Судья Саматошенкова И.Г. Дело № 22-..../2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 марта 2025 года город Казань

Верховный Суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Галеева А.И.,

с участием прокурора Андронова А.В.,

защитника осужденной ФИО9 - адвоката Яркаевой А.М.,

при секретаре судебного заседания Ардиной Я.О., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Яркаевой А.М. на приговор Московского районного суда г. Казани от 09 декабря 2024 года, которым

ФИО9, 

<

данные изъяты>, не судимая,

осуждена по части 2 статьи 292 УК РФ к штрафу в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права занимать должности в государственных органах, связанные с выполнением организационно-распорядительных полномочий на срок 02 года 06 месяцев.

Этим же приговором разрешена судьба вещественных доказательств по делу. Гражданский иск потерпевшей ФИО1 оставлен без рассмотрения, с сохранением за гражданским истцом права на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Изложив существо обжалуемого судебного решения и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступление защитника осужденной ФИО9 - адвоката Яркаевой А.М., поддержавшей доводы своей апелляционной жалобы, выслушав мнение прокурора Андронова А.В., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

установил:

приговором суда ФИО9 признана виновной в служебном подлоге, то есть во внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенного из иной личной заинтересованности, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов ФИО1., охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление совершено ФИО9 16 августа 2019 года в г. Казани при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. 

В судебном заседании ФИО9 свою вину в инкриминируемом ей преступлении не признала, от дачи показаний отказалась в соответствии со статьей 51 Конституции РФ. 

