04RS0008-01-2018-001616-94 Дело № 2-16-2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Заиграево 24 сентября 2019 года

Заиграевский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Трофимовой В.В., при секретаре Амбаеве А.Г.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, Динь-Вень-Чунь З.А., 

представителя истцов ФИО4,

представителя ответчика АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ТСВ, ФИО6 к АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» о признании недействительным акта расследования несчастного случая с работником, признании несчастного случая связанного с производством, возложении обязанности составить акт формы Н-1 и направлении его копии в фонд социального страхования, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, действующая в интересах несовершеннолетнего ТСВ, Динь-Вень-Чунь З.А. обратились в суд с иском, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай на производстве, в результате которого работник АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» ТВА при исполнении трудовых обязанностей. Согласно акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ смерть ТВА наступила вследствие острой сердечной недостаточности, данный несчастный случай квалифицируется как несчастный случай, не связанный с производством: ДД.ММ.ГГГГ при попытке спуска в осветленный резервуар цеха разделения фракции участка «откорм» насоса для навоза, пазы кронштейна насоса сошли с направляющих, оборвался трос, закрепленный на насосе, и насос упал в резервуар. ДД.ММ.ГГГГ погибший ТВА прибыв на работу к 9 часам, получил задание - в составе группы из трех человек спуститься в осветленный резервуар, закрепить на насосе трос, поднять насос с помощью лебедки и, установив кронштейн насоса на направляющие, опустить насос в резервуар. Данный вид работы относится к категории повышенной опасности (работы в загазованной среде), согласно результатов специальной оценки условий труда отнесена к вредным условиям труда (класс 3.1). Ответственным руководителем работ был назначен ТГМ, допускающим к работе ТГД ведущий инженер по промышленной безопасности, который прибыв в цех разделения, проверил место производства работ переносным газоанализатором, произвел замеры в резервуаре на предмет наличия сероводорода, но никаких отметок о проведении проверки в наряде-допуске не сделал, сведений о наличии в воздухе каких- либо газов в наряде-допуске ТГД не указал, лишь указав по телефонному разговору ТГМ о необходимости иметь полнолицевые фильтрующие маски. После получения средств индивидуальной защиты, а именно - костюма защитного, маски защитной, страховочной привязи, каната и перчаток, ЛНВ, ФК, ТВА приступили к производству работ. ЛНВ и ФК установили сборную металлическую лестницу в люк резервуара, а ТВА, надев средства специальной защиты, но, не прицепив канат к страховочному поясу (из показаний ЛНВ), несмотря на то, что последний просил зацепить канат на поясе, начал спуск в резервуар. Проведя необходимые работы в резервуаре, ТВА перед выходом на поверхность, начал перелезать с внутренней стороны лестницы на наружную сторону, сорвался и упал вниз. В дальнейшем ЛНВ сообщил о произошедшем мастеру ТГМ, надел защитную маску и спустился в резервуар, где обнаружил ТВА на дне резервуара полулежа на спине без защитной маски. Далее ТВА достали из резервуара, сняли с него защитный костюм, оказали первую медицинскую помощь и транспортировали навстречу автомобилю скорой медицинской помощи, в который перегрузили ТВА. В 11 часов 52 минуты ТВА был доставлен в ГБУЗ «Онохойская ЦРБ». В 12 часов 20 минут зафиксирована смерть ТВА Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ТВА наступила от острой сердечной недостаточности, развившейся в результате ишемической болезни сердца, что подтверждается морфологической картиной исследования трупа и данных методов лабораторного исследования. К акту комиссии приобщены два особых мнения членов комиссии, согласно которым несчастный случай необходимо квалифицировать в соответствии со ст. 229.2 ТК РФ, как несчастный случай, связанный с производством и подлежащий учету и регистрации в АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский». Из особого мнения главного технического инспектора труда ООП РБ ХГП от ДД.ММ.ГГГГ следует, что с выводами комиссии по мотиву того, что комиссия руководствовалась исключительно заключением эксперта № о том, что смерть ТВА наступила от острой сердечной недостаточности. При этом комиссией не принято во внимание то обстоятельство, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работодатель обязательный периодический осмотр погибшего не проводил. Проведение обязательного периодического медицинского осмотра регулируется Приказом Минздравсоцразвития РФ № 302 от 12.04.2011 г, которым определяется пригодность работника выполнять работу, прописанную должностной инструкцией, т.е. обеспечение безопасности его труда, тем более работа, при выполнении которой погиб ТВА, отнесена результатами специальной оценки условий труда к вредным (класс 3.1), а установление опасности выполняемой работы установлено самим работодателем (выдан наряд-допуск на производство работ). Требования по выполнению приказа обусловлены выявлением общих (непрофессиональных) заболеваний, при которых дальнейшая работа в контакте с факторами проф.вредности (опасности) может ухудшить их течение трудовой деятельности (если они имеются, но в данном случае подтверждений о том, что у него было заболевание - ишемическая болезнь сердца, у комиссии отсутствуют). При выполнении работы ТВА осознавал, на какую опасную работу он направлен и какие могут быть последствия (ознакомлен с нарядом допуска на работу повышенной опасности, целевой инструктаж выдачи средств индивидуальной защиты и т.д.), а именно - смерти. Полученное комиссией заключение эксперта №, послужило причиной для комиссии не связывать данный несчастный случай с производством, что является неверным, так как под причиной следует понимать совокупность двух составляющих, а именно - причины и условия, при которых произошел несчастный случай. При этом под причиной следует понимать активный процесс извлечения насоса в условиях повышенной опасности, а условия - это обстановка, в которой протекает сам процесс, явившейся причиной смерти. Из особого мнения председателя комиссии - государственного инспектора труда в РБ СМЮ следует, что с выводами комиссии она не согласна по причине того, что в соответствии с требованиями ст. 229.2 ТК РФ расследуется в установленном порядке и по решению комиссии в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастный случай, не связанный с производством, в том числе: смерть вследствие общего заболеваний, подтвержденная в установленном порядке соответственной мед. организацией, следствием и судом. При расследовании несчастного случая с ТВА выявлено, что он в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не проходил обязательный периодический медосмотр, тогда как результатам специальной оценки условий труда к вредным (класс 3.1), периодичность обязательных медицинских осмотров слесаря аварийно-восстановительных работ установлена один раз в год. Пострадавший ТВА, в нарушение ст. 76 ТК РФ, не был отстранен от работы в установленном порядке, как работник, не прошедший обязательный медицинский осмотр и был допущен к выполнению обязанностей, предусмотренных договором. Согласно п. 1229 Приказа Минтруда России от 25.02.2016 г. № 76н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве» перед спуском в колодец (резервуар) необходимо проверить их на загазованность воздушной среды газоанализатором или газосигнализатором. Спуск работника в колодец без проверки на загазованность запрещается. В нарушение п. 2.7.7, п. 5.2.3. Постановления Минтруда России от 1608.2002 № 61 «Об утверждении Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации водопроводно-канализационного хозяйства», работники бригады, в том числе ТВА не были обеспечены газоанализатором и газосигнализатором. Согласно п. 5.2.7 Постановления Минтруда России от 16.08.2002 г. № 61 «Об утверждении межотраслевых правил по охране труда» при производстве работ в колодцах, камерах бригада обязана в процессе работы в колодце постоянно проверять воздушную среду на загазованность с помощью газоанализатора и газосигнализатора. Следовательно, работники в связи необеспеченностью газоанализатором были лишены возможности проверки воздушной среды резервуара. Согласно наряд-задания б/н производство работ повышенной опасности (работы в загазованной среде) допускающий к работе ТГД, ведущий инженер по промышленной безопасности. Замеры на наличие кислорода в воздушной среде им не проводились. Также не производились замеры на наличие (отсутствие) превышения ПДК аммиака, несмотря на то, что в наряд- задании указаны «опасные и вредные производственные факторы», которые действуют или могут возникнуть в местах выполнения работ. О проведении ТГД замеров на наличие (отсутствие) ПДК сероводорода известно лишь со слов ТГД, документально нигде не зафиксировано, в наряд-допуске не отмечено, что позволяет относится к словам ТГД критически. Тем более, что замеры на сероводород, со слов ТГД производились газоанализатором МГЛ-19.7А, который согласно паспортным данным предназначен лишь для измерения массовых концентраций аммиака. При этом ТГД указал, что газоанализатор подал звуковой сигнал, свидетельствующий о превышении ПДК газа в резервуаре. Поскольку работодателем перед допуском к спуску в резервуар работников не произведен полный анализ воздушной среды резервуара, не произведен замер концентрации кислорода в воздушной среде, работодателем должны были быть предприняты меры для обеспечения работников соответствующими СИЗОД, согласно п. 2.7.5. Постановления Минтруда России от 16.08.2001 г. «Об утверждении Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации водопроводно- канализационного хозяйства» выдаваемые работникам спец.одежда и обувь и другие средства индивидуальной защиты должны соответствовать характеру и условиям работы и обеспечивать безопасность труда. В соответствии с п. 4.4. Решения Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 № 878 «О принятии технического регламента Таможенного союза «О безопасности средств индивидуальной защиты» не допускается использование фильтрующих средств индивидуальной защиты органов дыхания при содержании во вдыхаемом воздухе кислорода менее 17 %. В нарушение указанной нормы ТВА был обеспечен, осуществлял спуск в резервуар в полнолицевой маске ЗМ 6800 с двумя фильтрами А1+Рогт, указанные фильтры осуществляют защиту от органических паров и формальдегида. (Применяются для защиты органов дыхания от органических паров с температурой кипения выше 65 градусов С (бензол, толуол, ксилол, керосин, бензин и т.д.). Согласно Технического регламента Таможенного союза для защиты от аммиака и его производных маркируется «К», для защиты от диоксида серы и других кислых газов, и паров - маркой «Е». Следовательно, работник подвергался воздействию вредных факторов, вдыхал газ (неопределенный), что могло спровоцировать сердечный приступ. Согласно п. 3 приказа Минтруда России от 28.03.2014 г. № 155н «Об утверждении правил по охране труда при работе на высоте» к работам на высоте относятся работы, в том числе при осуществлении работником подъема на высоту более 5 м или спуска с высоты более 5 м по лестнице угол наклона которой к горизонтально поверхности составляет более 75 градусов. В данном случае ТВА осуществлял спуск с высоты и подъем 7 метров, а, следовательно, осуществлял работы на высоте. В нарушение п. 17 данного приказа работодателем до начала выполнения работ на высоте не организовано проведение организационных мероприятий: не назначено лицо, ответственное за организацию и безопасное проведение работ на высоте, за выдачу наряда допуска, составление плана мероприятий по эвакуации и спасению работников при возникновении аварийной ситуации и при проведении спасательных работ. Следовательно, работодателем не обеспечена организация безопасного ведения работ на высоте. Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Истцы полагают, что смерть ТВА наступила на рабочем мест, в связи с недостатками организации труда в АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский», установлены лица, которые допустили нарушения требований охраны труда, данные факты нашли свое отражение в особых мнениях председателя комиссии - государственного инспектора труда СМЮ, а также главного технического инспектора труда ХГП Смерть погибшего вызвана грубыми нарушениями норм трудового законодательства, как АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» в целом, так и действия отдельных сотрудников предприятия, поскольку ТВА на протяжении почти 2-х лет не проходил обязательный медицинский осмотр, несмотря на то, что по результатам специальной оценки условий труда, деятельность, которую выполнял погибший, отнесена к вредным условиям труда, непосредственно виновными в смерти ТВА ответственный руководитель работ ТГМ, ведущий инженер по промышленной безопасности ТГД, которые допустили работника к выполнению работ без проведения полного анализа воздушной среды резервуара, а также не обеспечили ремонтную бригаду газоанализаторами и газосигнализаторами для постоянной проверки воздушной среды в резервуаре, проявив полную безалаберность и нарушая требования безопасности выдали полнолицевые защитные маски ЗМ 6800, которые согласно Технического регламента Таможенного союза непригодны для защиты от аммиака и его производных, вследствие чего ТВА подвергался воздействию вредных факторов, что и привело к смерти последнего, также в смерти человека виновен старший ремонтной бригады ЛНВ, который в ходе опроса подтвердил тот факт, что он не должен был допускать ТВА к спуску крепления каната к страховочному поясу, но допустил его, проявив тем самым халатность и грубую небрежность при выполнении работ. Кроме того, работодателем не проведены организационные мероприятия по обеспечению безопасности для работ на высоте. Нарушения норм трудового законодательства привели к смерти ТВА, в связи с чем, стороне истцов непонятно каким образом члены комиссии пришли к выводу, что данный несчастный случай должен быть квалифицирован как несчастный случай несвязанный с производством. Из всех членов комиссии только два обладают определенными познаниями и опытом в разрешении данных ситуаций, которые выразили свою точку зрения в особых мнениях (СМЮ, ХГП). Оснований не доверять их мнению не имеется. Погибший до момента гибели проживал совместно с родителями ФИО1, ФИО2 и сестрой Дин-Вень-Чунь З.А., вели общее хозяйство, общий бюджет. На иждивении ТВА находился его несовершеннолетний сын – ТСВ. Указывают, что в связи с гибелью ТВА им причинены нравственные и физические страдания, шоковое состояние, стресс, на фоне душевных переживаний и страданий у родителей ухудшилось самочувствие, усилились боли в ногах, сердце. По прежнему переживают и осознают невосполнимую утрату горячо любимого человека. Особую боль и нравственные страдания причиняет тот факт, что после несчастного случая они столкнулись с полным равнодушием, безразличием и несправедливостью со стороны руководства и сотрудников АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский», которые по настоящее время не принесли никаких извинений за произошедшее их семье, не оказали помощи. Отцу и сестре погибшего в мероприятиях по расследованию несчастного случая в грубой форме навязывалось мнение виновности самого погибшего, вследствие чего отец не смог продолжать участие в опросе свидетелей гибели ТВА, поскольку в результате лжи и лицемерия ухудшилось самочувствие. В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (п. 3 ст. 1099 ГК РФ). В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. На представление интересов по расследованию несчастного случая заключено соглашение с адвокатаом ФИО4, оплачено 100000 рублей. Просят суд признать недействительным акт от ДД.ММ.ГГГГ о расследовании несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ТВА в АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский», признать произошедший несчастный случай связанным с производством, возложить на АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» обязанность составить акт формы Н-1 и направить копию в фонд социального страхования, взыскать с АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей каждому, взыскать с АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 100000 рублей.

В судебном заседании ФИО1, ФИО2, ФИО3, Динь-Вень-Чунь З.А. исковые требования поддержали в полном объеме по мотивам, изложенным в иске. 

Представитель ФИО4 также иск поддержал по указанным в нем основаниям и с учетом заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» ФИО5 с учетом заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ признал требования иска в части признания недействительным акта от ДД.ММ.ГГГГ о расследовании несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ТВА в АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский», в остальной части иска полагал необходимым отказать в виду необоснованности и преждевременности.

Заместитель прокурора района Галсанова С.В. полагала иск подлежащим удовлетворению в части требования о признании акта несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, в остальной части отказать, т.к. обстоятельства и причины несчастного случая входят в компетенцию комиссии по расследованию несчастных случаев, вина работодателя на момент рассмотрения дела в суде не установлена, полагала возможным взыскать расходы услуг представителя.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В пункте 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской федерации от 24 октября 2002 г. N 73, закреплено, что расследуются в установленном порядке, квалифицируются, оформляются и учитываются в соответствии с требованиями статьи 230 Кодекса и настоящего Положения как связанные с производством несчастные случаи, происшедшие с работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя (его представителя), а также осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно статье 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В порядке ч.1 ст.229 Трудового кодекса РФ для расследования несчастного случая работодатель незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек, в которую включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда.

При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя) (часть 2 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч.1 ст.229.2 Трудового кодекса РФ, при расследовании каждого несчастного случая комиссия выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

Статья 229.2 Трудового кодекса РФ предусматривает, что на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Результаты расследования несчастного случая в обязательном порядке оформляются актом в установленной форме в двух экземплярах, которые имеют равную юридическую силу. Данное требование распространяется как на несчастные случаи, которые связаны с производством (часть 1 статьи 230 Трудового кодекса РФ), так и те случаи, которые не связаны с производством (часть 8 статьи 230 Трудового кодекса РФ).

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (ч.2 ст.227 Трудового кодекса РФ);указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса РФ);соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в ч. 3 ст.227 Трудового кодекса РФ; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса РФ), и иные обстоятельства (абзац третий пункта 9).

Статьей 231 Трудового кодекса РФ регламентировано рассмотрение разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, в том числе обжалование принятых решений всуд.

Материалами дела установлено, что ТВА состоял в трудовых отношениях с АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» в должности слесаря аварийно-восстановительных работ.

ДД.ММ.ГГГГ ТВА погиб на территории работодателя при подъеме из резервуара в помещении цеха разделения фракции участка «откорм», которое оснащено резервуарами-жижесборниками. 

Согласно акту расследования несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на основании собранных документов и материалов установлено, что смерть ТВА наступила от острой сердечной недостаточности, несчастный случай квалифицируется как несчастный случай не связанный с производством, учете и регистрации в АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» не подлежит.

К указанному акту представлено два особых мнения председателя комиссии государственного инспектора труда в Республике Бурятия СМЮ и члена комиссии главного технического инспектора труда ООП РБ ХГП согласно которым последние не согласились с принятым решением комиссии. СМЮ полагала необходимым квалифицировать несчастный случай как связанный с производством, ХГП полагал необходимым отменить результаты расследования и провести дополнительное расследование с последующим оформлением акта по форме Н-1.

Согласно заключению эксперта № (экспертиза трупа ТВА, ДД.ММ.ГГГГ г.р.) БГБУЗ «РБСМЭ» следует, что смерть гр. ТВА наступила от острой сердечной недостаточности, развившейся в результате ишемической болезни сердца, что подтверждается морфологической картиной исследования трупа и данными лабораторных методов исследований (мышца сердца с единичными тяжами белесоватого цвета, внутренняя поверхность коронарных артерий, с единичными бляшками, не суживающими просвет, межмышечный отёк, вакуольная дистрофия кардиомиоцитов, очаговая гиперэозинофилия, множественные контрактуры отдельных групп саркомеров, интрамуральные артериолы спазмированы с плазматическим пропитыванием стенок, образованием «подушечкообразных» выбуханий в просветы, выраженное полнокровие венозного отрезка микроциркуляторного русла).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно-медицинская экспертиза на разрешение которой поставлены следующие вопросы: 1)Наступила ли острая сердечная недостаточность от которой ДД.ММ.ГГГГ погиб ТВА, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в результате воздействия вредных производственных факторов, а именно от вдыхания аммиака и его производных, сероводорода и его производных? 2) Наступила ли острая сердечная недостаточность от которой ДД.ММ.ГГГГ погиб ТВА, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в результате стрессовой ситуации, возникшей при падении с высоты около 7 метров? 3) Имеются ли у ТВА, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершего ДД.ММ.ГГГГ признаки интоксикации, в том числе отравление аммиаком? Если да, то превышают ли вредные вещества предельно допустимые нормы концентрации? 4) Наступила ли острая сердечная недостаточность ТВА, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершего ДД.ММ.ГГГГ в результате факторов, не связанных с производственной деятельностью?

Согласно заключению № ГБУЗ «Иркутское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерство здравоохранения Иркутской области следует, что материалы гражданского дела, медицинские документы, заключение эксперта (экспертиза трупа) № от ДД.ММ.ГГГГ, результаты пересмотра гистологических препаратов №/ДД.ММ.ГГГГ - свидетельствуют об остром ингаляционном отравлении ядом преимущественно пульмонотоксического действия, крайне тяжелой степени, осложненное токсическим отеком легких, острой дыхательной недостаточностью; токсической энцефалопатией с отеком головного мозга; токсической кардиомиопатией с острой сердечной недостаточностью; токсической гепатопатией; токсической нефропатией.

Основным клиническим синдромом острого отравления у ТВА было развитие коматозного состояния (токсический отек легких с острой дыхательной недостаточностью легочного и центрального генеза; токсическая кардиомиопатия с острой сердечной недостаточностью; токсическая гепатопатия, нефропатия). Указанные клинические проявления привели к быстрой смерти ТВА, что подтверждается результатами судебно- медицинского и судебно-гистологического исследований (жидкое состояние крови, признаки отека головного мозга, диффузные дистрофические изменения кардиомиоцитов без признаков коронарогенных некрозов, токсический отек легких, токсические изменения печени и почек). 

Смерть ТВА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте в результате острого, производственного ингаляционного отравления ядом преимущественно пульмонотоксического действия, чем явились пары аммиака и его производных, возможно, с примесью сернистых соединений и их производных.

Морфологические признаки отравления (гистологические изменения внутренних органов) у ТВА свидетельствуют о значительном превышении предельно допустимые концентрации содержания вредных веществ в месте проведения работ). 

Наличие выраженных изменений не только в сердечной мышце, но в легких, печени, почках, головном мозге (морфологические признаки токсического некроза эпителия бронхиальной системы: некроз мерцательного эпителия в бронхах, бронхоспазм; выраженный альвеолярный отек легких с геморрагическим компонентом, острое полнокровие стенки бронхов; резко выраженное полнокровие сосудов мягкой мозговой оболочки и вещества головного мозга; субарахноидальное кровоизлияние без реактивных изменений; белковая дистрофия гепатоцитов; острое полнокровие почек на фоне токсических тубулонекрозов) - указывает на наступление смерти в результате ингаляционного отравления парами аммиака и его производных, возможно, с примесью сернистых соединений и их производных.

Изменения в сердечной мышце и явления острой сердечной недостаточности у ТВА явились одним из проявлений ингаляционного отравления аммиаком.

В результате стресса организм реагирует рядом изменений в головном мозге, надпочечниках (проявляется в стресс-реакции сосудов в гипоталамо- гипофизарно-надпочечниковой системе). У ТВА не было выявлено стресс-реакции сосудов, но были выявлены выраженные изменения внутренних органов, характерных для отравления аммиаком. Также, при экспертизе трупа ТВА (Заключение №) не было выявлено морфологических признаков ишемической болезни сердца (например: гипертрофии миокарда, спазм интрамуральных артерий, значимый коронаросклероз, кардиосклероз, очаги некроза миокарда и т.д.). Сведений о возможности отравления ТВА вне производственной деятельности не имеется, Напротив, материалы дела указывают, что именно после спуска в резервуар при проведении работ ДД.ММ.ГГГГ. ТВА при подъеме на поверхность потерял сознание и умер. Таким образом, и материалы дела, и выявленные морфологические изменения внутренних органов указывают на то, что смерть ТВА наступила в результате острого, производственного ингаляционного отравления, чем преимущественно явились пары аммиака и его производных, возможно, с примесью сернистых соединений и их производных.

Таким образом, исходя из изложенного, суд находит, что выводы о причине смерти ТВА указанные в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (острая сердечная недостаточность) не соответствуют результатам гистологического исследования, которые свидетельствуют об остром ингаляционном отравлении ядом преимущественно пульмонотоксического действия, крайне тяжелой степени, осложненное токсическим отеком легких, острой дыхательной недостаточностью; токсической энцефалопатией с отеком головного мозга; токсической кардиомиопатией с острой сердечной недостаточностью; токсической гепатопатией; токсической нефропатией. Оснований не доверять заключению экспертизы № ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» у суда не имеется. Соответственно выводы акта о расследовании несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ нельзя признать допустимыми.

Принимая во внимание позицию представителя ответчика, суд приходит к выводу об удовлетворении иска в части требования о признании акта расследования несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Вместе с тем, с учетом представленных доказательств по делу, фактических обстоятельств дела, вышеуказанных требований норм права, регулирующих спорные правоотношения, учитывая, что установить, связан ли несчастный случай с производством или нет, по условиям статьи 229.2 Трудового кодекса РФ вправе только комиссия в ходе расследования, которое должен организовать работодатель (абз.6 ст.228 Трудового кодекса РФ), суд не находит оснований для удовлетворения требований иска в части признания произошедшего с ТВА ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая связанным с производством, возложения обязанности на ответчика составить акт формы Н-1 и направить его копию в фонд социального страхования, поскольку признать смерть ТВА несчастным случаем на производстве, тогда как право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование, в полномочия суда не входит.

Как следствие указанного, требование иска о компенсации морального вреда также не подлежит удовлетворению, поскольку в связи выводом суда о признании акта от ДД.ММ.ГГГГ о расследовании несчастного случая недействительным указанное требование является преждевременным.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Частью 1 ст. 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно требованиям иска представителю ФИО4 оплачено 100000 рублей. Учитывая обстоятельства и сложность дела, личное участие представителя в судебных заседаниях, требования о разумности, суд считает необходимым и справедливым взыскать с ответчика в пользу ФИО7 в счёт возмещения расходов оплату услуг представителя 25000 рублей. 

По указанным основаниям исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 196-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1, ФИО2, ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ТСВ, ФИО6 к АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» о признании недействительным акта расследования несчастного случая с работником, признании несчастного случая связанного с производством, возложении обязанности составить акт формы Н-1 и направлении его копии в фонд социального страхования, компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить частично.

Признать недействительным акт расследования несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ, произошедшим с работником ТВА ДД.ММ.ГГГГ. 

В части требований о признании несчастного случая связанного с производством, возложении обязанности составить акт формы Н-1 и направлении его копии в фонд социального страхования, компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с АО «Свинокомплекс Восточно-Сибирский» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 25000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Заиграевский районный суд Республики Бурятия. 

Судья подпись В.В. Трофимова

Копия верна. Судья В.В. Трофимова

Решение суда принято в окончательной форме 28.09.2019 года.