1 ст. 2912 УК РФ – в совершении действий, входящих в его полномочия. 

Вещественные доказательства являются недопустимыми, так как из материалов уголовного дела не усматривается, как и где они хранились, кто к ним имел доступ. 

Документы, подтверждающие получение ФИО17 банковских переводов от ФИО1, являются недопустимыми доказательствами, поскольку не заверены. 

Относительно показаний свидетеля ФИО1 защитник указывает, что указанный свидетель первоначально был допрошен органом предварительного следствия в качестве подозреваемого, в связи с чем его показания в качестве свидетеля являются недопустимыми доказательствами. Поскольку свидетели ФИО2 и ФИО3 показали, что ДД.ММ.ГГГГ им стало известно о желании ФИО1 оговорить ФИО17 за требовательность по службе, показания ФИО1 являются недостоверными. Социально-психологическая характеристика последнего свидетельствует о необходимости проведения в отношении него судебной психолого-психиатрической экспертизы. 

Свидетель ФИО18 не указал источник осведомленности о том, что ФИО17 мог отпустить подчиненного со службы за вознаграждение в размере 1000руб. за сутки. Тот же свидетель не указал подробные обстоятельства передачи 18 декабря 2018 г. денег ФИО19 ФИО17, в связи с чем данные показания являются недостоверными. В ходе допроса указанного свидетеля следователь разъяснил ему право не давать показания против себя, а затем предупредил об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний, чем оказал на него психологическое давление. 

Показания свидетелей ФИО4 и ФИО5 совпадают, в связи с чем не отвечают требованиям допустимости. 

Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что ФИО17 занимал денежные средства в размере 10000 руб. ФИО1, который уклонялся от исполнения обязанностей военной службы и был недоволен служебной требовательностью ФИО17. 

Свидетели ФИО6, ФИО7 и ФИО8 показали суду, что с 1 по 20 декабря 2018 г. ФИО17 работал в составе инвентаризационной комиссии, в связи с чем не мог совершить инкриминируемое ему деяние. 

В возражениях государственный обвинитель – старший помощник военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО20 просит приговор Грозненского гарнизонного военного суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела и изучив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования всех обстоятельств дела.

Все представленные сторонами доказательства судом исследованы.

Судебной коллегией не установлено каких-либо данных, могущих свидетельствовать об ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела.

Выводы суда в приговоре о виновности ФИО17 в совершении инкриминируемых ему деяний, вопреки доводам апелляционных жалоб, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства: показаниями свидетелей ФИО1, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, протоколами следственных действий, копиями банковских документов о перечислении денежных средств и иными документами.

Указанные доказательства, полученные с соблюдением требований УПК РФ, достаточно полно и правильно изложены в приговоре, надлежащим образом оценены судом и сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка показаниям осужденного, не признавшего своей вины в инкриминируемых ему преступлениях, и высказанным последним в связи с этим доводам, с обоснованием судом своих выводов, правильность которых сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Несогласие же стороны защиты с верной оценкой вышеуказанных обстоятельств гарнизонным военным судом само по себе не влечет необходимость их переоценки.

На основании совокупности представленных допустимых доказательств, являющихся достаточными для правильного установления фактических обстоятельств, суд, вопреки содержащимся в апелляционной жалобе защитника утверждениям, верно квалифицировал содеянное осужденным ФИО17 как два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 2912 УК РФ и два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 286 УК РФ. 

Доводы стороны защиты о возможном оговоре ФИО19 ФИО17 тщательно проверялись судом первой инстанции и были признаны несостоятельными, как не нашедшие своего подтверждения, чему в приговоре дана надлежащая оценка. Показания указанного свидетеля, данные после предупреждения об уголовной ответственности по ст. 307 и 308 УК РФ, обосновано признаны судом достоверными, как согласующиеся с иными доказательствами по делу, что также нашло свое отражение в приговоре. 

Допрос ФИО1 в качестве подозреваемого до прекращения в отношении него уголовного дела о недопустимости его же показаний в качестве свидетеля не свидетельствует. 

Гарнизонным военным судом обосновано признано несостоятельным мнение защиты о необходимости проведения в отношении ФИО1 судебной психолого-психиатрической экспертизы в связи с содержанием его социально-психологической характеристики, из которой следует, что ФИО1 обладает всеми необходимыми качествами для выполнения служебно-боевых задач, сведений о каких-либо психических расстройствах свидетеля она не содержит. 