В апелляционной жалобе адвокат Яркаева А.М., действующая в защиту осужденной ФИО9, считая приговор суда незаконным и необоснованным, просит его отменить. Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Указывает, что в ходе судебного следствия судом ФИО9 не были разъяснены процессуальные права и обязанности гражданского ответчика, предусмотренные статьей 54 УПК РФ, что является существенным нарушением положений статей 11 и 268 УПК РФ. Отмечает, что в судебном решении не конкретизирована позиция защиты относительно предъявленного ФИО9 обвинения. Обращает внимание, что в период с 19 ноября 2018 года по 16 августа 2019 года в подразделении судебных приставов, где работала ФИО9, шла реорганизация, в связи с чем в производстве каждого судебного пристава находилось огромное количество исполнительных производств. С учетом «колоссального» объема работы, каждый сотрудник отдела судебных приставов имел доступ к исполнительным производствам другого сотрудника, то есть любой сотрудник отдела судебных приставов мог выполнить от имени ФИО9 те или иные исполнительные действия по производству, о чем в судебном заседании подтвердили бывшие коллеги ФИО9 – свидетели ФИО2 и ФИО3. Обращает внимание, что в материалах уголовного дела отсутствуют документы, которые бы подтверждали, что ФИО9 официально принимала к своему производству исполнительное производство в отношении ФИО4. Кроме того, автор апелляционной жалобы указывает, что в период с 19 ноября 2018 года по 16 августа 2019 года ФИО9 было известно о том, что ФИО1 планировала отозвать исполнительный лист на ФИО4, так как находясь в новых отношениях, она планировала лишить ФИО4 родительских прав, тем самым окончательно разорвать связь с бывшим супругом. Вышеприведенные доводы подтверждаются и тем, что на основании заявления ФИО1. от 29 октября 2024 года о возвращении оригинала исполнительного документа без исполнения, 30 октября 2024 года судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление о прекращении исполнительного производства. Автор апелляционной жалобы предполагает, что информация о желании ФИО1 прекратить исполнительное производство могла быть получена от судебных приставов, которые фактически выезжали по месту жительства ФИО4 либо по месту жительства ФИО1 В оправдание ФИО9 адвокат Яркаева А.М. указывает, что по сложившейся практике, многие граждане контактируют с судебными приставами-исполнителями напрямую, в том числе посредством сотовой связи, где просят должностных лиц направить тот или иной образец документа. Защита утверждает, что ФИО9 неоднократно отправляла образцы заявлений, в том числе написанных ею собственноручно в адрес должников или взыскателей, а последние, в свою очередь, направляли либо оригиналы заявлений по почте, либо направляли заявления посредством мессенджеров, что позволяло снизить нагрузку на сотрудников отдела судебных приставов. По версии защиты, кто-то совершил монтаж и перенос подчерка ФИО9 на копию письменного заявления от 16 августа 2019 года, составленного от имени ФИО1 после чего ФИО9, будучи неосведомленная о подложности копии «письменного заявления ФИО1. от 16 августа 2019 года» могла вынести постановление об окончании исполнительного производства. Отмечает, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства, что именно ФИО9 изготовила вышеуказанное заявление от имени ФИО1 которая после окончания исполнительного производства, на протяжении 4-х лет никак не реагировала и не обращалась в службу судебных приставов. По мнению защиты, указанную фальшивую копию заявления, составленного от имени ФИО1 мог передать кто-то из сторон исполнительного производства, так как и ФИО4 и ФИО1 были заинтересованы в исходе дела. Не соглашается автор апелляционной жалобы и с выводом суда о том, что ФИО9 совершила указанное преступление исходя из иной личной заинтересованности, преследуя цель сократить количество исполнительных производств и соответственно снизить трудозатраты для себя, так как указанные выводы не основаны на материалах уголовного дела. Ссылаясь на показания свидетелей ФИО2 и ФИО3 отмечает, что в инкриминируемый ФИО9 период совершения преступления, был запредельный кадровый голод, а также колоссальная нагрузка на каждого пристава-исполнителя, что фактически позволяло каждому из приставов пользоваться электронной подписью друг друга и соответственно выносить постановления об окончании исполнительных производств. Дополнительно, защита ссылается в жалобе на показания потерпевшей ФИО1, которая в судебном заседании показала, что она неоднократно, по просьбе ФИО4 направляла на сотовый телефон, продиктованный ей ФИО4, заявление об оплате ФИО4 алиментов, однако указанная переписка на момент возбуждения уголовного дела сохранена не была. Несостоятельным защита считает и вывод суда о том, что ФИО9 нарушила право ФИО1 на получение алиментов с ФИО4 и что действия осужденной представляли повышенную общественную опасность, так как 29 октября 2024 года ФИО1 собственноручно написала заявление об отзыве исполнительного листа по причине лишения ФИО4 родительских прав над ФИО4, что повлекло аналогичное юридическое последствие, что и в 2019 году. Таким образом, защита полагает, что действия ФИО9 могли иметь признаки дисциплинарного правонарушения, но не могли повлечь уголовной ответственности. Адвокат Яркаева А.М. указывает в жалобе, что судом необоснованно было отказано в рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания, который фактически не соответствует аудиозаписи судебного заседания. Кроме того, отмечает, что в связи с неконретизированностью периода инкриминируемого ФИО9 преступления, а именно, как указано в обвинении в период с 19 ноября 2018 года по 16 августа 2019 года, сроки давности инкриминируемого осужденной преступления истекли, однако в нарушение требований уголовного и уголовно-процессуального законов, судом безосновательно было отказано в удовлетворении ходатайства защиты о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО9, чем были нарушены права ФИО9, гарантированные ей Конституцией РФ и уголовным законом. Дополнительно адвокат Яркаева А.М. указывает в жалобе, что в ходе предварительного следствия защита была лишена возможности ознакомиться с образцами подписей, которые направлялись на экспертизу, а также поставить перед экспертом дополнительные вопросы и соответственно реализовать право, предусмотренное статьей 198 УПК РФ. Обращает внимание, что в заключении №.... от 09 ноября 2023 года эксперт прямо указал, что вопрос о способе получения копии документа, представленного на исследование, следователем не ставился, в связи с чем у стороны защиты имелись основания утверждать, что имеющаяся в материалах уголовного дела экспертиза является недостаточно ясной и требовалось назначение новой судебно-почерковедческой экспертизы по электрографическим копиям. Кроме того, автор апелляционной жалобы указывает, что имелись все основания для направления уголовного дела в отношении ФИО9 прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ, так как следствием не был конкретизирован инкриминируемый ФИО9 период совершения преступных действий, что прямо указывает на неполноту проведенного расследования по уголовному делу. Утверждает, что вопреки разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, копии письменного заявления от 16 августа 2019 года, выполненного от имени ФИО1 был придан статус официального документа, хотя указанная копия не соответствует ни одному из критериев официального документа. Также отмечает, что начиная со страницы 19 тома №.... имеются нечитабельные документы, что не позволило в достаточной степени исследовать их, в связи с чем защитой ставился вопрос о признании недопустимым и исключении из числа доказательств протокола осмотра документов от 24 октября 2023 года. Утверждает, что в ходе предварительного следствия следователь грубо нарушил конституционные права ФИО9, так как разместил в уголовном деле справки о доходах ФИО9, которые относятся к конфиденциальным сведениям и составляют иную охраняемую законом тайну. С учетом изложенного, просит оправдать ФИО9 либо вернуть уголовное дело прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ. 

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы адвоката Яркаевой А.М., выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, приговор суда в отношении ФИО9 соответствует требованиям статьи 307 УПК РФ, в нем содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотива, а также приведены доказательства, которым дана надлежащая оценка, детально изложены обстоятельства уголовного дела, установленные судом первой инстанции. 

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. При рассмотрении уголовного дела суд первой инстанции оценил показания всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Все ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в том числе о назначении дополнительной экспертизы и о возвращении уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями статьи 256 УПК РФ, по каждому из них судом приняты мотивированные решения с учетом предоставленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений статьи 252 УПК РФ, которые не выходят за рамки судебного усмотрения применительно к нормам статей 7 и 17 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о доказанности вины ФИО9 подтверждаются совокупностью доказательств, в том числе показаниями потерпевшей ФИО1 показаниями свидетелей обвинения, а также письменными материалами уголовного дела, которые непосредственно были исследованы судами первой и апелляционной инстанции.

Так, потерпевшая ФИО1 в суде показала, что на основании судебного решения, вынесенного мировым судьей судебного участка №2 по Лениногорскому судебному району Республики Татарстан 28 декабря 2017 года было возбуждено исполнительное производство о взыскании с ФИО4 в её пользу денежных средств (алиментов) на содержание несовершеннолетнего сына – ФИО4. Вышеуказанное исполнительное производство было передано в Кировском РОСП г. Казани. Изначально ФИО4 добровольно выплачивал денежные средства на содержание ребенка, в связи с чем она неоднократно, по просьбе ФИО4., писала на имя судебного пристава-исполнителя заявления о том, что ФИО4 действительно выплачивал ей денежные средства. Вместе с тем, спустя некоторое время, а именно в 2019 году ФИО4 перестал в добровольном порядке перечислять ей денежные средства на содержание несовершеннолетнего ребенка. В этом же году она (ФИО1.), через официальный сайт судебных приставов узнала о том, что исполнительное производство в отношении ФИО4 было прекращено, в связи с отзывом исполнительного листа. Потерпевшая указала в ходе допроса, что заявление от 16 августа 2019 года, на основании которого исполнительное производство в отношении ФИО4 было прекращено, она не составляла и не подписывала.

Вышеуказанные показания потерпевшая (ФИО1) подтвердила в ходе очной ставки, проведенной между ней и ФИО9 ....).

Из показаний свидетеля ФИО4. – бывшего супруга потерпевшей ФИО1 следует, что в рамках исполнительного производства, которое было возбуждено в отношении него на основании судебного ращения о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка, он неоднократно контактировал с судебным приставом Кировского РОСП г. Казани ФИО9, в том числе приходил к ней на прием, а также сообщал о добровольном перечислении денежных средств взыскателю (ФИО1 В 2019 году он (ФИО4.) узнал, что исполнительное производство было прекращено на основании заявления взыскателя об отзыве исполнительного документа. Кто и когда составил заявление от имени ФИО1. об отзыве исполнительного документа, свидетель пояснить не смог.

Вышеуказанные показания свидетель ФИО4 подтвердил в ходе очной ставки, проведенной между ним и ФИО9 ....).

Свидетель ФИО2 в суде показал, что все постановления об окончании исполнительного производства выносятся в форме электронного документооборота, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судебного пристава исполнителя, в производстве которого оно находится. Указал, что исполнительное производство в отношении ФИО4 о взыскании в пользу ФИО1 денежных средств на содержание несовершеннолетнего ребенка, было возбуждено 02 августа 2018 года судебным приставом-исполнителем ФИО5 Далее, указанное исполнительное производство в отношении ФИО4 было передано судебному приставу-исполнителю РОСП Кировского района г. Казани ГУФССП России по Республике Татарстан ФИО9, которая 16 августа 2019 года вынесла постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю - ФИО1.

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что 02 августа 2018 года, на основании судебного решения о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка, она вынесла постановление о возбуждении исполнительного производства в отношении ФИО4 В связи с расформированием ОСП и ИД и ВАП РОСП УФССП России по Республике Татарстан, 11 мая 2018 года она (ФИО5.) вынесла постановление об изменении места совершения исполнительных действий и передала исполнительное производство в РОСП Кировского района г. Казани. Свидетель пояснила, что в период, когда исполнительное производство в отношении ФИО4 находилось в её производстве, ни взыскатель, ни должник к ней на прием не приходили, каких-либо заявление от указанных лиц не поступало (....). 

Виновность ФИО9 в совокупности с вышеприведенными показаниями потерпевшей и свидетелей обвинения в полной мере подтверждаются и письменными материалами уголовного дела, в том числе: приказом и.о. руководителя УФССП России по Республике Татарстан ФИО10 № .... от 09 ноября 2018 года, согласно которому ФИО9 была назначена на должность федеральной государственной гражданской службы судебного пристава-исполнителя Кировского районного отдела судебных приставов г. Казани УФССП России по Республике Татарстан (....); - протоколом осмотра места происшествия от 27 ноября 2023 года, согласно которому был осмотрен дом, расположенный по адресу: г. Казань, 

<

адрес>, где ранее располагался РОСП Кировского района г. Казани ГУФССП России по Республике Татарстан, в котором осуществляла трудовую деятельность ФИО9 (....); - протоколом осмотра места происшествия от 19 февраля 2024 года, согласно которому был осмотрен программный продукт 

<

данные изъяты>». В ходе осмотра было установлено, что исполнительное производство № .... было возбуждено 02 февраля 2018 года судебным приставом-исполнителем ФИО5 Далее, 19 ноября 2018 года вышеуказанное исполнительное производство было передано по дислокации в РОСП Кировского района г. Казани – судебному приставу-исполнителю ФИО9, которая 16 августа 2019 года вынесла постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю (....); - актом приема-передачи исполнительных производств (поручений) СПИ от 19 ноября 2018 года, согласно которому судебный пристав-исполнитель Кировского РОСП г. Казани ГУФССП по Республике Татарстан ФИО6 передал судебному приставу-исполнителю ФИО9 исполнительное производство №.... в отношении должника ФИО4. (....); заключением эксперта № .... от 09 ноября 2023 года, из выводов которого следует, что рукописный текст, изображение которого имеется в копии заявления ФИО1. в адрес начальника отдела Кировского р-на г. Казани от 16 августа 2019 года, выполнен не ФИО1, не ФИО4, а ФИО9 (....).

Все выше представленные доказательства суд в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Не согласиться с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу в части юридически значимых обстоятельств, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

Судом первой инстанции достоверно установлено, что ФИО9, являясь государственным гражданским служащим - судебным приставом-исполнителем Кировского района отдела судебных приставов г. Казани УФССП России по Республике Татарстан, в период с 19 ноября 2018 года по 16 августа 2019 года, более точное время не установлено, находясь по месту осуществления своей трудовой деятельности, по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, ул. 

<

адрес>, действуя умышленно, с целью сократить количество исполнительных производств находящихся в её производстве для снижения трудозатрат по своевременному и полному взыскания алиментов, принятию достаточных мер в рамках исполнительного производства, недобросовестно относясь к своим служебным обязанностям, а также желая наступления общественно-опасных последствий в виде лишения ФИО1 возможности получать своевременно и в установленном порядке и размере денежные средства, предназначенные в качестве оплаты ФИО11 алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка, осознавая, что её (ФИО9) действия повлекут существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства и достоверно зная, что ФИО1. с заявлением о возвращении исполнительного документа не обращалась, собственноручно изготовила от имени ФИО1. заявление с просьбой возвратить без исполнения исполнительный документ о взыскании с ФИО4 алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка. Далее, в продолжение своего преступного умысла, ФИО9, действуя умышленно, 16 августа 2019 года, находясь на своем рабочем месте, внесла в специализированную программу заведомо ложные сведения и изготовила постановление от 16 августа 2019 года об окончании исполнительного производства в отношении должника ФИО4. и о возвращении исполнительного документа взыскателю - ФИО1., после чего подписала вышеуказанное постановление, придав ему юридическую силу.

