Дело № 2-3183/2025 25RS0029-01-2025-005143-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2025 года г. Уссурийск

Уссурийский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Денисовой Ю.С.,

при секретаре судебного заседания Бормотко Ю.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Уссурийского городского прокурора в защиту прав и законных интересов ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

выслушав представителя истца - старшего помощника Уссурийского городского прокурора Здоренко Е.В., представителя ответчика по доверенности ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

Истец в защиту прав и законных интересов ФИО1 обратился в суд с настоящим иском, указав следующее. В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ с ведома и по поручению ответчика без заключения трудового договора ФИО1 была фактически допущена к работе на должность диспетчера кондитерского цеха, выполняла свои обязанности по поручению ответчика, подчиняясь установленному режиму работы, несла ответственность за неисполнение своих трудовых обязанностей, соблюдала трудовую дисциплину. По факту невыплаты заработной платы ответчиком ФИО1 ДД.ММ.ГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 145.1 УК РФ, объединенное с другими уголовными делами, в качестве обвиняемой по делу привлечена ФИО2 ДД.ММ.ГГ обвинительное заключение по уголовному делу XXXX утверждено заместителем городского прокурора. Факт трудовых отношений в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО1 у ИП ФИО2 в должности «диспетчера кондитерского цеха» подтверждён материалами уголовного дела (табелями учета рабочего времени, объяснением ФИО1 от ДД.ММ.ГГ, показаниями ФИО2 от ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, постановлением о признании ФИО1 потерпевшей по уголовному делу, показаниями ФИО1 от ДД.ММ.ГГ, показаниями специалиста ФИО12 от ДД.ММ.ГГ, реестром оплаты труда ФИО1, показаниями свидетелей). Ответчик частично не выплатила работнику заработную плату за отработанное время, общая сумма задолженности составила 53 665,86 руб. за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ. В связи с нарушением трудовых и конституционных прав, ФИО1 испытала нравственные страдания. 

С учетом требований в окончательной редакции от ДД.ММ.ГГ, истец просил установить факт трудовых отношений ФИО1 с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности «рыбообработчик рыбного цеха», с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности «диспетчер кондитерского цеха» в ИП ФИО2, взыскать с ответчика в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в сумме 53 665,86 руб., компенсацию морального вреда 20 000 руб. 

Представитель истца в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивала, просила восстановить срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, полагала указанный срок для истца (Уссурийского городского прокурора) необходимо исчислять с даты обращения ФИО1 с просьбой об обращении с иском в суд, с ДД.ММ.ГГ.

ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена, проживает в XXXX, согласно заявлению от ДД.ММ.ГГ просила рассмотреть дело в своё отсутствие (л.д. 71). Дело рассмотрено в её отсутствие.

Представитель ответчика в судебном заседании с иском была не согласна по доводам письменных возражений на иск, полагала, что истцом пропущен срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не доказан факт переработки ФИО1, не доказан размер заработной платы, в связи с чем при расчете задолженности по заработной плате необходимо учитывать МРОТ, исходя из которого, ответчик задолженности по заработной плате перед ФИО1 не имеет. ФИО1 фактически не могла с ДД.ММ.ГГ работать в должности рыбообработчик рыбного цеха, поскольку данный вид деятельности ответчик никогда не осуществляла, только с ДД.ММ.ГГ заключила договор аренды кондитерского цеха. Намерений официально трудоустроиться у ответчика ФИО1 также не имела, поскольку находилась в декретном отпуске по основному месту работы, ответчика пошла ей на встречу, взяв на должность диспетчера с обучением.

Суд, выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 2 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац 2 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как установлено в судебном заседании, ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с ДД.ММ.ГГ, основной вид деятельности: производство хлеба и мучных кондитерских изделий, тортов и пирожных недлительного хранения.

Из представленных в материалы дела письменных доказательств, а также показаний свидетеля ФИО15 следует, что между ФИО1 и ИП ФИО2 сложились трудовые отношения, в связи с фактическим допущением работника к работе.