Вопреки утверждению в апелляционной жалобе, свидетель ФИО3 не давал показаний о том, что ДД.ММ.ГГГГ г. ему стало известно о планах ФИО1 оговорить ФИО17 (т. № л.д. №, т. № л.д. №), а его утверждение о том, что ФИО1 оговаривает ФИО17, суд обоснованно признал основанным на его субъективной оценке отношений между свидетелем и осужденным. 

Ссылка защитника в апелляционной жалобе на показания свидетеля ФИО21 беспредметна, поскольку данные показания судом не исследовались в связи с отказом от их представления (т. № л.д. №).

Утверждение защитника Маракова, что суд не предоставил стороне защиты время для подготовки к выступлениям в прениях сторон противоречит протоколу судебного заседания, согласно которому для подготовки к прениям сторон по ходатайству стороны защиты в судебном заседании 10 июня 2020 г. был объявлен перерыв (т. № л.д. №), а непосредственно перед прениями сторон участники процесса заявили о готовности к ним (т. № л.д. №). 

Мнение защитника Маракова о том, что следователь, указав в протоколе допроса обвиняемого ФИО17 о подтверждении им ранее данных показаний, нарушил требования ст.173 УПК РФ и фактически не допросил обвиняемого, не основано на положениях уголовно-процессуального закона, поскольку обвиняемый вправе давать показания в любом объеме, либо вовсе отказаться от дачи показаний, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции Российской Федерации. Что же касается ссылки автора апелляционной жалобы на содержание данных показаний, то она беспредметна, поскольку данные показания судом первой инстанции не исследовались. 

Вопреки утверждению автора апелляционной жалобы, органом предварительного расследования и судом установлено, что совершение ФИО17 как должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, выразившееся в неисполнении ФИО1 конституционного долга по защите Отечества, подрыве основ военной службы, авторитета органов военного управления, а также принципа единоначалия и воинской дисциплины среди подчиненного осужденному личного состава подразделения, а также грубом нарушении порядка прохождения военной службы ФИО1.

Представленный стороной защиты ответ из органов военной прокуратуры, согласно которому в период неисполнения ФИО1 обязанностей военной службы никаких чрезвычайных происшествий не произошло, получил верную оценку суда первой инстанции и об отсутствии в деяниях ФИО17 состава преступления не свидетельствует.

Мнение защитника о том, что для квалификации деяний по ч.1 ст.286УК РФ необходимо одновременное наступление последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан, организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, – не основано на нормах права. 

Для использования в качестве доказательств сведений о соединениях посредством мобильной связи между ФИО17 и ФИО1, полученных на основании судебного постановления, приобщения к уголовному делу в качестве вещественного доказательства мобильного телефона ФИО17 не требуется. 

Утверждение автора апелляционной жалобы о противоречивости обвинения в связи с тем, что по ч. 1 ст. 286 УК РФ ФИО17 обвиняется в совершении действий, выходящих за пределы его полномочий, а по ч. 1 ст. 2912 УК РФ – в совершении действий, входящих в его полномочия, противоречит предъявленному ФИО17 обвинению в получении взяток за незаконные действия.

Приведенные защитником в апелляционной жалобе доводы о том, что из материалов уголовного дела не усматривается, как и где хранились вещественные доказательства, а также кто имел к ним доступ, являлись предметом проверки судом первой инстанции и получили верную оценку в приговоре как несостоятельные и противоречащие материалам уголовного дела. 

Выписка по счетам ФИО17 из ПАО «Сбербанк России» получена следователем на основании согласованного с руководителем военного – следственного отдела запроса, поступила с сопроводительным письмом, заверенным печатью и подписью уполномоченного сотрудника банка, в связи с чем сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывает. 

Исследованный судом первой инстанции протокол допроса свидетеля ФИО4 содержит предусмотренные ст. 190 УПК РФ сведения, поэтому утверждение защитника о недостаточной подробности показаний свидетеля является его субъективным мнением. Разъяснение следователем свидетелю его прав и обязанностей, в том числе права не свидетельствовать против себя и близких родственников, а также предупреждение об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний, об оказании на свидетеля психологического давления не свидетельствует. В тоже время, довод защитника о том, что в ходе допроса на предварительном следствии свидетель ФИО4 не указал источник осведомленности о том, что ФИО17 мог отпустить подчиненного со службы за вознаграждение в размере 1000 руб. за сутки, является беспредметным, так как показания свидетеля в указанной части судом в приговоре в качестве доказательства виновности ФИО17 не использованы. 

Вопреки утверждению автора апелляционной жалобы, показания свидетелей ФИО4 и ФИО5 идентичными не являются. 

Показания свидетеля ФИО16 о том, что ФИО17 занимал денежные средства ФИО1, который уклонялся от исполнения обязанностей военной службы и был недоволен служебной требовательностью ФИО17, обоснованно отвергнуты судом первой инстанции как не свидетельствующие о невиновности осужденного. 

Оценив показания свидетелей ФИО6, ФИО7 и ФИО8, не осведомленных о преступном поведении ФИО17, суд пришел к обоснованному выводу, что они о невиновности осужденного не свидетельствует. 

Наказание осужденному назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновного, его семейном положении, смягчающих и других учитываемых при назначении наказания обстоятельств, предусмотренных ч. 3 ст. 60 УК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно признал смягчающим наказание обстоятельством наличие у ФИО17 малолетних детей, а также в качестве таковых обстоятельств учел, что осужденный ранее к уголовной ответственности не привлекался, положительно характеризуется по службе, является ветераном боевых действий, участвовал в контртеррористических операциях на территории Северо-Кавказского региона, награжден ведомственными наградами и медалями, 

В должной степени судом учтено и состояние здоровья матери ФИО17, являющейся инвалидом. 

Именно совокупность вышеперечисленных обстоятельств позволила суду первой инстанции назначить осужденному ФИО17 наказание в виде штрафа по каждому из инкриминируемых ему преступлений, предусмотренных ч.1ст.2912УКРФ. 

Назначая наказание за преступления, предусмотренные ч. 1 ст.286 УК РФ, суд обоснованно учел степень общественной опасности и характер содеянного ФИО17, а также длительность периодов незаконного освобождения им от исполнения обязанностей военной службы подчиненного военнослужащего, в связи с чем пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Таким образом, назначенное ФИО17 наказание как по виду, так и по размеру не может быть признано несправедливым.

Вместе с тем приговор в отношении ФИО17 подлежит изменению в соответствии с п. 3 ст. 38915 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

Согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления.

Как следует из приговора, ФИО17 за совершение преступлений, предусмотренный ч. 1 ст. 286 УК РФ назначено наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в том числе в государственных и муниципальных учреждениях. 

Вместе с тем такого дополнительного наказания как запрет занимать должности в государственных и муниципальных учреждениях статьей 47 УК РФ, с учетом положений Федерального закона «О системе государственной службы Российской Федерации», не предусмотрено.

С учетом изложенного приговор суда следует изменить, назначение ФИО17 дополнительного наказания в виде запрета занимать должности в государственных и муниципальных учреждениях, исключить.

Согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.1ст. 2912 УК РФ отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, для которых п.«а» ч. 1 ст. 78 УК РФ предусмотрен двухлетний срок давности привлечения к уголовной ответственности. 

Как установлено судом, ФИО17 8 августа 2018 г. получил от ФИО19 10000 руб. за освобождение последнего от исполнения обязанностей в период с 30мая по 12июня 2018г.

Учитывая, что со дня совершения ФИО17 вышеуказанного преступления истекло более двух лет, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст. 78 УК РФ, приходит к выводу о необходимости освобождения ФИО17 от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования. 

В остальной части приговор суда отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым, а апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь п. 3 ст. 38915, п. 9 ч. 1 ст. 38920, ст.38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

приговор Грозненского гарнизонного военного суда от 17 июня 2020 г. в отношении ФИО17 изменить.

Исключить назначение ФИО17 дополнительного наказания в виде запрета занимать должности в государственных и муниципальных учреждениях за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК РФ, а также в порядке ч. 2 ст. 69 УК РФ. 

На основании ст. 78 УК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освободить Г.Б.СБ. от наказания в виде штрафа за совершение 8 августа 2018 г. преступления, предусмотренного ч.1ст. 2912 УК РФ, а также в порядке ч. 2 ст.69 УК РФ - в связи с истечением срока давности уголовного преследования. 

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание Г.Б.СВ. по совокупности преступлений считать назначенным путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также в государственных органах, органах местного самоуправления, на срок 1(один) год 6(шесть) месяцев и штрафа в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

Наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО17 и его защитника Маракова С.Е. – без удовлетворения.

Председательствующий М.М. Никитин