В соответствии с установленными фактическими обстоятельствами по делу, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО9 по части 2 статьи 292 УК РФ, как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальный документ заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства. Оснований для иной юридической оценки преступных действий ФИО9 суд апелляционной инстанции не усматривает.

Невыясненных обстоятельств, установление которых могло бы иметь существенное значение при постановлении приговора, в ходе судебного следствия оставлено не было.

Обращаясь к доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки утверждению защиты, материалы уголовного дела содержат доказательства, которые подтверждают факт принятия ФИО9 исполнительного производства в отношении ФИО4 к своему производству. В частности, в материалах уголовного дела имеется акт приема-передачи исполнительных производств (поручений) СПИ от 19 ноября 2018 года, согласно которому судебный пристав-исполнитель Кировского РОСП г. Казани ГУФССП по Республике Татарстан ФИО6. передал судебному приставу-исполнителю ФИО9 исполнительное производство №.... в отношении должника ФИО4. (....). Кроме того, из осмотренного в ходе предварительного следствия программного продукта 

<

данные изъяты>» следует, что исполнительное производство № ...., возбужденное 02 февраля 2018 года судебным приставом-исполнителем ФИО5, было передано 19 ноября 2018 года по дислокации в РОСП Кировского района г. Казани – судебному приставу-исполнителю ФИО9, которая 16 августа 2019 года вынесла постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю (....). Сам факт отсутствия в материалах уголовного дела постановления о передачи исполнительного производства в отношении ФИО4 для дальнейшего производства судебному приставу-исполнителю ФИО9 не опровергает факт нахождения исполнительного производства в отношении ФИО4. в производстве судебного пристава-исполнителя ФИО12 и, вопреки доводам апелляционной жалобы, не является основанием для оправдания ФИО9

Утверждение защиты, что в период с 2018 по 2019 годы была нехватка судебных приставов-исполнителей, в связи с чем каждый сотрудник отдела судебных приставов имел доступ к исполнительным производствам другого сотрудника, по мнению суда апелляционной инстанции, является несостоятельным и направлен исключительно на желание ФИО9 избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. Кроме того, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о том, что кто-либо из служащих РОСП Кировского района г. Казани имел доступ к профилю ФИО9 в специализированной программе 

<

данные изъяты>», посредством которого было составлено и вынесено постановление о прекращении исполнительного производства в отношении ФИО4

Довод жалобы о том, что по истечении более чем четырех лет, а именно 30 октября 2024 года на основании заявления ФИО1. судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление о прекращении исполнительного производства в отношении ФИО4 не может являться основанием для признания законными действий ФИО9 по вынесению постановления о прекращении исполнительного производства 16 августа 2019 года, так как на 2019 год потерпевшая ФИО1 не желала и не давала свое согласие на прекращение исполнительного производства в отношении бывшего супруга – ФИО4 о чем в судебном заседании подтвердила потерпевшая.

Довод защиты о том, что информация о желании ФИО1. прекратить исполнительное производство могла быть получена от судебных приставов, которые фактически выезжали по месту жительства ФИО4 либо по месту жительства ФИО1 не может быть оценена судом, так как указанная версия защиты никакими доказательствами не подтверждена и является предположением.

Утверждения защиты о сложившейся практике в общении граждан с судебными приставами-исполнителями напрямую, в том числе посредством сотовой связи, а также предположение защиты о том, что кто-то мог совершить монтаж и перенос подчерка ФИО9 на копию письменного заявления от 16 августа 2019 года, составленного от имени ФИО1 не могут являться основанием для оправдания ФИО9, так как из выводов эксперта (заключение эксперта № .... от 09 ноября 2023 года) следует однозначный вывод, что рукописный текст, изображение которого имеется в копии заявления ФИО1. в адрес начальника отдела Кировского р-на г. Казани от 16 августа 2019 года был выполнен ФИО9. Кроме того, само постановление от 16 августа 2019 года об окончании исполнительного производства в отношении ФИО4. было вынесено судебным приставом-исполнителем ФИО9 о чем свидетельствуют сведения из программного продукта 

<

данные изъяты>

Несостоятельным, по мнению суда апелляционной инстанции, является и довод адвокат Яркаевой А.М. о том, что кто-то из сторон исполнительного производства мог быть заинтересован в прекращении исполнительного производства, так как и потерпевшая ФИО1. и свидетель ФИО4 в ходе неоднократных допросов на предварительном и судебном следствии заявляли, что заявление от 16 августа 2019 года о возвращении исполнительного документа от имени ФИО1 они не составляли и судебному приставу-исполнителю ФИО9 не направляли.

Вывод суда о том, что ФИО9 совершила указанное преступление исходя из иной личной заинтересованности, преследуя цель сократить количество исполнительных производств и соответственно снизить трудозатраты для себя, является обоснованным и подтверждается показаниями как самой ФИО9, так и показаниями должностных лиц УФССП России по Республике Татарстан, каждый из которых указал при допросе, что в 2018 -2019 годах был огромный вал поступающих на исполнение исполнительных документов и большая нехватка судебных приставов-исполнителей.

Вопреки доводам защиты, учитывая, что преступление, предусмотренное частью 2 статьи 292 УК РФ в соответствии с частью 3 статьи 15 УК РФ относится к категории преступлений средней тяжести, а также принимая во внимание положения пункта «б» части 1 статьи 78 УК РФ, согласно которому лицо освобождается от уголовной ответственности по истечению шести лет после совершения преступления средней тяжести, суд первой инстанции правильно, в соответствии с требованиями уголовного закона, отказал в удовлетворении ходатайства защиты о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) в отношении ФИО9 в связи с истечением срока давности совершенного преступления, так как в ходе судебного заседания было установлено, что судебный пристав-исполнитель ФИО9 вынесла постановление о прекращении исполнительного производства в отношении должника ФИО4 и возвращении исполнительного документа взыскателю 16 августа 2019 года. Основания для прекращения уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО9 в связи истечением срока давности уголовного преследования отсутствуют и на день вынесения настоящего апелляционного постановления. 

Суд апелляционной инстанции также находит несостоятельным довод защиты о том, что обвинение неверно конкретизировало период совершения преступления с 19 ноября 2018 года по 16 августа 2019 года, так как в ходе судебного следствия было доподлинно установлено, что исполнительное производство № ...., возбужденное 02 февраля 2018 года судебным приставом-исполнителем ФИО5. было передано по дислокации в РОСП Кировского района г. Казани 19 ноября 2018 года и с указанного периода находилось в производстве судебного пристава-исполнителя ФИО9, которая 16 августа 2019 года вынесла постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции должен был возвратить уголовного дела в отношении ФИО9 прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ, поскольку период инкриминируемых ФИО9 действий был определен верно и указанный период в полной мере соответствует исследованным в суде письменным материалам уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, материалы уголовного дела и само судебное решение, вынесенное в отношении ФИО13, не содержит сведений о том, что копии письменного заявления, выполненного от имени ФИО1 был придан статус официального документа, так как осужденная была признана виновной во внесении ложных сведений в официальный документ – постановление об окончании исполнительного производства в отношении должника ФИО4 которое было вынесено на основании копии письменного заявления, выполненного от имени ФИО1., рукописный текст которого, согласно заключения эксперта, был выполнен ФИО9

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводом защиты о необходимости признания недопустимыми доказательствами и исключении из числа доказательств протокола осмотра документов от 24 октября 2023 года, расположенного в томе .... (начиная с листа дела 19), так как документы, расположенные в указанном томе уголовного дела читабельны, в полном объеме отражают всю необходимую информацию, что было установлено и проверено путем исследования указанных документов судом апелляционной инстанции.

Размещение следователем в уголовном деле истребованных сведений о доходах ФИО9 в период осуществления ею трудовой деятельности в должности судебного пристава-исполнителя РОСП Кировского района г. Казани, вопреки доводам апелляционной жалобы, не нарушают конституционные права ФИО9, так как материалы уголовного дела не доступны широкому кругу лиц и не подлежат публичному размещению. 

Довод защиты о том, что в судебном решении не была конкретизирована позиция защиты относительно предъявленного ФИО9 обвинения, является несостоятельным, так как в приговоре четко указано, что ФИО9 свою вину по инкриминируемому ей преступлению не признала и от дачи показаний в суде отказалась в соответствии с положениями статьи 51 Конституции Российской Федерации, о чем также свидетельствует и протокол судебного заседания.

Довод защиты о том, что в ходе предварительного следствия защита была лишена возможности ознакомиться с образцами подписей, которые направлялись на экспертизу, также по мнению суда апелляционной инстанции является несостоятельным, поскольку защита не была лишена возможности ознакомиться со всеми материалами уголовного дела, в том числе и вещественными доказательствами по делу, при выполнении требований статьи 217 УПК РФ, а также при рассмотрении уголовного дела в суде. Отказ суда в удовлетворении ходатайства защиты о назначении и проведении дополнительной судебно-почерковедческой экспертизы по электрографическим копиям в достаточной степени мотивирован и по мнению суда апелляционной инстанции указанное решение является верным, так как помимо выводов эксперта, изложенных в заключении №.... от 09 ноября 2023 года, виновность ФИО9 подтверждается совокупностью вышеприведенных доказательств.

Протокол судебного заседания, вопреки доводам апелляционной жалобы, составлен в полном соответствии с требованиями статьи 260 УПК РФ. Все вопросы, заданные допрашиваемым лица в ходе судебного следствия и полученные от них ответы, в общем, соответствуют аудиозаписи судебного заседания. Каких-либо существенных отличий в показаниях допрашиваемых лиц, которые зафиксированы в аудиозаписи судебного заседания и в протоколе судебного заседания, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обвинительного приговора в отношении ФИО9 и вынесении в отношении последней оправдательного приговора, как об этом поставлен вопрос в апелляционной жалобе.

При назначении ФИО9 наказания судом первой инстанции в полной мере учтены требования статей 6, 43 и 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденной, а также все заслуживающие внимание обстоятельства.

В качестве смягчающих наказание ФИО9 обстоятельств суд первой инстанции правильно признал в соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ: состояние здоровья осужденной и состояние здоровья близких родственников ФИО9, положительные характеристики с места работы, отсутствие судимости.

Отягчающих наказание ФИО9 обстоятельств судом первой инстанции установлено не было, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

С учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности осужденной, её материального положения и возможности получения заработной платы, принимая во внимание наличие на иждивении осужденной несовершеннолетних детей и трудоспособный возраст ФИО9, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что достижение целей наказания в отношении осужденной может быть обеспечено путем назначения ей наказания в виде штрафа.

Выводы суда в части назначения осужденной вида наказания в виде штрафа, а также отсутствия оснований для применения при назначении наказания положений статьи 64 УК РФ, равно как и отсутствие оснований для применения положений части 6 статьи 15 УК РФ, для снижения категории совершенного преступления на менее тяжкую, в достаточной степени мотивированы, основаны на законе, с чем в полной мере соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить приговор в отношении ФИО9, по следующим основаниям.

Так, в качестве доказательств вины ФИО9 судом приведено постановление прокурора Кировского района г. Казани Сабирова Э.Р. от 24 августа 2023 года о направлении материалов проверки в отношении неустановленных должностных лиц РОСП Кировского района г. Казани ГУФССП России по Республике Татарстан по факту выявленного прокуратурой нарушения уголовного законодательства. Указанное постановление прокурора, само по себе, не является доказательством вины ФИО9 в совершенном преступлении, в связи с чем оно подлежит исключению.

Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что на момент совершения ФИО9 преступления (в период с 19 ноября 2018 года по 16 августа 2019 года) на её иждивении находились двое детей – малолетний ФИО7. (

<

дата>) и несовершеннолетняя ФИО8. (

<

дата>).

При назначении ФИО9 наказания судом первой инстанции, в качестве смягчающего наказание обстоятельства, было учтено наличие на иждивении осужденной малолетнего ребенка в соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 УК РФ. Вместе с тем, при назначении осужденной наказания суд не учел, что на момент совершения ФИО9 преступления на иждивении последней также находился и один несовершеннолетний ребенок – ФИО8. 

<

дата>). 

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнительно признать в качестве смягчающего наказание ФИО9 обстоятельства – наличие на её иждивении несовершеннолетнего ребенка в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ. Признание дополнительного смягчающего наказание обстоятельства является основанием для снижения осужденной размера основного наказания в виде штрафа.

В соответствии с частью 1 статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», одновременно со штрафом, назначенным в качестве основного наказания, допускается назначение за то же преступление дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью при условии соблюдения правил применения этих видов наказаний, установленных частью 3 статьи 47 УК РФ.

Назначая ФИО9 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в государственных органах, связанных с выполнением организационно-распорядительных полномочий на срок 02 года 06 месяцев, суд первой инстанции фактически не мотивировал принятое решение, сославшись лишь на личность виновной.

Вместе с тем, перечисляя обстоятельства смягчающие наказание осужденной суд первой инстанции указал на положительные характеристики ФИО9 с места работы, что в свою очередь противоречит мотивировке принятого решения о необходимости назначения ФИО9 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности в государственных органах, связанных с выполнением организационно-распорядительных полномочий.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить назначенное ФИО9 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в государственных органах, связанных с выполнением организационно-распорядительных полномочий на срок 02 года 06 месяцев.

В соответствии с частью 3 статьи 15 УК РФ, преступление, предусмотренное частью 2 статьи 292 УК РФ относится к категории преступлений средней тяжести.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить описательно-мотивировочную часть приговора о том, что преступление, за которое осуждена ФИО9, отнесено уголовным законом к категории преступлений средней тяжести, вместо неверно указанного «небольшой тяжести».

Дополнительно, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отменить приговор суда в части принятого решения об оставлении гражданского иска ФИО1 без рассмотрения, по следующим основаниям.

Так, согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", в целях разрешения предъявленного по делу гражданского иска суд в ходе судебного следствия выясняет у гражданского истца и (или) его представителя, государственного обвинителя, если гражданский иск предъявлен прокурором, поддерживают ли они иск, и предлагает огласить содержащиеся в нем требования, после чего выясняет, признают ли подсудимый, гражданский ответчик и (или) его представитель гражданский иск.

Из положений пункта 24 вышеуказанного постановления Пленума следует, что по каждому предъявленному по уголовному делу гражданскому иску суд при постановлении обвинительного приговора обязан в соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 299 УПК РФ обсудить, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере.

Разрешая такие вопросы, суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора должен привести мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, а также должен указать размер и в необходимых случаях - расчет суммы подлежащих удовлетворению требований, а также закон, на основании которого принято решение по гражданскому иску.

Как видно из материалов уголовного дела, в ходе судебного следствия потерпевшая ФИО1 заявила и поддержала исковые требования о взыскании с ФИО9 денежных средств в сумме 400 000 рублей, в счет возмещения вреда, причиненного преступлением (....).

Согласно протоколу судебного заседания, потерпевшая ФИО1 в судебном заседании обосновала свои исковые требования к ФИО9 Вместе с тем, принимая итоговое решение по делу, суд первой инстанции оставил гражданский иск потерпевшей без рассмотрения и при этом никак не мотивировал принятое решение.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения пункта 32 вышеуказанного Постановления Пленума, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор суда в отношении ФИО9 в части оставления гражданского иска потерпевшей ФИО1. без рассмотрения - отменить и передать уголовное дело в этой части на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Московского районного суда г. Казани от 09 декабря 2024 года в отношении ФИО9 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на письменные материалы уголовного дела, а именно: постановление прокурора Кировского района г. Казани от 24 августа 2023 года, как на доказательства вины ФИО9 в совершенном преступлении. 

Уточнить описательно-мотивировочную часть приговора о том, что преступление, за которое осуждена ФИО9, отнесено уголовным законом к категории преступлений средней тяжести, вместо неверно указанного «небольшой тяжести».

Дополнительно признать в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание ФИО9 обстоятельства - наличие на её иждивении несовершеннолетнего ребенка (на день совершения преступления).

Снизить размер назначенного ФИО9 штрафа до 150 000 рублей, а также исключить назначенное ФИО9 дополнительное наказание в виде запрета занимать должности в государственных органах, связанные с выполнением организационно-распорядительных полномочий на срок 02 года 06 месяцев.

Приговор суда в части оставления без рассмотрения гражданского иска потерпевшей ФИО1 - отменить и передать уголовное дело в этой части на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО9 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Яркаевой А.М. – без удовлетворения. 

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае пропуска срока, установленного частью 4 статьи 401.3 УПК РФ или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий