Дело № 2-2108/2020 (2-8673/2019;) 19 октября 2020 года

78RS0014-01-2019-010295-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга

В составе председательствующего судьи Виноградовой О.Е.,

при секретаре Веденёве В.В.,

с участием прокурора Москальцовой Н.С.,

рассмотрев в открытом основном судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Компания «ПЕТРОМАКС» (далее по тексту – ООО «Компания «ПЕТРОМАКС») о признании повреждения здоровья несчастным случаем на производстве,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился с исковым заявлением к ООО «Компания «ПЕТРОМАКС», просил суд признать несчастный случай, а именно получение травмы глаза 10 января 2018 года истцом несчастным случаем на производстве, ссылаясь в обоснование заявленных исковых требований на то, что работал у ответчика в должности водителя-экспедитора с 01.01.2009. 10 января 2018 года с истцом случилась производственная травма, а именно на площадке для ремонта машин ему 

<

данные изъяты>. Истец был нетрудоспособен с 10.01.2018 по 19.02.2019 включительно. В связи с повреждением 

<

данные изъяты> истец был вынужден неоднократно проходить амбулаторное и стационарное лечение. Между тем ответчик отказывается в добровольном порядке признавать указанную травму производственной.

Истец и его представитель в судебное заседание явились, поддержали заявленные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против заявленных исковых требований по мотиву того, что ни трудовым договором, ни рабочей инструкцией, ни инструкцией по охране труда не предусмотрено, что в должностные обязанности истца входит ремонт вверенного ему транспортного средства, напротив, такой ремонт водителю-экспедитору запрещен, для ремонта автомобилей у компании ответчика заключен договор со сторонней организацией.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в г. Санкт-Петербурге в судебное заседание не явился, извещен.

Выслушав и оценив доводы сторон, допросив свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что настоящие исковые требования не подлежат удовлетворению, исследовав материалы настоящего дела, материал проверки №, заведенный СО по Пушкинскому району ГСУ СК РФ, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 названного Кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно части третьей указанной статьи расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат, в частности, события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие за собой временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя.

Таким образом, исходя из системного толкования указанных норм, суд приходит к выводу, что не любая травма, полученная работником в рабочее время, может быть признана производственной, для этого необходимо, чтобы работник во время ее получения осуществлял трудовые обязанности или выполнял законное поручение работодателя.

Как установлено материалами дела, истец работал в компании ответчика с 01.10.2019 в должности водителя-экспедитора на основании трудового договора.

10 января 2018 года истец на работе у ответчика получил травму, а именно на площадке для ремонта машин ему 

<

данные изъяты>. 

Истец был нетрудоспособен с 10.01.2018 по 19.02.2019 включительно. В связи с повреждением глаза истец был вынужден неоднократно проходить амбулаторное и стационарное лечение, что подтверждается представленной в материалы дела медицинской документацией.

Постановлением от 03.04.2020 СО по Пушкинскому району ГСУ СК РФ по г. Санкт-Петербургу отказано в возбуждении уголовного дела по факту получения истцом травмы на территории работодателя.

В рамках указанного материала проверки № установлено, что сотрудником ГИТ по Санкт-Петербургу также было установлено, что результатом травмы истца явилось нарушение им правил охраны труда и техники безопасности на производстве, поскольку он осуществлял несвойственную ему работу, которая не входит к его обязанности.

В рамках указанной проверки также было проведено комиссионное заключение экспертов № от 20.03.2020, согласно которому ответчик в рассматриваемой ситуации не допустил нарушений требований охраны труда и (или) правил безопасности, состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями (т. 5 материала проверки, лист материала 92).

Как пояснил истец суду, ремонт автомобиля коллеги его заставил осуществлять непосредственный руководитель ФИО4 как начальник отдела логистики, чтобы автомобили не простаивали, и чтобы после ремонта автомобиля коллеги истец мог загнать на ремонтную яму свой автомобиль, который также требовал ремонта. Во время ремонта автомобиля коллеги в глаз истца отлетела металлическая 

<

данные изъяты>, в связи с чем истец был доставлен в медицинское учреждение, проходил длительное лечение, фактически 

<

данные изъяты>.

Между тем ответчик отказывается в добровольном порядке признавать указанную травму производственной. Так, представитель ответчика, не оспаривая, что истец получил травму на территории ответчика в рабочее время, пояснил суду, что согласно трудовому договору, должностной инструкции и инструкции по охране труда истцу было запрещено самостоятельно осуществлять ремонт вверенного ему транспортного средства. Между тем, истец самовольно в рабочее время начал осуществлять ремонт не своего автомобиля, а автомобиля коллеги – Свидетель №3, какими-либо средствами индивидуальной защиты не воспользовался, хотя они имеются в общем доступе на рабочей площадке ответчика, в результате чего и получил травму. Работникам предприятия разрешено осуществлять только легкий ремонт автомобиля, например, вкрутить лампочку освещения. Для любого иного ремонта у ответчика со сторонней организацией заключен договор на выполнение ремонтных работ. После получения указанной травмы истцом и во избежание иных случаев самовольного ремонта водителями-экспедиторами своих автомобилей компания была вынуждена установить камеры видеонаблюдения.

Как усматривается из раздела 5 трудового договора истца (л.д. 89 – 90), в должностные обязанности истца не входит ремонт вверенного лично ему автомобиля или ремонт чужого автомобиля, однако истец может осуществлять замену смазочных материалов и проверять техническое состояние автомобиля, устранять мелкие неисправности, не требующие разборки механизмов.

Согласно п. 5.1.2 трудового договора истец должен был соблюдать правила внутреннего трудового распорядка в компании, иные локальные нормативные акты работодателя, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять нормы труда, соблюдать требования по охране труда.

В силу п. 2.1 рабочей инструкции водителя-экспедитора ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» работник должен неукоснительно соблюдать правила и нормы охраны труда, техники безопасности.

На основании инструкции по охране труда для водителя грузового автомобиля, утвержденной 10 января 2009 года ответчиком, водителю не разрешается производить техническое обслуживание и ремонт автомобиля (п. 3.10., л.д. 100).

Согласно показаниям допрошенных судом свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, надлежащим образом предупрежденных о возможности наступления уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, все работники ответчика знали о том, что им запрещено заниматься ремонтом транспортных средств, водители могли осуществить только осмотр автомобиля на предмет поломок с целью сообщения руководству о необходимости его направления для ремонта на СТО, с которым заключен договор, водители могли своими силами максимум осуществить смазочные работы, поменять лампочку, для чего в свободном доступе имеются средства индивидуальной защиты на территории предприятия, в том числе защитные очки. ФИО4 никого не заставлял проводить ремонт транспортных средств, так как это запрещено инструкцией по охране труда, о чем все водители знали. Так, свидетель ФИО3, являющийся работником ответчика, пояснил, что никакие поломки автомобиля сам не устраняет, так как ему за это работодатель дополнительно не доплачивает, в случае поломки автомобиля работника направляют в автосервис. Свидетель ФИО2, являющийся работником ответчика, дал аналогичные показания, подтвердил, что водителям запрещено самим осуществлять ремонт автомобиля. Свидетель ФИО4 показал суду, что травму истец получил под чужим автомобилем, так как 10.01.2018 на этом автомобиле в рейс выходил ФИО6 В случае, если бы он увидел, что его подчиненные самовольно занимаются ремонтов автомобилей, то он бы сделал замечание, предупреждение.

Суд не исключает заинтересованности указанных свидетелей, учитывая, что они в настоящее время работают в компании ответчика, между тем данные свидетельские показания подтверждаются иными материалами дела.

Так, стороной ответчика в материалы дела представлены документы, в том числе платежные, подтверждающие наличие отношений по ремонту автомобилей предприятия ответчика с ООО «ТТС», ООО «Ремико», ООО «Алеко Сервис».

Согласно пояснениям самого истца, данным в судебном заседании и являющимся в силу ст. 68 ГПК РФ самостоятельным видом доказательства, он был ознакомлен с положениями трудового договора, рабочей инструкцией водителя-экспедитора и инструкцией по охране труда для водителя грузового автомобиля, однако указал, что ФИО4 заставлял работником осуществлять не только легкий ремонт автомобилей (смазка, замена лампочек), неподчинение ему могло обернуться для работника увольнением. На территории предприятия рядом с ремонтными ямами действительно имеются средства индивидуальной защиты, в том числе защитные очки, однако ими никто никогда не пользуется.

Между тем суд критически относится к пояснениям истца о том, что неподчинение неправомерным указаниям ФИО4 могло привести к увольнению работника, учитывая, что истец не ссылался на подобные случаи с иными работниками, сведений о таких увольнениях в ходе судебного разбирательства судом не добыто, а истцом не представлено. Напротив, допрошенные свидетели, так же как и истец, на протяжении длительного времени работают в компании, не ссылались на какие-либо нарушения их трудовых прав ответчиком, между ними и ответчиком отсутствуют конфликтные отношения. Кроме того истец не обращался с какими-либо жалобами на неправомерные просьбы ФИО4, не входящие в круг обязанностей водителя-экспедитора, к вышестоящему руководству. Иного материалы дела не содержат.

При этом истец не смог пояснить суду, в связи с чем он осуществлял ремонт автомобиля, на котором в рейс должен был выходить в этот же день иной водитель. Ссылки истца на то, что именно ФИО4 заставил его ремонтировать чужой автомобиль, отклоняются судом, учитывая, что 10.01.2018 являлся для ФИО6 рабочим днем, а, следовательно, если бы непосредственный начальник заставлял ремонтировать поломки автомобиля, то он бы потребовал это от ФИО6, тогда как истец мог отказаться от ремонта чужого автомобиля, учитывая, что в его трудовые функции это не входило, не оплачивалось, напротив, было напрямую не разрешено инструкцией по охране труда для водителя грузового автомобиля. 

При этом довод истца о том, что он помогал коллеге, чтобы быстрее снять автомобиль ФИО6 с ремонтной ямы и загнать на ремонт свой автомобиль, является несостоятельным, так как, действуя по своей воле и в законном интересе, истец должен был осознавать, что ремонт автомобиля не входит в круг его должностных обязанностей, ему не разрешен, не оплачивается, в случае понуждения к данному ремонту истец имеет право обратиться с жалобой на действия непосредственного руководителя к вышестоящему начальству, в ГИТ по Санкт-Петербургу, прокуратуру. Между тем суд отмечает, что в случае самовольного производства ремонта, истец, действуя в своем интересе и по своей воле, не был лишен возможности воспользоваться средствами индивидуальной защиты, что им не оспаривалось, однако он ими пренебрег.

Так, свидетель ФИО6 уклонился от явки в судебный процесс, однако согласно его письменным показаниям, данным следователю в рамках проверки, приобщенным к материалам дела по ходатайству истца, пояснил, что работник может осуществить ремонт добровольно или по неофициальной просьбе решит сделать это самостоятельно, ФИО6 10.01.2018 во время рабочего времени вышел покурить, а когда подошел к ремонтной яме для смазки автомобиля, на котором собирался в рейс, то встретил ФИО1, который жаловался 

<

данные изъяты> на получение травмы (л.д. 49). Пояснить суду, в связи с чем истец проводил ремонт чужого автомобиля, учитывая, что согласно пояснениям ФИО6 он отсутствовал в момент травмы истца в ремонтной яме, ФИО1 не смог. Утверждения истца о том, что и ФИО6, и ФИО1 одновременно находились в ремонтной яме в момент получения истцом травмы, также не подтверждаются материалами дела, при этом необходимость участия в ремонте, не разрешённом работникам инструкцией по охране труда, автомобиля, на котором ФИО6 выходил в рейс, одновременно двумя водителями-экспедиторами в нарушение ст. 56 ГПК РФ не доказана истцом.

На основании изложенного, учитывая, что ремонт автомобилей не был разрешен водителям-экспедиторам в соответствии с локальными нормативными актами работодателя, о содержании которых истцу было известно, принимая во внимание, что с жалобами на неправомерные требования непосредственного начальника о производстве ремонта транспортного средства с 2009 года истец к вышестоящему руководству, контролирующие органы никогда не обращался, несмотря на то, что это было не разрешено, не входило в круг трудовых обязанностей истца, не оплачивалось работодателем, отмечая, что ответчиком в материалы дела представлены доказательства наличия договорных отношений с автосервисами о ремонте автомобилей предприятия, истцом была получена травма под автомобилем, на котором в рейс убывал иной сотрудник предприятия, суд приходит к выводу о необоснованности и недоказанности настоящих исковых требований и их отклонении в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд города Санкт-Петербурга. 

Судья: О.Е. Виноградова

Мотивированное решение суда изготовлено 30 ноября 2020 года.