УИД № 65RS0001-01-2024-008471-05

Дело № 2-388/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июня 2025 года г. Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Волковой А.А.,

при секретаре Кыдыевой Н.В.,

с участием: представителя истца ФИО1, действующей по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3, действующего по устному ходатайству 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов. В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в районе 

<

адрес> произошло ДТП в виде наезда автомобиля 

<

данные изъяты>, г.р.з№ (страховка Ингосстрах до ДД.ММ.ГГГГ) под управлением ответчика, на стоящий в попутном направлении автомобиль 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением истца. Истцу страховой компанией было выплачено страховое возмещение в максимальном размере в сумме 400 000 руб., но полный ущерб ответчиком возмещен не был. Согласно экспертном заключению стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 1 380 649 руб. Соответственно, размер ущерба, подлежащего возмещению ответчиком, составляет 980 649 руб. 

Просила суд взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, в сумме 980 649 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 006 руб. 

Протокольным определением суда от 11.09.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика были привлечены ФИО и ООО «СахалинСнабЦентр», на стороне истца – СПАО «Ингосстрах».

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещались судом надлежащим образом, судебные извещения возвращены в адрес суда с отметкой почтового органа «за истечением срока хранения».

Представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, и просила их удовлетворить в полном объеме, пояснила, что ее доверитель ФИО4 извещена о рассмотрении дела. По механизму ДТП пояснила, что истец остановилась на первом светофоре по автодороге 

<

адрес>, поскольку горел желтый запрещающий сигнал светофора. На скорости в заднюю часть ее автомобиля врезался грузовик ответчика. Автомобиль истца откинуло вперед вправо на 5-10 м. Полагает, что ответчик не соблюдал скоростной режим, не учел дорожное покрытие, не увеличил дистанцию до впереди движущегося автомобиля истца. 

Ответчик ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований, суду пояснил, что 18.01.2024 двигался по автодороге 

<

адрес> расположен регулируемый перекресток. Он въехал за машиной истца на скорости примерно 50-55 км/ч, они двигались в попутном направлении. Не выезжая с перекрестка автомобиль истца резко начал тормозить. ФИО2 принял влево, чтобы избежать столкновения, произошел удар правой стороной автомобиля ответчик в левую заднюю часть автомобиля истца. После чего автомобиль истца откинуло приблизительно на 5 м. Автомобиль ответчика остался на том месте, где находился автомобиль истца в момент торможения. ФИО2 зажало в кабине. Проезжающий мимо очевидец вызвал скорую и сотрудников ГИБДД. Истец, подойдя к машине ответчика, сказала, что остановилась на стоп-линии, поскольку не намерена была проезжать перекресток на желтый сигнал светофора. Полагает, что истец нарушила п. 13.7 ПДД РФ, а также о наличии обоюдной вины в ДТП. По отсутствию следов торможения пояснил, что их скрыл выпавший снег. По фотографиям, сделанным ответчиком, четко видно, что столкновение произошло на выезде с перекрестка. На месте удара видны осколки фар. Сам перекресток 40 м длиной. Ответчик не мог предвидеть, что на выезде с перекрестка ТС истца резко затормозит. Знак стоп установлен в конце перекрестка. Перед перекрестком автомобили истца и ответчика не останавливались, шли ходом, т.к. горел зеленый сигнал. Скорость была примерно 50-55 км/ч. Полагал о наличии обоюдной вины в ДТП.

Представитель ответчика ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований, дополнительно пояснил, что столкновение произошло посередине перекрестка. Истец увидела второй светофор, установленный на выезде с перекрестка, которой она должна была проехать. п. 10.5 ПДД РФ запрещает экстренное немотивированное торможение. Полагал о наличии обоюдной вины в ДТП.

Третьи лица ФИО. и ООО «СахалинСнабЦентр» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, причин неявки суду не сообщили. 

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из административного материала по факту ДТП № от ДД.ММ.ГГГГ в 12:50 в районе 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие в виде наезда автомобиля «

<

данные изъяты>» г/н №, водитель ФИО2 на стоящий в попутном направлении автомобиль «

<

данные изъяты>» г/н №, водитель ФИО4 В результате ДТП автомобили получили механические повреждения. 

Определением инспектора ОДПС ГИБДД УМВД России по г. Южно-Сахалинску, старшим лейтенантом полиции ФИО от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном производстве в отношении водителя ФИО2 отказано, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Указанное определение в установленном законом порядке не обжаловано, незаконным не признано.

Согласно объяснений, данных водителем ФИО2 в ходе производства по делу об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 пояснил, что считает виновными в ДТП обоих водителей.

В результате ДТП автомобиль истца «

<

данные изъяты>» г/н №, получил повреждения указанные в акте осмотра транспортного средства № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Из паспорта транспортного средства № и карточки учета ТС следует, что на момент ДТП автомобиль «

<

данные изъяты>» г/н №, принадлежал ФИО после заключения брака актовая запись №., а автомобиль «

<

данные изъяты>» г/н №, на момент ДТП принадлежал ФИО4(свидетельство о регистрации №).

Автогражданская ответственность ФИО4 была застрахована в САО «ВСК» по полису №, ответственность ФИО2 в СПАО «Ингосстрах» по полису №

ФИО4 обратилась в Независимое экспертно-оценочное бюро ИП ФИО для проведения экспертизы повреждений транспортного средства «

<

данные изъяты>» г/н №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратилась в САО «ВСК» с заявлением о прямом возмещении убытков. 

Экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ определена стоимость восстановления поврежденного транспортного средства в состояние до ДТП без учета износа в размере 1 380 649 руб., а с учетом износа в размере 1 326 468 руб.

Платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № СПАО «Ингосстрах» перечислило страховое возмещение в размере 400 000 рублей ФИО4

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для третьих лиц.