Так, согласно протоколу допроса потерпевшей ФИО1 от ДД.ММ.ГГ, ФИО2 арендовала кондитерский цех «Сладкоежка», расположенный по адресу: Приморский край, г.Уссурийск, XXXX Б, позвала ФИО1 и ФИО14 туда работать. С марта 2024 года по май 2024 года они параллельно занимались и рыбой и кондитерскими изделиями, поскольку оба этих продукта несовместимы, то рыбный цех пришлось закрыть, продолжили заниматься только кондитерским производством. График работы ФИО1 в кондитерском цехе был пятидневный, с понедельника по пятницу, с 09 до 18 часов. Когда она перешла с рыбного цеха на кондитерские изделия, заработная плата составляла 50 000 руб. за полный отработанный месяц с понедельника по пятницу. Когда рыбный цех был ликвидирован, она обратилась к ответчику, состоялся разговор, о том, что заработная плата понижена не будет, так как у ФИО1 ипотека и двое маленьких детей на иждивении. ФИО1 было предложено перейти на должность оператора в кондитерский цех без изменения заработной платы. ФИО1 предупредила ответчика о том, что ей необходимо обучиться работе на компьютере, на что ответчик её успокоила, сказала, что всему сама обучит. С марта по июнь 2024 года всем сотрудникам заработная плата платилась в полном объеме и без задержек, до 10 числа каждого месяца следующего за отработанным. В начале июня 2024 года ответчик сообщила о финансовых трудностях компании, помимо переводов на банковскую карту стала выдавать заработную плату наличными денежными средствами, различными суммами. В июне 2024 года ФИО1 отработала 20 рабочих дней, ДД.ММ.ГГ получила наличными средствами 10 000 руб., полагает, что ответчик за июнь осталась должна 40 000 руб. В июле 2024 года за 16 рабочих дней она получила ДД.ММ.ГГ – 5000 руб. наличными, ДД.ММ.ГГ – 5000 руб. наличными, всего: 10 000 руб., из-за пропущенной заявки было удержано 5900 руб. Считала, что за июль 2024 года ответчик имеет задолженность 18 882,06 руб. (34 782 руб. 06 коп. – 10 000 руб. – 5900 руб.). В августе 2024 года она отработала 12 рабочих дней, ДД.ММ.ГГ на карту получила перевод 3000 руб., ДД.ММ.ГГ – перевод 5000 руб., ДД.ММ.ГГ – перевод 15 000 руб., всего: 23 000 руб. Считала, что за август 2024 года ответчик имеет задолженность 4 272,07 руб. (27 272 руб. 07 коп. – 23 000 руб.). В сентябре 2024 года она отработала всего два дня из-за болезни ребенка. ДД.ММ.ГГ она через ФИО14 получила 5000 руб., ДД.ММ.ГГ на банковскую карту поступили 7000 руб. Полагала, что за отработанных два дня должна была получить заработную плату 4347,08 руб., получила больше на 7 652,02 руб., что считала необходимым зачесть в задолженность за август и июль 2024 года, т.о. за август задолженность погашена, за июль ответчик имеет долг 15 503,01 руб. В октябре 2024 года она не работала из-за болезни детей, в октябре ответчик через ФИО14 передала 5000 руб. наличными, ДД.ММ.ГГ на карту перевела 3000 руб., на сумму 8000 руб. ФИО1 уменьшила задолженность по заработной плате. Отметила, что неоднократно брала продукцию в счет заработной платы на общую сумму 2 407 руб., что следует вычесть из общего размера задолженности. Примерно ДД.ММ.ГГ из-за состояния здоровья ребенка была вынуждена уволиться с работы, после увольнения денежные средства от ответчика не поступали. Также, полагала, что у ответчика имеется задолженность по оплате переработок в сумме 8 569 руб. 

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГ свидетель ФИО15 пояснила, что работала у ответчика в должности заведующей цехом, со ФИО1 знакома, сначала она работала в рыбном цехе, лепила рыбные котлеты, пельмени с рыбой, после того, как было принято решение закрыть рыбный цех, ФИО1 перевели в кондитерский цех, в конце мая она всех обзванивала по телефону, после прохождения обучения стала оформлять заявки на продукцию. В июле 2024 года ФИО1 спрашивала у свидетеля, будут ли её трудоустраивать, затем обратилась к ответчику. В октябре 2024 года ФИО1 попросили выйти на работу, она приехала, но целый день не отработала, уехала. У ФИО1 было своё рабочее место в кабинете, сотовые телефоны, компьютер, папка с документами, на работе она придерживалась трудового распорядка. В апреле 2024 года ФИО1 еще работала в рыбном цехе, который в марте 2024 года Бурлуцкий передал ответчику. 

Допрошенная ДД.ММ.ГГ в качестве обвиняемой ФИО2 пояснила, что ФИО1 приступила к выполнению обязанностей диспетчера с ДД.ММ.ГГ, её ставка за рабочую смену составляла 1500 руб., на период обучения на указанную должность. Ответчик со ФИО1 оговаривали, что желаемую заработную плату в размере 50 000 руб. она будет получать после пройденного обучения и возможности самостоятельно работать на указанной должности. Поскольку ФИО1 не могла самостоятельно осуществлять должностные обязанности на указанной должности, с ней ежедневно работал в паре другой сотрудник, в том числе ответчик. Задолженности по заработной плате перед ФИО1 не имеет.

Согласно представленному табелю учета ИП ФИО2, в сентябре 2024 года ФИО4, диспетчер, отработала два дня (л.д. 23).

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГ, в документах, изъятых в ходе обыска ДД.ММ.ГГ у ФИО2 по адресу: Приморский край, г.Уссурийск, XXXX, в том числе обнаружен табель учета рабочих дней, разлинованный, с ФИО сотрудника, должностью, числами месяца, с марта по декабрь 2024 года. (л.д. 119-132):

В табелях за март и апрель 2024 года фамилия ФИО1 отсутствует, указаны ФИО других работников.

В табеле за май 2024 года указано ФИО1 – 21 день.

В табеле за июнь 2024 года указано ФИО1 – 20 дней.

В табеле за июль 2024 года указано ФИО1 – 16 дней.

В табеле за август 2024 года указано ФИО1 – 12 дней.

В табеле за сентябрь 2024 года указано ФИО1 – 2 дня.

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГ свидетель ФИО15 пояснила, что на вахте имелся журнал учета времени прихода и ухода работников. Согласно представленным копиям, в журнале учета рабочего времени с апреля по сентябрь 2024 года имеются записи учета рабочего времени ФИО1 (л.д. 24).

Представленной выпиской с банковского счета истца подтверждается наличие периодических денежных переводов от ответчика ФИО1 в 2024 году.

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГ, в документах, изъятых в ходе обыска ДД.ММ.ГГ у ФИО2 по адресу: Приморский край, г.Уссурийск, XXXX, на бумажных канцелярских стикерах, скрепленных между собой канцелярской скобкой, имеется рукописный текст – ФИО4 стикеру приколоты другие стикеры с указанием: 20.06. ФИО5 10 000, 15.07 Курьер ФИО5 5900, 02.10. ФИО4 5000, 03.09. такси 1000, аванс ФИО5 ч/з Костю 5000, 30.07. ФИО6 5 000, 10.07 ФИО7 Л, аванс 5000, Л. С 0,65 Шахматы, 01.09 Сметан. ? Л. 550, Л. продукция 400,32, Л. 27.08. фарш 1 подложка 190, Л. С. 09.08 шу (ф) 349, накладная ФИО5 216, накладная ФИО7 702, ФИО1, торт вишневый сметанный 1 шт. (л.д. 119-132).

Согласно сведениям ОСФР по ПК ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ была трудоустроена по основному месту работы в МБДОУ «Детский сад XXXX».

Согласно части 1 статьи 282 Трудового кодекса Российской Федерации совместительство - это выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время.

Работа по совместительству может выполняться работником, как по месту его основной работы, так и у других работодателей (часть 3 статьи 282 Трудового кодекса Российской Федерации).

Анализируя вышеперечисленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что они подтверждают факт возникновения трудовых отношений между истцом и ответчиком по совместительству в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности рыбообработчика, в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности диспетчера кондитерского цеха, в связи с допуском ИП ФИО2 ФИО1 к определенной, заранее обусловленной трудовой деятельности за плату.

