Дело № 2-172/2018

Мотивированное 

решение

 изготовлено 17 июля 2018г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Рыбинский городской суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Медведевой Т.В.,

при секретаре Бушуеве А.А.,

с участием прокурора Холиновой Н.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Рыбинске 02 июля 2018 года дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за не отгулянный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО2 обратилась с иском (с учетом уточненных требований л.д. 187-188), в котором просит:

- восстановить на работе у ИП ФИО3 в должности диспетчера с 01.09.2017г.;

- взыскать с ФИО3 заработную плату за период с 01.09.2017г. по 08.09.2017г. в размере 11600,00 руб.;

- взыскать с ФИО3 заработную плату за время вынужденного прогула с 09.09.2017г. по день вынесения решения;

- взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50000,00 руб.;

- взыскать с ФИО4 компенсацию за не отгулянный отпуск за 2017 год;

- взыскать с ФИО4 заработную плату за август 2017 года в размере 35000,00 руб.;

- взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 расходы на оплату юридических услуг в размере 15000,00 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что истец на основании заключенного с ним трудового договора работала диспетчером такси у ИП ФИО4 с 04.06.2012г. При том, фактически руководство работой службы такси, в том числе и службой диспетчеров осуществлял ФИО3. В конце августа 2017 года ФИО3 предложил произвести переоформление места работы из ИП ФИО4 в ИП ФИО3 31.08.201г. истец написала заявление на увольнение из ИП ФИО4 и заявление о приеме на работу в ИП ФИО3 09.09.2017г. работник отдела кадров сообщила, что на работу к ИП ФИО3 истец не принята. Считает увольнение незаконным, поскольку заявление на увольнение было получено обманным путем. Намерений расторгнуть трудовой договор у ФИО2 не было. В трудовой книжке имеется запись о приеме на работу 01.09.2017г. к ИП ФИО3, у которого истец работала до 10.09.2017г. Заявление на увольнение у ИП ФИО3 не писала, в связи чем, просит восстановить ее на работу у ИП ФИО3 и взыскать с него заработную плату за период с 01.09.2017г. по 08.09.2017г. в размере 11600,00 руб., заработную плату за время вынужденного прогула с 09.09.2017г. по день вынесения решения. Причиненный ей моральный вред оценивает в 50000,00 руб. Также просит взыскать с ФИО4 заработную плату за август 2017 года в сумме 35000,00 руб., компенсацию за не отгулянный отпуск 30000,00 руб. В качестве правовых оснований ссылается на ст. 394 Трудового кодекса РФ.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержала уточненные исковые требования в полном объеме. Дополнительно уточнила, что просит взыскать с ФИО3 заработную плату за 01.09.2017г., 05.09.2017г., 06.09.2017г. и 08.09.2017г. Порядок расчета задолженности по заработной плате пояснить не смогла. Не оспаривала, что писала заявление на увольнение на имя ИП ФИО4, расписалась в приказе на увольнение, журнале учета движения трудовых книжек, в получении денежных средств при увольнении. В тоже время после увольнения продолжила исполнять обязанности диспетчера, полагая, что фактически принята вторым ответчиком - ИП ФИО3. Утверждала, что 01.09.2017г., 05.09.2017г., 06.09.2017г. и 08.09.2017г. были её рабочие смены. О необходимости выхода в эти дни на работу её никто не уведомлял, график работы, предусматривавший её работу в сентябре, не издавался. Выходила на работу в дни, которые посчитала сама рабочими, исходя из сложившегося графика у предыдущего работодателя. Руководство работой диспетчеров осуществлял ФИО11, который (насколько осведомлена истец) не являлся работником ни ИП ФИО4, ни ИП ФИО3. Считала, что трудовые отношения возникли с ИП ФИО3, т.к. тот фактически привлек её к работе. Начало работы 0-00 часов 01 сентября. На тот момент решение о том, что должна находится на работе и выполнять должностные обязанности диспетчера, приняла сама. Возражая против применения пропуска срока на обращение в суд, указывала, что с конца сентября была вынуждена ухаживать за больной матерью, что не позволило ей подготовить иск своевременно.

Представитель ответчика ФИО3 по доверенности ФИО5 возражала против удовлетворения требований по доводам, изложенным в письменных пояснениях, а также заявив о пропуске истцом срока за разрешением индивидуального трудового спора. Пояснила, что помещение диспетчерской используется по соглашению несколькими индивидуальными предпринимателями, оказывающими услуги в области такси. Учитывая, что требования истец к ФИО3 заявила спустя пять месяцев после того, как по её утверждению была допущена к работе, выяснить обстоятельства, как она оказалась в диспетчерской не представляется возможным. Вакансий диспетчера в сентябре 2017 г. у ФИО3 не было. Запись в трудовую книжку была сделана вследствие обмана истцом специалиста кадров.

Ответчик ФИО4 и ее представитель по доверенности ФИО6 в судебное заседание не явились, представили пояснения, в которых просили рассмотреть дело без их участия и отказать в удовлетворении требований.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении требований отказать, учитывая показания свидетелей ФИО8, ФИО9, судом установлены следующие обстоятельства по делу.

ФИО2 работала у индивидуального предпринимателя ФИО4 по Трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ в должности диспетчера (л.д. 34).

