Дело №г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июля 2019 г. 

<

адрес>

Судья Малгобекского городского суда Республики Ингушетия Цечоева Л.К., при секретаре Батыровой М.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГг. по факту обнаружения и изъятия сотрудниками Малгобекского РОВД МВД по РИ самодельного взрывного устройства, смесевого взрывчатого вещества на основе аммиачной селитры и мелкодисперсного алюминия массой 11 кг, взрывчатого вещества, гранаты и прибора для бесшумной стрельбы 21 сентября 20-6г. в ходе обыска в жилище, расположенном по адресу: РИ, 

<

адрес>, по месту проживания ФИО2 и ФИО1, возбуждено уголовное дело в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п. «а» ч.2 ст.205, ч.2 ст.223 и ч.2 ст.222 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГг. он задержан по подозрению в совершении вышеуказанных преступлений. ДД.ММ.ГГГГ

<

адрес> городским судом ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГг. постановлением старшего следователя по ОВД УФСБ РФ по РИ ФИО3 уголовное дело в отношении него в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п. «а» ч.2 ст.205, ч.2 ст.223 и ч.2 ст.222 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. Мера пресечения отменена и он был освобожден из-под стражи, за ним признано право на реабилитацию. В результате незаконного уголовного преследования он месяц находился под стражей, чем было нарушено его право на свободу передвижения, причинило серьезный урон его жизни и здоровью на физиологическом и психологическом уровне, физические и нравственные страдания, связанные по поводу предъявленного обвинения, общественной оглаской и распространением не соответствующих действительности сведений, порицание со стороны родных, друзей, знакомых, соседей, проведением неоднократных обысков в его домовладении. В связи с незаконным уголовным преследованием он не смог реализовать свои планы на жизнь, поскольку стал изгоем в обществе, родные и друзья утратили доверие к нему, его доброму имени нанесен серьезный и невосполнимый урон. Просит суд взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей. В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4 поддержали требования искового заявления по мотивам, изложенным в нем, и просили удовлетворить в полном объеме. Представитель Управления Федерального Казначейства по 

<

адрес> по доверенности ФИО5 А-Р.М. в судебном заседании исковые требования ФИО1 признал частично, представив суду письменные возражения по существу иска, просил суд снизить размер заявленной компенсации морального вреда, а также расходы на оплату услуг представителя до разумных пределов. Представители третьего лица – помощники Малгобекского городского прокурора Лонерт Н.Р. и ФИО6 не возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1, но считают, что сумма компенсации морального вреда завышена. Суд, выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела с учетом положений ст. 56 ГПК РФ, оценив доказательства в совокупности в порядке ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующему. В соответствии со ст. 19 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. В судебном заседании установлено, что постановлением старшего следователя по ОВД УФСБ РФ по РИ подполковника юстиции ФИО3 уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ, за непричастностью подозреваемого к указанному преступлению, мера пресечения заключение под стражу отменена. Из постановления следует, что ФИО1 находился под стражей с 21.09.2006г. по 19.10.2006г. В силу ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Как следует из Постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П «…признавая необходимость повышенного уровня защиты прав и свобод граждан в правоотношениях, связанных с публичной ответственностью, в частности уголовной и административной, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что законодательные механизмы, действующие в этой сфере, должны соответствовать вытекающим из статей 17, 19, 45, 46 и 55 Конституции Российской Федерации и общих принципов права критериям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, с тем чтобы гарантировать эффективную защиту прав и свобод человека и гражданина, в том числе посредством справедливого правосудия (Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 14-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 8-П)… Конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, федеральный законодатель при установлении порядка и условий возмещения вреда, причиненного такими действиями (бездействием), должен - исходя из необходимости наиболее полного возмещения вреда - принимать во внимание особенности регулируемых общественных отношений и с учетом специфики правового статуса лиц, которым причинен вред при уголовном преследовании, предусматривать наряду с общими гражданско-правовыми правилами компенсации вреда упрощающие процедуру восстановления прав реабилитированных лиц специальные публично-правовые механизмы, обусловленные тем, что гражданин, необоснованно подвергнутый от имени государства уголовному преследованию, нуждается в особых гарантиях защиты своих прав (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П)… Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт "а" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9, пункт 6 статьи 14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5, статья 3 Протокола N 7), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или судебной ошибки, на соответствующую компенсацию и обязанность государства обеспечить эффективные средства правовой защиты нарушенных прав. Такой подход нашел отражение в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью (принята ДД.ММ.ГГГГ резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН), закрепляющей, что лица, которым в результате неправомерных действий был причинен вред, включая телесные повреждения, материальный, моральный ущерб или существенное ущемление их основных прав, должны иметь право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб; государства - члены ООН обязаны содействовать тому, чтобы судебные и административные процедуры в большей степени отвечали интересам защиты этих лиц путем обеспечения им возможности изложения своей позиции и рассмотрения ее судом на всех этапах судебного разбирательства в случаях, когда затрагиваются их личные интересы. Из приведенных положений Конституции РФ, международно-правовых актов и правовых позиций Конституционного Суда РФ следует, что федеральный законодатель, предусматривая специальные механизмы восстановления нарушенных прав для реализации публично-правовой цели – реабилитации каждого, кто незаконно или необоснованно подвергся уголовному преследованию, не должен возлагать на гражданина излишние обременения, а, напротив, обязан гарантировать, основываясь на принципах правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости, именно эффективное восстановление в правах - скорейшее возмещение причиненного вреда в полном объеме в процедурах, максимально отвечающих интересам таких лиц… Незаконное или необоснованное уголовное преследование является грубым посягательством на достоинство личности, поскольку человек становится объектом произвола со стороны органов государственной власти и их должностных лиц, призванных защищать права и свободы человека и гражданина от имени государства, которое, выполняя свою конституционную обязанность по охране прав потерпевших от злоупотреблений властью и обеспечивая защиту их интересов и требований, должно способствовать устранению нарушений прав этих лиц и восстановлению достоинства личности, что в полной мере отвечает требованиям Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, предусматривающей необходимость обеспечения потерпевшему доступа к правосудию в сочетании со справедливым обращением и признанием его достоинства (пункт 4)...». В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. В соответствии со ст. ст. 1070, 1071 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры в порядке, установленном законом. В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. Как сказано в ч.2 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Комментируемая статья устанавливает, что подлежит возмещению моральный вред, причиненный гражданину в связи с деятельностью правоохранительных органов и судов. В этой связи в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" отмечается, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, следует руководствоваться не только нормами Гражданского Кодекса РФ, но и в силу того, что международные договоры РФ, являются частью ее правовой системы (ст. 7 ГК РФ), постановлениями Европейского суда по правам человека от ДД.ММ.ГГГГ по делу «Смирнова против России» (Жалобы № и 48183/99), от ДД.ММ.ГГГГ по делу «Кабанов против России» (Жалоба №), которые в соответствии со ст. 7 ГК РФ, и ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, являются не только составной частью российской правовой системы, действуют непосредственно, но и имеют высшую юридическую силу, по отношению к нормам российского законодательства. Согласно справке МСЭ-2015 № от 16.03.2017г. ФИО1 является инвали

<

адрес> группы. Согласно выписке из медицинской карты ФИО1 в 2016г. находился на стационарном лечении в отделении неврологии с диагнозом «последствия тяжелой ЧМТ с ушибом головного мозга». Однако суд не может согласиться с размером заявленных требований в части компенсации морального вреда. С учетом фактических обстоятельств дела суд считает, что взыскание с Министерства финансов Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей будет отвечать требованиям разумности и справедливости. В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Согласно договору от ДД.ММ.ГГГГг. что ФИО4 и ФИО1 заключили договор на оказание юридических услуг. Из расписки от ДД.ММ.ГГГГг. следует, что ФИО1 оплатил ФИО4 стоимость за оказание юридических услуг в размере 50 000 рублей. В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800 000 (восемьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующая: подпись

Копия верна:

Судья: Л.К.Цечоева