Гражданское дело № 2-2392/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 мая 2018 года город Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Колмыковой Е.А.,

при секретаре Ежеченко Ю.Ю., 

с участием: истца ФИО1, представителя ответчиков МВД РФ, УМВД России по Белгородской области ФИО2, действующего по доверенностям от 11.01.2018, от 04.01.2018, третьего лица следователя следственного отдела №6 СУ УМВД России по городу Белгороду ФИО3,

в отсутствие: представителя ответчика УМВД России по г. Белгороду, о месте и времени извещенного своевременно, надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, УМВД России по Белгородской области, УМВД России по городу Белгороду о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 инициировала обращение иском в суд к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, УМВД России по Белгородской области, УМВД России по городу Белгороду о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований указала на то, что на основании постановления судьи Октябрьского районного суда города Белгорода от 09 октября 2017 года по ходатайству следователя отдела №4 СУ УМВД России по городу Белгороду, было разрешено производство обыска в жилище, расположенном по адресу: «адрес». Обыск был проведен следователем ФИО3 Постановление о проведении обыска выдано на несуществующий адрес, обыск проводился в домовладении по адресу: «адрес». Неправомерными действиями органов полиции причинен ущерб принадлежащим ей нематериальным благам, причинены физические и нравственные страдания. Присужденная судом компенсация морального вреда в размере 500000 руб. обеспечит восстановление ее нарушенных прав и свобод.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования в полном объеме. Пояснила, что неправомерно произведенное следственное действие - обыск причинило ей нравственные и физические страдания, а также нарушило ее права на неприкосновенность собственности, частной и семейной жизни, в связи с чем она имеет право на получение соответствующего возмещения вреда за счет казны Российской Федерации.

Представитель ответчиков МВД России, УМВД России по Белгородской области ФИО2 полагал иск не обоснованным, не подлежащим удовлетворению, сослался на недоказанность причинения морального вреда, отсутствие виновных действий должностных лиц при производстве следственных действий. Проведенный обыск осуществлен на законных основаниях.

Третье лицо ФИО3 полагал иск не обоснованным, не подлежащим удовлетворению. Пояснил, что до начала обыска было предъявлено постановление от 09 октября 2017 года о его производстве, после чего ФИО1, ФИО4 было предложено сдать автомобиль Шевроле Нива 212300-55, 2014 года выпуска, VIN «номер», иные предметы, имеющие значение для расследования уголовного дела. Обыск проводился в присутствии понятых ФИО5 и ФИО6, начат 08:00 часов и окончен 17:40 часов, произведен на законных основаниях, в соответствии с ч. 4-16 ст. 182, ч. 2, 3 и 5 ст. 183 УПК РФ. Целью обыска являлось отыскание и изъятие автомобиля Шевроле Нива и иных предметов, имевших значение для расследования уголовного дела. Лица, участвующие в следственном действии, были заранее предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств. В ходе обыска был обнаружен угнанный автомобиль Шевроле Нива, а также автомобиль ВАЗ 2114, на котором отсутствовал государственный регистрационный знак, автомобиль ВАЗ 2108. 

В судебное заседание не явился представитель ответчика УМВД России по городу Белгороду, о месте и времени извещен своевременно, надлежащим образом, о причине неявки суд не уведомил.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие ответчика УМВД России по городу Белгороду.

Исследовав обстоятельства дела, представленные доказательства, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 25 Конституции Российской Федерации жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

В развитие указанного конституционного положения ст. 3 ЖК РФ также закрепляет правило о том, что никто не вправе проникать в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан иначе как в предусмотренных названным кодексом целях и в предусмотренных другим федеральным законом случаях и в порядке или на основании судебного решения. Проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан допускается в случаях и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом, только в целях спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катастрофах, массовых беспорядках либо иных обстоятельствах чрезвычайного характера, а также в целях задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, пресечения совершаемых преступлений или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчастного случая.

Согласно части первой ст. 5 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" органы (должностные лица), осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, при проведении оперативно-розыскных мероприятий должны обеспечивать соблюдение прав человека и гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции.

В соответствии с частью второй ст. 8 указанного федерального закона проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния или о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно, а также о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Судом установлено, что 08 октября 2017 года возбуждено уголовное дело №11701140024000765 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением следователя отдела №4 СУ УМВД России по городу Белгороду лейтенантом юстиции ФИО7 от 08 октября 2017 года перед Октябрьским районным судом города Белгорода было возбуждено ходатайство о разрешении производства обыска по уголовному делу № «номер» в жилище ФИО4, расположенном по адресу: «адрес».

Постановлением судьи Октябрьского районного суда города Белгорода от 09 октября 2017 года было разрешено производство обыска в жилище ФИО4, расположенном по адресу: «адрес», с целью обнаружения и изъятия похищенного автомобиля Шевроле Нива 212300-55, 2014 года выпуска, VIN «номер», иных предметов, имеющих значение для расследования уголовного дела.

Постановлением главы администрации Майского сельского поселения Белгородского района Белгородской области от 01 апреля 2010 года №93 «О присвоении географического адреса земельным участкам в поселке Майский», в связи с разделом земельного участка площадью 2016 кв.м. с кадастровым номером «номер», принадлежащего ФИО1 на основании свидетельства о праве собственности на землю № «номер» от «дата» года, предназначенного для личного подсобного хозяйства, присвоены географические адреса: 

-земельному участку площадью 1008 кв.м.: «адрес»; 

-земельному участку площадью 1008 кв.м.: «адрес»;

-земельному участку площадью 196 кв.м. с кадастровым номером «номер» – «адрес»;

- земельному участку площадью 204 кв.м. с кадастровым номером «номер» - «адрес».

15 октября 2017 по месту жительства ФИО1 по адресу: «адрес», с целью обнаружения и изъятия похищенного автомобиля Шевроле Нива 212300-55, 2014 года выпуска, VIN «номер», следователем следственного отдела №6 СУ УМВД России по городу Белгороду ФИО3 произведен обыск. 

Домовладение, расположенное по адресу: «адрес», и домовладение, расположенное по адресу: «адрес», находятся в непосредственной близости друг от друга, фактически являются единым домовладением, межевая граница между домовладениями отсутствует. Однако, формально находятся по разным географическим адресам.

ФИО1 обратилась в суд с требованием о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что в результате незаконных действий органов полиции при производстве обыска были нарушены ее Конституционные права, в связи с чем ей был причинен моральный вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ч. 2 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. 

Таким образом, в диспозиции ст. 1070 ГК РФ перечислены конкретные действия государственных органов, при совершении которых ответственность государства возникает независимо от наличия вины. Производство обыска в жилище к числу таковых не относится.

Следовательно, в данном случае подлежат применению общие нормы ст. 1069 ГК РФ.

Так, в статье 1069 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.

Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

Для наступления ответственности государства по приведенной статье необходимо одновременное наличие следующих составляющих материального основания такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинно-следственная связь между наступившим вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда. Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Статьей 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Возмещение гражданину вреда, в том числе и морального, в данном случае законодатель связывает именно с незаконными действиями органов государственной власти.

Истицей ФИО1 не было представлено доказательств того, что действиями органов полиции ей был причинен моральный вред, подлежащий возмещению, также не доказано наличие причинно-следственной связи между предполагаемым моральным вредом и незаконными действиями должностных лиц.

Так, обыск, несмотря на причиненные истице неудобства, был произведен на основании постановления суда. Никаких доказательств тому, что постановление было отменено или сотрудниками органов следствия были допущены нарушения при производстве обыска, также не представлено.

Доказательств вины сотрудников полиции в совершении в ходе обыска незаконных действий в отношении истца, нарушений конституционных прав и законных интересов истца, суду представлено не было. Истцом не представлены доказательства, подтверждающие требования о компенсации морального вреда, факт причинения ему нравственных или физических страданий, доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями сотрудников полиции и заявленными истцом последствиями, доказательств нарушения личных неимущественных прав также не представлено.

При отсутствии вины в действиях органов полиции, что является необходимым условием в силу ст. 151, 1099 ГК РФ для возложения ответственности по возмещению компенсации морального вреда, основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Кроме того, истцом ФИО1 пропущен срок обращения в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда, вытекающим из незаконных действий сотрудников полиции, которые ранее рассматривались в порядке главы 25 ГПК РФ, а в настоящее время - в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. 

В соответствии со статьей 256 ГПК РФ, статьей 219 КАС РФ, по данной категории дел установлен трехмесячный срок обжалования действий соответствующих должностных лиц, который истцом пропущен, доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока не представлено.

Несмотря на то, что в силу абзаца 2 статьи 208 ГК РФ на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ исковая давность не распространяется, суд находит, что в данном случае требование истца о компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий сотрудников полиции, соответственно, на него распространяется трехмесячный срок, ранее установленный статьей 256 ГПК РФ, в настоящее время статьей 219 КАС РФ.

Аналогичная позиция изложена в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в силу которого в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Как следует из материалов дела, обстоятельства, по поводу которых возникло настоящее дело, имели место 15 октября 2017 года, в суд ФИО1 обратилась 03 апреля 2018 года, т.е. спустя 5 месяцев. 

Доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин, не позволяющих ФИО1 обратиться в установленный законом срок в суд с настоящим иском, материалы дела не содержат.

В силу части 8 статьи 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении требований ФИО1 об оспаривании действий органа следствия при производстве обыска, приведенного в качестве основания требования о компенсации морального вреда. 

Отказ в признании действия органа следствия незаконным влечет правовые последствия в виде отказа в удовлетворении производных исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного обозначенным ранее действием.

Пропуск срока обращения в суд является самостоятельным и достаточным основанием к отказу в иске.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении иска ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, УМВД России по Белгородской области, УМВД России по городу Белгороду о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы на решение суда через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья Октябрьского районного 

Суда города Белгорода Е.А. Колмыкова

Мотивированный текст решения изготовлен 07.07.2018 года.