Приказом № от 31.08.2017г. ФИО1 уволена по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (л.д. 32). 

Частью 1 статьи 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 ТК РФ).

Приказ об увольнении истца вынесен на основании письменного заявления ФИО2, в котором она просила уволить ее по собственному желанию 31.08.2017 г.

Таким образом, довод истца о том, что она был уволена до истечения срока предупреждения, предусмотренного ст. 80 Трудового кодекса РФ, суд находит несостоятельной, поскольку между сторонами фактически состоялось соглашение о расторжении трудового договора до истечения двухнедельного срока отработки, что не противоречило желанию работника быть уволенным немедленно, а поэтому в силу части 2 статьи 80 Трудового кодекса РФ стороны пришли к соглашению относительно даты увольнения работника.

Кроме того, В соответствии с п. 22 Постановления Пленума Верховного Ссуда РФ N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Доказательств того, что ФИО2 написала заявление на увольнение под влиянием обмана, истцом суду не представлены.

Ч. 5 ст. 80, ч. 4 ст. 84.1, ст. 127 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что в последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет; при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. 

В соответствии с п.9.1 Трудового договора ФИО2 была установлена заработная плата в виде должностного оклада 

<

данные изъяты> руб. в месяц. Иного размера заработной платы, установленной истцу материалы дела не содержат.

Согласно расписке-расчету № от 01.08.2017г. ФИО2 был предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск за период работы с 04.06.2017г. по 03.06.2018г. на 28 календарных дней с 04.08.2017г. по 31.08.2017г. (л.д. 43). Денежные средства, начисленные за указанный период в сумме 

<

данные изъяты> руб. получены ФИО2 по платежной ведомости № от 01.08.2017г., о чем имеется ее подпись (л.д. 45). 

В соответствии с пп. 6 п. 40 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года N 225, с целью учета трудовых книжек у работодателей ведется книга учета движения трудовых книжек и вкладышей в них.

В ходе рассмотрения дела ответчиком ФИО4 суду был представлен журнал учета движения трудовых книжек, в котором имеется подпись в получении трудовой книжки ФИО2 в день увольнения 31.08.2017г. (л.д. 44). Довод ФИО2 о том, что трудовая книжка и другие документы были получены 27.09.2017г., опровергается написанным ею заявлением, в котором она просила выдать ей только справку 2-НДФЛ, копию приказа № от 04.06.2012г. и копию приказа № от 31.08.2017г. (л.д. 17).

Таким образом, оснований для удовлетворения требований ФИО2 к ФИО4 о взыскании заработной платы за август 2017г., компенсации за неиспользованный отпуск у суда не имеется. 

При разрешении требований ФИО2 к ФИО3 о восстановлении на работе суд исходит из следующего.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Согласно ч. 3 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

Частью 4 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. 

В трудовой книжке ФИО2 имеется запись № от 01.09.2017г. о приеме истца на работу к ИП ФИО3 на должность диспетчера. 

В соответствии с п. 30 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года N 225 в разделах трудовой книжки, содержащих сведения о работе или сведения о награждении, зачеркивание неточных или неправильных записей не допускается. Изменение записей производится путем признания их недействительными и внесения правильных записей.

Приказом от 01.09.2017г. запись за номером 21 признана недействительной, о чем внесена соответствующая запись в трудовую книжку истца.

Из пояснений свидетеля ФИО9 следует, что она работает бухгалтером у ИП ФИО3, исполняя в том числе обязанности специалиста по кадрам. Первого сентября к ней подошла истец, которую свидетель знала ранее как диспетчера, работающего у другого ИП, и пояснила, что оформляется на работу к ИП ФИО3, отдала трудовую книжку. ФИО9 не поставила это под сомнение, полагая, что у истца нет оснований вводить её в заблуждение. Свидетель внесла запись в трудовую книжку, начала оформлять трудовой договор. Для уточнения условий трудового договора позвонила ФИО3, который дал указание ничего не подписывать, а подъехав в офис, сказал, что никого решения о приеме ФИО2 не принимал, диспетчеры не требуются. В тот же день трудовая книжка была возвращена истца, запись о приеме аннулировали. 

Доказательств того, что ФИО2 была допущена к работе ФИО3, либо уполномоченным представителем, истцом не представлено. Более того, сама истец поясняла, что ФИО3 в период с 01.09.2017г. по 09.09.2017г. она не видела. В сведениях, подаваемых ИП ФИО3 в Пенсионный фонд за сентябрь 2017 года, ФИО2 как застрахованное лицо отсутствует.

Кроме того, что согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

По утверждению истца она работала у ИП ФИО3 до 10.09.2017г. В суд с требованиями к ФИО3 ФИО2 обратилась 12.02.2018г., то есть за истечением установленного месячного срока исковой давности. Уважительных причин пропуска срока истцом не представлено.

Пропуск установленного законом срока для защиты нарушенного права в суде является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении предъявленных требований.

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения требований ФИО2 к ФИО3 о восстановлении на работе, взыскании задолженности по оплате труда, компенсации морального вреда у суда не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 о восстановлении на работе, взыскании задолженности по оплате труда, компенсации морального вреда, судебных расходов – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья