№

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 июля 2021 года г. Улан-Удэ

Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Бунаевой А.Д., при секретаре Жамсарановой А.В., с участием помощника прокурора района Алсагаевой Е.К., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ «Бурятский республиканский клинический онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Обращаясь в суд с иском, истец ФИО1 просит взыскать с ГБУЗ «Бурятский республиканский онкологический диспансер» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Исковое заявление мотивировано тем, что с ДД.ММ.ГГГГ г. в связи с 

<

данные изъяты> супруга ФИО2 наблюдалась в ГБУЗ «Бурятский республиканский онкологический диспансер» (далее Онкодиспансер или ГБУЗ «БРКОД»). В ДД.ММ.ГГГГ г. выявлен рецидив 

<

данные изъяты>, в связи с чем супруга истца лечилась в Онкодиспансере. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она прошла очередной курс лечения, но состояние ухудшилось, в связи с этим была проведена 

<

данные изъяты> Несмотря на ухудшение состояния здоровья и явные противопоказания, врачи Онкодиспансера приняли решение продолжить 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ супругу выписали из Онкодиспансера, при выписке врач ФИО3, а также заведующий гинекологическим отделением ФИО4, проигнорировали жалобы пациента на 

<

данные изъяты> 

ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния супруга была госпитализирована в ГАУЗ «Заиграевская ЦРБ», где она ДД.ММ.ГГГГ умерла. 

По заявлению истца в СУ СК РФ по Республике Бурятия по факту смерти ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ. В рамках уголовного дела проведены две комиссионные судебно-медицинские экспертизы. Согласно заключению комиссионных экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № нашел подтверждение факт оказания ФИО2 ненадлежащей медицинской помощи. Территориальным органом Росздравнадзора по Республике Бурятия проведена документарная проверка деятельности Онкодиспансера, по результатам которой также выявлены нарушения обязательных требований, предъявляемых к оказанию медицинской помощи больной. Согласно экспертным заключениям по стационарной помощи – протоколу оценки качества медицинской помощи, составленному РОСГОССТРАХ-Бурятия-Медицина от ДД.ММ.ГГГГ, проведена оценка качества оказанной ФИО2 медицинской помощи в ГБУЗ «БРКОД» и выявлены дефекты ее оказания в периоды стационраного лечения ФИО2

Таким образом, установлены факты оказания медицинской помощи ФИО5, которые хотя и не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, однако значительно ухудшили ее состояние, изменили качество жизни в худшую сторону. Установлено, что 

<

данные изъяты> ФИО5 была противопоказана, выписали ее после проведения противопоказанной терапии раньше положенного срока с осложнениями проведенной терапии в виде сыпи, общей слабости и общего ухудшения состояния, в связи с этим она испытывала как физические, так и нравственные страдания. Вместе с ней истец как единственный близкий человек, супруг, который прожил с ней длительное время в браке, находясь постоянно с ней рядом, также испытывал нравственные страдания. Супруга истца, будучи неправомерно выписанной ДД.ММ.ГГГГ г., вынуждена была находиться без соответствующей медицинской помощи до ДД.ММ.ГГГГ Несмотря на то, что она страдала тяжелым заболеванием, истец полагает, что при правильно оказанной медицинской помощи, без проведения противопоказанной 

<

данные изъяты>, она бы прожила бы более длительное время и качество ее жизни было бы намного лучше. В связи с изложенным истец считает, что ему как близкому человеку ФИО2 причинен моральный вред в результате преждевременной смерти супруги, а также в результате того, что он наблюдал как его единственный близкий родственник страдает от противопоказанной ей 

<

данные изъяты> и в целом неправильно оказанного ей лечения. 

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены врачи ГБУЗ «БРКОД» ФИО3 и ФИО4 

В судебном заседании истец ФИО1 полностью поддержал исковое заявление и суду дал пояснения аналогичные содержанию иска, дополнив, что с заключением комиссии экспертов он в основе согласен, считает доказанным факт неоказания качественной медицинской помощи в Онкодиспансере, что повлияло на качество жизни супруги и определенным образом на наступление смерти, супруга не была немощным человеком в результате неизлечимой болезнью, она болела, но могла жить, но некачественная медицинская помощь причинила ей при жизни страдания и ускорила наступление смерти. Просит требование удовлетворить. 

Представитель ответчика ГБУЗ «БРКОД» в судебное заседание не явился, будучи извещенным о рассмотрении дела. Судом с согласия истца определено о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика, в порядке заочного производства. 

Принимавшая участие в предыдущем судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО6 исковое заявление не признала и суду пояснила, что ФИО5 проходила лечение в Онкодиспансере, где ей была оказана качественная медицинская помощь. Отсутствует причинно-следственная связь между действиями врачей медицинского учреждения и наступившим последствием в виде смерти больной, противопоказаний по проведенному лечению не было. Не согласна с заключением экспертиз, проведенных страховой компанией, считает выводы эксперта необоснованными. Просила назначить комиссионную судебно-медицинскую экспертизу с целью представления доказательства отсутствия вины медицинского учреждения в причинении истцу морального вреда. 

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, будучи извещенной о рассмотрении дела. 

Принимавшая участие в предыдущем судебном заседании третье лицо ФИО3 суду пояснила, что с исковыми требованиями не согласна. Пациентка ФИО2 оперировалась не в диспансере, впервые она поступила в диспансер в ДД.ММ.ГГГГ. Согласно гистологии у нее были обнаружены 

<

данные изъяты>. Консилиум врачей решил о проведении 4 курсов 

<

данные изъяты> и 1 курса 

<

данные изъяты>. ФИО5 лечение приняла, она находилась в третьем клиническом блоке под динамическим наблюдением, было состояние ремиссии. В ДД.ММ.ГГГГ года по осмотру и данным обследования КТ брюшной полости и малого таза был выявлен рецидив, в брюшной полости образование имело характер 

<

данные изъяты>, который в дальнейшем прогрессирует, процесс подтягивает все ткани 

<

данные изъяты>. Пациентка жаловалась на боли, были назначены паллиативные 

<

данные изъяты>. Не проведено гистологическое исследование, так как повторную операцию, 

<

данные изъяты> не проводили, так как был 

<

данные изъяты>, можно было только воздействовать лекарственной терапией, что и делали. С ДД.ММ.ГГГГ года проводились курсы 

<

данные изъяты>, была проведена первая линия терапий, когда применялись препараты 

<

данные изъяты>. Оценка после 

<

данные изъяты> была как стабилизация процесса - это значит, что процесс остановился, но опухоли не исчезли, какие-то из них уменьшились в размерах, какие-то остались на прежнем уровне. Прогрессирование заболевания было остановлено, началась стабилизация. Но, несмотря на проведенные курсы 

<

данные изъяты>, пациентка продолжала жаловаться на болевой синдром, особенно на свою правую сторону. На осмотре все пальпатурно прощупывалось, оценивалось, записывалось. Дальше вновь проводились курсы 

<

данные изъяты>, но уже с добавлением другого компонента препарата, то есть искали возможность воздействовать на опухоль, сократить ее размеры. Данное лечение проводилось с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 проходила очередное лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, у нее была 

<

данные изъяты>, удалось скорректировать кровь и все показания были для того, чтобы продолжить курс 

<

данные изъяты>, провели один курс 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ лечение было завершено, пациентка жалоб не предъявляла, анализы были удовлетворительные, она сказала, что устала лежать, хочет домой. ДД.ММ.ГГГГ отпустили ее домой, но по документам она выписана ДД.ММ.ГГГГ, потому что ДД.ММ.ГГГГ были операции, не было времени готовить выписные документы. При выписке ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 показала небольшой участок покраснения на внутренней стороне 

<

данные изъяты>, сыпи, зуда и других покраснений не было, врач предложил принять 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ истец сообщил о смерти супруги.

Третье лицо ФИО4 также в судебное заседание не явился, будучи извещённым о рассмотрении дела, неявка третьего лица не препятствует рассмотрению дела. 

Принимавший участие в предыдущем судебном заседании третье лицо ФИО3 суду пояснил, что иск является необоснованным, больная в периоды, указанные в иске, проходила лечение в ГБУЗ «БРКОД», у нее была 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ он являлся заведующим гинекологического отделения ГБУЗ «БРКОД», лечащим врачом ФИО5 была Ильина, которая провела плановое лечение 

<

данные изъяты>, лечение было согласовано с самой пациенткой, также проводилась также 

<

данные изъяты>. Он не согласен с выводами экспертов о том, что 

<

данные изъяты> была противопоказана больной в этот период времени, она чувствовала себя благополучно, была в сознании, на вопросы отвечала адекватно, передвигалась самостоятельно, противопоказаний не было. Сначала проводилось лечение 

<

данные изъяты>. Потом уже ей провели 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> не проводится пациентам, находящимся в 4 клинической группе, т.е. когда больному противопоказано специальное лечение, проводится лишь симптоматическое лечение. ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ года находилась во второй клинической группе, ФИО5 проводилось лечение в соответствие с тактикой лечения больных второй клинической группы. Не согласен с проведением больной диагностических мероприятий в неполном объеме, поскольку больные с целью экономии времени в стационаре сдают анализы амбулаторно и с их результатами приезжают в стационар. При возникновении вопросов, пациенты сдают их уже в условиях стационара. У ФИО5 были результаты диагностических мероприятий. Медицинская помощь, оказанная ФИО5 в Онкодиспансере, соответствовала порядку оказания медицинской помощи и стандарту медицинской помощи, просит в иске отказать. 

Выслушав истца ФИО1, заключение помощника прокурора района Алсагаеву Е.К., полагавшего иск подлежащим удовлетворению в части, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации". 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии со ст. 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (п. 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (п. 2); доступность и качество медицинской помощи (п. 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. 7).

На основании п. 2 ст. 79 названного Федерального закона медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленном законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

В соответствии со ст. 4 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель имеет право на оказание медицинских услуг надлежащего качества. 

В силу требований ст. 7 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" исполнитель обязан оказать услугу, качество которого соответствует договору и обязательным требованиям закона или предусмотренным им стандартам, обеспечить безопасность услуги.

При оценке качества медицинских услуг учитывается положение, содержащееся в п. 4 ст. 4 Закона "О защите прав потребителей", согласно которому в случаях, если исполнитель услуг знал о цели соответствующей услуги, то их качество должно соответствовать этой цели.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

При этом согласно разъяснениям, данным в абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что следует из свидетельства о смерти, выданного ДД.ММ.ГГГГ Заиграевским районным отделом Управления ЗАГС РБ.

Согласно справке о смерти от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО2 является 

<

данные изъяты>.

Из дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 впервые обратилась в ГБУЗ «БРКОД», где была осмотрена врачом гинекологом-онкологом, по предварительному диагнозу: 

<

данные изъяты>, ей назначено обследование (

<

данные изъяты> и рекомендовано оперативное лечение после всех исследований. 

ФИО2 не явилась на оперативное лечение по рекомендации врача ГБУЗ «БРКОД»после исследований.

ДД.ММ.ГГГГ в филиале № 3 ФГУ «321 окружной военный клинический госпиталь Сибирского военного округа» Министерства обороны РФ, не являющемся специализированным медицинским учреждением по профилю «онкология», проведено оперативное лечение ФИО2

Согласно выписному эпикризу филиала № 3 ФГУ «321 окружной военной клинической госпиталь Сибирского военного округа» Министерства обороны РФ ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в гинекологическом отделении с диагнозом: 

<

данные изъяты>, где ДД.ММ.ГГГГ ей проведена операция «

<

данные изъяты>». По результатам гистологического исследования биопсийного материала (

<

данные изъяты>) от ДД.ММ.ГГГГ диагностировано 

<

данные изъяты>. 

После оперативного лечения ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ обратилась в ГБУЗ «БРКОД», где поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, назначено лечение.

Из медицинских карт ГБУЗ «БРКОД» №, №, №, №, № следует, что ФИО2 периодически проходила стационарное лечение. В результате лечения в периоды с ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 проведены четыре курса 

<

данные изъяты>, 2 клиническая группа, после лечения она выписывалась в удовлетворительном состоянии, ей было рекомендовано наблюдение в Онкодиспансере, последующие курсы 

<

данные изъяты>, назначены лекарственные препараты.

Сведений о стационарном лечении ФИО5 в ГБУЗ «БРКОД» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в деле не имеется. 

После указанного периода ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ поступила на стационарное лечение в ГБУЗ «БРКОД».

Согласно медицинским картам ГБУЗ «БРКОД» №, №, №, №, №, №, №, №, №, № ФИО2 проходила стационарное лечение с следующие периоды:с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ, в период которых ФИО5 также были проведены курсы 

<

данные изъяты>, 2 клиническая группа, после лечения она выписывалась в удовлетворительном состоянии, ей было рекомендовано наблюдение в Онкодиспансере, следующие курсы 

<

данные изъяты>, назначены лекарственные препараты.

После стационарного лечения в ГБУЗ «БРКОД» в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 согласно медицинской карте стационарного больного ГАУЗ «Заиграевское ЦРБ» № поступила ДД.ММ.ГГГГ на стационарное лечение в ГАУЗ «Заиграевское ЦРБ» с жалобами на общую слабость, зуд, высыпание, тошноту, повышение температуры, боли внизу живота, где ДД.ММ.ГГГГ она умерла. 

По смыслу вышеприведенных норм гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, применительно к спорному правоотношению медучреждение должно доказать отсутствие своей вины в причинении ФИО1 морального вреда, связанного с оказанием медицинской помощи больной ФИО2 

По ходатайству представителя ответчика ГБУЗ «БРКОД», намеренного доказать отсутствие вины ответчика в причинении истцу морального вреда в результате оказания медицинской помощи больной, судом назначена была судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ГАУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Татарстан» (далее ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ»).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, проведенной в составе комиссии экспертов ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ», смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>, что подтверждается гистологическим исследованием от ДД.ММ.ГГГГ №, с развитием рецидива в ДД.ММ.ГГГГ. (по данным КТ от ДД.ММ.ГГГГ) с поражением тканей 

<

данные изъяты>. Эксперты отмечают, что после установления прогрессирования заболевания у ФИО5 прижизненная и посмертная 

<

данные изъяты> не проводилась. Медицинская помощь на амбулаторном этапе (первичная медико-санигарна этапе (специализированная медицинская помощь) по профилю «онкология» осуществлялась в соответствии с приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 915н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "онкология" (далее Порядок); приказом Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (вступил в силу с 01 июля 2017) (далее Критерии); приказом Министерства здравоохранения РФ от 7 июля 2015 г. № 422ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 13 августа 2015 г. Регистрационный № 38494, действие приказа с августа 2015 по 01 июля 2017) (далее Критерии); приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 9 января 2007 г. N 8 "Об утверждении стандарта медицинской помощи больным со злокачественным новообразованием фаллопиевой (маточной) трубы (при оказании специализированной помощи)" (утратил силу в 2020 году), (далее Стандарт).

На амбулаторном этапе оказания медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ «БРКОД» выявлены нарушения требований вышеуказанных приказов:

Критериев оценки качества медицинской помощи: ведение амбулаторной карты не соответствует принятым нормам: хронология записей полностью нарушена, записи шаблонные, крайне краткие, анамнез (история заболевания) собран неполный, клинический диагноз не является развернутым; отсутствует часть результатов лабораторно-инструментальных обследований, проведенных пациентке за весь период диспансерного наблюдения; не проведена коррекция плана обследования и лечения с учетом особенностей течения заболевания; проведение медицинских осмотров (диспансеризации) не в установленном порядке.

Стандарта: после диагностирования 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ, пациентка в кратчайшие сроки не направлена на фиброколоноскопию, фиброгастродуоденоскопию, рентгенографию органов грудной клетки, ультразвуковое исследование (УЗИ) лимфоузлов шейнонадключичной области, подмышечных, паховых лимфоузлов в целях определения распространенности опухолевого процесса и планирования алгоритма лечения.

Порядка:

а) при выявлении прогрессирования заболевания/подозрения на рецидив онкологического заболевания ДД.ММ.ГГГГ года не направлена на взятие биопсийного (операционного) материала опухоли или цитологическое исследование смыва с брюшины для уточнения распространенности процесса, морфологической верификации диагноза, с целью уточнения диагноза.

б) количество диспансерных осмотров было недостаточным: записи с осмотром ФИО2 за ДД.ММ.ГГГГ год отсутствуют (вместе с тем, во всех имеющихся выписных эпикризах после стационарного лечения в ГБУЗ «БРКОД» в рекомендациях указано о необходимости диспансерного наблюдения в онкодиспансере).

в) динамическое наблюдение за больным с онкологическим заболеванием, получающего лекарственную противоопухолевую терапию являлось недостаточным. Не проводилась оценка эффективности и переносимости проводимого лечения с использованием лабораторных и инструментальных методов исследования.

При оказании специализированной медицинской помощи на этапе стационарного лечения в ГБУЗ «БРКОД» выявлены нарушения (дефекты оказания медицинской помощи):

Порядка: при выявлении прогрессирования заболевания/подозрении на рецидив онкологического заболевания ДД.ММ.ГГГГ не было организовано взятие биопсийного (операционного) материала или цитологическое исследование смыва с брюшины, тактика лечения, смена схемы лечения 

<

данные изъяты> осуществлялись без консилиума (консилиума врачей- онкологов и врачей-радиотерапевтов, с привлечением при необходимости других врачей- специалистов), не проводилась оценка эффективности проводимого лечения с использованием лабораторных и инструментальных методов исследования, восстановительная и корригирующая терапия, связанная с возникновением побочных реакций на фоне высокотоксичного лекарственного лечения, являлась недостаточной,

Стандарта: при установлении прогрессирования заболевания не обеспечено проведение значимых для оценки динамики состояния больной исследования: биопсия брюшины с гистологическим исследованием тканей брюшины, пункция лимфатических узлов с цитологическим и гистологическим исследованием, цитологическое исследование перитонеальнои жидкости, имеющие частоту предоставления «1»;

Критериев: дневниковые записи шаблонные, жалобы не полные; проведение плана лечения (смена 

<

данные изъяты>) проводилось без какого либо обоснования, без учета динамики развития заболевания, т.к. динамика заболевания не отслежена ввиду отсутствия полного объема диагностических мероприятий; при наличии затруднения в выборе метода лечения не был собран консилиум с оформлением протокола.

Кроме того, экспертная комиссия считает, также имели место следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- после выявления 

<

данные изъяты> у ФИО2 целесообразно было выполнение повторного хирургического вмешательства с целью рестадирования (определения точной стадии заболевания). Отсутствие проведения первичного стадирования обусловлено тем, что ФИО2 не явилась в ГБУЗ «БРКОД» с результатами обследования, назначенными ей ДД.ММ.ГГГГ, была прооперирована не в специализированном медицинском учреждении по профилю «онкология».

- интервал между курсами 

<

данные изъяты> (6 и более недель) в ДД.ММ.ГГГГ являлся завышенным (рекомендуемый интервал 3-4 недели).

- в отношении ФИО2 не были выполнены все необходимые диагностические обследования с целью оценки динамики развития заболевания, оценки адекватности проводимого лечения и своевременного выявления прогрессирования заболевания, раннего выявления отдаленных очагов метастазов. В частности, количество раз, проведенных ФИО2 компьютерной томографии органов брюшной полости, малого таза и забрюшинного пространства, фиброколоноскопии, фиброгастродуоденоскопии, ультразвукового исследования (УЗИ) лимфоузлов шейно-надключичной области, подмышечных, паховых лимфоузлов, было недостаточным.

- не была дана интерпретация выявленного ДД.ММ.ГГГГ при КТ образования в брюшной полости, что не позволило диагностировать прогрессирование заболевания в более ранние сроки.