Следовательно, отсутствие в административных правоотношениях, где действует презумпция невиновности, постановления об административном правонарушении о привлечении водителя автомобиля к административной ответственности, не свидетельствует об отсутствии вины причинителя вреда в рамках гражданского производства, где действует презумпция вины лица, причинившего вред.

Обратное должно быть доказано лицом, причинившим вред.

Гражданско-правовая вина водителя автомобиля предполагается законом вследствие самого факта причинения вреда.

Отказ от административного преследования не является преградой для установления в других процедурах виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности.

Отсутствие достаточных оснований для привлечения к административной ответственности не означает невозможность принятия мер гражданско-правовой ответственности, поскольку Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность по доказыванию отсутствия вины (статья 1064 Гражданский кодекс Российской Федерации), либо наличия иных обстоятельств, освобождающих от ответственности (статья 1079 Гражданский кодекс Российской Федерации), возложена на причинителя вреда.

Наличие или отсутствие противоправности в действиях лица и его вины в причинении вреда подлежит установлению на основании совокупности имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Правила дорожного движения Российской Федерации возлагают на водителя обязанность учитывать при управлении транспортным средством дорожные и метеорологические условия, выбирать скорость движения с учетом этих условий, позволяющую обеспечить постоянный контроль за транспортным средством.

В ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения механизма ДТП. 

Согласно заключения эксперта ФБУ «Сахалинская ЛСЭ Минюста России» № от ДД.ММ.ГГГГ водитель ТС 

<

данные изъяты>, г.р.з. № располагал технической возможностью избежать ДТП, в то время как водитель ТС 

<

данные изъяты> г.р.з. № не располагал технической возможностью избежать ДТП.

Экспертом сделан вывод о том, что действия водителя ТС 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, которые не соответствовали требованиям 10.1, 9.10, 9.1 ПДД РФ состоят в причинной связи с ДТП, тогда как действия водителя ТС 

<

данные изъяты> г.р.з. №, хотя и не соответствуют требованиям 13.7, 6.2, 6.14, 6.13 ПДД РФ, не состоят в причинной связи с ДТП.

С учетом наличия причинной связи между действиями водителя ТС 

<

данные изъяты>, г.р.з. № и произошедшим ДТП и отсутствием данной связи в действиях водителя ТС 

<

данные изъяты> г.р.з. № в рассматриваемом ДТП, оценивая действия водителей ФИО2 и ФИО4 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, исследовав обстоятельства по делу, проанализировав представленные по делу доказательства, суд полагает необходимым установить наличие вины ФИО2 в причинении ущерба от ДТП.

Доводы стороны ответчика о том, что истец не должна была осуществлять торможение перед дублирующим светофором, а ответчик не мог предположить совершение со стороны истца указанного торможения, судом отклоняются, поскольку как установлено из материалов дела, экспертом при проведении исследования, доказательств того, что светофор, перед которым остановилась ФИО4 является дублирующим, в материалах дела не представлено, соответствующий проект организации дорожного движения на спорном участке дороги сведений об установке светофорных объектов не содержит, иные объективные доказательства тому, что ФИО4 остановилась посередине перекрестка в материалах дела отсутствуют. 

Принимая во внимание изложенное обстоятельства и заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии вины истца в рассматриваемом ДТП. 

Поскольку виновником ДТП в добровольном порядке причиненный материальный ущерб не был возмещен, истцом инициирован настоящий спор.

Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абз. 2 ст. 3абз. 2 ст. 3 Закона об ОСАГО).

При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным ст. 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой.

Подпунктом "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО не предусматривает.

В то же время п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 года N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года N 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а, следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды:, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

При этом размер ущерба определяется по правилам главы 59 и ст. 15 ГК РФ, то есть возмещению подлежат расходы, которые потерпевший произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 13. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что виновником ДТП является водитель ФИО2, управлявший в момент ДТП автомобилем 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, предоставленный ему собственником ФИО5 на основании договора безвозмездного пользования от 31 июля 2023 года.

Ответчик в силу приведенных правовых норм является законным пользователем источника повышенной опасности, при эксплуатации которого истцу был причинен вред, поэтому именно на ответчика должна быть возложена обязанность по возмещению вреда. 

Доказательств, освобождающих от ответственности, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, ответчиком суду не представлено.

Также из материалов дела следует, что стоимость восстановительно ремонта поврежденного в ДТП транспортного средства истца без учета износа составляет 1 380 649 руб., из которых страховой компанией СПАО «Ингосстрах» по страховому случаю в соответствии с письменным соглашением истцу возмещено 400 000 руб.

Вместе с тем, причинитель вреда, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда.

По страховому случаю с истцом лимит ответственности страховой компании ограничен суммой в размере 400 000 руб., предусмотренной ст. 7 Закона «об ОСАГО». 

При таких обстоятельствах, разница между стоимостью восстановительно ремонта поврежденного в ДТП транспортного средства истца и суммой страхового возмещения, которое должно было быть выплачено, и выплачено, составит 980 649 руб.

С учетом приведенных выше положений законодательства и разъяснений по их применению, при том, что размер действительного ущерба превышает выплаченное страховщиком страховое возмещение, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований.

Ходатайства о проведении по делу судебной экспертизы в целях определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца после ДТП, ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено не было. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Из материалов дела следует, что истцом при подаче в суд настоящего искового заявления понесены расходы на оплату государственной пошлины в размере 13 006 руб., что подтверждается представленным чеком по операции от 01.07.2024.

С учетом удовлетворения требований истца в полном объеме, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы в полном объеме в размере 13 006 рубля.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО4 (№) сумму материального ущерба в размере 980 649 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 006 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Сахалинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий А.А. Волкова