В удовлетворении требований истца об установлении факта трудовых отношений по основному месту работы суд отказывает, поскольку по основному месту работы ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком до трех лет, что позволяло ей выполнять работу у другого работодателя в течение полного рабочего дня. Факт увольнения ФИО1 в период работы у ИП ФИО2 с основного места работы, по мнению суда, не является основанием для без заявительного внесения изменений в трудовой договор и перевода работника с совмещения на основное место работы. Из материалов дела не следует, что ФИО1 предоставляла ИП ФИО2 сведения о своем увольнении и просила трудоустроить её по основному месту работы.

В удовлетворении требования об установлении факта трудовых отношений с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ суд отказывает, поскольку из пояснений ФИО1, свидетеля ФИО15, табелей и журнала учета следует, что последним рабочим днем ФИО1 у ИП ФИО2 явилось ДД.ММ.ГГ.

То обстоятельство, что в штатном расписании ответчика отсутствует должность рыбообработчика и соответствующий вид деятельности не указан в ЕГРЮЛ, по мнению суда, не является препятствием для установления в судебном порядке факта трудовых отношений по данной должности на основании представленных доказательств.

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что ранее ДД.ММ.ГГ нежилое помещение по адресу: Приморский край, г.Уссурийск, XXXX Б не использовалось, не находилось в аренде, поскольку из протокола осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГ следует, что до заключения договора аренды кондитерского цеха в марте деятельность ИП ФИО2 уже фактически велась, поскольку велся учет рабочего времени работников ФИО15, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО16

Оснований не доверять показаниям ФИО1, данным в ходе расследования уголовного дела, а также показаниям свидетеля ФИО15 у суда не имеется, поскольку их показания последовательны, не противоречивы, согласуются с изъятыми в ходе расследования документами. 

По смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательства, опровергающие доводы истца и показания свидетеля не представлены, позиция по делу строилась на критике имеющихся в материалах дела доказательствах.

Ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч. 5 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика ссылалась на пропуск истцом срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, представитель истца просил данный срок восстановить.

Из материалов дела следует, что со ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО1 неоднократно обращалась в детскую поликлинику, в связи с болезнью ФИО102., ДД.ММ.ГГ г.р. Из пояснений ФИО1 и свидетеля ФИО15 следует, что ФИО1 вызвали в ДД.ММ.ГГ на работу, не доработав день, она уехала.

ДД.ММ.ГГ ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу, в связи с невыплатой ИП ФИО2 заработной платы.

ДД.ММ.ГГ ФИО1 обратилась к Уссурийскому городскому прокурору с просьбой обратиться с иском в суд в защиту её интересов. 

ДД.ММ.ГГ настоящий иск предъявлен в суд.

Анализируя вышеприведенные обстоятельства, суд полагает, что течение срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора следует отсчитывать с ДД.ММ.ГГ, с даты последнего выхода ФИО1 на работу. Истечение трехмесячного срока приходилось на нерабочий праздничный день ДД.ММ.ГГ, в связи с чем указанная дата переносится на ДД.ММ.ГГ (первый рабочий день). Суд полагает, что с даты признания ФИО1 потерпевшей по уголовному делу, в связи с невыплатой заработной платы течение указанного срока было приостановлено, не обладая специальными юридическими познаниями, ФИО1 обратилась к Уссурийскому городскому прокурору с просьбой обратиться с иском в суд в защиту её интересов. 

Суд полагает указанные обстоятельства являются достаточными основаниями для восстановления истцу срока на обращение в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений, а также производных требований. Злоупотребления правом со стороны ФИО1 суд не усматривает, настоящий иск подан в разумные сроки.

В силу статьи 285 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда лиц, работающих по совместительству, производится пропорционально отработанному времени, в зависимости от выработки либо на других условиях, определенных трудовым договором.

Как предусмотрено статьей 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно разъяснениям пункта 23 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15 при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, размер заработной платы работника, в случае, если трудовые отношения не оформлены в установленном законом порядке, может быть подтвержден письменными доказательствами о размере заработной платы такого работника, при отсутствии которых суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.

Согласно Соглашению о минимальной заработной плате в Приморском крае на 2024 - 2027 годы от ДД.ММ.ГГ, МРОТ без учета районного коэффициента и процентной надбавки к заработной плате за стаж работы в южных районах Дальнего Востока, в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера составляет 22 440 руб.

Согласно ответу Приморскстата от ДД.ММ.ГГ (л.д. 92), средняя заработная плата работников организаций по Приморскому краю по группе: служащие, занятые диспетчерской подготовкой производства в октябре 2023 года составила 48 219 руб. Указанные сведения формируются только по материалам единовременного наблюдения, проводимого на выборочной основе (без субъектов малого предпринимательства) один раз в два года за октябрь.

В протоколе допроса потерпевшая ФИО1 от ДД.ММ.ГГ указывала на то, что при переводе с должности рыбообработчика на должность диспетчера кондитерского цеха с ответчиком обсуждался размер заработной платы, получаемый ею на руки за полный отработанный месяц с понедельника по пятницу – 50 000 руб.

Допрошенная ДД.ММ.ГГ в качестве обвиняемой ФИО2 также поясняла, что оговаривала со ФИО1 заработную плату в размере 50 000 руб., которую та будет получать после пройденного обучения и возможности самостоятельно работать на указанной должности. 

Поскольку ФИО1 была допущена к работе, которую выполняла в течение рабочего дня, суд приходит к выводу о прохождении ею необходимого обучения и приобретения навыков для выполнения работы по должности диспетчера кондитерского цеха.

При таких обстоятельствах, суд полагает доказанным факт того, что ежемесячный размер заработной платы ФИО1 в должности диспетчера кондитерского цеха без учета налога на доходы физических лиц (сумма на руки) был согласован сторонами 50 000 руб., что не на много превышало размер средней заработной платы работников по аналогичной должности за предшествующий год - октябрь 2023 года; исходя из указанного размера (50 000 руб. на руки без учета НДФЛ) подлежит определению задолженность ответчика по заработной плате, возникшая перед ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ.

Суд принимает во внимание расчет задолженности, представленный в протоколе допроса специалиста от ДД.ММ.ГГ, поскольку он является арифметически верным, выполнен в соответствии с данными табелей учета рабочего времени ФИО1, выплаченными суммами, а также стоимости взятой продукции, в связи с чем взыскивает с ответчика в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 45 096,01 руб. без учета налога на доходы физических лиц.

Сумма невыплаченной истцу заработной платы подлежит взысканию без вычета соответствующих налогов, поскольку исчисление и удержание налогов относится к компетенции работодателя, как налогового агента по удержанию налога из дохода работника и его перечислению в бюджетную систему (ст. ст. 24, 226 НК РФ).

Представленный ответчиком в уголовном деле расчет задолженности по заработной плате ФИО1, а также штатное расписание, суд отклоняет, поскольку данные документы противоречат вышеприведенным пояснениям сторон о заработной плате 50 000 руб. 

Учитывая, что ФИО1 официально у ответчика трудоустроена не была, трудовой договор с ней не заключался, с локальными документами работодателя под роспись она не была ознакомлена, суд полагает, что документ (штатное расписание), с которым ФИО1 не была ознакомлена в установленном трудовым законодательством порядке, не может быть для неё обязательным.

Отказывая истцу во взыскании сумм переработки в размере 8569,56 руб., суд учитывает, что в порядке ст. 56 ГПК РФ, количество часов переработок ФИО1 допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждено. Представленные копии листов журнала учета прихода и ухода на работу, по мнению суда, достоверно не подтверждают факт переработки работника.

Поскольку факт нарушения ответчиком трудовых прав ФИО1 установлен, суд находит подлежащими удовлетворению уточненные требования истца о взыскании компенсации морального вреда 20 000 руб. (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации), с учетом обстоятельств дела, длительности нарушения трудовых прав, а также требований разумности и справедливости.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ИП ФИО2 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина 4000 руб., от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Установить факт трудовых отношений ФИО1 (паспорт XXXX) у индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРИП XXXX) по совместительству в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности рыбообработчика, в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности диспетчера кондитерского цеха.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРИП XXXX) в пользу ФИО1 (паспорт XXXX) задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 45 096,01 руб. без учета налога на доходы физических лиц, взыскать компенсацию морального вреда размере 20 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в части установления факта трудовых отношений за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, взыскания задолженности по заработной плате в виде переработки 8569,56 руб. – отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРИП XXXX) в доход бюджета государственную пошлину в размере 4000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Денисова Ю.С. 

Мотивированное решение изготовлено 05 декабря 2025 года.