- коллегиально не решен вопрос об определении показаний к хирургическому лечению после диагностирования прогрессирования заболевания в ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, при оказании специализированной медицинской помощи по профилю «онкология» выявления дефекты оказания медицинской помощи диагностического, лечебного и лечебно-тактического характера. Вместе с тем, между наступлением смерти ФИО2 и вышеуказанными дефектами (как в совокупности, так и по отдельности) отсутствует прямая причинно-следственная связь. Основным в наступлении смерти явились тяжесть и характер заболевания, которое даже при соблюдении всех нормативных правовых аспектов, регулирующих медицинскую деятельность, при оказании правильной, своевременной медицинской помощи не гарантирует благоприятного исхода в виде сохранения жизни. Кроме того, в рассматривающем случае, неблагоприятным фактором явилась нерадикальность оперативного лечения (не удален и не исследован большой сальник; удаление большого сальника является обязательным и выполняется на уровне большой кривизны желудка).

Достоверно ответить на вопрос: «Как повлияла такая медицинская помощь на качество жизни?» не представляется возможным. Допущенные дефекты (в совокупности) могли способствовать прогрессированию заболевания, но с учетом отсутствия возможности определить точную стадию онкозаболевания у ФИО2 на момент оперативного лечения, оценить степень их влияния на прогрессирование, не представляется возможным.

По доводам истца о некачественной медицинской помощи, оказанной в период стационарного лечения больной ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ и связанной с проведением курса 

<

данные изъяты> и выпиской ее из стационара, судом на разрешение экспертов поставлен отдельный вопрос о соответствии медицинской помощи, оказанной ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ, порядку оказания медицинской помощи и стандарту медицинской помощи. 

Согласно выводам комиссии экспертов ФИО2 находилась на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ, ей проведён курс 

<

данные изъяты> лекарственными препаратами: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, проводилась симптоматическая терапия, включающее в себя двукратное переливание эритроцитарной массы (по 250 мл). Учитывая данные клинических анализов крови, выполненных ФИО2 в динамике с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведение ей курса 

<

данные изъяты> не был показан ввиду развития у пациентки панцитопении (снижение уровня форменных элементов периферической крови), как побочное действие 

<

данные изъяты>. Учитывая те же результаты клинических анализов кровипереливание ФИО2 эритроцитарной массы являлось показанным ввиду отсутствия ожидаемого положительного эффекта от применения консервативной терапии (

<

данные изъяты>). В соответствии с "Клинические рекомендации "

<

данные изъяты>" (утв. Минздравом России в 2020 году) одним из показаний к выписке пациента из медицинской организации является «завершение курса лечения или одного из этапов оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в условиях круглосуточного или дневного стационара при условиях отсутствия осложнений лечения, требующих медикаментозной коррекции и/или медицинских вмешательств в стационарных условиях». Отсутствовали данные, указывающие на наличие ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 осложнений лечения, аллергической реакции, требующих медикаментозной коррекции и/или медицинских вмешательств в стационарных условиях. Проведение ФИО2 курса 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ года не явилось причиной её смерти. Как указано выше, причиной смерти ФИО2 явилось тяжелое онкологическое заболевание. Вместе с тем, применение химиотерапевтических препаратов в отношении ФИО2 в ДД.ММ.ГГГГ могло ухудшить её состояние, однако оценить степень этого влияния на наступление смерти не представляется возможным.

Суд принимает заключение комиссии экспертов ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ», оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется. Эксперты обладают специальными познаниями, имеют высшее медицинское образование, большой стаж работы, необходимую квалификацию, они предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ и не заинтересованы в исходе дела. 

Заключение комиссии экспертов в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинских документов, является полным, мотивированным, основанным на материалах дела и медицинской документации пациента.

Достоверность проведенной экспертизы подтверждается заключениями экспертов отдела криминалистики СУ СК России по Забайкальскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №, а также комиссии экспертов АНО «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №, полученными в рамках возбужденного ДД.ММ.ГГГГ уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту смерти ФИО2 и прекращенного по постановлению от ДД.ММ.ГГГГ в связи с отсутствием события преступления. 

Согласно выводам экспертов отдела криминалистики СУ СК России по Забайкальскому краю экспертов отдела криминалистики СУ СК России по Забайкальскому краю в нарушение Стандарта медицинской помощи больным со 

<

данные изъяты> (при оказании специализированной медицинской помощи), утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 09.01.2007 г. № 8, ФИО5 не проводилось гистологическое и цитологическое исследование брюшины, в период стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ для уточнения диагноза 

<

данные изъяты> не был проведен полный объем диагностических мероприятий для выяснения причины 

<

данные изъяты>

Согласно выводам комиссии экспертов АНО «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы» в нарушение Стандарта медицинской помощи ФИО5 проведены диагностические мероприятия не в полном объеме, а именно: в период стационарного лечения в ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО5 не было проведено ультразвуковое исследование лимфоузлов, печени, брюшины и забрюшинного пространства, ультразвуковое определение жидкости в брюшной полости, флюорография легких цифровая (ежегодно), исследование уровня антигена аденогенных раков Са 125 в крови; учитывая показатели крови ФИО5: выраженная лейкопения, эритропения, тромбоцитопения, анемия средней степени тяжести, проведение 

<

данные изъяты> в это время было противопоказано.

С указанными заключениями экспертов согласуются результаты проверки качества оказанной медицинской помощи, проведенной Территориальным органом Росздравнадзора по Республике Бурятия, согласно которым выявлены нарушения Онкодиспансером обязательных требований, предъявляемых к оказанию медицинской помощи, в нарушение п. 18 Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология», утвержденного приказом МЗ РФ от 15.11.2012 г. № 915н, при первом обращении ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ консилиумом врачей-онкологов и врачей-радиотерапевтов не установлена тактика медицинского обследования и лечения; в нарушение Стандарта медицинской помощи, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 09.01.2007 г. № 8, в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ при проведении 4-х курсов 

<

данные изъяты> и 1 курса 

<

данные изъяты>, а также в связи с рецидивом основного заболевания в ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 не проводились значимые для оценки динамики состоянии больной исследования: биопсия брюшины с гистологическим и цитологическим исследованием тканей брюшины, морфологическое исследование препарата 

<

данные изъяты>, пункция лимфатического узла и его цитологическим и гистологическим исследованием, цитологическое исследование перитониальной жидкости, имеющие частоту предоставления «1».

О допущенных медицинским учреждением нарушениях при оказании медицинской помощи ФИО2 свидетельствует экспертное заключение по стационарной помощи – протокол оценки качества медицинской помощи, составленный РОСГОССТРАХ-Бурятия-Медицина ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при проверке качества оказанной ФИО2 медицинской помощи в ГБУЗ «БРКОД» выявлены дефекты ее оказания в период стационарного лечения в ДД.ММ.ГГГГ допущено недообследование больной, выполнена малоэффективная при данной локализации онкопроцесса ПХТ; при исходных данных анализов крови проведение ПХТ противопоказано, необходимо было провести коррекцию гематологического статуса (было выполнено) и отпустить пациента на медпаузу. 

Суд, выслушав доводы сторон, приведенные в предыдущих судебных заседаниях, исследовав материалы дела, медицинские документы, заключения комиссии экспертов, приходит к выводу, что ответчик, обязанный доказать отсутствие вины в причинении истцу морального вреда, оказание медицинской помощи ФИО2 в полном объеме и без недостатков, в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательства не представил. 

В соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В нарушение п. 2 ст. 79 названного Федерального закона об обязанности медицинской организации организовывать и осуществлять качественную медицинскую деятельность в соответствии с порядками оказания медицинской помощи и на основе стандартов медицинской помощи, ответчик не оказал ФИО2 качественную специализированную медицинскую помощь как на этапе амбулаторного, так и на этапе стационарного лечения, допустил дефекты оказания медицинской помощи диагностического, лечебного и лечебно-тактического характера.

Так, в результате компьютерной томографии ДД.ММ.ГГГГ выявлено 

<

данные изъяты>, которому не была дана интерпретация, что исключило диагностирование прогрессирования заболевания в более ранние сроки и назначение соответствующего лечения; при рецидиве онкологического заболевания ДД.ММ.ГГГГ не был получен биопсийный (операционный) материал, не проведено цитологическое исследование смыва с брюшины, не проведена пункция лимфатических узлов с цитологическим и гистологическим исследованием, цитологическое исследование перитонеальной жидкости, было недостаточным количество исследований, проведенных ФИО2, в виде компьютерной томографии органов брюшной полости, малого таза и забрюшинного пространства, фиброколоноскопии, фиброгастродуоденоскопии, ультразвукового исследования (УЗИ) лимфоузлов шейно-надключичной области, подмышечных, паховых лимфоузлов, что указывает на дефекты оказания медицинской помощи диагностического характера, обусловившие отсутствие надлежащей оценки динамики состояния больной, назначение соответствующего эффективного лечения. 

Также ответчиком допущены дефекты оказания медицинской помощи лечебного и лечебно-тактического характера.

Так, тактика лечения, смена схемы лечения полихимиотерапии осуществлялись без консилиума врачей-онкологов и врачей-радиотерапевтов, с привлечением при необходимости других врачей- специалистов, не проводилась оценка эффективности проводимого лечения с использованием лабораторных и инструментальных методов исследования, являлась недостаточной восстановительная и корригирующая терапия, связанная с возникновением побочных реакций на фоне высокотоксичного лекарственного лечения; после выявления 

<

данные изъяты> у ФИО2 не выполнено повторное хирургическое вмешательство с целью рестадирования (определения точной стадии заболевания) с учетом отсутствия первичного стадированияв связи с проведением операции не в специализированном медицинском учреждении по профилю «онкология», при рекомендованном интервале между курсами 

<

данные изъяты> 3-4 недели в ДД.ММ.ГГГГ курсы 

<

данные изъяты> проведены с интервалом 6 и более недель, коллегиально не решен вопрос об определении показаний к хирургическому лечению после диагностирования прогрессирования заболевания в ДД.ММ.ГГГГ; по результатам клинических анализов крови, выполненных ФИО2 в динамике с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, курс 

<

данные изъяты> лекарственными препаратами: 

<

данные изъяты>,проведенный в период стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ, не был показан ввиду развития у пациентки панцитопении (снижение уровня форменных элементов периферической крови). 

Таким образом, допущены дефекты оказания медицинской помощи, которые могли повлиять на прогрессирование заболевания, качество жизни больной, поскольку на момент оперативного лечения, а также в период лечения не была определена точная стадия онкозаболевания у ФИО2, от которой зависел выбор соответствующего ее лечения, из указанного суд приходит к выводу, что ответчик виновен в причинении истцу морального вреда, он не доказал оказание качественной медицинской помощи ФИО5, отсутствие его вины в причинении истцу морального вреда, поэтому истец вправе получить денежную компенсацию морального вреда. 

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 данного кодекса.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (пункт 2).

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд, оценивая в совокупности степень вины ответчика, которую суд определяет как тяжелую степень, поскольку вина связана с нарушением права гражданина на оказание ему качественной медицинской помощи, которая напрямую влияет на здоровье человека – главной ценности его жизни, занимающее самую высокую ступень в иерархии потребностей человека, а также характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, ФИО5, будучи супругом потерпевшей, глубоко сопереживал на протяжении нескольких лет состоянию близкого человека, которому не оказывалась надлежащая медицинская помощь, степень нравственных страдания истца была отягощена осознанием их беспомощности перед болезнью, которая может привести к смерти, без медицинской помощи, оказываемой ответчиком, который обладал возможностями соблюдения прав истца, оказания качественной медицинской услуги с помощью высокотехнологичного оборудования, используемого квалифицированными специалистами - медицинскими работниками, однако указанными возможностями не воспользовался, и, учитывая требования разумности и справедливости, предполагающие установление судом баланса интересов сторон, приходит к выводу об определении компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить в части. 

Взыскать с ГБУЗ «Бурятский республиканский клинический онкологический диспансер» компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., в остальной части требования оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Верховный суд Республики Бурятия путем подачи апелляционной жалобы в Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ. 

Судья: А.Д. Бунаева